Собрание малоформатной прозы. Том 15

На этот случай у Инги всегда были при себе газовый баллончик, который выручал её от маргиналов и электронный отпугиватель собак, обращающий в бегство злые собачьи своры.

Вот только от серой проворной сущности спасения не находилось. Днём эта жуткая сущность пряталась у Инги за спиной, обнаруживая своё присутствие лишь на интуитивном уровне, а с наступлением темноты начинала всё активнее сновать по полю периферийного зрения Инги, доводя её до крайней степени отчаяния.

Инга решила искать спасение в посещении церковных богослужений, но злобная потусторонняя сущность проникла в эти её мысли и стала жалить её при всяком к ним возвращении, и Инге пришлось от них отказаться.

*

Инга не верила в чудеса. То, что происходило между нею и серой потусторонней сущностью она воспринимала, как проклятие.

А чудо…

С наступлением тёмного времени суток наступало время её страданий. Но на этот раз перед отходом ко сну Инга ощутила вдруг, как на неё снизошла неведомая ей благодать, осветившая её душу, наполнившая её новыми, свежими силами, а воздух — запахом ладана и фиалки.

Из ниоткуда, из воздуха, возникла перед Ингой в её спальне худенькая старушка в зелёном кителе военного покроя, в красной юбке. В её простом обличии не было ничего необыкновенного.

«Измучилась ты, бедняжка, от страхов перед силами зла. Не бойся теперь этих сил. Не посмеют они отныне мучить тебя своей злобой. Возьми этот медный крестик и никогда его не снимай», — произнесла та старушка и исчезла, оставив в руке Инги обычный нательный крестик.

С тех пор Инга носит его, не снимая, и упоминает в каждой своей утренней молитве святое имя своей избавительницы от мучивших её злобных потусторонних сил.

О бесследно забытом

Кошка Заби (полное имя: Забияка) была любимицей всей семьи. Сама же она вела себя, как надменная барышня, ни за чьими ласками не гонялась, нехотя терпела то, как детишки усаживали её к себе на колени, гладили и расчёсывали её лоснящуюся шёрстку, однако, мурлыкала Заби только в руках у бабушки, выделяя её тем самым среди прочих членов семьи как свою фаворитку.

Но однажды вечером Заби, будто взбесилась. Она затравленно завизжала, заметалась по комнате. Шерсть её вздыбилась, хвост распушился и взвился вверх. Закончились метания Заби тем, что она вырвалась из дома и стремглав бросилась со двора, будто за нею гналась свора злобных собак,

Вся семья наблюдала за бешеными метаниями своей всегда вальяжной и надменной любимицы, смутно предчувствуя, что в дом вошла неведомая, незримая, но страшная инородная сущность, перепугавшая кошку Заби. Каждый из членов семьи в ту роковую минуту испытал безотчётный страх.

С тех пор безотчётный страх прочно обосновался в доме, став его частью и сутью.

Незримая инородная сущность из чужого враждебного мира проникла в неорганическую фактуру всех конструкций дома, всей мебели и предметов домашнего обихода. Даже продукты питания и пищевые жидкости стали безвкусными, а их запахи — затхлыми, тошнотворными.

Бежать бы прочь от всего этого, но как?

Страх, овладевший всеми членами семьи, лишил их воли к самосохранению, вселил в них чувство покорности и готовности безропотно переносить любые муки, насылаемые оккупировавшей их сущностью.

Эта сущность питалась страхом, который она внушала всем членам этой семьи: трёхлетнему ангелочку Андрейке, пятилетней милашке Люсеньке, восьмилетнему вундеркиндику Жорику, двенадцатилетнему Петеньке, помешанному на точных науках и решившему продолжить династию технической интеллигенции — бабушки и родителей, — которые, как и их дети, тоже питали своими непреодолимыми страхами невидимую злобную сущность.

Вскоре к невидимому источнику непреодолимого страха, поработившего это добропорядочное семейство, добавился новый источник страха: в дом вползла огромная змея, источающая колючую, замораживающую кровь энергетику, и сразу стало понятно, что это омерзительное чудовище тоже питается чужими страхами.

Впрочем, это была не совсем змея. В её холодном взгляде светился пугающий нечеловеческий ум, подчиняющий своей гипнотической властью всякого, на кого он был обращён. Эта полузмея — полу, дьявол её знает что, говорила устрашающе-ласковым голосом в тембре эротического сопрано, и слова её вонзались в мозг как команды, подлежащие неуклонному исполнению. Она приказала всем членам семьи лечь на пол рядом друг с другом и замереть. Лежать, дрожать и бояться! И все члены семьи покорно легли на пол рядом друг с другом и замерли, охваченные страхом. Лежали, дрожали, боялись.

И потянулись минуты, часы и дни в невыносимых муках ужаса перед невидимой сущностью и перед отвратительным чудовищем, явившимися в их жизнь из чужого враждебного мира.

*

Казалось, что только смерть избавит несчастных страдальцев от этих немыслимых мук. Но избавление оказалось иным.

Новая бесплотная сущность проникла в дом, излучая яркий, слепящий свет.

При её появлении в доме нечисть взвыла от страха и заметалась точно так же, как металась, ища спасения, кошка Заби. И члены семьи увидели то, что не положено видеть людям: битву силы света с тёмными силами зла не чужими руками, как это чаще всего творится со стороны тёмной силы, а через её непосредственных представителей во всей их чудовищной наготе. Такое нельзя оставлять в памяти сторонних наблюдателей из-за угрозы их психическому здоровью, поэтому всё это было стёрто из памяти тех невольных свидетелей полностью, начиная с того момента, когда незримая инородная сущность из чужого враждебного мира проникла в их дом.

Кто может утверждать, что он сам не пережил ничего подобного, но не помнит об этом лишь потому, что это было стёрто из его памяти полностью, начиная с того момента, как в его жилище вторглись сущности из чужого враждебного мира?

Разве эти стёртые из памяти переживания не напоминают всем нам о себе периодически всплывающими из глубоких закоулков подсознания безотчётным психологическим дискомфортом, тревожностью и боязливым послечувствием того, чего будто бы не было?

Мистика

Неудачники

У некоторых людей клеймо неудачника вызывает сочувствие, а у некоторых — презрение.

У неудачников всё происходит наперекосяк, как в песне «Остров Невезения» (муз. А. Зацепина, сл. Л. Дербенёва) из фильма «Бриллиантовая рука»:

Что они ни делают, не идут дела…

Этих бедолаг не так много, но отдельные неудачи сопутствуют каждому человеку, особенно, когда чёрно-белая жизнь входит в чёрную полосу. Однако, жизнь без неудач лишена её обучающего предназначения. Проживёт человек жизнь, полную всяких побед и… ничему не научится в плане противодействия неудачам.

Неудачи порождают острые переживания, заставляют задуматься, как надо было бы действовать, чтобы с честью выйти из той ситуации, которая привела к поражению.

Глава 1. «Крендель» и «Враль»

Все ребята в нашей уличной компании считали Сашку «Кренделя» придурковатым. Если, смеха ради, его быстро-быстро и энергично спрашивали:

«Сашок, тебя как зовут?!» — он растерянно задумывался.

«Ха-ха-ха! Ну, ты, „Крендель“ и тормоз!!»

Зато в шахматах «Крендель» был среди нас чемпионом. Мы даже искали среди знакомых и знакомых этих знакомых того, кто смог бы одолеть нашего «Кренделя» в шахматах, но он легко всех обыгрывал. А во всём остальном «Крендель» был анекдотично неудачлив. Девчонки его чурались, а мы, уличные забияки, не принимали «Кренделя» в те игры, в которых одна команда соревновалась с другой, потому что он неизбежно привёл бы свою команду к проигрышу.

«Крендель» часто жаловался нам на свои неудачи. При этом он рассказывал всё так, как оно и происходило на самом деле, не пытаясь ничего исказить, чтобы выставить себя перед нами в более выгодном свете.

Один из таких рассказов «Кренделя» был о его встрече возле кинотеатра «Ударник» с таборной цыганкой. Все знают, что им надо смотреть не в глаза, а на переносицу, чтобы не подвергнуться воздействию мгновенного цыганского гипноза. Все знают, что ничего нельзя передавать им из рук в руки и ничего нельзя брать из их рук. Знал об этом и «Крендель», но, как всегда, растерялся перед быстрыми-быстрыми и напористыми словами цыганки-гадалки-мошенницы.

Она сначала взяла слабовольного «Кренделя» на жалость:

«Дай мне, добрый мальчик, пять рублей моим цыганятам на пропитание, они кушать просят, а у меня за душой ни копейки».

«Крендель» дал цыганке пять рублей, и она из жалостливой просительницы мгновенно превратилась в взбесившуюся кобру, изготовившуюся к атакующему броску, быстро, ловко вырвала из головы «Кренделя» волос, накрутила его на пятирублёвый казначейский билет и угрожающе зашипела:

«Вот твой волос вокруг твоей подачки в моих руках! Это твоя судьба и твоё здоровье теперь в моих руках! Давай быстро мне все свои деньги, что у тебя с собой, а не то я страшную хворь сейчас на тебя напущу! Видишь рога на моей голове?! А сзади у меня под юбкой хвост! Быстро давай сюда деньги!»

«Крендель», как в тумане, беспрекословно отдал цыганке все деньги, которые были при нём.

Легко отделался!

Женщина, которая после него попала под цыганский гипноз той же самой мошенницы, привела её к себе домой и отдала ей все свои денежные сбережения и золотые украшения, не испытывая при этом ни каких переживаний. Только некоторое время спустя, когда цыганки и след простыл, женщина вдруг спохватилась:

«Что же я сотворила? Что это на меня нашло?!»

Такой вот чудак, наш «Крендель».

*

Был в нашей уличной компании ещё один чудак. Звали его Лёнька «Враль». Он тоже постоянно попадал в глупые ситуации и выходил из них дураком, но, в отличие от «Кренделя», Лёнька «Враль» рассказывал о своих приключениях, перевирая всё так, будто он действовал разумно и храбро, как самый настоящий супермен. Мы быстро раскусили его враньё и, следуя мудрым традициям североамериканских индейцев из вестернов с участием Гойко Митича, стали требовать от нашего «Враля», чтобы он во время своих сочинялок показывал, как он действовал.

А какой из Лёньки «Враля» супермен?!

Глава 2. «Очкарик»

Самым умным в нашей уличной компании был Максимка «Очкарик» — фантазёр, выдумщик, всезнайка и любитель «альтернативного взгляда на мир».

— Гипотетически, — сказал однажды «Очкарик», — наши чудики «Крендель» и «Враль» получают от этой жизни больше полезных уроков, чем любой из нас. А это значит, что если верно предположение о переселении душ, то при нашей встрече с «Кренделем» в другой жизни, он окажется там мудрее и успешнее всех нас.

— Почему это только «Крендель»? А я? — обиделся Лёнька «Враль».

— Потому, что «Крендель» чистосердечно и добросовестно переживает все свои неудачи, мучается над ними и думает, как нужно поступить, случись с ним такое в будущем. А ты, «Враль», пытаешься выбросить всякие мысли о своих неудачах из головы, морочишь себя и нас своими глупыми выдумками и остаёшься в итоге с невыученными жизненными уроками, как школьный двоечник.

*

Всё так и получилось, как напророчил «Очкарик».

Я не ожидал, что после смерти я воплощусь во вновь нарождающейся жизни в нынешнем мире, по отношению к которому тот мир, в котором закончилась моя предыдущая жизнь, остался в параллельной реальности.

Почти всё, с чем столкнулся я в этом мире, оказалось таким же, как в прошлом мире, но в то же время иным. Теми же были мои родители, только с изменённым восприятием самих себя, меня и всего вокруг них.

Иным уже был и я.

Все мы стали прозорливее и мудрее. Всеми нами был получен шанс заново прожить свои жизни, избегая тех прежних своих ошибок, которые мы болезненно пережили и глубоко обдумали.

Теперь наш «Крендель» ходил в везунчиках и уже не казался придурковатым, а наш «Враль» продолжал «наступать на те же грабли», оставаться всякий раз в дураках и выдумывать для нашей уличной компании побрехушки о том, как он смело и находчиво выходил изо всех своих бед.

День любви

Отдых в деревне Денис решил провести активно. Он с вечера приготовил привезённые им из города шесть удочек, наживку, заранее расспросил у местных жителей о рыбных местах и о том, как до них добраться, собрал свой походный рюкзак, завёл будильник на 4:00 и пораньше лёг спать, чтобы выйти к лесному озеру ещё до утренней зорьки.

Путь до лесного озера взбодрил Дениса. Дорога была окутана молочно-белым туманом, свежий воздух слегка кружил голову ароматом степных трав, всё его тело ликовало от мышечной силы, молодая кровь весело циркулировала в крупных протоках и капиллярах.

На берегу Денис выбрал место, свободное от зарослей осоки и камыша, установил заранее припасённые рогатинки под удилища, поплевал, по старой рыбацкой традиции, на насаженную на крючки наживку, забросил снасти на всю длину лески, и занялся приготовлением завтрака: натаскал валежника для костра, развёл огонь, принёс чистой озёрной воды в чайник, приладил его над костром, накипятил воду для кофе, разложил на расстеленной скатёрке нехитрую походную закуску, не забывая между этими занятиями подходить к удочкам и понаблюдать за поплавками.

Клёва всё ещё не было, хотя утренняя зорька уже вступила в свои права.

«Надо было бы с вечера запривадить рыбу на это место», — с сожалением подумал Денис.

— Это ничего бы не изменило. Сегодня клёва не будет, — услышал Денис за спиной красивый девичий голос.

Денис обернулся и обомлел от охватившего его очарования: в жизни не видел он такой дивной красавицы. Гибкий стан, рельефные грудь и бёдра, лебединая шея, алые лепестки сладострастных губ и лучистые янтарные глаза пронзили его сердце. Дыхание у Дениса перехватило, сердце заколотилось, и он не сразу нашёлся с ответом.

— Отчего же сегодня клёва не будет? — брякнул Денис.

— От того и не будет, что сегодня у всех обитателей этого леса и озера самый большой праздник — День любви.

Денис слушал слова красавицы и впадал в нарастающей силы транс от порабощающего звучания её голоса. Его воля растворилась в звуках этого голоса, его тело вышло из-под контроля разума и, повинуясь неведомой силе, Денис подошёл к красавице, положил свои запылавшие жаром ладони на её удивительно изящные плечи. Руки девушки покорно обвисли, и Денис почувствовал в этом готовность этой невероятной красавицы отдаться ему. Мгновенно вскипевшая кровь бросилась ему в голову, и Денис, в ослеплении разума, стал лихорадочно действовать по давно отработанной схеме, в которой нежность переплетается с решимостью в пропорциях и последовательностях, сводящих женщин с ума.

Девушка и мужчина многократно возносились на пик блаженства, граничащего с безумством, падали с его заоблачных высей и возносились вновь, вновь и вновь.

Девушка опомнилась первой. Она превратилась в лягушку и исчезла в озере.

Денис, ошалев от этой неожиданности, попятился, споткнулся обо что-то и, падая, так ударился затылком о свой же плашмя лежащий на земле топорик, что надолго потерял сознание.

*

Очнувшись, Денис вспомнил всё, но то, что произошло между ним и красавицей, было подёрнуто пеленой необузданной страсти и теперь воспринималось им, как тяжёлый бред, навеянный ушибом головного мозга, а то, чем завершилась их встреча, было столь сюрреалистично, что просто не могло быть на самом деле.

Назад Денис возвращался на непослушных ногах, с трудом преодолевая приступы головокружения и тошноты, переходящие в долго непрекращающуюся рвоту. Уже недалеко от деревни Денису повстречался старик, которого он раньше не видел.

«Что, дурья твоя башка, накувыркался с девушкой-лягушкой в День любви?» — спросил Дениса старик.

«О чём это он говорит? Не было же этого ничего! Мне всё это привиделось в бреду, когда я разбил себе голову при падении на спину!» — растерялся Денис. — «В действительности такого не могло быть!»

Денис хотел сказать это старику, но тот исчез так же внезапно, как появился.

После того случая Денис не раз пытался полунамёками расспросить местных жителей, бывает ли в тех местах день, когда все обитатели озера и прилегающего к нему леса, заняты какими-то своими делами и потому не даются ни рыбакам, ни охотникам?

Его выслушивали с неподдельным изумлением и отвечали, что такого в их местах не бывало.

Тогда Денис попробовал расспросить их о старике, который повстречался ему на исходе неведомого местным жителям Дня любви, празднующегося обитателями их озера и леса, но и старика такого они никогда не видели.

Однако, это Дениса не успокоило. Мало ли на свете чудес, о которых люди не слышали, которых они не видели, а узнав от других, сочли бы это глупым вымыслом?

Ведь то, в чём усомнился вначале сам Денис, подтвердил никому не известный старик, который каким-то образом знал и о Дне любви, празднующимся обитателями озера и леса, о том, как эта любовь овладела сердцами Дениса и невероятно красивой девушки, и о том, во что превратилась эта девушка после того, как насытилась их любовью.

Утерянное счастье

Кирилл считался счастливчиком. Его уважали коллеги, любили женщины. Его социальное положение всем казалось незыблемо прочным. Но сам Кирилл этого не чувствовал. Его грыз изнутри червь сомнения и неудовлетворённости жизнью. Дары судьбы воспринимались им, как праздничные шарики, красивые снаружи, но пустые внутри. Его душа томилась мечтой о счастье, красивым не только снаружи, но и внутри, избыточно переполненном яркой праздничной красотой.

Такое счастье должно было быть.

Оно есть.

Оно ожидает Кирилла где-то, за каким-то неведомым поворотом его жизненного пути.

Нужно лишь услышать его зов и смело пойти на него.

*

И вот однажды, в ночь с пятницы на субботу, Кирилл почувствовал в себе какое-то нарастающее беспокойство. Ещё не понимая его причины, Кирилл поддался велению этого странного чувства, доверился его немому зову.

Под воздействием того чувства, Кирилл вышел из дома и направился по маршруту, состоящему из многочисленных непредсказуемых поворотов. Его зрение вскоре вошло в туннельное состояние. Он видел перед собою лишь тротуарную полосу, по которой передвигался не по воле разума, а под воздействием смутного влечения интуиции. Время неуклонно близилось к полночи, то есть, к двум часам ночи.

Общепринятое заблуждение о том, что полночь приходится на 24:00 не соответствует результату простейшего математического действия: делению. Ведь ночное время, согласно тому, как это юридизировано статьёй 96 Трудового кодекса Российской Федерации, введённого в действие с 01.02.2002 года, и пунктом 21 статьи 5 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, введённого в действие с 01.07.2002 года — это период с 22:00 до 06:00 по местному времени. Следовательно, половина этого временного периода выпадает ровно на 02:00 часа ночи.

*

В отличие от парадоксов квантовой науки, время, отсчитываемое на смартфоне Кирилла, подошло ровно к правильной в математическом и юридическом отношении полночи, независимо от того, наблюдал ли это Кирилл, или не наблюдал.

А вот то, что происходит в окружающем пространстве этого необычного времени, полного мистических тайн, можно узнать, только наблюдая его разительное преображение.

В одно мгновение, не имеющее какой бы то ни было длительности, всё, что прежде казалось давно знакомым, вдруг перестаёт казаться таковым и обрушивает эту невероятность на мироощущение наблюдателя, как «удар мешком из-за угла».

Старческое расстройство психики может проявляться в том, что знакомое место вдруг становится чужим и неузнаваемым. Тогда старики, вышедшие из дома без сопровождения, теряются, как малые неразумные дети. Вот и Кирилл потерялся, оказавшись застигнутым на улице своего родного, с детства знакомого города, в полночь.

Куда идти, чтобы вернуться домой?

Кирилл шёл, надеясь выйти туда, где появятся знакомые ориентиры, но они всё не попадались, будучи преображёнными мистикой обманчивого полночного часа. Его путь закручивался воронкой, подобной той, что закручивает пловца над глубоким провалом дна, затягивает его в тот провал и выбрасывает из его глубины уже мёртвое тело.

Так, блуждая по неузнаваемым местам, Кирилл оказался перед небольшим домиком, в котором призывно светились сквозь белые занавески тёплые огоньки.

Ноги сами завели Кирилла на крыльцо того небольшого домика, рука сама постучала в дверь.

За дверью Кирилл услышал лёгкие шаги.

Дверь открылась.

*

За той таинственной дверью Кирилл неожиданно для себя обрёл настоящее счастье, красивое не только снаружи, но и внутри, избыточно переполненное яркой праздничной красотой.

В этом сказочном счастье выходные дни пронеслись, как одно короткое мгновение.

Уходя на работу, Кирилл верил, что по возвращении он вновь окунётся в это чудом обретённое им счастье.

После работы Кирилл бодро направился к домику, в котором ждало его счастье.

Его бодрость быстро улетучилась, когда он понял, что заблудился. Он пытался вспомнить дорогу, по которой случайно набрёл на тот небольшой домик, где встретил счастье, но тогда пространство было иным.

Возможно, оно как-то искривилось, перешло в иное измерение?

Кирилл стал призвать на помощь интуицию, которая привела его к счастью, но она замолчала навеки.

По случайному стечению обстоятельств?

Он родился 14 февраля, в день, который с некоторых пор, вопреки церковным праздникам, миряне стали праздновать как День святого Валентина, и получил имя этого святого. Но никакой связи с датой празднования мирянами дня того святого в этом не было. Это было первым случайным стечением обстоятельств в жизни новорождённого.

Также, безо всякой связи с тем, что святой Валентин, согласно лживым измышлениям, будто бы, был снисходителен к актам свободной любви, Валентин, войдя в возраст гиперсексуальности, стал активным сторонником права на свободную любовь. Это было в начале 1990-х — времени разброда в умах того поколения молодёжи.

Родители Валентина, воспитанные в духе соблюдения традиционных нравственных ценностей, с беспокойством относились к такому проявлению свободолюбия их сына и, как умели, пытались с этим бороться.

Но многие ли родители способны повлиять на поведение своих чад, особенно, когда это поведение проявилось уже после того, как прочно укоренилось в сознании и образе жизни их повзрослевших детей?