Шторм, который помнит

Шторм, который помнит

Таша Жук

Иллюстратор нейросеть Alice AI

© Таша Жук, 2026

© нейросеть Alice AI, иллюстрации, 2026

ISBN 978-5-0070-8308-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Рай с тёмной стороной

«Остров пускает только избранных. Те, кого он не хочет — умирают в шторме».

(из местной легенды)

Судно медленно приближалось к острову, едва проступающему на горизонте. Синие волны ритмично бились о его борта, будто отсчитывая последние мгновения до встречи. В небе сгущались тучи. Еще вот-вот и пойдет ливень. С океана подул сильный ветер.

— Райский остров, — пробормотал Кевин, поднимая воротник, — а встречает, будто мы приплыли не на курорт, а в последний день Помпеи.

— В брошюре писалось, что у них свой природный паспортный контроль, — хмыкнул Ричард, не отрываясь от своего телефона, — видимо так остров нас проверяет.

Прошло некоторое время — вид с палубы изменился до неузнаваемости. Тучи исчезли, будто их и не было. Солнце залило предвечерний горизонт золотом, и остров заиграл всеми краскам: белоснежные пляжи, вода — нежно-бирюзовая, как глаза ребёнка. Казалось, сам океан улыбнулся. Но Кевин не улыбнулся в ответ.

— Ну видишь, — Ричард наконец оторвался от экрана, хлопнул брата по плечу, — а ты сомневался. Красота.

Кевин лишь хмыкнул, не отрывая взгляда от приближающейся земли.

— Рейч, — крикнул Ричард, не оборачиваясь, — подплываем.

К ним подошла девушка, делая фотографии на смартфон — одну за другой, будто боялась упустить хоть миг. Кевин окинул их пару долгим взглядом. Ричард растит себе подобного. А может и хуже. Эта девчонка в свои двадцать и так не знает, откуда берутся деньги. И не понимает: без отца она была бы просто тенью на фоне чужого света.

Он сжал челюсти.

А вдруг этот остров — как раз то место, где тени начинают говорить?

С палубы уже виднелся старый деревянный причал — выцветшие доски, испещренные трещинами, казалось, повидавшие не одно морское сражение за остров. Рыжие, светлокожие райзы — местные люди, в одинаковой одежде коричневого цвета, бегали как муравьи по причалу отточенными движениями. Кто-то кидал причальный трос матросам-иноземцам, кто-то сигнализировал руками капитану судна — куда ему причаливать. Со стороны небольшого порта виднелась небольшая группа людей в праздничной белой одежде с золотыми вставками, сияющие от солнца.

Молодой морячок ловко поймал трос и закрепил на лодке. Дождался команду высадки и быстро приоткрыл дверь с лестницей для выпуска пассажиров.

Рейчел быстро растолкала всех, кто стоял впереди неё, чтобы выйти первой. Всё это время она снимала видео. Было важно первой спуститься, чтобы успеть заснять оригинальную атмосферу острова без туристов. Её глаза горели, рот был приоткрыт от изумления. Под ярким солнечным светом её глаза казались изумрудными. Они были полны восхищения. Она шла вперед, записывая всё на свой телефон. В какой-то момент она почувствовала пустоту под ногой и в ту же секунду кто-то сжал ей сильно плечо, рванув назад.

— Рейчел, — Ричард окрикнул её.

Он бросил два чемодана на причале и подбежал к дочери. Девушка на секунду оцепенела. Крепкие руки местного парнишки до сих пор держали её плечо.

— Ты с ума сошел, — вскрикнула она, отойдя от шока, — отпусти меня.

Парень неуверенно убрал руку от неё и попытался что-то произнести, но не успел. Ричард схватил его за грудки и начал трясти со всей силы.

— Какого черта ты трогаешь и пугаешь мою дочь, — зло прорычал Ричард.

— Рич, успокойся, — Кевин мягко положил свою руку на плечо брата, — она же чуть не свалилась в воду. Парень спас её.

Ричард ослабил схватку, но не выпустил его робу из рук. Он осмотрелся. Они стояли практически на краю причала, а снизу плескалась лазурная вода. Поняв свою ошибку, Ричард отпустил парня и поправил рубашку спасителя, одобрительно похлопал по плечи.

— Извини, — пробормотал он, — не так поняла. Спасибо тебе. Рейчел, поблагодари парня.

Рейчел деловито подошла поближе к парню. На её лице отразилась самая искренняя улыбка, которую она демонстрировала в исключительных случаях. Она положила свои загорелые руки на плечи работяги, дурманя его своим дорогим ароматом духов. Как в кино она медленно начала наклоняться и нежно губами дотронулась до его щеки. Мгновение — и она отступила на шаг назад.

— Спасибо, — с наигранной искренностью произнесла она.

— Достаточно было сказать спасибо, — нахмурился Ричард, вкладывая парню купюру небольшим номиналом.

— Мда, — вздохнул Кевин, наблюдавший эту картину, скрестив руки на груди. — Может пойдем уже, а то жарковато тут, — добавил он, намекая на выходку Рейчел.

Ричард кивнул и пошел забрать чемоданы. Рейчел снова включила запись на телефоне и продолжила своё занятие, забыв, что было только что. Внимательность — не её конёк.

Спустившись по каменной лестнице с причала, туристы встретили группу местных из пяти человек. Они были в белых нарядах, справой стороны рубах виднелась золотая вышивка.

— Абора, — дружелюбно выкрикнул один из них, — так мы — райзы, приветствуем наших дорогих гостей. Добро пожаловать на остров Санрайз. Остров белых песков, бирюзовых вод и золотых закатов. Пусть ваш отдых в нашем доме принесёт вам радость, счастье и покой в душе. Я, как и мои соплеменники, помогут вам в этом. Так же прошу вас соблюдать всего три правила: благодарите от души, не оскверняйте наши молитвы и храмы, и не вмешивайтесь в ритуалы. Если будут вопросы, мы всегда будем рады вам помочь.

Райз жестом указал на стоявших рядом людей в белых рубашках. Они все приветственно склонили головы.

— Перед тем как вас проводить в ваши хижины, — продолжил гид, — прошу вас испить из наших чаш кристально чистую родниковую воду. Сэм, — обратился он к одному из соплеменников, — прошу угости наших дорогих гостей.

Высокий рыжеволосый Сэм быстро взял поднос с чашами, подходя к каждому.

Рейчел наконец-то оторвала свой взгляд от экрана телефона и шёпотом сказала:

— Они же все рыжие…

Кевин закатил глаза, а Ричард шикнул на свою дочь. Их троица взяла по небольшой чашке с водой, когда Сэм подошел к ним. Рейчел, быстро выпив воду, поставила чашку на поднос, одаривая широкой улыбкой парня.

— А ты симпатичный, — подмигнула она Сэму, который сразу залился краской.

— Рейч, угомонись, — прошипел Ричард, ставя свою чашку.

— Сэм, верно, — Кевин обратился к раскрасневшемуся райзу, тот кивнул, — подскажи, а где находится храм Солнца? Я слышал, там особенно красив закат.

Сэм замер. Пальцы сжали поднос так, что побелели костяшки. Голова его вертелась из стороны в сторону, глазами ища кого-то. Через пару секунд к ним подошел райз постарше. Он с улыбкой похлопал Сэма по плечу. Тот сразу поклонился и поспешил отойти подальше. Райз заговорил, не убирая с лица улыбки:

— Господин, Сэм не может ответить вам на этот вопрос. Позвольте мне.

— Он немой что ли, — удивилась Рейчел.

— Вовсе нет, — рассмеялся райз, — он не может разговаривать с нашими дорогими гостями, Сэм может только прислуживать на празднике встречи кораблей. У нас каждый отвечает за своё дело и свою работу. Это всё необходимо для гармонии. Более подробно вам расскажут об этом чуть позже, когда мы с вами встретимся у вечернего костра. И об этом, господин Питт, вы должны были помнить. Вы же не в первый раз у нас на острове…

Кевин сузил глаза. В его взгляде промелькнула боль и тоска, буквально на секунду.

— Предпочитаю забыть про это, будем считать, что я сейчас впервые у вас, — с ноткой раздражения произнес он, — тогда может вы мне подскажете, где храм Солнца?

Райз снова натянул улыбку дружелюбия.

— Господин Питт…

— Прошу, просто Кевин, — натянуто улыбнулся Кевин.

— Кевин, — продолжил с той же интонацией райз, — храм Солнца только для истинного народа острова, для райзов. Мы не пускаем никого иного туда, это осквернит нашу память, наш род и наш остров…

— Бредятина, — буркнула Рейчел, но осеклась, когда почти все оглянулись на неё, она резко улыбнулась и извиняюще прошептала, — извините, я думала, что сказала это не вслух.

Райз убрал свою улыбку, и громко для всех сказал:

— Уважаемые гости, прошу вас, давайте уважать наши традиции и наши правила. Все вопросы, касающиеся куда и что можно посмотреть, мы с вами обсудим на вечерней встрече у костра. А сейчас, прошу вас, — он сложил в молитвенном жесте кисти рук, — вернемся к нашей с вами встрече. Позвольте сейчас вас всех проводить до ваших хижин. Внутри вас ждут наши местные фрукты, местные напитки прохладительные, а также брошюры о нашем острове.

В ответ он услышал одобрительный гул. Еще раз злым взглядом, но с улыбкой он осмотрел семейство Питт и предложил им следовать за ним. Кевин нахмурил лоб, но подчинился, пропуская вперёд брата и племянницу, последовал за ними.

Остров, который выбирает кого пустить, а кого отвергнуть. Люди, которые выбирают кому можно разговаривать с другими, а кому только прислуживать. Самое страшное, что эти люди всё помнят. Кевин так надеялся, что сможет затеряться в толпе, но нет. Они помнят. Помнят всё. Значит надо быть аккуратным. Нужно быть хитрее. Умнее их.

— Какая красота, — восхищённый возглас Рейчел, вернул Кевина в реальность. — Пап, смотри…

Рейчел держала в руках ракушку — размером с ладонь, тяжёлую для своего вида. Её спираль была гладкой, с перламутровым блеском, переходящим от серебристо-серого у основания к тёплому розовато-коричневому краю. Внутри — зеркальная гладь, отражающая небо, будто в ней хранился кусочек океана.

Она приложила её к своему уху и закрыла глаза. Шелест волн, гул океана.

Кевин улыбнулся. Ему казалось, что эту девчонку уже ничем не удивить. С самого рождения у неё было всё, что захочет. Она была там, где даже сам Ричард еще не был. Все курорты мира, все гаджеты мира, всё внимание только Рейчел. Именно поэтому, как считал Кевин, она превратилась в эту капризную девочку. Он улыбался и любовался сейчас ей искренне. Пока не пришло воспоминание о его дочери. Полин, ты могла бы быть сейчас здесь со мной, подумал он. Его взгляд тут же похолодел. Скулы на лице напряглись, улыбку заменил еле заметный оскал.

— Кев, — Ричард похлопал его по плечу, — ты был прав, тут прекрасно. Жаль, что Амелии и Полин с нами нет.

Ричард осмотрел их гостиную в хижине. Это была просторная комната с минимумом мебели. Мебель была плетённая из местного растения, напоминающего бамбук. Возле входа стояла небольшая тумбочка, на которой лежала аккуратно сложенная карта острова. Над тумбочкой висело небольшое зеркало. Слева от входа стоял плетённый пуфик. По среди комнаты стояли две тахты друг напротив друга, а между ними небольшой столик, на котором разложены брошюры. Чуть дальше были приоткрыты большие раздвижные двери, через рейки которых просачивался свет.

Ричард раздвинул двери. Это был выход на внутренний дворик их виллы. Дорожка из камней вела в укромный уголок с беседкой. Вокруг было много пальм, деревьев, цветов и кустарников. Казалось, что кроме них никого нет по соседству. Хотя слышны были возгласы радости и удивления с соседних вилл.

Рейчел поставила ракушку на столик по среди комнаты и начала просматривать брошюры. «Три храма, три бога, одна истина. Краткое пособие по священным местам острова», «Шторм Гоб — наш щит, а не угроза. Почему вы здесь в безопасности, даже когда дует ветер», «Что можно. Что нельзя. Что — смерть. Краткий кодекс поведения для туристов». У Рейчел пробежал холодок по спине. Она отложила остальные брошюры, и прислушалась к разговору отца и дяди во внутреннем дворике.

— Ты до сих пор думаешь, что авария связана как-то с этим островом? — Ричард облокачивается на ствол пальмы.

— Эти касты, эти ритуалы, тайны… это всё имеет значение, тут всё связано, — Кевин тяжело вздыхает и присаживается на скамью спиной к Ричарду, — это всё не просто так. Невозможно в огромном городе случайно врезаться именно в нашу машину, исправную машину, в машину, где были мы… те, кто только вернулся отсюда. Так не бывает, Ричард. Я не верю в простые случайности, или совпадения.

Ричард прикрыл глаза.

— Расследование ничего не показало. Это был несчастный случай, — после паузы с тоской произнес он, — ты же сам участвовал в нём, твой отдел же занимался этим делом. Ты сам видел, что это совпадение и случайность.

Кевин тяжело вздохнул. Мысли скакали в голове. Перед глазами появлялись картинки — тоннель, искорёженная машина, бездыханное тело дочери. Казалось, что она просто спала. Врачи, которые на месте пытались реанимировать его жену. Темноволосый с рыжеватым оттенком мужчина сидел, закрывая голову руками покачиваясь и бормоча что-то себе под нос. В последствии на допросе он повторял одну и туже фразу: «Это шторм, это не я».

— Несмотря на то, что всё выглядело как несчастный случай, это не он. Я докопаюсь до правды, Рич, я найду виновных в смерти Полин и Амелии.

Кевин сжал кулаки. Ричард присел на скамейку рядом с Кевином и приобнял брата за плечи.

Рейчел смахнула со щеки одинокую слезу и пошла осматривать хижину дальше.

Из гостиной шел длинный коридор, который вёл в три небольшие спальни. Они были одинаковы. Кровать, тумбочки по краям, торшер, небольшой шкаф и вид на зелень, растущую во внутреннем дворике.

Рейчел взяла из гостиной один из чемоданов и прикатила в выбранную ей спальню. Разложив свои вещи в шкаф, девушка задумчиво посмотрела на себя в зеркало. Нужно было что-то сделать с собой перед вечерней встречей у костра. Достав косметичку, она напевала себе что-то под нос.

Солнце склонилось к океану, как будто кланялось перед уходом. Его последние лучи скользили по верхушкам пальм, зажигая золотом листья и подкрашивая песок в цвет крови.

Туристы, еще недавно шумные и возбуждённые, постепенно затихали. Кто-то сидел на песке, смотря на горизонт. Кто-то бродил по тропинкам, озираясь, будто чувствовал — с наступлением сумерек правила игры изменились.

Факелы вдоль дорог вспыхнули одновременно. Казалось, их кто-то зажёг взглядом. Огонь горел ровно, без дрожи, несмотря на ветер, что тихо шевелил листвой.

Словно остров ожил.

Райзы исчезли. Потом снова появились — но уже в другой одежде. Белое сменилось на тёмно-красное, как закатное небо. На лицах — маски из дерева и ракушек. Не страшные. Но чужие. Они двигались бесшумно, будто парили над землёй.

Из хижин начали выходить гости, привлечённые зовом барабанов. Тихих, ритмичных, как сердце. Один удар — и ты делаешь шаг. Ещё — и ты уже не помнишь, зачем пришёл.

Рейчел стояла у входа, держа в руках ту самую ракушку. Приложила её к уху. Но теперь не слышала шум океана. Шёпот. Как будто море пыталось что-то сказать. Или предупредить.

Кевин наблюдал за всем с террасы. Он не верил в мистику. Но чувствовал — остров узнал его. И ждёт.

Где-то в глубине леса раздался протяжной звук — как труба из раковины.

Первый зов. Вечерняя встреча у костра начинается.

Тропинка к центральной поляне была выложена чёрным камнем — будто дорога из тьмы в тьму. По обе стороны — факелы, пламя которых не колыхалось, несмотря на ветер. Только горело. Слишком ярко. Слишком неподвижно.

Рейчел шла впереди, как всегда, телефон в руке. Но теперь экран был выключен.

— Я не могу снимать, — прошептала она, будто оправдываясь. — Камера… глючит.

Ричард шёл молча. Он чувствовал — что-то изменилось. Не страх. А ожидание. Как перед ударом молнии.

Кевин замыкал шествие. Его взгляд скользил по лицам райзов. По их позам. По тому, как как они отводят взгляды от туристов.

Они боятся? Или это в их крови. Они с рождения знают кто с кем должен или не должен разговаривать. Пересекаться взглядом.

На поляне уже собрались туристы — расселись вокруг огромного костра. Пламя поднималось на несколько метров, окрашивая лица в багровый. В центре — каменное возвышение. На нём стоял вождь.

Он был не стар, но и не молод. Рыжие волосы, заплетённые в тонкие косы, переливались на костре. На груди — амулет из чёрной ракушки, на поясе в золотых ножнах — кинжал. Его глаза — не мигали.

Казалось, он смотрел каждому прямо в глаза. Стук барабанов усиливался. Вождь поднял руку. Наступила тишина. Слышен был лишь треск костра.

— Абора, — произнёс он не громко, но звучал голос будто шёпот в голове. — Мы собрались, чтобы вспомнить. Вспомнить, кто мы. Откуда пришли. И кто не пришёл.

Толпа замерла.

— Остров Санрайз — не просто земля. Он — живой. Он дышит. Он выбирает. Кто-то приезжает — и уезжает счастьем в сердце. Кто-то не уезжает вовсе. Потому что остров не принял. Шторм Гоб не враг. Он щит. Он очищает и защищает. Когда на остров попадает тот, кто приносит ложь. Кто нарушает гармонию… Кто помнит то, что должен забыть… — взгляд вождя скользнул по толпе — …шторм приходит за ним.

Рейчел поёжилась. Кевин почувствовал, как по спине пробежал холод. «Он знает. Они знают, кто я».

— Мы живём по правилам, — продолжил вождь, — Правила — не ограничение, это условие выживания. Ритуалы — это наша благодарность. Священные места — наша память… о прошлом, настоящем и будущем.

Все сидели с открытыми ртами, не отводя взгляда от вождя.

— А теперь, — голос вождя стал мягче, почти ласковым, — мы вспомним тех, кого не стало. Тех, кого забрал океан. Тех, кого не пустил шторм.

Он опустил голову. Один удар барабана. Еще. И еще. Из топлы вышли райзы. У каждого в руках была маленькая лодочка из бумаги. На каждой имя. Они подходили к костру. Опускали лодочки в огонь. Они не горели, они плавали по пламени, как по воде, и медленно уходили вверх — в ночь.

— Элиас… — прошептал один.

— Мара…

— Томас…

— Амелия…

— Полин…

Кевин резко вздохнул.

— Ты слышал? -Кевин посмотрел на Ричарда. В его глазах был то ли страх, то ли ужас.

Ричард, не обращая внимания на брата, похлопал его по плечу. Он был заворожен этим ритуалом. Кевин вернул свой взгляд на процессию. Он смотрел на последнюю лодочку. На ней было написано: «Кевин». Она не горела, не плыла, как будто чего-то ждала. Пламя пыталось поглотить лодочку, но она боролась, изо всех сил…

— Кев… Кевин, — Ричард легко толкал в бок брата, который не отрываясь смотрел на огонь, — очнись…

— А? — Кевин быстро поморгал глазами. Увидел чётко брата и племянницу, которые взволнованно на него смотрели, — что случилось?

— Ты стонал и что-то шептал неразборчивое, — хихикнула Рейчел. — Я всё сняла, посмотри…

Она хотела протянуть телефон дяде, но тот отвернулся и опустил голову на руки. Что это было? Что с ним произошло? Он был как будто в трансе или гипнозе…

— То есть вы не слышали имена Полин и Амелии?

— Нет, — отрицательно закивала головой Рейчел, — таких имён там не было, дядя!

— С тобой всё в порядке? — Ричард попытался потрогать лоб брату, но тот отшатнулся от него как от прокажённого.

— Покажи, — обратился Кевин к Рейчел, протягивая руку, — покажи, что сняла… пожалуйста.

Рейчел разблокировала телефон и передала Кевин. Он нажал на экран. Экран ожил. Темно, какое-то бурчание. Всплески света от костра. Кевин увидел себя. Он завороженно смотрит на пламя и что-то говорит, но плохо слышно и неразборчиво. Видео обрывается.

— Я не сразу снимать начала, — забирая телефон, посетовала Рейчел, — жаль, стоны твои не успела снять…

— Что это было? — Ричард напрягся.

— Не знаю. Сам не понял. Мне сначала послышались имена… А потом я увидел лодку со своим именем… Я хочу поговорить с вождём, — Кевин соскочил со своего места.

Он почти дошёл до возвышенности, где стоял вождь, рассказывая об острове, его истории, но его остановил райз в чёрно-золотом одеянии. Рука райза толкала в грудь Кевина, взгляд был напряжённым и холодным. Кевин приподнял руки вверх, показывая, что он с миром. Райз не двигался, ничего не говорил, просто держал Кевина на вытянутой руке. К ним подбежал другой райз, взяв под руку Кевина и уводя от защитника, прошептал ласково:

— Господин Питт, туда нельзя. Ещё не закончилось собрание. Вы должны дослушать…

— Я хочу поговорить с вождём… Там… Там было моё имя…

— Господин, прошу вас, — умоляюще шепнул райз, — мы с вами обо всём поговорим после… Вот сюда, присаживайтесь.

Кевин хотел еще возразить, но почувствовал какую-то слабость в ногах и в своих движениях. Он послушно сел на скамью, куда указывал райз.

— Я — Като, господин Питт, — промурлыкал парнишка-райз, — я отвечу на все ваши вопросы после речи вождя.

Кевин от безысходности тяжело вздохнул, соглашаясь с Като. Как они им управляют? Они проникают в каждую клеточку его тела и души. «Я найду правда», — пообещал Кевин.

Церемония подошла к концу. Гости острова под глубоким впечатлением обсуждали между собой речь вождя, саму атмосферу мероприятия и острова. Стоял гул голосов. Но Кевина это не волновало. Он так и сидел на скамье вместе с Като. Когда вождь проходил мимо восторженной толпы, Кевин встретился с ним взглядом. «Остров помнит тебя. Шторм больше тебя не отпустит», — пронеслось у него в голове.

Като, увидев вождя, подбежал к нему. Несколько секунд они о чём-то перешёптывались, а затем вождь попрощался с гостями и скрылся в гуще леса.

— Господин Питт, — Като радостно улыбнулся, — вождь пригласил вас с вашими спутниками завтра на ужин к нему в покои. Он будет рад вас принять у себя завтра и обо всём с вами поговорить. А сейчас Великий Вождь удалился отдыхать.

— Хорошо, — вынужденно согласился Кевин и встал со скамьи, — Като… верно?

— Да, господин, — кивнул Като.

— Называй меня Кевин, без господина, пожалуйста. И не возражай!

— Хорошо, — уныло повесил голову Като, — Кевин.

— Вот ты где, — Ричард нервно улыбнулся брату, обнимая его, — мы потеряли тебя. Волновались. Пошли в хижину, брат.

— Хорошего и спокойно отдыха, — поклонился Като и исчез из поля зрения Питтов.

***

Наступила ночь. Луна залила пляж холодным серебром. Тишина была полной. Ни шороха птиц, ни шелеста волн. Даже океан замер.

Низкорослый райз, Тама Да-Рин Лукас, молча собирал пепел и обрывки ритуальных венков. Он двигался тихо, как тень, привыкший быть невидимым. И вдруг порыв ветра с океана. Остров будто вдохнул. Что-то скользнуло по шее. Гладкое, твёрдое. Ракушки. Резкий рывок и воздух перестал поступать. Да-Рин задёргался, пальцы судорожно впились в удавку. Он упал на колени. «Почему я?», — промелькнуло у него в голове. Еще секунда и он обмяк. Тело опустилось на песок, сложившись будто в молитве. Глаза остались открыты и смотрели на дерево памяти.

Тишина вернулась. Только перевёрнутый венок из священных трав лежал рядом.

Из дневника Эдмунда Кобо.

«Великая Война никогда не закончится. Не потому, что люди сильны. А потому, что они слабы. Их жадность, как гниль: она не останавливается, пока не сгниёт всё до тла. Материк стонет под их шагами. Города гниющие раны. Реки чёрные от яда. Я смотрел в глаза тем, кто называет себя правителями. Там нет идеалов. Только страх. Страх потерять власть, страх быть убитым. Но я не хочу жить в мире, где страх — это единственный закон. Нам нужно место, где человек не добыча, не враг, не инструмент. Я хочу остров. Не просто клочок земли посреди океана. А начало. Место, где мы с Лизой построим общество не на крови, а на призвании. Каждый туда, где он нужен. Каждый к тому, что умеет. Ремесленник будет творить, не боясь, что его дом сожгут. Целитель лечить, а не выбирать кто достоин жить. Дети расти не зная, что такое война.»

Глава 2. Кастовая ловушка

«Система — это клетка, ключи от которой у тех, кто правит»

(из древнего трактата острова)

Солнце уже почти полностью взошло над островом. Океан шумел, пение птиц радовало слух. Ари стоял по колено в воде. Руки его были направлены вверх к солнцу. Не в мольбе, а в признании.