Во власти "демона"

Milena Dorit

Во власти "демона"

Глава 1 "Привет всем"

Прекрасный день. Районная больница. Кабинет психотерапевта. В кресле сидел красивый мужчина лет тридцати семи и читал документы. Его поза была расслабленной, нога на ногу. На носу виделись очки в чёрной оправе, бокал красного вина в руке. Он сидел, словно никого не ждал, но это было не так! Тихий стук отвлёк доктора от чтения его «мемуаров», которые он писал когда-то. Человек постучался, а потом прошёл в кабинет.

— Доктор, можно?

— Габриэль… Мой друг! С чем сегодня ко мне пожаловали? Тревожные расстройства, депрессия, биполярное расстройство, шизофрения, асоциальное поведение и диссоциальные расстройства?

— Нет! Расскажите лучше о самом ярком в вашей практике абьюзе!

— Абьюзе? А точно вы хотите это услышать?

— Да…

— … Абьюз — слово, которое часто всплывает в информационном потоке, и обозначают им очень широкий спектр действий. Это не случайно — в понятие «абьюз» входит очень многое, от устных манипуляций до физического насилия. Термин «абьюз» происходит от английского «abuse» — «злоупотреблять, оскорблять, плохо обращаться». Абьюз — это отношения, в которых присутствует модель «агрессор — жертва». Жертва находится в зависимости от агрессора, который в процессе абьюза эту зависимость ещё усугубляет. Например, контролирует финансы, угрожает физическим насилием, манипулирует «семейными ценностями» или настолько подавляет волю, что жертва сама начинает верить, что не может жить без абьюзера. Кроме того, абьюз имеет определённую цикличность. Бывают периоды, когда агрессор ведёт себя адекватно — это путает жертву и заставляет её верить, что абьюз закончился и отношения необязательно разрывать.

— Мне сказали на кафедре, что нет вас, умней в этой области.

— Может, и так!

— Ответьте, почему вы резко поменяли стезю обучения из хирурга на психотерапевта?

— Мир перевернулся с ног на голову. Так что же вас интересует в абьюзе?

— Говорят, вы самый опытный из всех в городе и знаете не понаслышке, что такое абьюз!

— Вы на что-то намекаете, молодой человек?

— Нет, прямо говорю! Вы имеете славу "дамского угодника". Говорят, у вас внушительный список "покорённых сердец"…

— А внушительный — это сколько?

— Говорят, около ста!

— 546 женских сердец… на момент окончания блокнота, потом я больше не считал и не заполнял новые. Так что же вам рассказать?

— Историю, которая вам больше всего запомнилась, какой парень или девушка, пришедший к вам на приём, долгое время не могли отделаться от таких отношений?

— Надо подумать… О, вспомнил, правда, это не совсем ваша тема, но тоже неплохо… Мила... Мила Дэварис. Девушка попала ко мне в процессе расставания с парнем. Его, вроде бы, звали Кэмерон, но дело не об отношениях Милы и Кэмерона, а о взаимоотношениях между девушкой и Карло. Карло был богатенький, избалованный мальчишка, а она — из разряда девиц «нищенок», но правда, Мила не искала «принца на коне», ей хватило и «ослика» Кэмерона. Пара жила в старом доме времён, когда ещё Мари Селан училась петь.

— 1954 год…

— О да… Так о чём же я? Пара жила в квартирке такого дома «творчества» и прекрасно жила, пока прошлое не настигло Милу. Семью девушки накрыла «волна проблем». Мать — убили, отец заболел — лейкемией и ему нужна была помощь, брат — разбился на мотоцикле, а старшая сестра — села в тюрьму за "лжи" кражу. Девушка осталась почти одна. Ну как одна — у неё был парень, но вскоре и ему надоело видеть кислую мину «подружки». Кэмерон стал «погуливать». Мила тянула отца и парня, но всему приходит конец. Мила однажды вернувшись с работы, зашла, как всегда, к отцу, накормила его, принесла продуктов, но не осталась на ночь. Будто что-то почувствовала и вернулась в свою квартиру, а там Кэмерон… В догги-стайл драл девушку. Не буду описывать, что там было, но Кэмерон сказал, что Мила сама виновата. На следующий день они разошлись, но этому подонку негде было жить, а у Милы не было денег, чтобы одной оплачивать квартиру. Конечно, можно было переехать к отцу и бросить дебила одного, но она и так много работала, и добираться от отца на работу было затратно. Мила решила немного поднакопить и тогда уже съезжать… вот тут и начинается моя история об абьюзе… — Доктор подошёл к двери и запер её. — Это чтобы нам никто не помешал. Я ещё закрою шторы и зажгу свечи. В полумраке эта история куда интересней.

— Ладно…

— Вы же никуда не спешите?

— Нет! До написания и сдачи диплома у меня ещё очень... много времени.

— То есть дня три есть?

— Да…

— Ну, что ж! Мила много работала и в конец себя загнала. Она заболела, и оставшись дома, лёжа в кровати, ночи напролёт слушала, как за стенкой Кэмерон «брал» всё новых девушек. Они менялись день ото дня, Мила ничего сделать не могла. Ей оставалось лишь слушать эти дикие вопли и молчать. За болезнью она провела неделю, не появлялась на работе, и её уволили. Таким образом, девушка просто уже почти осталась на улице. Арендодатель выгнал парочку из квартиры, и тем более частые гулянки Кэмерона и его пьяные выходки давали о себе знать. Не знаю, куда этот подонок ушёл, но Мила приехала к отцу. Теперь её ничто не обременяло. У неё не было работы, но была чёткая крыша над головой. Полежав ещё немного в кровати и поболев, она принялась искать работу, но всё было без результата. Никому не нужна была работница из бедного квартала и тем более с больным отцом. Как только люди узнавали об этом, сразу же ей отказывали. Помучившись пару недель, Мила начала уже беситься из-за своего статуса и в сердце возжелала смерти отцу… Кара не заставила себя ждать. Его увезли в больницу. Лечение было дорогое, и содержание такого больного тоже. Девушке пришлось резко что-то придумывать. Обойдя все районы, она искала хоть что-то и наткнулась на объявление о работе горничной. Позвонив по адресу, Мила мигом явилась к будущему работодателю. Приехав на местность, перед девушкой открылся прекрасный дом. Он был в несколько этажей. Резные ворота, что открывались лишь по звонку, и сад. Пройдя внутрь двора, её у дверей встречал высокий, сексуальный мужчина лет за сорок. Он был в обтягивающих джинсах и рубашке. Отвести глаз от такого было сложно, но можно. Мужчина проводил девушку в огромный зал и предложил кофе, девушка присела и начала слушать, что же будет входить в её работу.

— Меня зовут Эскобар. Из-за работы я вынужден резко, почти уже сейчас вылетать в Монте-Карло, а мой сын останется тут! Вашими обязанностями будет поддерживать порядок после его гулянок. Я не поверю, что даже после моего отъезда он будет придерживаться моих правил и не будет приводить сюда своих девиц. Вы не обращайте внимание. Я немного зол. — Вокруг были разбросаны вещи. Валялись пустые бутылки и нижнее женское бельё. — Как вы видите, сейчас вы находитесь в самом эпицентре «разгрома». Скоро проснётся мой сын, и вы познакомитесь. Он только как четыре часа назад вернулся с вечеринки. Кстати, а как вы относитесь к таким людям?

— Ненавижу!

— О, мы с вами сработаемся. Но всё же постарайтесь совладать с моим сыном, хоть вы и не в его вкусе, но всё же найдите с ним общий язык. Мы с его матерью в разводе, она приедет в моё отсутствие. Примите её, пожалуйста, хорошо. Накормите и следите, чтобы она не входила в мой кабинет. Там много ценного.

— А как вы можете мне такое доверять? А вдруг я сама захочу всё это украсть?

— Вы не производите впечатления воровки. Тем более я пробил вашу подноготную и выяснил, что вы ищете большую сумму денег не просто так. Вы работаете на меня, а я оплачу лечение вашего отца. Идёт?

— Это странно, но ладно! Я согласна. — Они пожали руки друг друга, и мужчина повёл Милу осматривать дом. Звонок телефона заставил Эскобара отлучиться и оставить Милу одну на кухне.

— Мила, мне нужно отойти, так что осваивайтесь и не волнуйтесь. Я доверяю вам. Ключи оставлю у входа, охрана на счёт вас в курсе. Деньги на карте в тарелке с ключами. Радуйте мой дом и любите его обитателей. И кстати, не потакайте моему сыну, разрешаю, иногда его бить… Можете пурген в его еду подкладывать, или гвоздями прибивать его тапочки к полу, или спускать ему колёса на машине. Наслаждайтесь, вообщем…

Мужчина развернулся и ушёл. Девушка с интересом начала разглядывать мебель, но ей жутко хотелось пить. Она была небольшого роста, поэтому взяв табурет, приставила его к стойке и достала хрустальный бокал. Спустившись с табурета, она вновь тихо, на цыпочках, подошла к графину и налила себе воды. Горничная стояла спиной к выходу и не слышала, как в кухню вошёл Карло. Молодой человек был возбуждён девушкой, что так резко появилась на его кухне, учитывая, что дом был пустым. Парень мило подошёл к ней и ущипнул за попу.

— Какая сладкая конфетка на моей кухне… — Девушка застыла. Она боялась повернуться. В её голове этот голос прозвучал, словно удар молотом.

— Карло?

— Мы знакомы? Я что тебя ночью привёл или раньше трахнул? — Девушка развернулась и выплеснула из своего бокала воду ему в лицо.

— В своих мечтах! Ублюдок!

— Мила… Мила Дэварис… заучка из школы? Что нищенка делает в моём доме? Пошла вон!

— Твой отец меня нанял «нянькой для сыночка».

— Вот подлец… ну ладно, хоть ты красивая, а не старая и вонючая Мериал. Приготовь мне завтрак, я буду у себя. И переоденься, а то ваша одежда мисс Мила портит эстетику моего дома.

Девушка безумно разозлилась, но помнила, ради кого она это делает. Взяв всю волю в кулак, она открыла холодильник. Взяла овощи, нарезала салат, сварила кофе, напекла вафли и взяв поднос, просто поднялась в комнату Карло. Открыв дверь ногой, она еле-помогла войти в неё. Везде валялись вещи, гитары, книги, а на расправленной кровати лежали пьяные девушки, и в эпицентре всего этого валялся Карло, что ждал Милу.

— Проходи… так горничная, сегодня убери весь дом, так как ко мне приедут друзья, и мы зависнем у меня.

— Ваш отец запретил устраивать вечеринки.

Карло вскочил с кровати и подошёл к девушке, что держала поднос. Резко выхватив поднос из рук Милы, Карло его швырнул в стену. Высокий, красивый юноша стоял перед ней в полотенце на тазу и угрожал.

— Я вышвырну тебя отсюда. Ты всего лишь ещё одна девка моего отца! Он таких любит! Забитая, нищая, и безродная дурочка, что нужны деньги моей семье… Пошли вон.

С Карло слетело полотенце. Девушка опустила глаза на пол, присела и подняв полотенце, просто протянула его сыну хозяина.

— Ты как был идиотом, так им и остался. Садик… Школа… Универ из тебя ничего не слепили. Это ты любишь таких… Смотри, сейчас не я в твоей постели, а они… а кстати, как их зовут?

— А мне то, что?

— Их зовут — Каролина, Моника и Дэвис… На их руках написано. Так делают мелкие шлюхи с заболеваниями, чтобы их сутенёр нашёл. Советую провериться у врача. Это опасно. Я вернусь завтра поутру, и наведу порядок.

— Стой!

Девушка уходила к лестнице, показывая средний палец. Впервые она начала дышать свободно. Теперь её жизнь изменится. Она поможет отцу, а выдержать зазнайку Карло — не беда, лишь нужно делать свою работу, а это она умела.

Глава 2 "Мир изменится"

Уставшая морально девушка медленно бродила по ночному городу, вспоминая школьные годы. Её воспоминания были не особенно яркими, ведь всю ту «маленькую жизнь» в школе Карло был её «убийцей». Мальчишка шпынял, бил, издевался и дразнил девушку. В последний раз, когда они виделись, это был выпускной. Богач решил подшутить над ней, высмеивая её дешёвое платье, и то, что её родители не смогли оплатить ей учёбу в Гарварде, где девушка мечтала после окончания школы учиться. Её это обидело, но именно такое отношение и помогло нашей Миле жить.

Утром она проснулась отдохнувшей. Приготовила еды отцу на весь день, собралась и отправилась на «работу». Дом богача для неё был словно галерея. Прибыв в него вновь, Мила с удовольствием принялась за уборку, минуя комнату сына хозяина. Она была одна, и часто при работе слушала музыку — это помогало ей не замечать идиотов и расслабиться, но сейчас, поступая так, она лишалась первенства утереть нос своему «школьному обидчику». Карло ждал её. Он намеренно встал пораньше. Услышав стук каблучков, тихо оделся и вышел в коридор. Мила ходила и напевала несложный мотивчик. Наклоняясь к полу, поправляла ковры, а парень шёл за ней по пятам. Вот ещё один наклон — и Карло прижал свою руку к своей промежности, чтобы успокоить свой «кроткий нрав» в штанах. Он покусывал свои губы, любуясь девушкой. В школьные годы Мила была совершенно обычной, а сейчас она походила на вафельный рожок, что скрывал за своей оболочкой белую, сладкую субстанцию — немого холодную, и приторную, но вкусную. Миле было всё равно на деньги этой семьи. Она могла украсть любую статуэтку, вазу сейчас, и никто бы не заметил, но она была «правильной». Парень с вожделением смотрел на новую «няньку» и старался придумать план, как от неё избавиться, ведь она никогда не ляжет с ним в одну постель, а очень хотелось. Он ещё со школы помнил о её неприступности, и тем более зная своего отца, который выбирает только «умных и правильных», можно было ожидать, что его приёмы не сработают. Девчонка была ещё тем «крепким орешком», но, всё же, сейчас глядя на неё, он умилялся. Мила в наушниках ходила по комнатам и пела, не замечая ничего вокруг себя, а Карло не мог совладать с чувствами. Он боялся признать, что влюбился… И сейчас он не мог ей этого сказать. Резко развернувшись, молодой мужчина направился к себе в комнату, где спали девушки, и просто разбудив одну, принялся выплёскивать с ней свой накопившийся за такое короткое время «пар». Страстный парень долго не заканчивал акт, в его голове не было пошлости, как раньше — в ней была она, и один лишь вопрос: что стоят эти девушки в его постели? Карло впервые задумался об этом и, не закончив, просто вскочил с девушки и побежал в душ.

— Я должен показать ей, что я изменился! Наша встреча была неожиданной, но всё же я хозяин дома… А значит, она мне будет подчиняться, и я её уложу в свою кровать. Надо только правильно одеться, причесаться и побрызгаться дорогими духами. Точно…

Приговаривая себе самому, озвучивал Карло. Выскочив словно пуля из душа, он подбежал к стенному шкафу и, открыв дверь в комнату с одеждой, начал примерять на себя всё, что могло бы понравиться вредной Миле, но ничего не подходило. Вся одежда была броская, дорогая, и не походила на одежду Милы. Решение пришло быстро. Он схватил старую сумку со школьной одеждой, благо его размеры не везде изменились. Натянув на себя спортивную форму, парень вздохнул, побрызгался духами и направился вниз, в кухню, откуда шёл необычный аромат выпечки. Тихо войдя, он боялся вновь испугать горничную, и, облокотившись на входной проём, сложил руки на груди и прикрыл один глаз, смотря на Милу, наклонявшуюся к духовке. Натяг старых штанов давал о себе знать — ещё чуть-чуть, и они лопнут. Сейчас он представлял девушку в своих объятиях, и, двигаясь к ней медленно, решил просто пройти мимо в сад, но девушка резко выпрямилась и, сняв наушники с головы, принюхалась.

— Что так завоняло мокрой псиной? Собака, что ли, в дом вошла?

— Я не собака! Эти духи стоят больше, чем твоя трёхмесячная зарплата. — Девушка испугалась и выронила поднос с булочками Карло на ногу. — Ай, дура!

— Так это ты воняешь? Фу, уйди, идиот, от меня, не хочу вонять тобой.

— Я тебе косы твои сейчас вырву! Коза тупая… Ты мне поднос на ногу уронила.

— На себя посмотри, избалованный мальчишка! Я тут с тобой как взаперти, но дышать могу. — Девушка глубоко вздохнула и продолжила: — Через пятнадцать минут вернись и будет готов завтрак. — Молодой человек увидел мимолётные слёзы в глазах девушки, и ему стало жаль. Он потянулся к ней, но та ударила его по руке. — Через… пятнадцать минут. Я только быстро схожу в магазин за молоком и вернусь.

— Да… хорошо!

Карло стало не по себе. Он обидел девушку, что всего лишь работает. Медленно развернувшись к выходу, он ушёл. Увидев на выходе в её сумочке ключи и карту, что оставил его отец, Карло решил разыграть девушку. Она потеряет ключи от входа, и ей придётся позвонить в дверь, а тут он — такой красивый «рыцарь» — её пустит, и «принцесса» бросится на шею «спасателю». Одного парень не учёл: было безумно жарко, и в доме, и на улице, поэтому двери в сад были приоткрыты. На запах еды забежали собаки. Мила их безумно боялась с детства. Животное стояло и рычало на неё, а девушка боялась даже слово вымолвить, а Карло сидел мирно у себя в комнате, ждал звонка в дверь от горничной, которая вышла в магазин за продуктами и, видимо, потеряла ключи. Мила же залезла на стол и стояла. Она боялась даже слово вымолвить. Одна из собак встала на задние лапы и смогла достать до ноги Милы; в один миг боль окутала её, и она закричала. Карло испугался женского крика и резко побежал вниз к звуку. Вбежав в кухню, перед ним раскрылась картина. Девушка стояла на столе, её нога была в крови, а перед столом были три огромные собаки, что Эскобар разводил для боёв и не кормил специально. Взяв в руки полотенце, юноша начал отгонять собак, но они начали рычать; тогда он крикнул:

— Вон шавки! — Он ударил одну по носу скрученным полотенцем. Собака взвыла и убежала, остальные за ней. Карло быстро закрыл дверь в сад и развернулся к Миле, смотрел на неё со страхом. — Прости… Наверное, охрана забыла предупредить о выгуле собак, не оставляй двери открытыми.

— Я не… открывала… их…

— Мила, ты в порядке?

— Да! — Спускаясь на корточки, еле-еле выговорила девушка. Парень подошёл к ней и подал руку, чтобы ей было удобно спускаться с высокого стола. — Я сейчас же всё вымою тут!

— Ты с ума сошла? У тебя разорвана нога! Иди сюда. У тебя кровь. — Молодой человек, не думая, снял с себя рубашку и обвязал её вокруг женской ноги, а после схватил девушку на руки и продолжил говорить. — Я вызову чёртов клининг! А ты будешь ждать врача, его я тоже сейчас вызову.

Девушка была ошарашена выходкой Карло, но побоялась хоть что-то сказать. Он нес её словно маленький цветок. Не чувствовалось никакого напряжения. Парень словно её не чувствовал. Будто она была невесома. Пара вошла в комнату прислуги и Карло медленно, но нежно опустил девушку на кровать. Глаза Милы были устремлены на его торс. За годы он накачался, и не имел уже тех женских черт фигуры, что раньше. Парень это заметил и смутился.

— Хватит на меня так смотреть! — Мила опустила глаза в пол.

— Ответь! Почему ты вечно меня обижал в школе?

— Я? Я никогда тебя не обижал! Я всегда ценил нашу дружбу!

— Это ты называешь дружбой? Ты меня подставлял, издевался, высмеивал! Мы были на разных сторонах «славы и почёта»!

— Я бы никогда! — Девушка подняла бровь и была готова рассказать всё, что было в её памяти, но тут мимо её комнаты прошли обнажённые девушки, что искали хозяина дома. — Иди! Тебя ждут.

Карло не хотел уходить, он хотел всё объяснить, но увидев отвращение Милы к себе, тихо повиновался и удалился из её комнаты.

Глава 3 "Верь в себя"

Тени свечей мелькали на стенах кабинета. Тишина возобладала в комнате. Психотерапевт медленно пил вино и ехидно улыбаясь, облизывался, посматривая на студента.

— Подождите, вы хотите сказать, что за одну встречу Карло изменил мнение о девушке? Он подчинился воле Милы?

— Да… Разойдясь по разным комнатам, эта пара уже в голове прокручивала всё, что было с ними до этого и после новой встречи. Каждый момент, в котором они участвовали вместе. Мила, например, вспоминала, как он издевался, а Карло — как он в неё влюблён.

— А откуда вы знаете, о чём он думал?

— Он после окончания их истории был у меня в кабинете, и я услышал историю с двух сторон. Я бы сказал, что было странно видеть его. Он сам пришёл и оплатил месяц посещений, хотя рассказал историю за час. Стандартный час общения!

— Получается, они не вместе?

— Хотя как посмотреть! Эта пара была самой странной в моей практике. Мила, что разобьётся в лепёшку ради отца, и Карло, что того же мнения.

— Что он тоже разобьётся ради своего?

— Нет, что Мила дура, что губит себя ради отца.

— Но она же помогала!

— А с чего вы взяли? Она хотела смерти отцу. Он никогда не любил дочь, обижал, а вот мать! Мать её была святой. Покрывала дочерей от побоев и пьяного отца. Его наказал «всевышний»!

— То есть вы верите в Бога?

— С чего вы взяли?

— Ну, вы сказали, что отца Милы наказал «всевышний»!

— А что «всевышний» может быть лишь Богом? Так о чём же я рассказывал? На чём остановился?

— На том, что Карло ушёл с девицами, а Мила ждала врача.

— Точно… Девушка сидела тихо в комнате и слушала доносящиеся странные звуки из комнаты Карло. Парень же в этот момент лишь лежал на кровати и смотрел в потолок. Конечно, звуки не были неоткуда. Девушка сидела сверху у парня и занималась своим делом. Его глаза впервые были пустыми, он даже и не заметил, как пролетел оплаченный час. Девушки собрались, забрали с тумбочки деньги и тихо ушли. Карло же оставался в той же позе, что и был. Он смотрел в потолок и думал о Миле. Почему она появилась вновь в его жизни? Зачем? И к чему это приведёт? Звонок в дверь взбодрил парня. Он понял, что это пришёл доктор. Молодой человек схватил халат со стула и, натянув его на себя, побежал вниз по лестнице открывать дверь. Это и правда, пришёл доктор, которого он вызвал.

— Зачем вызвал? Опять что-то подхватил и это нужно скрыть от папочки?

— Доктор Бирсак, у меня иная проблема.

— Куда идти?

— Наверх в комнату прислуги.

— Ты избил старушку?

Доктор раскрыл дверь, и перед ним показалась Мила — её нога была в крови, которая стекала на пол. Футболка уже не могла остановить кровь, казалось, что это было так, но это было совершенно по-другому. Бирсак схватил Карло одной рукой, а другой закрыл дверь в комнату девушки.

— Ты в своём уме? Ты избил прислугу? Изнасиловал? И меня позвал!

— Это не так! Мила — новая горничная, вернее, моя новая «нянька». Отец её нанял следить за домом и попутно за мной. Сегодня охрана выпустила собак погулять, и они напали на неё.

— То есть это сделал не ты?

— Нет!

— Ладно… вернёмся к оплате!

— Доктор, давайте по факту.

— Хорошо. Давайте посмотрим твою Мэри Поппинс.

Открыв вновь дверь, доктор прошёл к девушке и присел напротив неё на стул. Поднял её ногу, он начал медленно снимать футболку с конечности. Девушка морщилась, но молчала.

— Эй, упырь! Неси таз с тёплой водой и тряпку. Только тряпку в таз не кидай — мне нужна чистая вода. Вот омою рану, а потом помоешь пол.

— Я?

— Да! Ты! Или девушка с раной на ноге должна это делать?

— Вы забываетесь!

— Рот заткни, а то твой отец узнает, сколько болезней ты вылечил с моей помощью.

Карло замолчал, а доктор, набирая в ладони воду, поливал футболку, чтобы та отлипла от раны. Он нежно прикасался к нежной коже девушки, привлекая её внимание. Медленно, по сантиметру, ткань начала отходить. Бирсак поглаживал вокруг раны пальцами, проверяя на повреждения. За его спиной стоял Карло и злился. Никто не смел прикасаться к Миле, но он молчал о своих чувствах. Девушка еле могла сдержать слёзы, которые наворачивались от боли. Доктор понял, что милое дитя боится показать свои чувства.

— Придётся зашивать, но у меня нет обезболивающего, кроме одного препарата. Но если его вколоть, то я могу не знать ваших ощущений и проткнуть ткань ноги более глубоко. Мне нужно, чтобы вы, Мила, озвучивали свои ощущения, чтобы я не задел лишнего. А для этого я хочу видеть ваши искренние чувства. — Девушка кивнула. — Карло, выйди.