Звезда и Солнце

Глава 3. Я студентка.

Утро первого сентября. Разбудили меня наглый рыжий кот и солнце, пробивающееся через шторы. Я встала, медленно потянулась, подошла к окну, раздвинула портьеры и посмотрела на улицу. Люди бежали по своим делам. Всё, как всегда. Школьники шли с цветами. Хорошо, что сегодня такой солнечный день. Я вспомнила, как однажды нам с сестрой пришлось идти в школу первого сентября под жутким дождём – лил он, тогда как из ведра. Даже куртки нас не спасли: мы промокли насквозь, при том, что до школы было каких-то два дома и перейти через дорогу. А сейчас придётся мне на трамвае проехать несколько остановок. Но ведь до остановки дойти ещё надо... А был бы дождь, пришла бы я в первый день мокрая, злая.

Я открыла окно и вдохнула свежий утренний воздух. И заметила, что ночью всё-таки шёл дождь – то тут, то там поблескивали на солнце небольшие лужицы. Не слышала. Как же крепко уснула... Мальчишка лет восьми пробежался по луже и обрызгал проходящих мимо девочек, они погнались за ним с криками. А мне захотелось от души рассмеяться от увиденной картины. Детство так беззаботно.

Сестрёнка у меня, кстати, учится в художественном училище, поступила после девятого класса. А я, как вы понимаете, закончила одиннадцать.

Одно время нас даже считали двойняшками. Но потом мы с ней стали почти не похожи. Инна не любит длинные волосы, носит всегда короткую стрижку, при этом она натуральная блондинка и ниже меня ростом. Во всей квартире была тишина, и только из комнаты сестры слышалась тихая музыка. О, кто-то кроме меня уже проснулся.

Я постучалась, но ответа не последовало. Зайдя в её комнату, я усмехнулась. Хаос и Инна – вечные спутники. Как она говорит, не мешайте, у меня творческий беспорядок. Всюду разбросаны листы разных форматов, кровать не заправленная.

– Привет, Картинка. Проснулась?

Картинкой Инна стала себя называть ещё в детстве. Бабушка тогда не с нами жила, а в соседнем доме. И когда маленькая Инна поднималась на пятый этаж, то, отсчитывая ступени, она, смешно протягивая некоторые гласные, проговаривала: «Инка-Ка-артинка идёт». Так с её же подачи все в нашей семье стали назвать её Картиной. А потом ещё и в художку поступила, рисовать начала, так прозвище детское и прицепилось.

– Доброе утро, Пухляшка. – а так меня называла, только Инна. Мама чаще называла Мульяна, Куляма, Уляшка, ба Ляночка, лапушка. Папа всегда полным именем. — Кто тебе сказал, что я спала? Вот, зацени, – протянула она мне новую работу. Сестрёнка нарисовала ночной город, это было великолепно: его огни словно на самом деле источали свет, приковывали взгляд. Казалось, что магия пришла в наш мир.

– Класс. У тебя талант, Картинка! – показала я палец вверх. Сестрёнка посмотрела на меня, как бы говоря «А то!». – Ну так что, к труду и обороне ты готова?

– Э-э… Это моя реплика! – Она шутя ударила меня в плечо.

– С чего это?

– Девочки, вы опять ссоритесь? – В комнату, потягиваясь, вошла мама, на ходу завязывая халат.

– Ма-а, мы не ссоримся, – ответила ей я и подмигнула сестре.

– Ладно-ладно. Пошли завтракать. Быстро руки мыть и за стол!

Пока мы с сестрой приводили себя в порядок, мама уже организовала завтрак: на столе стояли горячие сырники, пиала с вареньем и три чашки, в которые был налит кофе.

– Мам, ну... ты знаешь, как мы тебя любим! Спасибо!

– Не мне спасибо, а ба. Это она сегодня с утра всё напекла. А я всего лишь подогрела.

– Значит, мы вас обеих любим! – сказала Инна.

– Подтверждаю! – поддержала я, прожёвывая вкуснющий сырник.

– Ешьте уж, подхалимки. – Мама улыбнулась, и мы принялись тихо завтракать, каждая в своих мыслях.

Итак, первый день учёбы. Надеюсь, что с однокурсниками я подружусь. А ведь на концерт к Максиму я так и не сходила... Испугалась в последний момент ему позвонить. И что я сейчас об этом подумала? Даже не знаю.

Посмотрев на телефон, я поняла, что могу опоздать, и, наскоро допив кофе, побежала собираться. Опаздывать куда-то я не люблю. Это мой самый страшный кошмар.

В университет я не просто пришла – я буквально влетела, к самому началу пары, чуть не опоздала. Успела только посмотреть в расписании, какая аудитория мне нужна. Зашла последняя, перед самым звонком. С частью группы я уже успела поверхностно познакомиться на сборе первокурсников перед учебным годом, но все, кого я хотя бы помнила внешне, уже расселись по двое. Я решила занять свободное место рядом с девочкой, которую до этого не видела. Она толкнула меня в бок. Я посмотрела на неё, мол, что ты хотела, но в этот момент зашёл преподаватель. Мы только и успели, что представиться друг другу по имени – мою соседку по парте звали Катя. После чего преподаватель попросил прекратить разговоры в аудитории, и нам так и не удалось пообщаться.

Всю пару я даже и не слушала, что вещал лектор. В голове словно растёкся густой туман. Телефон я забыла выключить, он у меня был на виброрежиме, и я постоянно отвлекалась, так как Антон уже с самого утра смешил меня мемами про студентов. И когда новая знакомая пыталась привлечь внимание к себе или к тому, что говорит преподаватель, я просто не обращала внимания. Пара пролетела незаметно. Антон написал, что будет ждать в столовой. Так, и где тут столовая?

Из аудитории я выбежала махом, никого не замечая. И налетела, казалось, на скалу? Не… это не так … Это был какой-то парень.

– Кваффлостукнутый и не лечишься… – зло бросила я.

– Чего? – сказал этот особо одарённый. Смерив меня взглядом.

– И в каком месте у тебя бланджер сидит, что ты ничего не слышишь?

– Чего-о? – Он смотрел на меня офигевшим взглядом.

А я набралась откуда-то наглости и решила окончательно припечатать его дальнейшими словами:

– Да не чего, а что. Молодой человек, вытащите беруши. Вам, по ходу, русский не родной. Диалог завершён. – Я была уверена, что ухожу как королева, и уже тише, себе под нос, проворчала: – Дементор высоси медузу…

Напоследок он посмотрел на меня, как на назойливую муху, которую хочется прибить, а я просто отвернулась.

– Ты так быстро убежала. – Меня взяла за руку Катя. – И, я смотрю, ты налетела на Матвейку... Он же тебе жизни теперь не даст.

– А Матвейка этот вообще кто? – резонно поинтересовалась я.

– Ну, как сказать… Мажор и элита. У меня брат с ним учится… Нам до него – как до Хогвартса без метлы…

– Тебе тоже Поттер нравится?! – Мне тут же стало не до какого-то там Матвея. Счастью моему не было предела: хоть кто-то в этом мире ценит прекрасное!

– А то! У меня даже два тома куплены на английском.

– Круто, у меня только один, – сказала я с сожалением. Родители в какой-то момент не смогли устоять перед моим напором и дали денег, чтобы я смогла купить первый том. И я пообещала себе, что обязательно на все остальные заработаю.

– Но я больше люблю читать мангу в оригинале, – прервала процесс самокопания Катя.

– О, на японском?

– Да, изучаю его, но вот ещё не определилась, какой второй язык по программе буду брать? Скорее всего, корейский. А ты какой хочешь взять?

– Французский. А ещё иврит мне по рождению положен.

– Ну всё, теперь с чистой совестью могу не скрывать шуток про евреев! – Катя широко улыбнулась. – Слушай, а можно я тебя буду называть Яна?

– Мне было бы приятнее, чтобы ты меня звала Уля. «Яна» терпеть не могу. – Я поморщилась, а Катя кивнула в ответ. – И вообще, пошли в столовую. Ты же знаешь, где она находится?

– Конечно, пошли, провожу. Потом и экскурсию, если надо, по корпусу проведу.

Пока дошли до столовой и стояли там в очереди, мы с Катей успели обсудить кучу всего, и у меня возникло странное ощущение, будто я давно-давно знала эту девочку. Уже взяв подносы с едой и расплатившись, мы начали искать свободный стол, и тут мой взгляд зацепился за знакомую фигуру. Антон! Я потащила Катю в его сторону.

– Ульяна, привет. – Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Привет, Антон… – сказала я тихо, так как в горле словно образовался комок. Проглотив его, я всё-таки смогла заговорить: – Катя, познакомься, это мой … – «А и правда, кто он мне?» – задумалась я. – Мой знакомый, – через некоторое время произнесла наконец, прервав неловкую паузу.

– Привет, я Катя. – Она посмотрела на Антона с какой-то надменностью, на лице её была усмешка.

– Антон. – Он, как мне показалось, залип на Кате. По сравнению со мной она была худенькая, невысокого роста. Длинные волосы, собранные в хвост. Лицо вытянутое, аккуратное. Правда, губы немного портили его – тонкие, но подкрашенные. Я сегодня особо с макияжем не заморачивалась. Подкрасила только ресницы, а губы не стала. Обидно. Но тут же резко парень повернулся ко мне и произнёс: – Уля, я сейчас тоже еды куплю и подойду к вам, хорошо?

Я кивнула Антону, мы с Катей направились за свободный столик.

– А откуда ты знаешь Антоху? – спросила меня Катя, дожёвывая булку, обильно посыпанную сахаром. Вот честно, иногда завидую таким людям, которые могут съесть хоть слона и при этом оставаться стройными.

– В клубе познакомились. Потом переписываться стали, – ответила я и нашла взглядом Антона. Он о чём-то шептался с девушкой на кассе. Неприятно кольнуло в области сердца. Я постаралась сменить позу, чтобы было комфортнее.

– Ты в курсе, что он капитан команды по баскетболу? – Я отрицательно покачала головой. – Он что, тебе ничего не сказал?

– Да мы как-то и не обсуждали эту тему, – пожала я плечами.

– И ещё у Антона очень сложные отношения с местной... элитой. В общем, он пока что временно капитан команды, – просвещала меня Катя. – До этого капитаном был как раз Матвей. И Антон может вылететь с места, если они в этом матче не выиграют.

– А с кем играют? – поинтересовалась я.

– С «Севером».

– Мне это ни о чём не говорит…

– Сходим. Хотя, наверное, Антон и сам тебя пригласит.

– А ты ему вроде как понравилась, – сказала я Кате.

– Да брось ты, – махнула она рукой и посмотрела на Антона. В этот момент он уже говорил с каким-то парнем, напрочь игнорируя девушку. – Он тот ещё бабник. И ты особо на него не рассчитывай.

– Да я вроде, как и не… – нечленораздельно пробурчала я, при этом ловя себя на мысли, что самым наглым образом пожираю взглядом фигуру Антона. Он уже проходил к столу, как я поняла, его друзей, вместе с парнем, с которым общался у кассы. У них там царило веселье. Смех ребят разносился по залу. Про нас с Катей Антон, кажется, забыл... Там же сидел и Матвей, на которого я наткнулась. И только сейчас я заметила пристальный взгляд парня. И чего мне ожидать от нашей встречи сегодня утром? Неужели он будет меня преследовать, мне придётся его избегать? Мне совсем не нравилось, что я привлекла внимание Матвея. Есть расхотелось. Только выпила воды.

– Жаль, что брат мой заболел и сегодня его на парах не будет. А так бы тебя с ним познакомила, – отвлекла меня от мыслей Катя. – Всё, поели и, давай, пошли на пары, звонок скоро.

Я бросила последний взгляд на Антона, но он словно меня не замечал. Ну да ладно.

Я все занятия пыталась сосредоточиться и не обращала внимания на вибрирующий телефон. После пар Антон подошёл ко мне и спросил, можно ли меня проводить. Я, конечно, согласилась. Он забрал у меня сумку, и мы пошли. По дороге болтали ни о чём. Я прокручивала в голове весь прошедший день, а он пытался меня развеселить, рассказывая случаи из армии, над которыми сам от души смеялся. И пусть мне они не казались забавными, но я вежливо улыбалась – не хотела его расстраивать.

Глава 4. Крылья...

Домой в тот день я, скажем так, влетела на крыльях любви. Бабушка сидела на диване и читала книгу, фоном что-то вещал телевизор. Я подошла и крепко обняла любимую ба. Она хитро на меня посмотрела, а я в ответ подарила улыбку и пошла в свою комнату. Включила музыку, надела наушники и погрузилась в мысли.

Я сравнивала Макса, Вениамина и Антона. Тот же музыкант, который мне так нравился все эти годы, имел несколько субтильную фигуру, хотя какие-то мускулы всё же проглядывались и у него под одеждой. Веник, друг Марты, был достаточно худой, даже скорее жилистый. Всех троих объединяли высокий рост и какой-то неуловимо общий типаж. Но на фоне остальных Антон был как древнегреческая скульптура. Оба парня меркли рядом с крепким, статным, в меру накаченным баскетболистом. «Эх, а я и спорт несовместимы… Как Беллатриса и здравый рассудок», – усмехнулась я про себя.

Но что поражало меня в Антоне больше всего – глаза, глубоко посаженные, большие и завораживающие своей красотой. Не столько карие, сколько янтарные. Некоторые девушки первым делом смотрят на пресс или бицепсы, а для меня главное – это глаза. Я сразу обратила на них внимание, ещё в клубе. А вот какого цвета глаза у того же Макса, вспомнить в этот момент я почему-то не смогла. Хотя не так давно ими восхищалась. Но Антон привлекал меня куда больше.

Дальнейшие дни были одинаковыми, как день сурка. Ничего нового не происходило. Теперь я вставала с кровати с такими словами: «Кто рано встаёт, того зовут Гермиона Грейнджер». Моим утренним ритуалом всё так же оставалось потянуться и на пару минут высунуться в окно. Хорошо, что это ещё позволяла погода.

С Катей у нас удивительно быстро завязалась большая, крепкая дружба. Все пары мы сидели вместе, вместе же проводили свободное время, часто созванивались и переписывались. С ней было легко говорить обо всём на свете и ни о чём одновременно. Позитивная, весёлая, она было словно моя половинка. Хоть с Мартой, например, мы общались с первого класса, но такого взаимопонимания, кажется, до сих пор не достигли. Да и с сестрёнкой так не были близки. Учась в школе, мы втроём хоть и проводили всё время вместе, и над нами в классе часто шутили, что мы как сиамские близнецы, но интересы у нас сильно различались. С Катей всё было по-другому, будто мы знали друг друга лет сто, не меньше.

Ещё Катя познакомила меня со своим братом – Володей. Одним словом, он ботаник. Даже очки как у Гарри Поттера. Смешной и порой неуклюжий. Но в группе его уважали, когда надо списать, точно знали, у кого это можно сделать. Наверное, поэтому никто его не задевал.

Матвей меня не доставал. Катя этому удивлялась. Но я очень часто встречалась с ним взглядом в столовой. Эти взгляды меня пугали. Даже не так, мне хотелось громко ругаться, а если Уля ругается – ситуация выходит из-под контроля и, значит, Уле не по себе.

Антона я всё-таки привлекала, с каждым днём нравилась ему ещё больше. Почему я так решила? Вот уже с месяц мы с Антоном переписывались в ВК. Теперь я многое знала о парне, а он обо мне. Я рассказала Антону, что окончила музыкальную школу, но особого интереса к этому он не проявил. Я же старалась побольше узнать о его увлечении спортом. Антону как выяснилось, нравилась музыка того же стиля, что и мне. Но ему был ближе отечественный рок, а мне – зарубежный и порой более тяжёлый. Мы долго могли спорить о разных группах. Как-то я ему предложила послушать Nightwish, он сказал, что неплохо, но не его. Так оказывалось с большинством любимых мною групп и исполнителей.

Жаль, что вне интернета общения было мало. И я понимала: у него своя жизнь, тренировки, всё такое. Мы встречались на переменах между парами. Антон улыбался, но не часто подходил. Да и у меня особо времени не было, учёба захватила полностью. В начале октября он в переписке внезапно спросил, пойду ли я на матч по баскетболу. Я поинтересовалась, приглашение ли это, и он ответил: «Конечно». Я без раздумий согласилась.

Все дни до соревнований я нервничала, не находила себе места. Но когда наступил этот день, во мне словно поселилась глыба льда.

Катя уже с самого утра спросила:

– Антоха-то пригласил тебя на матч с северным универом?

– Да, пригласил. Пойдём вместе?

– Конечно, я такое зрелище ни за что не пропущу. Ну, скажи, как можно пропустить такое? Там же надерут задницу твоему Антохе, – она сделала паузу, – или не надерут. Вот и посмотрим. – Катя показательно злорадно рассмеялась, почти как Шелдон из «Теории большого взрыва», и напоследок выдала коронное: – Бугагашечки!

Мы прошли в зал, он был украшен, весь в плакатах и подобиях транспарантов. Мы разместились на свободных местах. В зале творилось что-то немыслимое: все кричали, активно обсуждали предстоящее событие. У меня бешено колотилось сердце. Я очень хотела, чтобы команда Антона победила. И конечно, мысленно я молилась, чтоб так и было. И вот начался матч. Ребята вышли на поле, разыграли мяч. А я смотрела на Антона. Какой же он мужественный. Аж дух захватывало! И тут же был Матвей, помахал мне рукой. Но я от него отвернулась. И сердце моё не прыгало. А от Антона у меня мурашки так и бегали по коже. Чувство нереальное. И тут я уловила взгляд Антона, он подмигнул мне. Сердце сделало такой кульбит... Запредельная мечта.

Когда Антон или Матвей забивали очередной гол, все неистово кричали, и я тоже. Было видно, что они играли на равных. Ведущие игроки. Несмотря на то, что они играли как команда, между парнями висело напряжение. Я чуть ли не вопила при каждом голе, забитом Антоном. Мне хотелось привлечь его внимание, но сделать это оказалось нереально, так как болельщики были настолько громкими, что в ушах закладывало. Матч наши выиграли. Антон радостный подбежал ко мне и попросил, чтобы я подождала, пока он переоденется.

Катя обняла меня, извинилась, что не сможет остаться, и убежала. Я подошла к раздевалкам, достала телефон, надела наушники и включила музыку. И тут в моей голове промелькнуло: «Антон ведь там переодевается. Принимает душ...» Стало стыдно, потому что впервые ко мне приходили такие мысли. Щёки, казалось, горели. А ведь о Максе я так не думала. Я как будто потеряла связь с реальностью.

Антон через некоторое время вышел из раздевалки. Парень попрощался с друзьями, подошёл ко мне. И впервые притянул меня к себе, шепнув на ухо:

– Ты сегодня необыкновенно красива.

– Спасибо. – Других слов я не нашла, только озадаченно моргнула.

Я повернула голову, почувствовав на себе чей-то взгляд, и поняла, что это был Матвей. Он как-то грустно улыбнулся… И ушёл.

Антон отстранился и произнёс: «Пошли».

На улице парень взял меня за руку. Так необычно... Горячая волна прокатилась по всему телу. Отпускал он мою ладонь, только чтобы рассказать, как перемещался по полю, как забрасывал мяч. Я просто улыбалась, так как слов почти не находилось, да и сама как будто переживала все эмоции вместе с парнем. Я решила, что приду домой и возьму Аркашу, поиграю что-нибудь. Этого очень хотелось.

Когда мы проходили мимо «Детского мира», я услышала звуки музыки и просто зависла. Окинула взглядом площадь и увидела Максима. Он играл в этот раз на синтезаторе, исполняли ребята «Рок-н-ролл мёртв» в версии группы «Слот». Эта аранжировка нравилась мне гораздо больше, чем оригинал Гребенщикова. Я уже сама играла мысленно эту песню, почти не слыша, что говорит Антон. И потянула его к музыкантам.

– Уля, ты почему мне так и не позвонила? – сказал Максим, когда песня закончилась.

– Извини закрутилась. Дела, дела… – развела я руками.

– Ладно, деловая ты моя. Ничего не знаю, но послезавтра у нас концерт. Ты и твой парень приглашены. Мы будем выступать в баре новом на набережной. Знаете, надеюсь?

– Знаем… Ладно, мы придём, – проговорила я.

– Погодь, вот вам проходка, – он достал из чехла синтезатора билеты и протянул мне, – как знал, что надо именно сегодня у админа выпросить несколько и с собой взять. Не опаздывай. Жду тебя с другом.

Мы распрощались с Максимом. Он крепко меня обнял и шепнул напоследок: «А парень-то у тебя хорош». Я почувствовала, как краснею. Вот ведь чёртова белая кожа с веснушками, доставшаяся от папы. Мы молча шли какое-то время с Антоном. Я опять погрузилась в мир грёз, в которых Антон, как казалось, тот самый принц. Да и к Максиму я уже не испытывала былых чувств. Я тянулась к Антону. Он становился всем. И только через некоторое время услышала неожиданный вопрос.

– Уля, а почему он назвал меня твоим парнем? – Антон остановился и взял меня за руку.

– А разве это не так? – посмотрела я на Антона. И опять растворилась в бездне его глаз. Неужели Антон не считает, что я его девушка? Неужели Катя была права? Вот же мать твою Меропу…

– А, ну… – Антон замялся. – Я так думаю, что наши с тобой отношения можно назвать дружескими. Ты знаешь, никогда не дружил с девчонками, – усмехнулся он. – А сейчас как-то не понимаю всей этой ситуации…

И тут я осознала, что Антон не пытался никогда меня поцеловать. Только обнимал. И то эти объятия не были частыми. За руку, как пара, мы не ходили, не считая вот этого дня, когда прикосновения Антона обожгли меня. Я выдернула ладонь из пальцев Антона. Холод распространился по всему телу. Я почувствовала, что щёки предательски горят. Вот ведь идиотка, размечталась, губу раскатала.

– Ну, извини… – только и смогла сказать я. – Можешь не провожать.

– Уля подожди, я провожу. Извини, просто всё как-то сложно.

Антон всю дорогу шёл рядом и молчал. Я тоже молчала. Придя домой, разделась, разулась, буркнула всем: «Привет». Потом сразу прошла в комнату и упала на кровать. Я глотала слёзы.

Антон все дни до посещения клуба переписывался со мной как ни в чём не бывало. Я уже успокоилась и подумала, что раз у нас дружба, пусть так и будет. И во что бы то ни стало захотела, чтобы Антон меня полюбил. Значит, я его в себя влюблю.

Пришёл тот день, когда мы должны были идти на выступление. Я нервничала. Как перед свиданием. Попросила сестрёнку собрать и накрасить меня, а то боялась, что не смогу сама. Она, как всегда, сделала всё по первому разряду.

Мы с Антоном встретились около рок-бара. Он осмотрел меня критично с ног до головы и взял за руку. Ему что-то явно не нравилось. Может, как я была одета? Что же не так? Джинсы? Так вся молодёжь одевается, и он сам в джинсах. На мне ещё было самая любимая синяя блузка и пальто. И конечно же кеды, куда я без них. Не могли же они вызвать нарекания. Я перед выходом из дома несколько раз покрутилась перед зеркалом. Макияж, который наложила Инна, был классный. Я себе очень нравилась. А теперь не понимала, что же не устраивает Антона.

Мы прошли внутрь. Стены покрывали рисунки, сделанные под татуировки всевозможных стилей. Везде висели виниловые пластинки и портреты знаменитых рок-музыкантов. К началу выступления люди набились что кильки в банку, но в этом даже было какое-то отдельное очарование.

Я осталась в неописуемом восторге от того, как играли парни. Мне даже ругаться не хотелось, как это бывало, когда я слушала чьи-то ещё каверы. А если Уля не хочет ругаться, значит, ей всё нравится. А если Уле что-то нравится, то и Снейп не был бы страшен. И тут уже я беспрекословно захотела стать частью их группы. Значит, оставалось только перебарывать страх сцены. Сложно. Но ведь ничего не возможного нет в этой жизни.

Репетиция

Первый день репетиции был крайне неоднозначным. Договорились с Максимом, что подойду после занятий в универе. Так я и сделала. Правда, забыла предупредить Антона. Макс встретил у входа в гаражный кооператив, в котором и располагалась база группы.

– Ульянка, как раз вовремя. Привет. Как ты?

– Да вроде ничего, – улыбнулась я Максиму.

– Ничего хорошего или плохого? Уточнить надо бы, подруга.

– Ладно, не заговаривай зубы-то. Пошли уже, друг, – Я толкнула локтем его в бок.

На ходу выключила телефон, чтоб не раздражал своим пиликаньем. Всегда так получается – как только я чем-то увлечённо занимаюсь, все активизируются и достают какими-то вопросами. Мы вошли внутрь.

– Инструмент-то захватила, – ехидненько так поинтересовался Макс.

– А то, как же? – Я достала из рюкзака флейту, мысленно добавив: «Ну что, Аркадий, покажем, на что мы способны».

Нас встретили заинтересованными взглядами.

– Ребята, хочу представить... Прошу любить и жаловать эту прекрасную леди. Её зовут Ульяна. Мы учились вместе в музыкалке.

– Всем здравствуйте, – неловко отводя глаза, поздоровалась я.

Ко мне подошли по очереди три парня и представились.

– Артём! – сказал самый коренастый и улыбчивый парнишка. – Я на барабанах.

– Стас! – Второй очень нежно взял мою руку. Я рассмотрела его немного. Высокий. Жилистый. В ухе пирсинг. Длинные волосы, собранные в хвост. – Я на гитаре бацаю.

– А я Матвей, ты же меня помнишь? Налетела на меня, малышка. Ещё и обругала. Я на гитаре, да и по вокалу, и на басу иногда. Швец, жнец, на дуде игрец.

И Матвей засмеялся. Вот уж кого не ожидала тут увидеть... Но у него был заразительный смех, и я улыбнулась в ответ. Раньше как-то не замечала, но теперь Матвей напомнил моего любимого Йена Сомерхолдера.