Тайна пропавшего талисмана

Станислав Аркадьевич театрально закатил глаза:

- О, это так по-нашему! Создать шедевр, потратить на него силы и средства, а потом взять и вычеркнуть из реальности. Дельфин, ты был жертвой системы!

Вера Павловна, которая до этого молча листала папку с документами, подняла голову:

- Но система всё же оставляет следы. Даже если дельфина списали, должны быть какие-то косвенные упоминания. Например, в расходах на вывоз, в отчётах охраны, в записях камер… Герман, ты проверял записи камер наблюдения за тот период?

Герман «Гром» Громов покачал головой:

- Записи за 2014 год почти не сохранились. Часть стёрта, часть утеряна при переносе данных. Остались лишь фрагменты - и ни одного с изображением дельфина или его вывоза.

Вениамин Лазарович прищурился:

- Значит, всё было сделано очень аккуратно. Кто-то позаботился, чтобы следов не осталось. В 90-е…

- Папа, - Вера Павловна бросила на свёкра строгий взгляд, - без историй про 90-е, пожалуйста. Хотя мысль понятна: операция была спланирована заранее.

Рина, поглаживая Вуппи, задумчиво произнесла:

- А если дельфина не вывозили целиком? Вдруг его разобрали на части, а мозаику использовали где-то ещё? Например, выложили ей фонтан или стену в каком-нибудь отеле?

Зоя ахнула:

- Точно! Давайте проверим все новые фонтаны и мозаичные панно в Сочи за последние годы! Может, там есть фрагменты нашего дельфина?

Семён Сергеевич задумался:

- Идея неплохая, но их тут сотни. Половина отелей и ресторанов после Олимпиады обновили интерьеры. Искать мозаичные фрагменты - всё равно, что искать иголку в стоге сена.

Герман «Гром» Громов потёр подбородок:

- Зато это даёт нам новое направление. Зоя, составь список всех объектов с мозаичными украшениями, построенных или отремонтированных после 2014 года. Андрей, съезди на места - сфотографируй панно, фонтаны, стены. Рина, подключи свою подругу из музея - может, она знает, где ещё использовали олимпийскую мозаику?

Вера Павловна взяла блокнот для заметок:

- Отлично, у нас есть план. Семён Сергеевич, продолжайте копать через свою сеть - вдруг кто-то всё же слышал что-то необычное про вывоз крупного объекта. Вениамин Лазарович, попробуйте узнать, кто отвечал за утилизацию списанных олимпийских объектов - возможно, этот человек знает больше, чем написано в бумагах.

Команда оживилась, доставая блокноты и телефоны. Вуппи гавкнула, словно говоря: «Наконец-то мы на правильном пути!».

Станислав Аркадьевич вздохнул:

- Ладно, раз уж дельфин не в музее и не на стадионе, будем искать его в мозаичных фонтанах. Но предупреждаю: если окажется, что его встроили в стену общественного туалета, я откажусь в этом сниматься!

- А я вот что думаю: его, поди, давно переплавили на металл, - задумчиво изрёк Вениамин Лазарович. - В 90-е так делали - памятники, скульптуры… Дельфин, небось, был из хорошей бронзы.

- Папа, - строго сказала Вера, - наш дельфин мозаичный. Из стекла и керамики. Его нельзя переплавить.

- Ну и что? - не сдавался Вениамин Лазарович. - Мозаику то можно разобрать! Представляете, сколько там кусочков? Каждый - произведение искусства! Наверняка какой-нибудь предприимчивый товарищ решил, что из них выйдет шикарный набор для ванной комнаты: «Олимпийский шик - мозаика дельфина».

Рина громко засмеялась:

- То есть теперь где-то в Сочи есть ванная, где на стенах плавают розовые дельфины? И хозяин каждое утро думает: «Я купаюсь в истории!»

- Или кухня, - подхватил Андрей. - «Фартук и дельфин: стиль новой эпохи». Я бы даже купил такой дизайн - звучит креативно.

- А я бы сфотографировала и выложила в соцсети, - мечтательно добавила Зоя. - «Редизайн олимпийского наследия: от статуи к кухне».

Станислав Аркадьевич драматично вздохнул:

- Коллеги, вы всё сводите к бытовым предметам! А если это арт-проект? «Разбитая мечта: фрагменты дельфина в интерьере»? Я мог бы провести выставку: «От Олимпиады до раковины - путь мозаики». С аудиогидом и моим авторским комментарием!

- С авторским комментарием, который будет длиться три часа, - иронично прокомментировала Рина. - И закончится фразой: «А теперь посмотрите на этот кусочек - он символизирует мою мечту о федеральном канале».

- Рина, - Станислав Аркадьевич прищурился, - сарказм - это оружие слабых духом. А я - артист!

- Артист, который пока что играет роль ведущего в этой передаче, - ответила Рина прищурившись.

Семён Сергеевич, проверяя микрофон, усмехнулся:

- А я вот слышал, что в 90-е кое-кто скупал такие штуки не для ванных. Брали «на запчасти» - мол, мозаика красивая, можно в кафе выложить или в ночном клубе. Представляете: танцуешь, а вокруг - фрагменты олимпийского талисмана. «Дельфиний драйв», так сказать.

- О, - оживилась Зоя, - а вдруг он сейчас в каком-нибудь караоке? И каждый раз, когда поют «Море, море», он мерцает в свете софитов?

- Или в тату салоне, - добавил Андрей, - как образец для эскизов. «Наколите мне плавник в стиле олимпийской мозаики!»

Вениамин Лазарович важно покачал головой:

- В 90-е было не до тату и караоке. Всё шло в дело: металл - на переплавку, камень - на стройку, мозаика… ну, куда-нибудь. Я помню случай: памятник Ленину разобрали на бордюры.

- Папа! - Вера Павловна вздохнула. - Мы ищем розового мозаичного дельфина, а не историю вандализма 90-х.

- Но это же зацепка! - настаивал Вениамин Лазарович. - Надо проверить все кафе, клубы и ванные комнаты в Сочи. Вдруг кто-то хвастается олимпийским наследием?

Герман, наливая кофе, скептически сказал:

- Если мы начнём проверять все ванные комнаты Сочи, дельфин доживёт до следующей Олимпиады. И сам придёт к нам на интервью.

- И скажет: «Ну наконец-то, я уже устал ждать!» - улыбнулся Андрей.

- С пафосом и надрывом, - добавила Рина, копируя интонацию Станислава Аркадьевича.

Ведущий возмущённо выпрямился:

- Я не говорю с пафосом! Я говорю с артистизмом! И если дельфин действительно в кафе или ванной, я готов провести там съёмку: «Где прячется олимпийский талисман: расследование в стиле лофт».

- В стиле «уноси ноги, пока не упал на мозаику», - прошептала Рина, поглаживая Вуппи.

Пока команда думала, куда можно было бы пристроить мозаику от дельфина, Рина перезвонила своей подруге из музея истории города и нашла координаты дизайнера пропавшего дельфина.

Вера Павловна, которая до этого изучала схему олимпийского парка, подняла голову:

- Рина, молодец! - искренне похвалила она. - Где он живёт? Когда можем с ним встретиться?

- По адресу он на улице Приморской, - отчиталась Рина, сверяясь с записями. - И, кажется, он не против поговорить. Полина из музея уже позвонила ему и предупредила, что мы придём.

Зоя восторженно захлопала ресницами:

- Представляете, мы спросим у него: «Где дельфин?», а он ответит: «А я его в саду поставил, вместо клумбы!»

Станислав Аркадьевич театрально закатил глаза:

- Зоя, дорогая, давайте без фантазий. Но идея неплохая - вдруг он действительно его где-то спрятал и забыл? Творческие люди, они такие…

Вера Павловна встала и наметила план дальнейших действий:

- Так, команда! Собираемся. Андрей, бери камеру - будем снимать интервью. Герман, составь список вопросов. Зоя, проверь, взяли ли мы карту олимпийских объектов 2014 года - вдруг дизайнер что-то на ней отметит. Поехали к Эдуарду Валентиновичу Курбатову - человеку, который создал розового дельфина и, возможно, знает, куда он подевался!

Команда оживилась, засуетилась, собирая оборудование. А где-то в глубине души каждого теплилась надежда: наконец-то они вышли на след пропавшего талисмана.

В этот момент Вуппи, устав стоять на месте, решила исследовать студию. Она деловито обнюхала ножку стола, затем заинтересовалась кабелем, который распутывал Дроня, и в итоге попыталась забраться на стул, чтобы поближе рассмотреть розовый галстук, разложенный Зоей для Станислава Аркадьевича, взятый из реквизита для детских праздников.

- Вуппи, фу! - воскликнула Рина. - Это не игрушка!

- Зато он точно подтверждает нашу теорию, - засмеялся Дроня. - Если даже такса тянется к розовому, значит, дельфин должен быть где-то рядом!

- Логика железная, - улыбнулась Вера Павловна. - Ладно, команда, выезжаем! Рина, спасибо за наводку - ты настоящий клад для нашего расследования!

- Всегда рада помочь, - Рина поправила и без того идеально уложенные волосы.

- Вот это я понимаю - командная работа, - удовлетворенно кивнул Семён Сергеевич. - План действий есть, зацепки есть, мотивация тоже на месте. Приступаем!

Студия снова наполнилась движением, пока все собирались, Герман «Гром» Громов, уткнувшись в ноутбук, вдруг резко выпрямился и хлопнул ладонью по столу:

- Есть! Первая зацепка! - его голос прозвучал так громко, что Вуппи вздрогнула и тявкнула.

Все обернулись к нему.

- Что нашли, Герман? - Вера Павловна подошла ближе, заглядывая в экран.

- Фотография в городском архиве, - возбуждённо пояснил Герман. - Съёмка со стройки олимпийского объекта, 2013 год. На ней группа рабочих стоит рядом с чем-то, накрытым тканью. А подпись: «П.С. на этапе монтажа».

- «П.С.»? - переспросил Дроня, наклоняясь к экрану. - Это что, «предварительный смотр»? Или «постановка скульптуры»?

- Может, «проект статуи»? - предположила Зоя. - Или «пункт сборки»?

Громов увеличил изображение. На снимке действительно были рабочие в касках и оранжевых жилетах, стоящие полукругом возле массивного объекта, укрытого серой тканью. Один из мужчин указывал на него рукой, другой что-то записывал в блокнот. В углу кадра виднелась часть надписи на заборе: «…порт».

- Смотрите, - Герман ткнул пальцем в экран, - вот тут, у края ткани, блестит что-то розовое. И форма угадывается - явно дельфинья. Хвост, плавник…

- Точно он! - выдохнула Зоя. - Наш дельфин!

- И место, похоже, рядом с портом, - задумчиво произнесла Вера. - Вениамин Лазарович, вы не слышали о каких-нибудь складах или временных хранилищах в том районе?

Свёкр Веры, он же бывший полицейский, задумался:

- Был там старый ангар, ещё с советских времён. Его под нужды Олимпиады приспособили - хранили декорации, оборудование… Потом, после Игр, его вроде бы снесли. Но если дельфина отвезли туда …

- Значит, после дизайнера едем в район порта, - решительно сказала Вера. - Герман, распечатайте фото - покажем местным, может, кто-то вспомнит, куда дели скульптуру. Дроня, бери камеру - будем снимать на месте. Зоя, составь список вопросов для возможных свидетелей.

- А я могу взять Вуппи? - оживилась Рина. - Она у меня нюх имеет отменный - вдруг почует мозаику?

Команда расхохоталась.

- Рина, ты неподражаема, - улыбнулась Вера. - Но, пожалуй, на этот раз обойдёмся без таксы ищейки. Хотя идея забавная.

- Жаль, - вздохнула Рина. - Вуппи так хотела поучаствовать в расследовании…

Такса, словно поняв, что речь о ней, зевнула, потянулась и важно прошествовала мимо Веры, демонстративно игнорируя решение оставить её с розовым бантиком вне расследования.

- Ладно, - подытожила Вера Павловна. - План ясен: сначала интервью с дизайнером, затем опрашиваем старожилов у порта, осматриваем территорию, ищем следы ангара или других хранилищ. Станислав Аркадьевич…

- Я готов произнести вступление прямо на фоне моря, - быстро вставил ведущий. - «Перед вами - порт, где когда-то стоял символ Олимпиады… Куда же исчез розовый дельфин?»

- Сойдёт, - кивнула Вера. - Только без лишних пауз и вздохов. Мы ищем дельфина, а не снимаем моноспектакль.

- Но галстук я всё же надену, - добавил Станислав Аркадьевич, бросив взгляд на розовый аксессуар, разложенный на столе. - Для атмосферы.

Через пятнадцать минут команда уже грузилась в фургон: Герман с распечаткой фотографии, Дроня с камерой, Зоя с блокнотом, Вениамин Лазарович с неизменным рвением раскрывать дела, Рина с Вуппи на руках (несмотря на запрет) и Станислав Аркадьевич с гордо повязанным розовым галстуком. Вера Павловна, захлопнув дверь студии, окинула всех взглядом:

- Ну что, в путь? Пора раскрыть тайну розового дельфина!