По обрывкам наших чувств

Он протянул мне шлем. Наши пальцы на секунду встретились — и по руке пробежали мурашки. Я надела шлем, чувствуя, как дрожат ладони. Забралась на байк, обхватила его за торс. Он был тёплым, живым. Под моими ладонями билось его сердце. Или моё колотилось так громко?

— Держись крепче, — обернулся он.

И нажал газ.

Мир превратился в размытое пятно. Ветер хлестал по лицу, волосы вырывались из-под шлема. Я никогда не испытывала такого — скорость, опасность, его тепло. Всё смешалось в один головокружительный коктейль.

Куда мы едем? Не знаю. Мне всё равно. Я просто сильнее прижималась к нему и улыбалась под шлемом как ненормальная.

Мы остановились в незнакомом парке. Себастьян снял шлем и посмотрел на меня.

— Ну что, не замёрзла?

— Немного, — призналась я.

— Значит, будем двигаться, — в его голосе прозвучало что-то, от чего внутри снова всё сжалось.

Я сняла шлем и огляделась.

Было красиво. Золотая листва кружилась в воздухе, падая на землю мягким ковром. Солнечные лучи пробивались сквозь ветви, и в них танцевали пылинки. Воздух пах прелыми листьями и прохладой, той самой осенней свежестью, от которой хочется дышать глубже.

— Как тебе? — спросил он, вставая рядом.

— Очень красиво, — выдохнула я.

Он достал из рюкзака шоколад. Мою любимую марку. Я не говорила ему. Никогда.

— Откуда ты знаешь? — я смотрела на него и не верила.

— Просто показалось, что он тебе понравится, — улыбнулся он. — Держи.

Я взяла шоколад, и внутри разлилось что-то тёплое.

Мы гуляли по парку. Листья шуршали под ногами. Он познакомил меня с друзьями — Максом, Алексом и Джеймсом. Они были весёлыми, шумными, но смотрели с доброй улыбкой. Мы смеялись, болтали, и я чувствовала себя своей. С ними. С ним.

А потом друзья придумали повод уйти. Я видела, как Макс подмигнул Себастьяну.

Они оставили нас вдвоём.

Мы сидели на лавочке. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в розовый и золотой. Листья кружились в воздухе и падали к нашим ногам. Было тихо. Только ветер шелестел кронами.

Мне было легко. Спокойно. Так, как никогда ни с кем. Я могла молчать, и он не требовал слов. Могла быть собой — не идеальной, не удобной.

Он смотрел на меня, и от его взгляда внутри всё переворачивалось.

А потом он наклонился.

Я видела, как его лицо приближается, чувствовала его дыхание на своих губах — и не хотела отворачиваться. Не могла. Его поцелуй был мягким, осторожным. Он будто пробовал меня на вкус — но уверенно. Мир перестал существовать. Остались только его губы, его руки, его запах — смесь бензина, кожи и осенней свежести.

Голова закружилась. Дыхание сбилось. Внутри взорвалось что-то новое, неизведанное, от чего хотелось смеяться и плакать одновременно.

Я целовалась с парнями раньше. Но такого — никогда.

Когда он отстранился, я смотрела в его зелёные глаза и не могла вымолвить ни слова. Он улыбнулся своей дерзкой улыбкой, и я поняла — я провалилась. В него. Без остатка.

В тот вечер я поняла: я влюбилась. По-настоящему. Впервые.

Он отвёз меня домой. Холодный ветер снова бил в лицо, но я его не замечала. Я просто прижималась к нему и не хотела, чтобы этот день заканчивался.

Когда я зашла в дом, я всё ещё улыбалась. Всё ещё чувствовала его поцелуй на губах. Всё ещё слышала его голос на прощание: «Я позвоню».

Я знала — этот день останется со мной навсегда. Потому что это был день, когда я впервые полюбила.

Г