Успеть до 35. Истории о поисках свободы и себя

Ну что ж… для начала грустно было остаться без телефона. Но ситуация требовала решения более насущной проблемы: где нам ночевать этой ночью в отсутствие ключа от комнаты?

Было решено прийти с повинной к двум другим девчонкам из нашей анимационной команды — они жили в соседней комнате и, в отличие от нас, той ночью спокойно спали в своих кроватях. Не сказать чтобы они очень обрадовались, когда мы постучали к ним в дверь в четыре утра. Откровенно говоря, в последние дни мы не ладили — жить и работать целое лето бок о бок не всегда бывает просто, и к августу наша четверка разбилась на две автономные пары, что еще менее способствовало тому, чтобы просить у них убежище на пару утренних часов. Но иного выхода мы не видели.

Девочки, хоть и неохотно, но пустили нас на ночлег. Открытым оставался другой вопрос: где именно нам разместиться, учитывая, что в комнате всего две кровати, а пол в наших полуподвальных жилищах каменный и холодный? Но тут нам неожиданно подфартило: на террасе накануне остались сушиться два надувных матраса. Их мы и использовали в качестве спальных мест. Наташа очень быстро задремала, а вот я ворочалась и никак не могла уснуть от пережитых эмоций и предвкушая предстоящий разговор с местным завхозом, объяснения на тему потерянного ключа от комнаты и просьбу выдать нам новый. Тем временем надувной матрас быстро охладился от каменного пола и стал морозить мое тело, прикрытое одним легким летним сарафаном. Я оглянулась в поисках какого-нибудь одеяла (ха, в испанском августе такой опции явно не предусмотрели) и вскоре поняла, что единственный шанс спасти себя от воспаления легких — это залезть в ростовую куклу в виде зебры, которую мы использовали для работы с детьми на мини-диско и которая как раз хранилась в комнате у наших напарниц. Недолго думая, я влезла в пузатую синтетическую зебру и в таком виде таки смогла уснуть на пару часов.

Проснувшись и увидев мирно сопящую на надувном матрасе зебру, из объемного туловища которой торчала моя растрепанная голова, девочки очень смеялись, а Наташа до сих пор вспоминает эту историю как одну из самых сюрреалистичных, случившихся с нами за то лето. Не зря Санта-Сусанна находится в непосредственной близости от городка Фигерас, в котором расположен дом-музей испанского гения сюрреализма Сальвадора Дали.

Италия, декабрь 2011

Помнит ли кто-то те далекие благословенные времена, когда по купонам можно было не только сходить на картинг или в боулинг, но и слетать в Европу? Как вам идея провести неделю в Италии за 5000 рублей? В эту цену входил перелет Москва — Римини — Москва, трансфер до отеля и обратно в аэропорт в день вылета и проживание в отеле три звезды с завтраками. Впечатляет, не правда ли? А может быть, вы даже сами предпринимали такие поездки? Только сильно не плачьте, пожалуйста.

Разумеется, в Римини в декабре был несезон — это курортный городок, расположенный на побережье Адриатического моря на востоке Италии, и зимой там делать особо нечего. Да и отель был более чем скромный, а завтрак заключался в сухарике с джемом и невкусном кофе. Но неужели за 5000 рублей это имеет какое-либо значение?! Сейчас за эти деньги можно разве что доехать от моего дома до аэропорта Шереметьево на такси по тарифу «Комфорт+».

Почти каждый день мы с подругами мотались по экскурсиям, причем расстояние не имело для нас никакого значения. Например, мы съездили на один день в Рим (если посмотреть на карту Италии, станет понятно, что от Римини тот находится очень даже далеко, несмотря на созвучные названия). Посетили Сан-Марино — карликовое государство, расположенное совсем недалеко от места нашего проживания, в котором закупились супердешевыми и качественными кожаными изделиями. Я побывала во Флоренции, а в тот день, когда мои девчонки замахнулись на Венецию, я ездила одна на поезде в Болонью, чтобы посмотреть своими глазами на знаменитый университет, который дал миру болонскую систему образования.

Почему я не поехала с ними в Венецию? Насчет этого города у меня были свои собственные заморочки: я считала, что ехать в Венецию впервые всего на четыре часа (с учетом дороги туда и обратно, больше времени на экскурсию не оставалось) — смертный грех. Я была убеждена, что этому городу стоит посвятить хотя бы два полноценных дня. К тому же в 21 год я была настроена довольно романтично и мечтала посетить Венецию вместе со своей второй половиной, которой у меня на тот момент не было. Но я не сомневалась, что рано или поздно она появится и захочет съездить со мной в город каналов и знаменитого на весь мир карнавала. Забегая вперед, скажу, что действительно побывала в Венеции спустя пять лет со своим молодым человеком. Моим суженым он в итоге не стал, тем не менее наши отношения были довольно счастливыми. В 2016-м мы провели в Венеции целых три роскошных дня, и поездка вполне оправдала мои ожидания.

В те пару дней, что мы с девочками не колесили по авто- или железным дорогам Италии, мы излазили наш маленький курортный городок вдоль и поперек. Прошли много километров по набережной, любуясь зимним морем, посетили рождественскую ярмарку, узнали много нового о Федерико Феллини — знаменитом итальянском режиссере, который родился и вырос в Римини. И выпили много лимончелло. Во всем этом нам составляли компанию наши новые местные знакомые, ребята с Украины, в разные периоды своей жизни переехавшие в Римини и вполне себе «обитальянизировавшиеся».

В последний вечер, накануне отъезда домой, после нескольких бокалов вина, запитых все тем же лимончелло, ребята повели нас в караоке. Несомненно, это был вечер моего позора, который запомнился мне как один из самых приятных в жизни. Начнем с того, что я в принципе пою довольно плохо и почти никогда не делаю этого на людях. Но в том караоке этот факт меня абсолютно не смущал. Виной всему, разумеется, алкоголь и острый дефицит сна, который нарушил нормальное функционирование нейромедиаторов у меня в мозге. Более того, для исполнения я выбрала песню Адриано Челентано Confessa, которую вы, вполне вероятно, слышали и узнаете по словам:

Ma perchè tu sei un’altra donna

Ma perchè tu non sei più tu…

И проблема была вовсе не в том, что в итальянском караоке среди пары десятков итальянцев я рискнула спеть на их языке, который у меня не то чтобы родной. Мое произношение — это мелочь по сравнению с тем, что песня очень лиричная, то есть медленная, то есть много слов в ней нужно красиво тянуть. Что абсолютно невозможно для человека, которому еще в детстве диагностировали несмыкание голосовых связок. Но моя развернувшаяся душа просила именно эту песню, которую я много раз до этого слышала и очень любила. В какой-то момент один из наших хорошо поющих украинцев решил сгладить мой позор, взяв второй микрофон и начав мне подпевать. Сразу стало намного легче. По крайней мере, другим посетителям караоке.

Что касается Флоренции, то в ней я побывала без подруг и не одна, а в компании того самого испанского Диего, с которым нас уже год как (по моим подсчетам, с момента его отъезда из Москвы) не связывали никакие отношения, но с которым я успела выйти на связь в день моего прилета в Римини. Диего обрадовался, что я нахожусь так близко от него, и изъявил желание повидаться лично. Снова! Недолго думая, взял билет до Римини и прилетел на два дня. Кажется, после поездки в Москву в прошлом ноябре этот его поступок уже не кажется таким уж героическим.

И вот в один из этих дней мы сели на поезд и поехали вдвоем во Флоренцию. Но провели мы там всего несколько часов, уехав обратно уже после обеда. В тот день беспощадно лил дождь, мешая нам гулять и беспечно любоваться собором Санта-Мария-дель-Фьоре и статуей Давида работы Микеланджело. Мы на них, конечно, посмотрели, но очень быстро, прячась в средневековых арках от нескончаемых потоков дождя и перепрыгивая глубокие лужи, в которых отражались купол работы Брунеллески и живописный Понте Веккьо. С болью в сердце я понимала, что можно было скоротать половину этого дождливого дня в галерее Уффици, любуясь классикой итальянской живописи. Но мы туда не пошли, поскольку картины — это последнее, что интересовало Диего в жизни, а я решила не настаивать. Сейчас я бы точно не упустила такую возможность.

Та неделя в Италии вместила в себя столько событий, сколько вмещает не каждый месяц дома. В попытке «успеть все» мы с девчонками очень мало спали и вернулись в Москву с жуткими синяками под глазами. Но в 21 год, когда ты пышешь здоровьем и восстанавливаешься уже за одну ночь, проведенную дома, это меня совершенно не волновало. Зато еще долго волновали воспоминания о той поездке, в которой я познакомилась с Италией и влюбилась в эту страну раз и навсегда. Если бы не стечение обстоятельств, я бы запросто могла стать преподавателем итальянского, а не испанского языка, и посвятить свою профессиональную жизнь итальянской культуре. Но в итоге итальянский остался моим хобби. Я честно и воодушевленно изучала этот язык пару лет, а потом забросила в тот момент, когда он стал слишком путаться с испанским и мешать моей работе. В Италии после 2011 года я была еще два раза и очень надеюсь, что попаду туда снова вопреки геополитической ситуации и ценам на перелеты в наши дни.

Москва, май 2013

Возможно, вы удивитесь, но с 20 до 30 лет я не только путешествовала, но, находясь в Москве, время от времени еще и пыталась заработать денег на эти самые путешествия. Сменив несколько офисных работ, на каждой из которых я не задерживалась дольше трех месяцев, я пришла на собеседование в один крупный медиахолдинг на позицию с гордым названием «менеджер международных проектов». В мои предполагаемые задачи по той вакансии входило продавать рекламу и спецпроекты в деловой прессе. Для этого соискателю нужно было владеть иностранными языками, желательно не только английским, и именно эта возможность регулярно практиковать языки и сделала вакансию столь привлекательной для меня.

На собеседовании моему потенциальному начальнику (директору рекламного агентства, которое занималось размещением рекламы во всех этих журналах и газетах для «больших дядь и теть»), понятное дело, захотелось проверить мой уровень английского и немецкого. Английский он проверил сам без проблем, а вот немецкого он не знал. Тогда в качестве тестового задания он попросил меня дома написать рецензию на фильм «Волк с Уолл-стрит» на немецком и отправил это сочинение своему коллеге и другу, берлинскому спецкорреспонденту одного именитого российского экономического журнала. Не буду называть имен, но просто поверьте мне на слово, что тот спецкор был очень крутым международным журналистом, экспертом в немецкой экономике и политике. И подозреваю, что ему было чем заняться в этой жизни помимо чтения моих опусов про то, как Ди Каприо эффектно швыряется деньгами и употребляет запрещенные вещества.

В общем, сочинение я написала, «большой дядя» в Берлине его оценил и вынес вердикт, что мой немецкий соответствует заявленному уровню.

Меня взяли на работу, но моему креативному начальнику очень понравилась эта практика, и он попросил меня в течение испытательного срока посмотреть еще несколько фильмов про продажи и каждый раз писать рецензии на английском и немецком. Проверкой английских версий он развлекался на досуге сам, а немецкие, как вы понимаете, еще не раз пришлось проверять берлинскому корреспонденту. Наверное, он был очень добрым человеком и хорошим другом моему начальнику, раз согласился. Мне было стыдно перед таким крутым профи за свои ошибки, но я очень гордилась, когда он меня хвалил. К слову, хвалил он меня не всегда. Однажды, после проверки очередного эссе, он заявил, что оно написано намного хуже, чем предыдущее, и складывается впечатление, что их вообще писали два разных человека. На самом деле, конечно же, оба сочинения писала я сама, не прибегая к помощи ни других людей, ни искусственного интеллекта. Напомню, что на дворе стоял 2013 год, и технологии еще просто не достигли такого уровня, чтобы тексты на иностранных языках за меня могла составлять машина. Возможно, я была в плохом настроении или мне просто меньше понравился тот последний фильм, поэтому рецензия на него вышла не очень.

Как бы то ни было, первые три месяца работы в рекламном агентстве я ощущала себя как в школе, с той лишь разницей, что в школе мне не приходилось ходить на встречи в посольства и торговые представительства, а это оказалось крайне увлекательным занятием. После прохождения испытательного срока было принято двустороннее решение о продолжении моей работы в компании, которая в итоге растянулась — доселе невиданное дело — на целых 3,5 года. Возможно, я могла бы поработать и подольше, благо и условия работы, и задачи изначально были более чем приятными. Но после 2014 года заниматься международными проектами в России становилось все сложнее. Посольства и торговые представительства зарубежных стран менее охотно инвестировали в местный бизнес и, соответственно, боялись рисковать и тратить большие бюджеты на рекламу. Поэтому постепенно мне было предложено перейти на российские проекты, которые были мне абсолютно не интересны. И в какой-то момент я приняла решение покинуть свое теплое насиженное местечко с прекрасными коллегами, лучшим начальником и двумя днями расслабленной удаленной работы из дома (во времена, когда это еще не было мейнстримом) и уйти в… В тот момент я еще не знала, куда именно, но оказалось, что мою профессиональную жизнь ждал крутой поворот. Но об этом чуть позже, а пока вернемся к путешествиям.

Черногория, январь 2015

Самое запоминающееся и одновременно самое грустное событие в Черногории произошло со мной в аэропорту по дороге домой. После Нового года я вместе с двумя подругами улетела кататься на сноуборде в местечко с благозвучным названием Жабляк. Это был мой второй опыт на сноуборде после Карпат в 2009-м. Прошло несколько лет, к этому времени я успела обзавестись всей необходимой экипировкой, так что мне совсем ничего не пришлось брать в прокат. Оказалось, что каталка в Черногории очень даже посредственная, что сильно разочаровало одну из моих попутчиц, которая была уже опытной сноубордисткой. Но мне и второй девчонке Лене было «ок-норм», потому что катались мы еще плохо. После пятилетнего перерыва мне вообще казалось, что я встала на доску впервые (хотя, если честно, мне по-прежнему так кажется каждый год в начале сезона).

Билеты на самолет мы с девочками брали отдельно друг от друга, хотя и в один день. И так получилось, что на рейс туда билетов было достаточно, а вот на обратном рейсе билеты резко закончились, и случилось это на мне. То есть я успела взять себе билет, а девочки — нет. Но это не стало катастрофой, потому как в этот же день был еще один утренний рейс в Москву на два часа раньше моего. Изначально мы его не рассматривали, потому что никому не хотелось с утра вставать слишком рано, но тут уж выбора у моих подруг не оставалось, и они взяли билет с вылетом в девять утра, в то время как я должна была вылететь из города Тиват в одиннадцать.

Я не случайно описываю эту эпопею с билетами так подробно, ибо именно это сыграло со мной злую шутку. Девочки тепло попрощались со мной в отеле и уехали в аэропорт как раз в то время, как я проснулась и начала собираться в дорогу, чувствуя, что заболеваю. С мыслями: «Слава богу, я уже лечу домой и хотя бы не разболелась прямо в разгар отпуска», я доехала до аэропорта. В аэропорту нам сообщили, что рейс переносят на пару часов из-за ухудшающихся в унисон моему физическому состоянию погодных условий. Это был удар под дых, но повлиять на ситуацию я никак не могла, поэтому просто бросила чехол со своим сноубордом на пол в зале ожидания и легла на него сверху — находиться в сидячем положении мне было уже сложно. Мои девочки в это время спокойно летели в направлении Москвы, успев сбежать от неблагоприятной погоды буквально в последний момент.

Наш рейс перенесли еще раз, потом еще. После этого авиакомпании пришло в голову попытать счастья в другом аэропорту, поэтому пассажиров злосчастного рейса погрузили в автобус и повезли из Тивата в Подгорицу — 88 км пути. В Подгорице нам не улыбнулась удача, и, просидев еще пару часов до поздней ночи (вы же помните, что изначально рейс был запланирован на 11 утра?), нас заселили в отель. Это случилось примерно в три часа ночи, когда авиакомпания окончательно поняла, что сэкономить на ночевке для пассажиров ей не удастся.

Весь этот день, полный для меня самых настоящих физических мук, подогретых повышающейся температурой, я провела не одна, а в компании молодого кудрявого сноубордиста — еще одного пассажира моего рейса, который пытался меня развлекать и облегчать мои страдания доступными ему способами. С самого начала я обратила внимание на обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки, поэтому держалась с ним настороженно и отстраненно, хотя и была благодарна ему за попытки сделать мое существование чуть более комфортным.

В три часа ночи в отеле кудрявый сноубордист (простите, я совсем не помню, как его звали) забрал мой паспорт и пошел на ресепшен оформлять размещение. Проваливаясь в сон на диване в лобби отеля, я успела подумать, что он решил под шумок заселить нас в один номер — одноместных номеров не предполагалось. Да и вообще — не очень благоразумно с моей стороны отдавать свой паспорт в руки незнакомому, в сущности, человеку. Но на тот момент мне уже было безразлично абсолютно все. Через некоторое время он вернулся с моим паспортом и женщиной средних лет, сообщив, что сегодняшнюю ночь я проведу в одном номере с этой дамой. В трагичном молчании мы с ней поднялись в наш номер, и последнее, что я увидела перед собой в тот день, — двуспальная кровать, на которой я на несколько часов забылась крепким горячечным сном в компании женщины, имени которой так и не спросила. На следующее утро мы улетели в Москву.

В тот период жизни я увлекалась эзотерикой и верила в карму, поэтому этот случай заставил меня начать анализировать мои поступки и задуматься, что я сделала не так, чем навлекла на себя гнев Вселенной. Ведь не просто же так моим подругам повезло взять билеты на более удачный рейс? Ответа на эти вопросы я тогда для себя не нашла. Сейчас я давно распрощалась с магическим мышлением, и у меня намного более рациональный взгляд на мир, поэтому ответ на этот вопрос у меня появился: shit happens. Неприятности время от времени происходят со всеми: и с грешниками, и с праведниками (да и сами эти понятия довольно относительны), это закон жизни. Какую бы благопристойную жизнь ты ни вел, тебе не избежать неудач и неприятных моментов. В январе 2015-го мне не повезло. Это было далеко не самое страшное, что может произойти с человеком, но то стечение обстоятельств было явно не в мою пользу.

Но то, что я очень четко вижу и во что верю до сих пор, несмотря на свой рациональный взгляд на мир, — в сложные моменты рядом всегда оказываются люди, готовые помочь и оказать поддержку. Это могут быть твои близкие или же совсем незнакомые люди, но мы никогда не остаемся совсем одни. А если кажется, что одиночество захлестнуло с головой и нет никого, кто мог бы протянуть руку и помочь нам выбраться из этой пучины, возможно, стоит получше оглядеться. Или позвать на помощь.

Спустя несколько лет в подобной ситуации с задержкой рейса я оказалась вместе со своей мамой. Возвращаясь из Испании через Франкфурт, авиакомпания Lüfthansa решила задержать нас в городе колбасок на одну ночь. Отель и ваучеры на питание нам выдали практически сразу, никаких переездов по другим аэропортам и городам не случилось. Я была вполне здорова, чувствовала себя хорошо, и на следующий день в Москве у меня не было запланировано никаких важных мероприятий, помимо обычного рабочего дня в офисе. По моим меркам, это была большая удача. Но моя мама оказалась в такой ситуации впервые и разнервничалась. Помню, как убеждала ее, что ничего страшного не произошло, наш отель — довольно приятное место, чтобы провести в нем ночь, и вряд ли нас задержат более чем на день. В тот вечер в номере, попивая вполне приличное розовое вино и закусывая его мармеладными мишками Haribo, купленными в вендинговом автомате в холле отеля, я предавалась философским размышлениям о том, что длина рулетки, с которой мы подходим к измерениям проблем и сложностей, прямо пропорциональна нашему жизненному опыту. И мой опыт говорил о том, что это лучшая из всех накладок, которые произошли со мной в аэропортах. Я вспомнила, что нужно предупредить начальника о том, что мой выход из отпуска откладывается на один день, и написала ему, что могу оформить этот день за свой счет. Мой щедрый начальник (тот самый, который любил задавать мне на дом сочинения на иностранных языках) ответил, что ничего оформлять не нужно, но к хамону и чоризо, которые я везу ему из Испании, мне не возбраняется добавить франкфуртских колбасок в качестве извинения за потерянный рабочий день.

Берлин, декабрь 2010

Нет, это не опечатка в цифре, а флешбэк в 2010-й: я нарушила хронологию повествования, чтобы вернуться к моменту, в который вступило в силу мое «аэропортовое проклятие».

В декабре 2010 года мы с подругой Юлей, благодаря которой я улетела в Испанию за полгода до этого, путешествовали по Германии. Рождественские рынки, имбирные пряники, глинтвейн, жирные шницели с сосисками и прочие прелести этого сказочного периода года в стране победившего капитализма не победившего Третьего рейха (тут надо добавить Gott sei Dank — слава богу, нем.). В этой поездке нам не повезло дважды: в самом начале и в самом конце.

В самом начале мы не успели разобраться с покупкой билетов на метро в Берлине и по дороге из аэропорта вынуждены были оплатить штраф 50 евро с человека за безбилетный проезд. В нашу защиту спешу заметить, что мы абсолютно не собирались ехать без билета, просто пришел поезд, все пассажиры как-то очень стремительно бросились в вагон, поскольку поезда ходили не так часто, и мы, сами не поняв, каким образом, миновали пункт контроля и тоже оказались в поезде. Начав оглядываться в поисках того, где уже в вагоне можно купить билет (разумеется, нигде, это же вагон метро), мы встретились взглядом с двумя контролерами, которые сразу почуяли неладное и с серьезными лицами, не предвещавшими ничего хорошего, впаяли нам штраф за безбилетный проезд.

Сначала мы с Юлей пытались косить под глупых туристок, не владеющих немецким (первая часть описания полностью нам соответствовала, но вот немецким мы обе владели). Когда трюк с we don’t speak German не сработал, мы неожиданно «вспомнили», что по-немецки все-таки худо-бедно «шпрехаем», и объяснили ситуацию как есть: не успели разобраться, как покупать билеты, слишком поторопились сесть на поезд, мы в Берлине впервые, простите дур грешных. Когда это тоже не помогло (естественно! Как такие дешевые уловки из российской действительности могли подействовать хоть на одного уважающего себя немца?), а контролеры пригрозили тем, что отправят штраф на домашний адрес, и вообще неизвестно, выпустят ли нас из страны до его уплаты, мы смирились с потерей 100 евро и вытащили наличку.

Потом целую неделю все было хорошо, чему немало способствовало ежедневное употребление глинтвейна орально и назально (поскольку его аромат стоял в воздухе буквально на каждом кубометре), а вот на обратном пути мы попали в снежную бурю и наш рейс сильно задержали. Именно тут меня впервые настигло «аэропортовое проклятие», а Черногория и повторная Германия с мамой случились уже после.

Мы просидели в аэропорту весь день, успели сменить аэропорт Tegel на Schönefeld, но под утро авиакомпания отправила нас ночевать, а точнее, уже «утревать» в отель возле аэропорта.

В зале ожидания мы познакомились с очень колоритным мужчиной. Он был одет в черное кожаное пальто до пят, носил крупные серебряные перстни на пальцах обеих рук и обладал роскошными кудрявыми волосами: черными, длинными и блестящими, как его пальто. Я встала за ним в очередь на стойку регистрации, когда еще ничего не предвещало беды. А когда вернулась к своей подруге сообщить, что заняла «за Тарзаном», Юля сначала недоуменно подняла бровь. Но, окинув беглым взглядом очередь, безошибочно определила, за кем именно. Тарзан как-то сразу оказался к нам расположен, и когда всем стало понятно, что в аэропорту мы застряли надолго, начал нам рассказывать историю своей жизни. Если в двух словах, он был простым (но очень накачанным и красивым) парнем из одного крупного российского города, который несколько лет назад переехал на испанский остров Тенерифе. В Берлине у него жил кто-то из друзей или родственников, поэтому Рождество он встречал в Германии, а теперь собирался на Новый год в Россию повидать семью.