Вредина для Зорга. Спасение

Глава 1

Я сидела в баре. В том самом, где нашла зорга, чтобы сказать, что отдала ему первый долг. Как давно это было! Кажется в другой жизни. Теперь я его жена, обхохочешься!

Когда вся суета со свадьбой прошла, можно и обдумать ситуацию с моей беременностью. Я не верю, что беременна! Компьютер, гад, утверждал обратное. И что делать?! Я сидела и тупо смотрела в кружку с какой-то малопривлекательной жидкостью. За последнее время столько всего произошло.

И тут мои размышления были наглым образом прерваны!

– Привет! – пробасил приятный мужской голос.

Передо мной стоял Клаус! Как зорг здесь очутился? Я же когда улетала, никому не сказала куда, а он мило беседовал с Роксиной. Роксина! Мерзкая противная жаба, которая неприкрыто флиртовала с моим мужем!

– Привет, – ответила я.

– Слушай, пошли на корабль, я жутко устал, – и в голосе вселенская скорбь.

Еще чего?! Не видишь, я думаю! А вслух сказала:

– Нет!

– Ну малыш, я ничего не чувствую к Роксине, поверь мне, – вдруг заявил Клаус.

Пипец! Он что думает, что я ревную к этой размалёванной, самовлюбленной змеюке?

– Я тебе верю, – просто ответила я.

– Тогда в чем дело? – он сел напротив, благо, зная мой характер, сесть со мной за один стол мало кто решался, и место было свободным.

Я придумала! Надо и его озадачить моей беременностью! Пусть не у меня одной болит голова!

– Ну, это, насчет ребенка, – начала я.

И тут он меня огорошил:

– Мы что-нибудь придумаем. В крайнем случае, обратимся к врачам, и они помогут тебе забеременеть.

Прикалист! И с чего это он взял, что Я не смогу забеременеть?

– Поздно, – оборвала я его душещипательную речь.

– Что поздно? – не понял мой зорг.

– Поздно обращаться. Я беременна, – вздохнула я.

И решила объяснить тугодуму:

– Понимаешь, я, когда тебя запихивала в медкапсулу, решила и себя проверить. И комп выдал, что у меня внутри инородное тело и дал расшифровку. Я тогда подумала, что рановато как-то и не обратила внимания. Потом, перед самым балом, проверила еще раз, и комп подтвердил десять дней беременности, – интересно, какая у него будет реакция на моё известие?

Сначала он впал в ступор. Потом схватил мою кружку и осушил её одним глотком, нагло заявив:

– Тебе всё равно нельзя пить, – и обернулся к окружающим. – Всем выпивка за мой счет и мне еще две кружки.

Хороший выход из ситуации. Чисто мужской. Напиться, а потом и мысли нужные придут! И он начал осуществлять свой план не откладывая! То есть, напиваться. А я смотрела на это безобразие и не знала, что сказать. Нет, я, конечно же, была рада, что он это дело отмечает, но как-то я ожидала от него другой реакции.

Клаус выпил за мое здоровье и здоровье нашего будущего малыша. Со всеми вместе и с каждым по отдельности. Бедный хозяин бара, глядя на это безобразие махнул рукой и спрятался за барную стойку. Зорг гуляет. И никто ему в этом помешать не может.

Особенно меня умилило, когда Клаус начал требовать у какого-то гоблина придумать ругательство в мою честь, а гнома спеть! Причем оба ему не отказали!

Это безобразие длилось довольно долго. Когда я поняла, что больше не вынесу гномьих песен (а вы знаете, как они поют? Главное, в их песнях громкость. Всё остальное второстепенно). Да и просто хочу спать, я подошла к своему мужу и похлопала его по плечу. Хорошо, что у меня отменная реакция, и я успела пригнуться, когда он решил наказать осмелевшего подойти к нему.

– Слушай, Клаус, я хочу на корабль, – пробормотала я из-под стола. Ему хорошо, он расслабляется. А я?!

– И? – пьяно спросил он, не вполне понимая, кто и что от него хочет.

Я решила попробовать применить тяжелую артиллерию.

– Клаус, а что ты отмечаешь? – спросила я.

– Беременность своей жены, – невозмутимо ответил он.

– Ну, так вот, твоя беременная жена хочет на корабль. Им с твоим будущим ребенком, хочется спать! – выпалила я, распрямившись.

Надо было видеть его лицо! Я еле-еле сдержала невозмутимую мину. Он сначала выпрямился так, словно проглотил кол, и побледнел, вернее позеленел. Глаза его выкатились, и на лице отразилась работа мозга!

– Всё ребята, – пьяно сказал он. – Долг зовет!

«Ребята» уже были в таком же состоянии, что и он. Поэтому им было уже всё равно. К тому же большинство из них уже забыли по какому поводу и кто проставляется. Поэтому они понимающе закивали головами.

Зорг попытался встать. Я еле успела отскочить, как он рухнул на стол, ломая его и опрокидывая стулья.

Но не тут то было! Зорги просто так не сдаются! Он попытался встать ещё раз. И вроде бы получилось. Два шага и он опять крушит уже другой стол! Народ расступался и прятался.

– Слушай, Клаус, может ползком? – предложила я.

– Не мешай, – ответил он. И продолжил сокрушительный путь из бара. Сокрушительный – в прямом смысле этого слова.

Бедный хозяин заведения смирился с потерей столов и стульев, но дверь он терять никак не хотел. Поэтому бегом бросился её открывать. Зорг остановился рядом, похлопал хозяина по плечу, поблагодарил за прекрасный вечер и вышел …. в окно.

С горем пополам мы добрались до катера. И потом вдруг выяснилось, что беременным управлять катером никак нельзя!

Нет, вы подумайте, вусмерть пьяным зоргам можно, а слегка беременной мне – нельзя!

Мне повезло, он забыл с какой стороны кресло пилота и уселся в пассажирское. Причем залез в него с пятого раза!

И не просто залез, а сначала обнял свой катер и рассказал ему, что я беременна и что он этому безмерно рад. Спросил у машины, нет ли у него детей! Я не выдержала и, указав на припаркованный рядом свой катер, сказала:

– Вон, рядом припаркован его ребенок более современной модели.

На что мой муж заявил, похлопав свой катер.

– Это правильно, дети должны быть, современнее своих родителей, – и икнул.

Потом покачиваясь, мелкими перебежками, добрался до моего катера и объяснил ему, что он старших уважает и поэтому полетит на более младшем!

Пока я включала в обоих катерах автопилот с координатами нашего звездолета, он с неимоверными усилиями загружал свою тушу.

Но расслабляться, и высушивать слёзы смеха мне было рано. Нас еще ждала транспортировка тела из катера в звездолет!

Но расслабляться, и высушивать слёзы смеха мне было рано. Нас еще ждала транспортировка тела из катера в звездолет!

Я честно хотела его оставить проспаться в катере.

Но нас встретил заботливый Змей. Он поржал и сказал, что если этой туше станет плохо, то он убирать не будет! А ты пойди потом отмой мой любимый катер от этого!

Клаус начал икать. Что меня неимоверно раздражало. Почему этот засранец залез в мой катер, а не в свой?! Да и весёлость Змея настроение не поднимала, он реально издевался!

– Ты зачем Клауса напоила? – уточнил он.

– Я напоила? – не поверила я своим ушам. – Это он сам!

– И без меня?! – возмутился Змей.

Я представила, как тащила бы сюда два нетрезвых тела, и мне стало плохо. От смеха уже болел живот.

– Слушай Змей, достань своего дружка из моего катера, – попросила я. – Пожалуйста.

Тот ухмыльнулся и как гаркнет:

– Сержант, Клаус, Стройсь! К проверке готовьсь!

Что тут началось!

У Клауса глаза полезли на лоб, и он начал барахтаться в кресле. Потом замер и, в конце концов, отстегнул ремни безопасности!

Я боялась подойти и помочь ему. Ибо попасть под руку пьяному зоргу я бы никому не пожелала, а особенно себе.

Потом в буквальном смысле он вывалился на пол. Полежал на холодном полу, приходя в себя. Видно на холодненьком ему стало полегче. Потому что он начал улыбаться. Но в этот момент Змей решил его добить:

– Что за задержки, Сержант?!

И Клаус ожил, припустив на карачках, спотыкаясь и сшибая всё на своем пути. Он добежал до коридора и обнял стенку как родную. Постоял и побрел дальше по стеночке.

Когда он дошел до своей каюты, мы попытались впихнуть его туда. Но эта зараза рвалась на плац! Спасибо Змею. А тот угорал, держась за живот и вытирая слёзы смеха.

Мне этот концерт начинал напоминать пение гномов.

В конце концов, Змей решил сжалиться над пьяным другом:

– Отставить построение! Отбой!

И тут зорг возьми и растянись прямо поперек коридора, подложив руки под голову, повернувшись на бок и приготовившись спать!

Мать моя эльфийка, да что же это такое!?

Змей не растерялся, взял это чудо за руки и втащил в его каюту. Запихнул на кровать и стянул ботинки.

– Слушай, может, нужно было его на полу оставить, а то вдруг грохнется? – спросила сердобольная я.

– Не, еще простудится. А еще хуже, если на полу проснется и обидится, – ответил мне Змей, накрывая Клауса пледом.

Глава 2

Да я беременна! Беременна, а не больна! Почему ко мне относятся как к тяжело больной?

Как только Змей узнал причину попойки зорга, сначала жутко обиделся, что его друг пил без него! На что я заявила, что двоих до корабля не дотащила, просто убила бы на месте! Мужчины этот довод всерьёз не восприняли.

Клаус мои реплики полностью проигнорировал и заверил Змея, что как только он придет в себя, обязательно проставиться.

Решив столь жизненно важный вопрос, они объединили усилия, чтобы загнать меня в могилу!

Сначала друзья заявили, что у меня, беременной, должен быть строгий режим. И чтоб никому не было обидно, решили ввести этот режим для всех.

Пашка, предатель, сразу удалился в одну из дальних лабораторий и заявил, что пока этот бред не закончится, его не беспокоить! Только на случай войны или какой-нибудь интересной заварушки. Мне же бежать было бессмысленно – всё равно найдут.

Стёпка закрылся в машинном отделении и рьяно начал играться в компьютерные игры. Так как для беременных посещение машинных отделений, а тем более компьютерные игры, тоже как оказалось, вредны. То Стёпку никто не трогал, а мне ходить туда категорически возбранялось.

Потом эти изверги решили взяться за мой рацион. Заявив, что теперь у меня не будет перекусов и бутербродов! Только сбалансированное и полноценное питание. Они день изучали в сети чем кормят беременных! И как составить мой рацион, чтобы все белки и углеводы шли мне и моему малышу на пользу! Когда они составили меню блюд, я прибалдела. В жизни не ела столько творога, овсянки (я что лошадь) и морковки. И решила поиздеваться над «составлялами»:

– Слышь, папашки, а вы изучали рацион для людей, зоргов или эльфов? – спросила я.

Они зависли. И еще день совещались и изучали. Составляли генеалогическое древо. Высчитывали процент крови.

Потом пришел Стёпа и всех огорошил. Убила бы заразу. Вот, умеет он решать неразрешимые задачки.

– А вы готовьте разные блюда, ну для разных рас. И давайте ей на дегустацию. Потом берите анализы и анализируйте, что для её организма лучше, – посоветовал он.

Парни зависли и решили, что это оптимальный вариант. Анализы?! Терпеть не могу!

– Только попробуйте, гады! Я вам, что подопытный кролик? – возмутилась я, помахивая ножичком. – Мы с ребенком сами решим, что нам нравиться, а что нет.

– Ну, малая, мы ж для тебя стараемся, – заявил Клаус, реально не понимая моего недовольства.

– Пашка уехал, а яды остались, – предупредила я. – Так что лечить вас от них будет не кому. А ты, – указала я пальцем на Стёпку. – Вали в своё машинное отделение, пока я все игры не удалила.

Тоже мне удумали! Меня анализировать! Стёпка решил, что на беременных не обижаются и ушёл. А парни прочувствовались и решили со своими анализами на время от меня отстать.

Зато вечером выяснилось преинтереснейшее обстоятельство: мой муж решил, что сексом мне заниматься категорически нельзя!

Вечером выяснилось преинтереснейшее обстоятельство: мой муж решил, что сексом мне заниматься категорически нельзя!

Как выразился гад: это может повредить малышу!

Я сначала потеряла челюсть, но потом не растерялась и решила отомстить. Видите ли, мой зорг не может мне изменить. Вообще не может! У нас с ним заключен брак на крови, который неведомым мне образом оберегает от измен. Если он или я решим разделить постель, с кем угодно, с любым представителем любой расы, умирает изменивший и тот с кем изменили. То есть изменник и его любовница, ну или любовник.

Итак, я покопалась в своем бельишке и выбрала самое секси. Мини-халатик, который ничего не скрывал. Кружевную маечку, которая подчёркивала всё самое интересное. Трусики не уступающие маечке. Чулки и кружевной пояс к ним.

И начала разгуливать во всём этом по звездолету. Так как беременность была только в самом начале, и пузика ещё видно не было, то выглядела я как на глянцевом журнале. Знойная красотка!

Меня провожали взглядами все! Что только взбесило зорга и результата не принесло. Он обругал меня и заставил переодеться. Да и самой не очень приятно чувствовать на себе липкие взгляды команды Клауса.

На следующий день, подумав, я решила сменить тактику. Бельишко не сняла. Зачем? Просто сверху надела прозрачную майку в облипон и подчеркивающие мой зад спортивные штаны. И отправилась на кухню поджидать Клауса. Чтобы мой вид (ну и все старания) оценил только он.

Зорг не заставил себя долго ждать. Хмуро, словно поджидая подвоха, уставился на меня и спросил:

– Что ты тут делаешь?

Я, выпятив грудь вперед, чтобы он смог оценить бельё под маечкой, ответила:

– Вот, думаю, чем бы таким вкусненьким накормить себя, любимую.

Взгляд Клауса остановился на моей груди, и он завис. Попыхтел, развернулся и ушел.

Ура! Лед тронулся, господа присяжные! Я спокойно доела пирожко с чаем и пошла переодеваться.

Сменила прозрачную маечку на обычную майку с бретельками и отправилась в командный пункт.

Подойдя к мужу, я сначала через него потянулась за салфеткой, так чтобы моя грудь коснулась его руки. Потом эта салфетка у меня упала. И я, удостоверившись, что он за мной наблюдает, повернулась спиной и наклонилась. Предоставив для созерцания мои упругие ягодицы.

Затем решила показать ему что-то на карте, походу ему было уже всё равно что. Бретелька маечки абсолютно нечаянно свалилась с плеча.

Зорг шумно втянул в себя воздух. Резко встал и быстрым шагом пошел к себе в комнату.

– Что это с ним? – спросил Змей, подозрительно рассматривая меня.

– Нервничает, – ответила я. – Наверное, готовиться стать отцом.

И последовала за мужем. И что вы думаете? Дверь оказалась заблокированной!

Было слышно, как он принимает душ. Я попросила комп разблокировать дверь и получила отказ! Мой тупоголовый муженек запретил. Эх, ну вот что с ним делать?

А что делают женщины в безвыходной ситуации? Правильно! Жалуются друг другу! И я пошла жаловаться своему лечащему врачу, что курировал мою беременность.

– Элоиза, ну что мне с ним делать? – спросила я.

– Мираэнеэль, не переживайте, вы не одна такая. Многие мужчины боятся того чего не понимают. Пусть он позвонит мне, – успокоила она меня.

Надо сказать сразу: врач у меня хороший, толковый, зрит сразу в корень, а не заставляет сдавать анализы для протокола.

Я нашла своего благоверного в тренажерном зале. Он пытался спустить пар со Змеем. Они дрались. И было на что посмотреть. Я вообще люблю смотреть, как дерутся опытные бойцы. Это похоже на танцы. Так что, открыв рот, я тихо присела на лавочку.

Через некоторое время они довольные, все взмокшие, завершили бой.

– О, Мышка, ты что-то хотела? – спросил улыбающийся Клаус. Было видно, что он уже пришёл в себя и чувствует себя превосходно. То есть полностью рад жизни.

Я не нашла ничего лучшего, как с порога выпалить (а чего тянуть кота за хвост?):

– Да. С тобой хотел поговорить мой лечащий врач.

Что тут случилось! Он побледнел и сел на лавку. Чуть не шлепнулся, запутавшись в своих же ногах! Глаза выпучил, рот открыл, пытаясь что-то сказать. Рукой держится за сердце (Или что там у зоргов в области груди. Может желудок?)

– Ну, так побежали, – заявил он, немного придя в себя.

– Куда? – не поняла я.

– Как куда? Говорить с твоим лечащим врачом, – ответил Клаус.

– А зачем бежать? – удивилась я. – Иди, прими душ и мы спокойно поговорим с ней.

– С кем с ней?

– Ну, с моим врачом.

– Аааа! А без душа нельзя?

– Нет, нельзя! Она же женщина! – твёрдо ответила я, и мой муженёк по выражению моего лица понял, что со мной в этом вопросе лучше не спорить.

Наверное, так быстро он не принимал душ никогда, даже когда служил в армии своего отца!

И вот мы звоним Элоизе. Довольная я и бледный он!

Самое обидное, что она попросила меня разрешить ей поговорить с Клаусом наедине! Я решила, что результат их беседы для меня важнее, и вышла. Подслушать очень хотелось. Но рядом караулил Змей ….

Обматерив его про себя, я поплелась на кухню. Когда что-то делаешь, а тем более кушаешь, то время бежит быстрее. Кто его знает, сколько они там будут обсуждать мою беременность.

Через десять минут меня нашел мой муж, подхватил на руки и отнес в постель. Еще и наехал на меня бедненькую, что я раньше не позвонила Элоизе и заставила его такого разнесчастного столько мучиться!

И такое мне устроил, что все мои старания оправдались! Были и страстные поцелуи, и крепкие объятья, и нетерпеливые сильные руки, которые просто срывали с меня одежду.

Так что кружевное бельё Зорг не заценил. Оно погибло в пылу страсти. Но за благородные цели погибнуть нестрашно. Да и у меня будет повод пройтись по магазинам.

А потом он мне показал, как истосковался. И я потеряла контроль над собой и над временем. Я парила, доверившись сильным рукам и страстным губам.

оворят, обещанного три года ждут! Так вот, это не тогда когда мужики ждут грандиозную пьянку.

Змей многозначительно намекал, Клаус самодовольно улыбался. Одна я была не в восторге. Конечно, они будут веселиться, отмечать мою!!! беременность, а я?! Вот взяли бы и сами забеременели! А то, как пить и веселиться, так они, а как беременной ходить, так я! Еще и злят по поводу и без, придумывая абы что!

– Ну, малыш, ну, не злись, – умолял меня Клаус. – Ведь это такое событие!

– Какое? – не унималась я.

– Грандиозное! – отвечал мне муж.

– Что грандиозного в том, что я беременна? – не понимала я.

– Тебе не понять, – вздыхал Клаус. – Но если я не проставлюсь, то обидится Змей, да и Нрон тоже. Ты же не хочешь их обидеть?

Это было ударом ниже пояса. Я думала тихо отходить беременной и родить. Так, чтобы никто не знал. Не мчался ко мне с советами, да и просто позырить. Счастье – любит тишину! И секретность! Я не хочу чтобы на нашего ребёнка покушались! Или просто пытались украсть за выкупы, или позлить нас.

– Ты что и гнома пригласил? – возмутилась я.

– Почему пригласил?! – удивился мой муж. – Мы едем к нему. Я когда сказал, что ты ждешь ребенка, он обрадовался и заявил, что это надо отметить. И я поручил ему организовать банкет.

– Кому еще ты рассказал про мою беременность? – прошипела я, раздумывая, что разбить о его голову. Может вазу? Нам как раз на свадьбу подарили отличный никому не нужный экземпляр.

– Больше никому. Честно, пречестно, – заверил меня мой муж.

– А больше никому и не надо. Все и так, благодаря тебе уже знают, – огрызнулась я. – Да и Нрон сто процентов оповестит тех, кто по какой-то случайности эту информацию не узнал от тебя.

– Это как-то не логично, – попытался остудить меня мой супруг.

– Я тебе сейчас покажу логику! Отмечать нужно уже рождение ребенка, а не его зачатие! – моему возмущению не было предела.

– Не волнуйся и это отметим, – заверил меня Клаус. Походу ничто не могло испортить ему настроение.

Я сдалась. Все равно они уже все организовали. А уговаривают и успокаивают меня для приличия. Я решила на эту пьянку не ехать. Бережёного – берегут все Боги.

Причем мои мужчины меня полностью поддержали: мало ли чего там по пьяни может случиться. Толкнет кто или не дай Боги нахамит! Нам с ребенком, видите ли, нужен покой! И укатили.

А я за долгое время осталась одна в тишине наслаждаться покоем. Как же хорошо иногда послушать тишину!

Они обещали вернуться от гнома через четыре дня. Причём обещали клятвенно. Один держал фигу, которая выпирала из кармана. Второй, стоя напротив зеркала, – скрещенные пальцы за спиной.

Я ждала неделю! И когда моё терпение подошло к концу, я позвонила многоуважаемому гному и так ненавязчиво поинтересовалась, где мой муж!

Мужчины вернулись домой практически сразу же. Ну как вернулись? Их доставили автопилотом!

Причем когда машина пристыковалась к нашему кораблю оттуда никто не вышел. Я уже испугалась что что-то случилось. Пулей прибежала туда, с горем пополам открыла люк, а оттуда раздался дружный храп! Причём не просто храп, а Убийственный Храп, от которого стены трясутся, и осыпается штукатурка.

Я решила, что моя жизнь мне дороже их комфорта и оставила мужчин отсыпаться на борту катера.

Когда они соизволили проснуться и предстать пред мои ясны очи, вид у них был, скажу вам честно, не очень. Все опухшие, помятые, но сказочно довольные.

Змей немного прихрамывал, но я решила даже не интересоваться, как там всё прошло, ибо по их довольным лицам и так всё было понятно. Они потом еще неделю переглядывались и посмеивались неизвестно чему.

А в межгалактической сети появились странные видеоролики, при просмотре которых, я не знала плакать мне или смеяться. Чего только стоили пьяные танцы Змея. Причём он почему-то танцевал в костюме папуаса. То есть полуголый, увешанный какими-то бусами, в юбке из забавных висюлек. Но самое интересное у него было на голове. Там красовались перья!

Представьте себе абсолютно голую зелёную голову, увешанную разноцветными перьями! А на хвост он нацепил себе вообще елочную мишуру.

То есть папуас – что надо! Один раз увидишь – год смеяться будешь.

Но больше всего меня убило, когда в конце танца к нему присоединился мой муж! Если вы подумали, что он был в костюме папуаса, то вы глубоко ошиблись. Папуас – это были цветочки.

Мой муж был в костюме первобытного человека! То есть тоже практически голый, только в какой-то шкуре. На его шее красовались кости на веревочке. Причём, если Змей бусы снял с какой-то дамочки, то мой муж кости собрал со стола! И обмотав их верёвкой, водрузил себе на шею. Вместо дубины в его руках была ножка от стула.

И они вдвоём, под песни гномов, изображали танцы пещерных людей. Песни гномов сами по себе вещь страшная, а вкупе с пещерными людьми вообще убийственная!

Когда я показала это видео мужу, он долго смеялся, а потом, заявив, что беременным вредно так много сидеть перед компом и поставил запрет мне на вход в межгалактическую сеть. А то мало ли чего я там еще нарою. Беременным волноваться нельзя!

Глава 3

Посовещавшись, мы решили переехать жить на нашу военную базу. Надо же её как-то обустраивать. Да и защита у неё довольно сильная и сверхновая. Так что наша база – самое безопасное место во всей галактике.

Ребенок тем временем уже начал активно меня толкать. И я всё больше задавалась вопросом, сколько же я буду ходить беременной: как человек – девять месяцев, как эльф – десять или как зорг – семь? Очень уж хотелось посмотреть, кто там у нас с Клаусом получился. Но то, что ребенок с характером сомневаться не приходилось.

Так, например, у меня была очень любимая шкура айштара, белая с длинным шелковистым мехом. Я очень любила на ней лежать и медитировать. Ребенку, по какой-то причине, она не понравилась, и у меня на руках и ногах появилось сначала покраснение, а потом и вовсе волдыри! Как только я выкинула шкуру – всё прошло!

Утром в голове я четко слышала, чего бы ему хотелось поесть! И если я ела не то, меня нещадно тошнило.

В мудрую голову моего мужа пришла интереснейшая мысль. Клаус решил, что для малыша полезно слушать классическую музыку! А то, что она меня бесила – никого не волновало!

И вот, он решил пытать меня музыкой! Нам с малышом классика однозначно не понравилась! Он под неё начинал пихаться, причем очень больно! Моё пузо ходуном ходило. После этих пыток, я решила успокоиться и включила Рамштайн. И вы не поверите – малыш заснул. Я поняла, что у меня растет мужик, и мы с ним нашли общий язык!

И тут случился нежданчик! Мне позвонила моя любимая бабуля и сказала, что она хочет меня навестить. Ну как сказала? Просто поставила перед фактом, что она к нам едет.

Про мою бабуленьку нужно рассказать отдельно. Во-первых, она: дракон. Причем огненный. В свои двести лет она выглядит, как двадцатипятилетняя девушка! У неё ярко-огненные вьющиеся волосы, над которыми она извращается, как может и зеленые драконьи глаза.