Сказки на ночь

И затем Элизий идёт по своим дорожкам.

Он ступает по небу босыми ногами, и его следы остаются на невидимых тропинках между звёзд. Капля за каплей он поливает эти тропинки лунной росой, и те начинают светиться серебряным светом. Это и есть лунные дорожки — те самые, которые видят дети, когда смотрят на полосы света, падающие на землю в полночь.

Но однажды, в одну из самых обычных ночей, когда Луна была полной и круглой, как сырная головка в кладовой великана, с Элизием случилось нечто необычное.

Глава 2. Неуклюжее утро на Луне

В ту ночь Элизий был особенно усталым. Днём ранее он спорил с Северным Ветром о том, нужно ли поливать дорожку, которая ведёт к Медвежьей пещере. Северный Ветер утверждал, что медведи и так видят в темноте, но Элизий возражал: «Видят они или нет, но каждый житель леса заслуживает права идти по освещённой тропе, если он устал». Спор был долгим, и Фонарщик потерял много сил.

Когда он добрался до лунного колодца в ту ночь, его руки слегка дрожали. Он опустил черпалку в серебряную глубину, зачерпнул полное ведро чистейшей росы, но, когда поднимал его, поскользнулся на лунной пыли, которая всегда была скользкой, как лёд.— Ой! — воскликнул Элизий, теряя равновесие.

Ведро качнулось. Серебряная роса плеснулась через край. Но самое ужасное было в том, что в этот момент под Луной, далеко внизу, на зелёной, тёплой Земле, спал маленький ёжик.Элизий зажмурился.

— Ну всё, — прошептал он. — Сейчас я кого-нибудь утоплю в лунном свете.Но роса не утопила. Роса, как и всё лунное, была живой. Она не упала на землю тяжёлой каплей. Она рассеялась в воздухе, превратилась в тысячи серебряных пылинок и начала мягко опускаться вниз, словно световой снег. И большая часть этих пылинок — самая густая, самая яркая их часть — упала прямо на спящего на лесной поляне Ежика.

Ежик спал беззаботно, свернувшись в колючий клубок под старым пнём. Он укрылся носом в свой пушистый животик и видел сон о том, что он — самый быстрый бегун в мире. Во сне он мчался по полю, обгоняя даже зайцев, и ветер свистел у него в ушах. Ему было тепло и уютно.И тут на него упала лунная роса.

Он даже не проснулся сразу. Он только почувствовал, что его спина стала чуть тяжелее, а потом — странное тепло. Но это тепло было не как от солнца, а как от тёплого молока, которое бабушка-ежиха наливала ему в детстве. Ежик вздохнул во сне и перевернулся на другой бок.

А роса тем временем делала своё дело. Она просачивалась между его иголок, обволакивала каждую колючку тончайшим слоем лунного серебра. Она превращала обычные, коричневатые, немного запылённые иголки в идеальные, прозрачные, светящиеся кристаллы. Каждая иголочка теперь была не просто защитой, а маленькой лампочкой, в которой горел голубой, мягкий, как бархат, огонь.

Прошло несколько часов. Луна поднялась выше, и Элизий, грустный и виноватый, смотрел вниз, пытаясь разглядеть последствия своей неуклюжести. Он видел поляну, видел старый пень, и видел… светящийся шар.— О, Великое Небо, — прошептал он. — Что я наделал?А внизу, на Земле, Ёжик наконец проснулся.

Глава 3. Пробуждение света

Сначала Ёжик ничего не понял. Он открыл глаза, зевнул, пошевелил носиком и вдохнул привычный запах мокрой листвы, грибов и утренней свежести. Но потом он заметил, что вокруг него не темно.

Была глубокая ночь. Лес должен был быть чёрным-чёрным, с едва заметными силуэтами деревьев. Но вместо этого поляна была залита мягким голубым светом.

Ёжик оглянулся. Свет исходил… от него самого.

Он вскочил на свои короткие лапки, завертелся волчком и вытянул шею, пытаясь разглядеть свою спину. Спина сияла.— Ай-яй-яй! — пискнул Ёжик. — Что это?! Кто меня поджёг? Я горю!

Он принялся кататься по траве, думая, что так можно потушить огонь. Но свет не гас. Наоборот, от катания иголки становились только ярче, словно их натирали полировкой. Трава под ним начала светиться в ответ, и вскоре вся поляна засияла голубым фосфоресцирующим светом.Ёжик остановился, запыхался и сел на пенёк. Он был напуган и растерян. Он потрогал лапкой свою иголку — она была прохладной, гладкой и словно стеклянной. Он постучал по ней — раздался тонкий, как колокольчик, звон.— Красиво, — невольно сказал он. — Но странно.И тут он услышал чей-то тонкий, писклявый плач. Он доносился откуда-то из-за кустов шиповника, которые росли на краю поляны.

Ёжик насторожился. Он всегда был храбрым, хотя и маленьким. Он осторожно подошёл к кустам, раздвинул колючие ветки (свои-то колючки, светящиеся, были ещё колючее обычных!) и увидел маленького Светлячка.

Светлячок сидел на травинке и плакал. Его животик, который обычно горел ярким зелёным огоньком, был тусклым и серым. Он совсем не светился.— Эй, ты чего? — спросил Ёжик, стараясь говорить тихо, чтобы не напугать малыша.

Светлячок поднял голову. Его глаза были полны слёз.— Я потерял свой свет! — всхлипнул он. — Я упал в ручей, и вода погасила меня. Теперь я не могу найти дорогу домой. Моя мама, наверное, уже волнуется… А тут так темно! Я даже не вижу, где мой куст!

Ёжик оглянулся. Действительно, вокруг было темно. Только он сам излучал этот странный голубой свет.— Не плачь, — сказал Ёжик. — Садись ко мне на спину. У меня сейчас… э-э-э… акция. Я сам не знаю, как это вышло, но я теперь свечусь как ёлка.Светлячок удивлённо посмотрел на сияющие иголки Ежика.

— Ты что, волшебный? — спросил он.— Не знаю, — честно ответил Ёжик. — Раньше не был. Но сейчас, видимо, стал. Садись, покажу тебе дорогу.

Маленький Светлячок забрался на мягкий бок Ежика, пристроился между двумя иголками и почувствовал себя в безопасности. Голубой свет Ежика окутывал его тёплым коконом.

— Спасибо тебе, — прошептал Светлячок. — Без тебя я бы пропал.— Пожалуйста, — ответил Ёжик, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло. — Я сам не знал, что могу быть полезен.

И он потрусил вперёд, освещая путь. Его голубые иголки разрезали тьму, как маленькие факелы. Каждый шаг оставлял за ним слабое свечение на траве — будто он поливал землю серебряной росой. И эта роса, сама того не ведая, начинала расти — из маленьких светящихся капель прорастали крошечные голубые цветы, которые раскрывались прямо у него на пути.

Это было началом его новой жизни.

Глава 4. Ночная тропа

Ежик шёл по лесу, и весь лес просыпался от его света. Птицы в гнёздах открывали глаза и смотрели на движущуюся звёздочку. Мыши в норках принюхивались к необычному запаху — он пах лунным мёдом и прохладой. Даже старый Волк, который обычно бродил по ночам в поисках добычи, увидел вдалеке голубое сияние и решил, что это призрак, и обошёл поляну стороной.

— Скажи, а далеко ли твой дом? — спросил Ёжик у Светлячка.

— Очень далеко, — вздохнул малыш. — На той стороне Орехового оврага. Там, где растут светящиеся грибы.— Светящиеся грибы? — удивился Ёжик. — Я живу в этом лесу уже три года, но никогда не видел светящихся грибов.

— Они светятся только для нас, для светлячков, — пояснил малыш. — Для тебя они будут просто серыми поганками. Но если ты подойдёшь близко, ты увидишь, как они переливаются.Ежик ускорил шаг. Ему стало любопытно. Он никогда не думал, что в лесу есть вещи, которые видны только определенным жителям. Может быть, и его иголки теперь видны как-то по-особенному? Может быть, он теперь видит то, чего не видел раньше?

И действительно, по мере того как он шёл, он начал замечать странности. На ветвях деревьев он видел тонкие светящиеся нити — это были паутины, которые он раньше просто не замечал в темноте. В воздухе кружились серебряные пылинки, похожие на звёздную крошку. Они опускались на его иголки и мгновенно впитывались, делая его свет ещё ярче.— Ты становишься сильнее, — сказал Светлячок, наблюдая за этим. — Ты впитываешь ночную магию.

— Я даже не знал, что она существует, — признался Ёжик.

— Она существует везде, — серьёзно ответил Светлячок. — Просто днём мы её не видим, потому что солнце слишком яркое. А ночью она прячется, пока кто-то не захочет её найти. Ты, наверное, очень сильно хотел помочь, да?

Ёжик задумался. Он действительно всегда хотел помогать. Он помогал старой Черепахе переползти через корягу, он помогал Белке собирать орехи, он даже однажды спас Муравья, который тонул в луже. Но ему всегда казалось, что это мелочи, что никто не замечает его доброты.

— Да, — наконец ответил он. — Я хочу помогать.

— Тогда ты и есть Фонарщик, — сказал Светлячок.— Кто?— Фонарщик. Я слышал, как мой дедушка рассказывал о них. Это существа, которые зажигают свет в темноте. Ты — один из них. Наверное, тебя выбрала Луна.

Ёжик остановился. Он посмотрел на небо. Луна висела прямо над ним, большая, круглая, и, как ему показалось, она подмигнула ему. Одна из звёзд рядом с ней сверкнула особенно ярко.— Луна? — тихо спросил Ёжик. — Это ты меня такой сделала?

Луна не ответила, но свет на его иголках стал чуть теплее, будто кто-то невидимый погладил его по голове.Они двинулись дальше.

Глава 5. Переправа через Ореховый овраг

Ореховый овраг был самым тёмным и страшным местом в лесу. Даже днём там царил полумрак из-за густых крон деревьев, которые переплетались ветвями, как сцепленные пальцы. А ночью там было так черно, что казалось, будто ты провалился в бездну.

Но Ёжик не боялся. Как только он ступил на тропу, ведущую в овраг, его иголки вспыхнули ярче, чем когда-либо. Голубой свет разлился на десятки метров вокруг, освещая корни, камни, мокрые листья и гнёзда, свитые из травы.

Светлячок ахнул:— Я вижу! Я вижу всё! Я никогда не видел этот овраг таким красивым!

Действительно, овраг, который обычно наводил ужас, теперь казался волшебным. Свет Ежика падал на влажные мхи, и те начинали искриться. Камни отбрасывали длинные, танцующие тени. Капли росы на листьях сияли как бриллианты.И вдруг Светлячок вскрикнул:— Остановись!

Ежик замер.— Что такое?— Там, впереди, — прошептал Светлячок. — Я вижу светящиеся грибы. Мы почти пришли!Ёжик посмотрел вперёд. Сначала он ничего не видел — только серые пни и бурые листья. Но потом он прищурился и, благодаря своему новому магическому зрению, заметил слабое, едва уловимое мерцание, которое исходило от нескольких грибов, растущих на поваленном дереве. Они действительно были бледными и невзрачными для обычного глаза, но их споры в воздухе переливались всеми оттенками лунного спектра.

— Я провожу тебя до них, — сказал Ёжик. — А дальше ты сам?

— Дальше я сам, — ответил Светлячок. — Я знаю дорогу. Там, за грибами, мой куст. Мама, наверное, уже ищет меня.

Он спрыгнул со спины Ежика и, дрожа от холода и волнения, подбежал к светящимся грибам. Как только он коснулся их, в его животике что-то щёлкнуло. Огонёк внутри него замигал, закашлялся и, наконец, разгорелся ярким зелёным пламенем.— Я снова свечусь! — закричал Светлячок от радости. — Спасибо тебе, Ёжик! Ты меня спас!

— Беги домой, малыш, — улыбнулся Ёжик. — Теперь у тебя всё будет хорошо.Светлячок взлетел в воздух, закружился вокруг Ежика, оставляя за собой зелёный светящийся след, и умчался вглубь леса, к своему дому.

Ёжик остался один. Он стоял в центре оврага, голубой свет его иголок медленно угасал до обычного яркого сияния. Он чувствовал себя уставшим, но счастливым.— Я сделал доброе дело, — сказал он себе. — И это было замечательно.Он повернулся, чтобы пойти домой, но заметил, что на земле, там, где он стоял, остались светящиеся следы.

Они вели обратно, через весь овраг, вверх по склону и к его собственной норе.И вдруг он услышал голос. Тонкий, звонкий, похожий на звон колокольчика.— Ты не просто сделал доброе дело, — сказал голос. — Ты стал Светом.Ёжик поднял голову и увидел на ветке старого дуба старую Сову. Она была серой, мудрой и смотрела на него своими жёлтыми глазами.

— Ты о чём? — спросил Ёжик.— О том, что теперь ты — Ночной Фонарщик, — сказала Сова. — Ты думаешь, Луна случайно пролила на тебя свою росу? Нет. Она тебя выбрала. Ты всегда был добрым, но теперь у тебя есть сила, чтобы помогать всем, кто потерялся в ночи.

— Но я просто маленький ёжик! — возразил он. — Я не знаю, как быть Фонарщиком. Я даже не умею управлять своим светом. Иногда он тускнеет, иногда ярчает. Я не мастер!

Сова мягко засмеялась.— Мастером не рождаются. Мастером становятся, когда просыпается сердце. Ты уже сделал первый шаг. Теперь каждый вечер выходи на тропу и ищи тех, кому нужен свет. Ты увидишь их — они сами придут к тебе.

И Сова улетела, бесшумно взмахнув крыльями.Ёжик постоял ещё немного, глядя на звёзды, а потом побрёл домой, в свою уютную норку под корнями старого пня. Он думал о том, что сказала Сова. Ему было и страшно, и радостно одновременно. Он лёг на свой моховой матрасик, закрыл глаза и мгновенно уснул — крепким, счастливым сном.Но он знал, что завтра ночью всё начнётся снова.

Глава 6. Первая ночь в роли Фонарщика

На следующую ночь Ёжик проснулся ещё до заката. Он чувствовал необычайный прилив сил. Его иголки мягко светились даже при дневном свете — тускло, но заметно. Он вышел из норки и оглядел лес.

Лес был полон звуков. Где-то ухал филин, где-то стрекотал кузнечик, где-то шуршала земля под лапами пробегающего зайца. Всё было как обычно. Но Ёжик чувствовал, что сегодня он должен быть на месте.

Он пошёл по тропинке, которую сам же и осветил прошлой ночью. Следы его иголок всё ещё слабо мерцали на земле. Они вели его к Ореховому оврагу, но он повернул налево, к ручью, где вчера плакал Светлячок.

У ручья он увидел маленького Утёнка. Тот сидел на берегу и печально смотрел на воду.

— Что случилось? — спросил Ёжик, подходя поближе и освещая берег своим голубым светом.

Утёнок поднял голову. Он был весь мокрый и дрожал.

— Я потерялся, — пропищал он. — Я плавал с братьями и сёстрами, но течение унесло меня далеко. Я не знаю, как вернуться к маме. А тут так темно! Я боюсь воды, потому что не вижу, где берег, а где глубокая яма.

Ёжик посмотрел на ручей. Вода была тёмной и коварной. Но он подошёл к самой кромке и наклонился так, чтобы его свет упал на водную гладь. Голубые лучи проникли сквозь толщу воды, и дно ручья стало видно, как на ладони. Камешки, водоросли, даже маленькие рыбёшки — всё было ясно и понятно.— Смотри, — сказал Ёжик. — Вот здесь мелко. Ты можешь перейти вброд. А там, за тем поворотом, я вижу уток. Может быть, это твоя семья?

Утёнок обрадовался. Он встал на лапки, отряхнулся и, следуя за голубым светом, который Ёжик отбрасывал на воду, перешёл ручей. Он бежал по светящимся камням, перепрыгивал через коряги и, выбравшись на другой берег, увидел свою маму, которая отчаянно крякала, разыскивая его.— Мама! — закричал Утёнок и бросился к ней.

Утка обняла его крылом и посмотрела на Ёжика с благодарностью.— Спасибо тебе, светлый ёж, — сказала она. — Ты спас моего малыша. Если бы не твой свет, он утонул бы в темноте.— Пустяки, — смутился Ёжик. — Я просто делаю то, что должен.

Но в душе ему было так радостно, что его иголки засветились ещё ярче, заливая весь берег голубым сиянием.

Он пошёл дальше. За эту ночь он встретил ещё много зверей. Он помог барсучихе найти её нору, которую завалило ветками. Он помог старому кроту, который вышел из-под земли в незнакомом месте и не мог найти обратный ход. Он даже помог летучей мыши, которая запуталась в сетях — он так ярко засветился, что она увидела все нити и выбралась без единой царапины.

К утру Ёжик еле стоял на ногах. Его иголки горели ярко, но в его глазках чувствовалась усталость. Он приплёлся в свою норку, упал на мох и заснул крепче, чем когда-либо.

И когда он спал, ему приснился сон.

Глава 7. Сон о Мастере Элизии

Ему снилось, что он стоит на Луне.

Это было странное чувство — стоять на холодной, пыльной поверхности, смотреть на Землю, которая висела вдалеке, как голубой мраморный шар. Рядом с ним стоял старый, седой человек в длинной серебряной мантии. В руках он держал ведро, которое светилось изнутри.

— Ты — Мастер Элизий? — спросил Ёжик.— Я, — ответил старик. — И я хочу извиниться перед тобой.

— За что? — удивился Ёжик.— За то, что пролил на тебя лунную росу, — сказал Элизий, и его глаза стали виноватыми. — Я был неловок, и ты пострадал.— Пострадал? — переспросил Ёжик. — Да я стал благодаря этому самым счастливым ёжиком в мире! Я помогаю всем вокруг! Я вижу в темноте! Я освещаю путь тем, кто его потерял!Элизий удивлённо приподнял бровь.

— И ты не злишься?— Нет, — твёрдо сказал Ёжик. — Я благодарен тебе. Ты дал мне цель.Старый Фонарщик улыбнулся. Его лицо разгладилось, и он стал выглядеть на сотню лет моложе.

— Ты удивительный, — сказал он. — Я боялся, что лунная роса будет для тебя проклятием. Что ты будешь гореть слишком ярко и привлекать хищников. Что другие звери будут бояться тебя. Но ты превратил это в дар.

— Так научи меня, — попросил Ёжик. — Научи меня быть настоящим Фонарщиком. Как зажигать дорожки надолго? Как не уставать так быстро? Я хочу помогать ещё больше.Элизий подошёл к нему, присел на корточки и провёл рукой по его сияющим иголкам.

— Ты уже всё умеешь, — сказал он. — Ты умеешь главное — ты умеешь слушать. Свет не там, где его зажигают. Свет там, где его ждут. Ты чувствуешь, кто нуждается в тебе. А это важнее любого ведра и любой черпалки. Но если хочешь…Он отломил от своего ведра крошечный кусочек лунного серебра и вложил его в лапу Ёжика.— …держи. Это частица моего колодца. Если когда-нибудь твой свет начнёт угасать, положи эту серебряную крошку на иголку. Она зарядит тебя силой Луны.Ёжик сжал лапку и почувствовал, как внутри разливается необычная энергия.

— Спасибо, Мастер, — прошептал он.— Иди, — сказал Элизий. — Иди и продолжай светить. Лес велик, и потерянных много. Ты нужен им.Ёжик проснулся.Солнце уже встало. Лучи пробивались сквозь листву, освещая его норку. Его иголки светились, как всегда, но на одной из них, на самой верхней, блестела крошечная серебряная росинка — подарок от Элизия.Ёжик улыбнулся, зевнул и вышел из норки. Ночью он отдохнёт, а пока — можно погулять, поесть ягод и набраться сил.

Ведь ночью его ждут новые приключения.

Глава 8. Неожиданная встреча

В тот вечер, когда солнце только начинало садиться за горизонт и небо окрашивалось в оранжево-розовые тона, Ёжик сидел на пороге своей норки и перебирал в памяти события прошлой ночи. Он думал о Светлячке, об Утёнке, о барсучихе и о кроте. Ему казалось, что он уже знает каждого жителя леса.

Но вдруг он заметил нечто странное.На противоположном краю поляны стоял маленький лисёнок. Он был рыжим, пушистым и очень-очень испуганным. Он смотрел на Ёжика огромными глазами и дрожал, будто увидел привидение.

— Ты кто? — спросил Ёжик дружелюбно.

— Я… я Лисёнок, — ответил тот. — Я убежал от мамы, потому что хотел посмотреть на светящийся шар, который видел вчера. А теперь я заблудился. И я боюсь. Ты светишься… ты не злой?

— Нет, — засмеялся Ёжик. — Я добрый. Иди сюда, не бойся.Лисёнок неуверенно шагнул вперёд, потом ещё один, и вдруг побежал прямо к Ёжику и ткнулся носом в его мягкий животик.— Ой! — пискнул он. — Твои иголки тёплые!— Они ещё и светят, — сказал Ёжик. — Хочешь, я провожу тебя до твоей мамы?Лисёнок кивнул. Ёжик встал, отряхнулся, и они двинулись в путь. Но тут Ёжик заметил, что свет его иголок становится почему-то тусклее, чем обычно.— Странно, — сказал он. — Обычно я свечу ярче.Он посмотрел на серебряную росинку, подаренную Элизием. Она была на месте, но была бледной и мутной.

— Наверное, я слишком много потратил сил вчера, — подумал Ёжик. — Но ничего, мы справимся.Они шли по лесу. Ёжик старался изо всех сил, но его свет то разгорался, то угасал, словно свеча на ветру. Лисёнок доверчиво шёл рядом, но иногда спотыкался в темноте, когда свет почти гас.