Дзержинск. Две остановки в неизвестность

Анастасия Арналюк

Дзержинск. Две остановки в неизвестность

Глава

«В мире, где пространство ломается, а дни идут по кругу, единственным ориентиром остается голос того, кто обещал вернуться и вытащить тебя из бездны».

Пролог

Говорят, что человеческая память со временем стирает всё плохое. Говорят, что шрамы, оставленные страхом, затягиваются так же легко, как обычные порезы на коже. Но это ложь.

Каждый раз, когда наступает июль, я замираю. Вглядываюсь в чистое дзержинское небо и ищу в нем едва заметные розовые облака. Мне кажется, что ткань нашего привычного, сытого и безопасного мира две тысячи двадцать шестого года слишком тонкая. Она как ветхая марля, готовая в любой момент с треском лопнуть прямо у нас под ногами.

В моем кухонном шкафу, среди современной стеклянной посуды, стоят две чашки. Они грубые, тяжелые, сложенные из странной серой глины, со следами глубоких сколов. Когда знакомые приходят ко мне в гости, они равнодушно скользят по ним взглядом, думая, что это просто дурацкий сувенир или неудачная поделка. Они смеются, пьют чай и спорят о пустяках. Они не знают, что эти две пиалы были сработаны человеческими руками в суровом каменном веке. Там, где на месте нашего зеленого, родного Дзержинска осталась лишь бескрайняя пустыня и мертвые кольца спиральных дорог и домов.

Никто из них не верит мне. Нашу историю назвали «коллективным безумием» и списали на июльскую жару. Но я-то знаю правду. Я помню леденящий рев, похожий на звук взлетающего самолета. Помню, как лопался асфальт под колесами белой машины, уходящей в бездну розового тумана. Помню лицо мужччины из девяностых, который так и не смог вовремя вернуться к своей молодой жене.

Мы вырвались. Мы обманули черную дыру и вернулись на ту трассу. Но теперь я точно знаю: черта между «вчера» и «через триста лет» гораздо ближе, чем нам кажется. Иногда для того, чтобы перешагнуть её, не нужны космические корабли и сложные вычисления.

Достаточно просто сесть в обычный желтый автобус и поехать домой. Всего на две остановки.

ЧАСТЬ 1ЗАПЕРТЫЕ В БУДУЩЕМ

Глава 1. Две остановки до дома

Июльский полдень плавил асфальт. Воздух над дорогой дрожал от невыносимого зноя, и казалось, что весь город замер, убаюканный этим ленивым летним теплом. Мне нужно было проехать всего две остановки до дома. Совершенно банальное, будничное дело. Если бы я только знала, что этот привычный маршрут станет последним в моей прежней жизни. Меня зовут Настя и я расскажу вам свою историю.

На остановке, тяжело выдохнув облако горячего воздуха из пневматических тормозов, замер длинный желтый автобус. Старый, надежный, он пах раскаленным металлом и машинным маслом. На таких автобусах у нас обычно возили рабочих на смену. На лобовом стекле не было привычного номера маршрута — вместо него белела табличка с названием одного из пригородных заводов. Но водители часто подвозили обычных горожан, если им было по пути, поэтому мы с моей близкой подругой Алиной без тени сомнения шагнула в распахнутые двери.

Внутри салона царил полумрак, спасавший от слепящего солнца. Пылинки медленно кружились в косых золотых лучах, пробивавшихся сквозь немытые окна. На пассажирских сиденьях расположились человек восемь. Среди них выделялись трое парней и одна совсем молодая девчонка. Макс в рабочей куртке, тихо переговаривался с высоким, серьезным Кириллом. Чуть дальше сидел Денис-весельчак в яркой футболке, который что-то увлеченно листал в телефоне. А у самого окна сжалась Оля, хрупкая девчонка с легкомысленным школьным рюкзаком на плечах, которая, кажется, ехала на какую-то летнюю подработку. Обычные люди, обычный день.

Я заняла свободное место у окна, Алина села рядом. Автобус мерно покачивался на дорожных ухабах. До дома оставалось от силы пять минут.

Внезапно мир перевернулся.

Сначала раздался жуткий, выворачивающий душу скрежет — словно огромный невидимый великан принялся сминать автобус, как пустую консервную банку. В следующую секунду нас встряхнуло. Это не было похоже на обычную яму или столкновение. Земля под колесами словно ушла вниз, а затем с силой подбросила многотонную машину вверх.

В салоне поднялся крик. Оля испуганно взвизгнула, Денис выронил телефон. Мы с Алиной мертвой хваткой вцепились в металлический поручень перед собой. Нас швыряло из стороны в сторону, тормоза визжали на грани ультразвука. В ушах заложило, как при резком взлете самолета.

Через несколько мгновений, показавшихся вечностью, всё стихло.

Автобус замер. В салоне повисла такая звенящая, густая тишина, что было слышно, как бьются сердца испуганных пассажиров. Все сидели неподвижно, боясь пошевелиться.

Глава 2. Город на песке.

—Все... все целы? Что это было вообще? — нарушил тишину дрожащий голос Максима. Он держался за ушибленное плечо, на его лице читался неподдельный шок.

Люди начали осторожно подниматься со своих мест. Первым порывом было посмотреть в окно. Я смахнула ладонью налет пыли со стекла и прильнула к нему. Снаружи по-прежнему светило яркое летнее солнце. Но привычный пейзаж исчез. Вместо ровных рядов пятиэтажек моего района высились совершенно незнакомые, странные и пугающие дома.

— Это не наша улица, — испуганно прошептала Алина, сжимая мою руку. — Настя, где мы?

Паника липкой волной подступила к горлу. Я вскочила с сиденья и быстро пошла к кабине водителя.

— Откройте дверь! — крикнула я. — Давайте я выйду прямо здесь!

Водитель даже не повернул головы. Лицо казалось высеченным из камня. Нажав на педаль, он глухо произнес:

— Сейчас я проеду немного вперед. Там вас высажу.

Автобус снова тронулся с места, натужно ревев. Под колесами больше не было асфальта. Машину затрясло, и, взглянув вперед, я обомлела. Автобус ехал по чистому, желтому песку. Мы находились на вершине огромного бархана и начали крутой, опасный спуск с песчаной горы. Салон накренился, Оля снова заплакала, а Денис из последних сил пытался удержаться за сиденье, растеряв всю свою веселость. Кирилл хмуро всматривался в окно через тучи взметнувшейся желтой пыли.

Наконец, автобус резко затормозил. Двери со свистом открылись, впуская волну сухого, обжигающего воздуха. Наша шестерка — я (Настя), Алина, Максим, Кирилл, Денис и Оля — буквально вывалилась наружу. Остальные несколько пассажиров в страхе остались сидеть в салоне. Двери за нашими спинами захлонулись, и автобус уехал обратно вверх по склону, тяжело буксуя в дюнах.

— Эй! Куда ты?! — закричала я вслед уходящей машине. — А где моя улица?! Куда ты нас привез?!

Машина скрылась, оставив нас посреди бескрайней, залитой солнцем пустыни.

— Мы же ехали всего две минуты, — прошептала Алина, глотая слезы.

Ветер подул сильнее, унося остатки пыли, и мы одновременно повернулись в сторону долины. Прямо перед нами раскинулся огромный город, построенный прямо на песке. Все дома в нем были выстроены в две колоссальные круговые спирали, уходящие кольцами к самому центру. Между рядами зданий вилась широкая песчаная дорога. Здания были сложены из гигантских блоков из серого, плотного и толстого камня — каждый булыжник размером примерно сорок на пятьдесят сантиметров. По краям спирали жались одноэтажные постройки, а ближе к центру высились трех- и четырехэтажные каменные башни.

Глава 3. Временной сдвиг.

Мы осторожно шли по песчаной дороге внутрь спирали. Страх сковал нас изнутри. Никто из нашей группы так и не решился подойти к местным и прямо спросить, какой сейчас год. Мы до смерти боялись признаться, что приехали из прошлого.

Между массивными каменными домами виднеются небольшие искусственные водопады. На веревках сушилось белье. Навстречу нам шли мужчины и женщины с непривычно смуглыми, темноватыми лицами, неуловимо напоминавшими цыганские черты. Двое мужчин у дома негромко разговаривали на чистом русском языке.

Словно в трансе, я сделала несколько шагов вперед и подбежала к невысокому смуглому мужчине, который чинил утварь на пороге.

— Извините! Пожалуйста, помогите нам! — мой голос дрожал. — Где город Дзержинск? Как нам доехать до Нижнего Новгорода?

Мужчина спокойно посмотрел на меня с глубокой, вековой грустью. Затем медленно поднял руку и указал пальцем прямо в песок у себя под ногами.

— Так Дзержинск здесь, — тихо ответил он. — Вы в нем стоите. А Нижний Новгород... вон туда, за вторую спираль, по тракту. Там он.

Я пошатнулась. Максим резко схватил меня за локоть, не дав упасть.

— Что значит — здесь? — прошептал Максим, оглядывая каменные кольца. — Где многоэтажки? Где заводы?

Мужчина лишь покачал головой и промолчал. Мы побрели дальше, оглушенные.

Песчаная дорога вывела нас к массивному зданию в самом сердце спирали. Мы осторожно переступили порог, оказавшись в прохладном зале местного музея. Вдоль стен тянулись длинные стенды. Когда я подошла к первому из них, сердце у меня оборвалось. На пожелтевших фотографиях под стеклом угадывались площади Дзержинска, Дворец культуры химиков, Чкаловская лестница Нижнего Новгорода...

— Это окончательно... — прошептал Кирилл, его пальцы дрожали, когда он изучал старую карту области. — Ребята, мы действительно в будущем. Лет на триста, а то и на пятьсот вперед улетели. Наш мир стерт какой-то катастрофой. Землетрясение или ядерная война... Она снесла все наши дома, а выжившие построили эти, новые... на песке.

Мимо прошел смуглый смотритель музея. Мы испуганно замолчали и поспешили к выходу.

Глава 4. Ловушка и разделение.

Мы почти бежали по песчаному склону на окраине пустыни и вдруг наткнулись на темный зев глубокой пещеры. Воздух в проходе едва заметно мерцал и вибрировал. Это был портал. Не раздумывая, мы один за другим шагнули в эту мерцающую пустоту.

Пространство мгновенно изменилось. Желтый песок исчез, под ногами оказался твердый чистый асфальт. Вокруг раскинулся потрясающий мир: сочная зелень холмов, яркие птицы и футуристичные новые дома, похожие на дорогой курорт. Здесь не было следов войны.

— Здесь так красиво... — восторженно улыбнулся Денис, делая глубокий вдох. — Неужели мы спаслись?

Договорить он не успел. В следующую секунду земля с жутким гулом ушла у нас из-под ног. Небо над курортным раем пошло серыми зигзагообразными трещинами. Нас начало мощно, непрерывно трясти.

— Здесь небезопасно! Назад, к туннелю! — закричала я, срывая голос.

Иллюзия рушилась. Красивые здания начали с оглушительным скрежетом оседать, поднимая столбы густой белой пыли. Огромный каменный блок сорвался со свода пещеры и с грохотом рухнул на землю, разлетевшись на осколки точно посреди нашей группы, навсегда отрезав нас друг от друга.

— Спасайтесь! Бегите! — сквозь грохот закричал Кирилл, пытаясь увести за собой испуганную Олю.

Начался сплошной хаос. От страха, что очередная глыба рухнет на голову, ребята инстинктивно бросились врассыпную вглубь рушащегося города. Наша группа распалась. Пыль забивала глаза, видимость стала нулевой. В этой суматохе чья-то тонкая рука мертвой хваткой вцепилась в мое запястье. Это была Алина.

— За мной! Назад! — крикнула я ей и изо всей сил потянула к выходу.

Мы бежали вслепую. Мы буквально влетели в темный зев туннеля, и едва наши ноги коснулись темноты, за нашими спинами раздался страшный грохот — потолок окончательно обвалился, заблокировав дорогу назад плотной стеной. Максим, Кирилл, Денис и Оля остались там, по ту сторону.

Спотыкаясь, мы с Алиной вывалились из выхода туннеля наружу, обратно на горячий песок. Вход в пещеру позади нас был наглухо завален. Никто больше не вышел.

Я обессиленно опустилась на песок, чувствуя, как по щекам ползут слезы. Алина села рядом, обняв колени руками, и тихо зарыдала.

— Где они?.. Что нам теперь делать? Настя, мы совсем одни... — прошептала она.

Я повернула голову и посмотрела на горизонт, где возвышались серые, молчаливые дома чужого Дзержинска.

— Ждать, — ответила я, заставляя свой голос звучать твердо. — Алина, мы будем их ждать. Они выберутся, и мы найдем друг друга. Обязательно найдем.

ЧАСТЬ 2ПЕТЛЯ МИРАЖА И ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ

МИРЫГлава 5. Параллельные миры

Мы долго сидели на горячем песке, глядя на заваленный камнями зев пещеры. Но пустыня вокруг не была мертвой. Вглядываясь в серые кольца города-спирали, я с удивлением заметила движение. По песчаным дорогам между каменными блоками мерно ехали автомобили — странные, бесшумные, угловатые машины чужого века. На улицах мелькали фигуры прохожих. Город жил своей привычной, размеренной жизнью, пока мы с Алиной оплакивали пропавших друзей.

— Нужно идти туда, — я поднялась, отряхивая джинсы от налипшего песка. — Мы не можем просто сидеть здесь. Нужно узнать, что это за место.

Алина молча кивнула, вытирая слезы, и мы направились к ближайшему витку спирали. Ноги слушались плохо, но страх постепенно сменялся отчаянной решимостью. Едва мы ступили на обитаемую улицу, я бросилась наперерез неторопливо шедшей женщине в сером холщовом платье.

— Пожалуйста, стойте! — я преградила ей путь. — Помогите нам. Расскажите, что здесь вообще творится? Что это за пещера на окраине и куда она ведет?

Женщина остановилась. На её смуглом лице не было злости, только внезапно проступивший испуг. Она испуганно оглянулась на скалы, из которых мы только что пришли.

— Вам туда нельзя, — тихо, но твердо сказала она, качая головой. — Обходите это место стороной. Это черная дыра, она ведет в полную неизвестность. Сколько я себя помню, она всегда была там. И ничего хорошего оттуда никогда не приходило.

— Но там остались наши друзья! — воскликнула Алина, подбегая ближе. — Там началось землетрясение, всё рушилось, а потом пещеру завалило камнями! Они заперты там!

Женщина грустно улыбнулась и мягко коснулась плеча Алины.

— Не переживайте так сильно. Они выживут... если, конечно, снова смогут найти выход к этой пещере изнутри. Понимаете, в том месте находится один и тот же повторяющийся день. Каждое утро, когда они будут просыпаться там, всё будет начинаться заново. Как будто никакого землетрясения и не было.

Она сделала паузу, и её голос стал совсем тихим:

— Но люди там не живут. Весь тот зеленый курорт — это просто мираж. Эхо ушедшей эпохи, застрявшее во времени. Идемте лучше ко мне. Вы обе бледные, пыльные и голодные. Я покормлю вас и всё подробно расскажу. На улице вам оставаться нельзя.

Мы послушно пошли за женщиной. Её дом был сложен из тех же толстых серых булыжников, но внутри было уютно и прохладно. На столе появились простая глиняная посуда с сытной горячей похлебкой и свежий хлеб. Насытившись, я наконец решилась на признание, которое мы так долго скрывали.

— Мы не здешние, — я посмотрела женщине прямо в глаза. — Нас зовут Настя и Алина. Мы... мы из прошлого. Наш автобус просто тряхнуло на дороге, и мы оказались здесь.

Я ждала, что она засмеётся или вызовет стражу, но хозяйка дома лишь тяжело вздохнула. Она поверила нам сразу же, без лишних вопросов.

— Я так и думала, — кивнула она. — После того великого ядерного взрыва на Земле часто открываются и закрываются такие порталы. Пространство истончилось, пошло трещинами. Никто из наших ученых до сих пор не знает, в какое именно время ты попадешь, если переступишь черту. И... как вам вернуться обратно в ваш родной дом, я тоже не знаю. Простите меня. Она постелила нам на деревянных настилах. Женщина предложила переночевать у неё, и мы, обессиленные от пережитого за день шока, согласились. Но пока мы с Алиной засыпали в тепле и безопасности, по ту сторону заваленного туннеля наши друзья проходили через настоящий ад выживания.

В тот самый момент, когда мы переступали порог уютного каменного дома, в рушащемся мире-мираже Максим, Кирилл, Денис и Оля отчаянно боролись за свои жизни.

Огромный кусок лопнувшего асфальта с грохотом рухнул прямо на Кирилла, намертво придавив его к земле. Парень хрипел от боли, из-под обломка сочилась кровь.

— Макс, помоги! Быстрее! — надрывая связки, кричал Денис, пытаясь ухватиться за край тяжелой плиты.

Они действовали на пределе сил, пока вокруг них с грохотом рушились стены красивых футуристичных зданий. Оля сжалась в комок неподалеку, закрывая голову руками и со слезами на глазах умоляя их поторопиться. Наконец, содрав кожу на ладонях и получив кучу ссадин, парни ухитрились сдвинуть кусок асфальта и вытащить измученного Кирилла.

Как только они оттащили его в сторону, землетрясение так же внезапно, как и началось, прекратилось. Наступила пугающая тишина. Хромая и поддерживая друг друга, ребята побрели к ближайшему уцелевшему зданию. Им нужно было найти хоть какую-то аптечку или людей. Но внутри футуристичный дом оказался абсолютно мертвым и пустым — ни единой живой души, только глянцевые стены и пыль.

Обыскав комнаты, они не нашли медикаментов, но наткнулись на какие-то подручные тканевые материалы. Кое-как, на скорую руку, парни перевязали сильно поврежденные руки Кирилла и израненные локти испуганной Оли.

Туннель назад был наглухо засыпан, и оставаться на месте не имело смысла. Ребята вышли на улицу в надежде найти еду и хоть какой-то другой выход из этого места. Они шли четыре долгих, изнурительных часа. Голод давал о себе знать, когда среди безупречной зелени они наконец наткнулись на кусты, усыпанные спелыми бананами, и дикие яблони. Денис сорвал плод, но, едва они попробовали фрукты, их ждало горькое разочарование. Яблоки и бананы оказались абсолютно безвкусными, словно были сделаны из воска или ваты. Есть это было невозможно, и ребята, чертыхаясь, пошли дальше голодными.

Тут Максим резко остановился и хлопнул себя по лбу.

— Блин! Совсем из головы вылетело! — он судорожно сдернул с плеч свой рабочий рюкзак. — Я же бутерброды и блины на работу взял! И бутылка воды есть!

Это было настоящим спасением. Разделив домашние блины строго на четверых и сделав по паре глотков теплой воды, они немного утолили голод. К этому моменту уже

стремительно темнело.

Ночь в этом мире наступила мгновенно и оказалась кошмарной. На небе не было ни луны, ни звезд — сплошная угольная чернота. Ни один уличный фонарь этого курортного города не загорелся. Стало жутко темно и невыносимо, неестественно холодно. Мобильные телефоны не ловили сеть, но служили единственным источником света. У Кирилла экран был разбит вдребезги при обвале, у остальных зарядка была на исходе. Экономя батарею, они оставили включенным всего один телефон как фонарик, забились в угол какого-то пустого здания, прижались друг к другу, чтобы хоть как-то согреться, и измученные уснули.

Около полуночи все они одновременно проснулись от странного, резкого звука. Он нарастал издалека и был похож на движение мощной океанской волны или тяжелого шлейфа воздуха. Одновременно с этим в комнату проник резкий, непонятный запах — удушливый и чужой.

Оля, дрожа от холода, на цыпочках подкралась к окну и всмотрелась в ночную тьму. Но за стеклом была лишь непроглядная черная бездна. Никакого движения. Через пару минут странный звук затих, пугающий запах так же внезапно улетучился, уступив место морозному воздуху. Ребята, слишком уставшие, чтобы поддаваться панике, снова забились в свой угол и забылись тяжелым сном до самого утра, не зная, что на рассвете этот мир полностью сотрет следы их ночного кошмара.