Брак по контракту: Подменный жених

Она взмахнула руками, пытаясь наброситься на Джеслин, но Рэй не позволил ей сделать и шага.

– Кристин, я ничего не делала, я…

– Разве хоть один вор когда-нибудь признавался в краже? Даже пойманные с поличным, они скажут, что как раз собирались положить украденное на место.

Услышав этот голос, Джеслин перевела взгляд на только что заговорившую старшую сестру Рэя, а затем снова посмотрела на свою сестру. Неважно, если весь мир ей не верит, но её сестра должна поверить.

– Я ничего не делала. Дедушку отравили, и он…

– Хватит врать! Дедушка был здоров. Его толкнули, и он ударился головой о кофейный столик. Майя и охранники всё видели!

– Ч-что ты такое говоришь? – Джеслин выглядела потерянной и совершенно сбитой с толку.

– Майя и охранники дали показания в полиции, приложив видеозаписи того, как вы с дедушкой ссорились из-за того, что ты сделала с братом Рэем. Потом ты не согласилась с дедушкой, и он дал тебе пощёчину.

– Ты расстроилась и начала кричать на него. Поняв свою ошибку, он попытался обнять тебя, как всегда это делал, а ты оттолкнула его… ты оттолкнула его, чудовище! – закричала Кристин.

К этому моменту собрались уже все гости, и большинство из них уже освистывали Джеслин и показывали на неё пальцами, в то время как другие громко проклинали её, обзывая всевозможными унизительными и жестокими словами.

– Кристин, это неправда, это ложь! Это ложь! – снова и снова кричала она, обхватив голову руками, чтобы заглушить весь шум в своей голове.

– Суньте ей в лицо доказательства. Пока гроба не увидит, не заплачет, – сказал кто-то из толпы.

Старшая сестра Рэя достала свой телефон. Она пролистала что-то и нашла доказательство. Она включила видео и буквально сунула телефон в лицо Джеслин.

Джеслин подсознательно поймала падающий телефон и случайно увидела запись.

Её внимание привлёк её старик. Слезинки медленно скатывались с её глаз и падали на экран.

Всё, что говорилось или было срежиссировано в видео, не доходило до неё. Она даже не слышала ничего из этого, так как всё её внимание было сосредоточено на её старике.

Она провела пальцами по экрану телефона, обводя его фигуру, и вдруг вздрогнула, когда похожая на неё женщина на экране толкнула старика, который отшатнулся и ударился головой о край кофейного столика.

– Дедушка! – подсознательно вскрикнула она и в шоке уронила телефон на пол.

– Офицеры, арестуйте её! – сказала Кристин только что подошедшим полицейским.

– Мисс, пожалуйста, пройдёмте с нами в полицейский участок, – сказал один из полицейских.

– Я… я… я не… я не убивала дедушку, его отравили… спросите врачей. Кристин, я ничего не делала дедушке!

Кристин яростно усмехнулась. – Каких врачей? Тех, которых ты подкупила? К несчастью для тебя, врачи дали показания против тебя. Они сказали полиции, что ты убеждала их кремировать дедушку в ту же минуту, как его объявили мёртвым, чтобы скрыть истинную причину его смерти, а также заставила их диагностировать у тебя вымышленные проблемы с психическим здоровьем…

– Это неправда! Хватит лгать! – в неверии вскрикнула Джеслин.

– Я не лгала на тебя, сестра, это были показания врачей в участке.

– Где врачи? Скажи мне, они…

– К несчастью, оба врача покончили с собой из-за чувства вины.

– Ч-ч-что ты такое несёшь? – Её сердце ухнуло в пятки, когда она это услышала. Как теперь она докажет свою невиновность?

– Ты меня слышала. Ты убила ещё и двух невинных работников! Офицер, уводите её! – Кристин с отвращением отвернулась, пока полицейские пытались силой вывести сопротивляющуюся Джеслин из толпы.

– Отпустите её. – Голос не был ни громким, ни тихим. Однако он смог остановить суматоху.

Люди обернулись, чтобы посмотреть на обладателя голоса. Этот человек убрал руку полицейского с запястья Джеслин и сказал: – Я её приведу.

Джеслин подняла свои затуманенные слезами глаза, чтобы посмотреть на мужчину перед ней, и медленно вспомнила, что это был тот самый мужчина, за которого она вышла замуж.

Не только она вспомнила, кто он. Те, кто был на свадьбе на прошлой неделе, знали этого мужчину из-за его выдающейся внешности и исходящей от него ауры сдержанной силы.

– Э-это ты? – спросила Джеслин, словно не ожидая его здесь увидеть.

– Что ты здесь делаешь?! – Рэй, не проронивший ни слова с начала перепалки, наконец подал голос, снова увидев этого человека – своего врага.

Жених проигнорировал всех остальных и, взяв Джеслин за запястье, повёл её прочь из толпы. Полицейские следовали за ними, а вспышки фотокамер сверкали им вслед.

Толпа наблюдала, как мужчина и Джеслин сели в неприметную чёрную машину, припаркованную неподалёку, и Рэй вдруг рассмеялся.

Было неясно, почему он смеётся, но он пробормотал: – В прошлый раз на нём не было ни сшитой на заказ, ни брендовой одежды. И в этот раз на нём одежда неизвестной марки, да ещё и драндулет. Я был прав: у него есть только этот высокомерный вид и больше ничего.

9 Приговор

Рэй должен был радоваться тому, что мужчина, укравший его невесту и помогший ей унизить его на публике, не был богаче него, но это было не так. Всё, что он чувствовал, – это жгучую ярость и желание уничтожить этого человека.

«Кристин, твоя сестра – это нечто. Мало того, что она унизила моего брата и всю мою семью, так ещё и стала убийцей, а теперь у неё хватает наглости привести сюда этого дикаря. Вау, просто вау», – старшая сестра Рэя хлопнула в ладоши с притворным изумлением и сарказмом.

Из-за только что произошедшей суматохи похороны быстро завершились, и люди, казалось, были расстроены, за исключением присутствовавших репортёров и представителей СМИ – события этого дня послужат достаточной пищей для жаждущих сплетен масс.

…

Они прибыли в участок, но прежде чем жених успел войти за ними, у него зазвонил телефон, и он отошёл в сторону, чтобы ответить.

«Мастер, это маленький Вален, у него рецидив. Док Мэтт просит вас приехать, быстро», – голос на другом конце провода всё время звучал встревоженно.

«Хорошо», – муж Джеслин завершил звонок и набрал номер Рекса. Услышав запрограммированный женский голос, он помассировал переносицу.

Точно, он ведь недавно оставил Рекса без телефона.

Войдя в участок, он увидел, как Джеслин ведут в камеру. Он подошёл к ней и сказал: «Мисс, возникло одно дело, я пришлю кого-нибудь».

Джеслин лишь кивнула. Она не особо надеялась, что её освободят после этого разбирательства, но была счастлива, что нашёлся кто-то, кто поддержал её, когда семья и друзья от неё отвернулись. «Спасибо», – беззвучно прошептала она одними губами, прежде чем войти в камеру в своей больничной рубашке.

По какой-то причине ему не хотелось уходить, но он был должен, ведь его сын был важнее женщины, которую он только что встретил – теперь его жены.

Он вышел из участка и набрал номер. «Вытащи Джеслин Ли из этой заварухи», – просто сказал он, прежде чем сбросить вызов и сесть в машину, чтобы отправиться в аэропорт.

Джеслин пробыла за решёткой два дня, прежде чем её дело наконец передали в суд.

…

В суде у неё не было адвоката. Её банковский счёт заморозили, поэтому она не могла нанять себе компетентного защитника и была вынуждена довольствоваться тем никудышным адвокатом, которого ей предоставили.

С тех пор как её арестовали, никто её не навещал. Не то чтобы она ждала многих, но её сестра была единственным человеком, которого она отчаянно хотела видеть, однако Кристин так и не пришла. Зато, к её удивлению, Кристин явилась в суд, чтобы дать показания против неё!

Что может быть хуже, чем когда человек, которому ты так доверяешь, даёт ложные показания по делу, которое, как он знает, полностью разрушит твою жизнь?

Даже адвокат, предоставленный ей судом, был ни на что не годен. Он просто сидел и смотрел, как обвинения сыпались на неё одно за другим от тех людей, которым она отдала своё сердце. Таких как Рэй, Майя, сестра Рэя, Кристин и несколько других знаменитых друзей.

Джеслин закрыла глаза. Её слёзы уже высохли, но когда она услышала, как её сестра говорит суду:

«Дедушка очень любил Джеслин, однако Джеслин постоянно с ним ссорилась, и в тот день, когда дедушка умер, я как раз входила в дом, так как они оставили меня на месте проведения свадьбы. Я видела, как Джеслин толкнула нашего дедушку…»

Слеза скатилась из глаз Джеслин, и это была последняя слеза, которую она поклялась пролить перед этими людьми.

Она не стала дожидаться, пока Кристин наговорит ещё больше лжи, и открыла рот: «Я виновна, пожалуйста, закройте дело и вынесите мне соответствующий приговор».

После этого она посмотрела на Кристин, но та отвернулась и отказывалась смотреть на неё. Джеслин горько улыбнулась. Вот она, сестра, которую она так сильно любила и которой так дорожила.

Она оглядела зал суда и увидела, как её отец и его жена смотрят на неё с усмешкой.

У Рэя было сложное выражение лица, а его сестра вся сияла от улыбки. На лице Майи не было видно никаких эмоций, но не похоже было, что её заставляли.

«Это ваше решение?» – спросил её судья.

Джеслин горько усмехнулась. Представленных «улик» было более чем достаточно, чтобы приговорить её к смертной казни. Даже Няня Марта и Дядя Вонг дали показания против неё, так что же ей ещё оставалось делать?

«Что ещё я могу сказать или сделать, чтобы доказать свою невиновность? Те, кто хочет моей казни, не отступятся, а вы и суд не поверите в мою невиновность без „достаточных“ доказательств.

Теперь весь мир меня ненавидит, и даже мои фанаты, должно быть, тоже подумали, что это сделала я, ведь в конце концов, моя дорогая сестра мне не поверила. Чтобы угодить всем вам, я возьму вину на себя. В любом случае, это смерть моего дедушки. Раз уж я не могу добиться для него справедливости, какой смысл мне жить на свободе?»

Она бросила эти вопросы судье, который некоторое время молчал, прежде чем объявить свой вердикт.

«Пятнадцатого октября Джеслин Ли было предъявлено обвинение в убийстве первой степени. Суд установил, что Джеслин Ли не имеет судимостей и проблем со здоровьем. Однако имеются сведения о том, что она принимала тяжёлые наркотики, поскольку их остатки были обнаружены в её крови.

Суд находит, что доказательства, представленные обвиняемой, не содержат весомых подтверждений её невиновности, и настоящим приговаривает Джеслин Ли к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение за убийство её дедушки, мистера Ли», – судья ударил молотком, скрепляя свои слова. Тихий стук молотка по столу прозвучал в ушах Джеслин как атомный взрыв. Это рушилась вся её жизнь.

Джеслин перевела взгляд с судьи на свою сестру с непроницаемым выражением лица, а затем на Рэя и всех остальных, кого она знала, включая отца и мачеху.

«Теперь вы счастливы? Конечно, счастливы». Затем она посмотрела в камеры и горько улыбнулась. «Спасибо всем за то, что разрушили жизнь невинного человека. Я не желаю вам однажды оказаться на моём месте, но когда это всё же произойдёт, вы поймёте, каково это – быть осуждённым, будучи невиновным».

Она не принимала наркотиков, но их чудесным образом обнаружили в её организме. Она знала, что это из-за того напитка, который она выпила перед свадьбой.

Она протянула руки к полицейскому, который приближался к ней с наручниками.

Как только на неё надели наручники, она пошла за полицейскими, которые выводили её из суда, защищая от разъярённой толпы, стоявшей снаружи и готовой линчевать её и разорвать в клочья.

Тем временем судью видели в его кабинете, где он сидел в глубокой задумчивости, размышляя, не вынес ли он неправосудный приговор. Затем он покачал головой. Улики против неё были слишком многочисленны и убедительны.

Против неё дало показания так много людей, включая членов её семьи. От мачехи до сестры, друзей, бывшего жениха, помощницы и даже работников её дедушки, так что это не могло быть ложью, но почему же он чувствовал беспокойство после её прощальных слов?

Судья не мог избавиться от чувства досады из-за этого только что завершённого дела.

10 Заключённые – Пинк и Еллоу

Джеслин вошла в тюремную камеру со сложенным белым полотенцем, ещё одним комплектом оранжевой формы и туалетными принадлежностями.

Металлические прутья тюремной двери тихо лязгнули, щёлкнул замок, а затем наступила тишина. Она обернулась, но надзирательница уже ушла.

Она снова повернулась к камере, и её взгляд окинул представшую перед ней сцену. В камере были две женщины, и от обеих исходила серьёзная аура хладнокровных убийц. Многочисленные татуировки на их телах свидетельствовали об этом.

На одной комбинезон был повязан верхней частью на талии, оставляя на виду лишь белую майку, у другой же он сползал с одного плеча.

У них было много пирсинга и волосы странных цветов: у одной с жёлтой окантовкой, а у другой – с розовой.

Осмотрев камеру, она поняла, что та была не так уж плоха по сравнению с теми, что она видела в кино и новостях.

Кровать была трёхъярусной, нижний и средний ярусы были заняты, поэтому она подошла к ней, чтобы залезть на самый верх.

– Эй, ты кто такая? – спросила злодейским тоном та, что повязала верхнюю часть формы на талии.

Джеслин вздрогнула, и вся её напускная уверенность была готова рассыпаться в прах, когда она увидела, как они обе на неё уставились.

Их взгляды были как у мясника, который слишком долго не видел клиентов.

– П-привет, я Джеслин, Джеслин Ли, – представилась она. Меньше всего ей хотелось иметь с ними проблемы.

– Всем плевать, новенькая. Подойди сюда, – подозвала её та, что была с розовыми волосами.

Джеслин положила свои вещи на среднюю кровать и медленно подошла к женщине.

– Хорошо. А теперь на колени, – приказала она.

– Что? – Джеслин подсознательно отреагировала так же, как отреагировала бы, если бы незнакомец приказал ей встать на колени в её собственном доме.

На её лице проступило неодобрение.

– Ты что, глухая? – спросила Еллоу.

Голова Джеслин отреагировала раньше, чем её разум. Она отрицательно покачала головой.

– Тогда на колени. Ты слишком высокая, – сказала Пинк.

«Слишком высокая?» Она была всего лишь девушкой среднего роста – 168 см, так с чего это она слишком высокая?

Было ясно, что Джеслин не поняла: дело было не в её росте, а в том, чтобы она опустилась до их уровня, поскольку они сидели, а она стояла.

– Еллоу, поставь её на колени, – сказала Пинк.

– Ч-что вы… – Бух!

Её заставили встать на колени: Еллоу ударила её сзади под колени.

Джеслин вскрикнула от боли и, опустив голову, уставилась на свои колени.

В поле её зрения появились грубые пальцы, которые легли ей под подбородок и подняли его, заставляя посмотреть Пинк прямо в глаза.

– Ты красивая, – просто констатировала она, вглядываясь в одарённое природой лицо Джеслин.

«Это очевидный факт! Я самая красивая девушка в городе Роз!» – хотелось ей крикнуть той в лицо, но не хватило смелости.

– Ц-ц-ц. Жаль только, что я ненавижу хорошенькие личики, – сказала Пинк, качая головой, и Джеслин от шока открыла рот.

– Эй, ты теперь золотая рыбка? Закрой рот, – Еллоу легонько шлёпнула её по голове. Это было больше похоже на поддразнивание, чем на издевательство.

– Оставь её, мои слова её ошеломили. Маленькая золотая рыбка, не вини меня слишком сильно за то, что я собираюсь сделать с твоим лицом. Тебе следует винить ту дамочку, которая соблазнила того ублюдка, что превратил меня в массовую убийцу. Если бы только она не соблазнила моего мужчину своим хорошеньким личиком, я бы не узнала, что такое разбитое сердце, и не убила бы всех гостей на их свадьбе.

Джеслин застыла, охваченная шоком, страхом и неверием. Её посадили в одну камеру с такой больной на голову?

– Хочешь знать, что я сделала с этой парочкой изменников? Я вытащила их из церкви и варила заживо, пока они… —

У Джеслин подсознательно начались рвотные позывы. Её невинное воображение живо нарисовало эту сцену, и она не смогла сдержать тошноту.

– Ха-ха-ха… Она и вправду зайка, милая зайка. Я просто пошутила… – громко рассмеялась Пинк.

Джеслин почувствовала лёгкое облегчение, но тут же Пинк добавила:

– …Хотя я не варила их в котле, я вылила раскалённое масло на его чл*н и её п*зду.

– Ха-ха-ха, – рассмеялась Еллоу, увидев расширившиеся от ужаса глаза Джеслин.

– Ладно, это тоже шутка. Но выражение твоего лица бесценно, обожаю его, – со смехом сказала Пинк и отпустила подбородок Джеслин.

Она откинулась на стену и спросила: – Так что привело сюда такого маленького зайку, как ты?

Джеслин опустилась на пол, чувствуя боль в коленях. – М-меня подставили…

– За убийство?

Она кивнула, хотя и не понимала, откуда Пинк это знает.

– Не удивляйся. Эти тюремные блоки для убийц. Так кого ты убила?

– Я не убивала его…

– Это неважно, зайка. Тебя привезли сюда, так что смирись с тем, что ты его убила.

– Нет, – покачала она головой. Как она могла хладнокровно признать, что убила своего дедушку?

– Это твои проблемы. Тебе лучше взять себя в руки и быть храброй. Если покажешь королеве эту свою заячью натуру, на следующий же день будешь болтаться под потолком, – беспечно бросила Пинк.

Джеслин в замешательстве захлопала длинными ресницами.

– А, ты не знаешь, кто такая королева. Она… – начала было объяснять Еллоу, но Пинк её остановила.

– Забудь. Завтра сама всё узнает. Она только что прибыла, пусть отдохнёт.

– Верно. Отдохни-ка сначала, – сказала Еллоу и легла на спину прямо на пол.

Джеслин с трудом забралась на верхнюю койку из-за ноющих колен и легла, пытаясь отгородиться от их слов, которые, пока они на неё смотрели, казались ей бессмысленными. Было очевидно, что они говорят о ней, но она была не в том состоянии, чтобы придавать этому значение.

И как только в её жизни появляются такие злые люди?

Её сестра, Кристин, на самом деле не была ей родной. Её мать как-то увидела маленькую Кристин, бродившую по улицам без присмотра взрослых, и добилась, чтобы её забрали власти.

На какое-то время власти взяли Кристин под свою опеку, пока искали её родителей. Кристин тогда было всего три года. Когда же по прошествии трёх месяцев ежедневных объявлений и обращений к общественности за ребёнком так никто и не явился, власти решили, что лучше всего будет отправить её в детский дом, но маленькая Кристин вцепилась в мисс Элис и отказалась её отпускать.

11 Переживая прошлое – дразня вадресс

В результате своего доброго сердца и слабости к детям, мисс Элис, поговорив со своим мужем, мистером Уэльсом, в итоге удочерила Кристин.

Шестилетняя Джеслин была в восторге, узнав, что у неё появится сестра. В конце концов, она постоянно сидела у родителей на шее, донимая их просьбами о братике или сестричке для игр.

Она и не подозревала, что давит на мать, которой, по словам врача, больше нельзя было рожать из-за медицинского состояния, потребовавшего удаления матки.

Джеслин помнила, что первая ссора между её родителями произошла из-за того, что Кристин в школе постоянно называли приёмной и травили. Мисс Элис так рьяно взялась за это дело со школой и родителями обидчика, что всё закончилось судом, а школу закрыли.

Мистер Уэльс был в ярости, что мисс Элис зашла так далеко, и приказал отправить Кристин обратно в приют, так как она, по его мнению, создавала слишком много проблем.

Мисс Элис собрала вещи и уехала из дома, чтобы жить одной со своими двумя дочерьми в одном из своих особняков.

Для неё приказ вернуть Кристин в приют был равносилен приказу отречься от Джеслин как от собственного ребёнка.

Какая мать на такое способна?

На тот момент Кристин было уже десять лет, так что она по сей день не могла забыть тот день.

Узнав, что сказал её приёмный отец, Кристин больше не могла чувствовать себя в семье свободно и не смела совершать ошибки, боясь, что её отправят прочь. Это заставило мать и сестру изо всех сил окружать её безмерной заботой и любовью.

В день восемнадцатилетия Джеслин, после вечеринки, мисс Элис впервые в жизни напилась, а на следующий день подала на развод с мистером Уэльсом.

По сей день Джеслин не знает всей истории, но из того, что ей удалось выяснить, мисс Элис узнала, что муж, за которого она вышла замуж и которому отдала всё, изменял ей с её ассистенткой, которая к тому же была её лучшей подругой.

Мало того, они предавали её почти восемнадцать лет, а это означало, что, когда мисс Элис была беременна Джеслин, её благоверный муженёк вовсю спал с ассистенткой своей жены.

После развода её мать вернулась в Роуз-Сити, а они с Кристин решили остаться с отцом, который не позволил им уехать с матерью.

Впрочем, на тот момент она уже заканчивала старшую школу, так что мисс Элис не видела причин бороться за опеку, ведь Джеслин была уже достаточно взрослой, чтобы принимать собственные решения.

Джеслин решила остаться с отцом в Стране G, но в отдельной квартире, которую ей купила мать. Ей оставалось всего два месяца до окончания старшей школы, после чего она смогла бы свободной вернуться к матери в Роуз-Сити.

Кристин решила остаться с Джеслин, так как с сестрой она была ближе и чувствовала себя свободнее, чем с матерью.

В день выпускного Джеслин в её честь устроили грандиозную вечеринку, и, как ни странно, это было всё, что она помнила, прежде чем очнулась на больничной койке в стране А. Позже она поняла, что пробыла в коме два года и страдала избирательной амнезией, так что всё, что произошло со дня её выпускного до ночи перед пробуждением, было утеряно, и никто не хотел ей об этом рассказывать.

Через несколько дней после выхода из комы она узнала, что её мать умерла через несколько месяцев после того, как она впала в кому, и в тот же месяц мистер Уэльс устроил пышную свадьбу для своей беременной любовницы.

Для Джеслин это прозвучало так, будто они праздновали кончину её матери.

С тех пор в Джеслин зародилась ненависть к мистеру Уэльсу, и она прекратила с ним всякое общение. В конце концов, он ни разу не поинтересовался её самочувствием, пока она была в коме.

Выписавшись из больницы, Джеслин переехала к своему дедушке. Она думала, что им с дедом будет неловко жить вместе, так как они плохо знали друг друга, но, к её удивлению, они отлично поладили. Это было величайшее решение в её жизни – в итоге они стали самыми близкими людьми.

К сожалению, того же нельзя было сказать об отношениях между Кристин и мистером Ли.

Хотя старик не выказывал никакой неприязни к Кристин, он и не пытался насильно создать связь, которой не было, поэтому у них были натянутые отношения.

Однако это не мешало старику быть любящим дедом, который заботился о своей внучке. Всё, что он делал для Джеслин, он делал и для Кристин.

…

Джеслин моргнула, услышав шум от железных ворот. Она обернулась, чтобы посмотреть на своих сокамерниц, но их не было там, где она их оставила.

– Подъём! – крикнула надзирательница, ударив дубинкой по решётке, отчего по камере разнёсся громкий звон.

– Да ладно, хватит быть такой неудовлетворённой сукой! Что, мужик ночью мало трахал? Могу снять твой стресс, вылизав твою дырку прямо здесь. В конце концов, я по обоим полам, я универсал, – раздражённо сказала Еллоу.

Хоть Джеслин и не очень разбиралась в подобном сленге, она всё же поняла, о чём говорила та женщина, и это было отвратительно.

Что, чёрт возьми, она имеет в виду под «вылизать её дырку»?

– Заткнись нахрен, подтирка! – заорала надзирательница, её лицо побагровело.

– Ха-ха-ха… похоже, она ещё совсем зелёная, – рассмеялась Еллоу.

– Точно, я раньше не видела этого лица… красная, как помидор, – добавила Пинк.

Две женщины потешались над надзирательницей, которой это явно не нравилось – она испепеляла их взглядом.

Вдоволь наиздевавшись над надзирательницей, Еллоу спросила: – Чего тебе? Только не говори, что уже утро.

– Рада, что ты это знаешь, а теперь убирайте свои никчёмные задницы с глаз моих долой! – проорала на них надзирательница.

– У-утро? – прошептала Джеслин. Уже утро? Она помнила, что легла спать вечером. Значит ли это, что она пролежала в глубоких раздумьях до самого утра!?