Свободное использование в первобытном мире. Книга 2

Свободное использование в первобытном мире

Глава 51: СВОБОДНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ

На следующий день мягкие золотые лучи рассвета пробивались сквозь щели в деревянных стенах, рисуя на лице Сола полосы света. Ему было всё равно. Он глубже зарылся в меха, намереваясь проспать до полудня. Его тело налилось приятной тяжестью… оно было сытым и расслабленным.

Но покой был роскошью в этом примитивном мире.

Его обострившийся слух уловил движение. Шорох ткани, звяканье каменных орудий и приглушённый шёпот, словно нож, пронзили его сон.

Сол нахмурился и сел, протирая заспанные глаза. Он увидел силуэты Лиры и трёх девушек, которые суетились, готовя корзины и затачивая палки-копалки.

– Вы уходите? – спросил Сол голосом, хриплым ото сна.

Лира, вздрогнув, обернулась. – Спи дальше, Сол. Мы просто пойдём собирать съестное у периметра.

Сол сбросил меха и встал. – Я тоже пойду. Я же говорил, мне нужно…

– Нет, – твёрдо сказала Лира, встав перед ним. Она упёрлась ладонью ему в грудь, мягко отталкивая назад. – Я приняла твой выбор охотиться, Сол. Я не стану мешать тебе исследовать окрестности. Но не в эти несколько дней.

– Тётя, я в порядке, – возразил Сол, хотя и не стал её отталкивать.

– Целитель велел отдыхать, – настаивала она, скрестив руки на груди. – Даже если ты чувствуешь себя хорошо, духовному шоку нужно время, чтобы улечься. Дай себе два дня. Если и тогда ты будешь силён, я и слова не скажу. Но сейчас – отдыхай.

Сол посмотрел на её решительное лицо, затем на Вейру, которая на этот раз смотрела на него с оттенком беспокойства, а не с привычным презрением. Он вздохнул. Спорить с Лирой, когда она входила в «режим наседки», было бесполезно.

– Хорошо, – уступил он, поднимая руки в знак сдачи. – Два дня. Но я тут с ума сойду от безделья.

– Поешь фруктов, – прощебетала Лиора, сунув ему в руку горсть ягод, прежде чем последовать за сёстрами к выходу. – Пока, Сол!

Они ушли, оставив Сола одного в тихой хижине.

Он машинально ел кислые ягоды, и его разум погрузился в себя. Он закрыл глаза и сосредоточился на пустоте в своей груди.

Пепельно-серая энергия лениво кружилась, став плотнее, чем прошлой ночью. Теперь она заполнила пустоту почти наполовину.

«Восстановление идёт стабильно», – с удовлетворением отметил он. – «Но мне нужно разобраться в этом получше».

Он задумался о природе этой силы. Это был не контроль разума… тот подразумевал зомбиподобное повиновение. Это был и не гипноз… тот требовал состояния транса. Это было… переформатирование. Он мог посмотреть женщине в глаза и сказать, что небо зелёное, или что она принадлежит ему, и её разум не просто принимал это – он переписывал всю её систему логики, чтобы сделать это правдой. Оно делало неестественное естественным. Запретное – дозволенным.

– Этому нужно имя, – задумчиво произнёс Сол, постукивая себя по подбородку.

Он вспомнил свою «культурную» жизнь до переноса. Он вспомнил теги, категории, особые жанры «литературы», которые он поглощал. Был один термин, который идеально подходил этой способности. Термин для ситуации, когда границы растворялись, когда кто угодно становился доступен, когда логика склонялась перед желанием.

– Свободное Использование, – прошептал Сол, и на его лице расползлась порочная ухмылка.

Он кивнул сам себе. Идеально. Это слово заключало в себе всё, чего он хотел достичь. Он был не тираном, принуждающим рабов, – он просто создавал мир Свободного Использования, где он был единственным пользователем.

– Культивация Свободного Использования, – усмехнулся он. – Если бы предки это услышали, они бы в гробах перевернулись.

Чувствуя беспокойство, он схватил большой глиняный кувшин в углу. – Хоть чем-то полезным займусь.

Он вышел из хижины. Утренний воздух был влажным, пропитанным запахом костров и гнили джунглей. Направляясь к ручью, он сразу же заметил перемену.

Люди смотрели на него.

Обычно Сол был невидимкой… частью обстановки. Сегодня головы поворачивались. Шёпот тянулся за ним, словно дым. Благодаря его обострившимся чувствам, приглушённые сплетни достигали его ушей с кристальной ясностью.

«…это он? Тот калека?» «…слышал, он вчера отделал Вурока». «…не может быть, Вурок, должно быть, поскользнулся». «…сам видел, как он впечатал его прямо в грязь…»

Сол, насвистывая мелодию, шёл с прямой спиной, не обращая внимания на взгляды. Внутри он смеялся. Пусть говорят.

Однако его мучил один вопрос. «Где Вурок?»

Он мысленно приготовился к столкновению сегодня. Он ожидал, что Вурок со своими прихвостнями нападут на него в переулке, желая отомстить. На самом деле Сол на это надеялся – это была бы отличная возможность проверить свою новую силу. Но задиры нигде не было видно.

– Может, у него всё-таки есть мозги, – разочарованно пробормотал Сол.

Он дошёл до ручья и окунул кувшин в прохладную, чистую воду.

– Сол!

Раздался знакомый голос. Сол обернулся и увидел Тару, молодого человека примерно его возраста, который подбегал к нему с широкой улыбкой на лице.

– Тару, – поздоровался Сол, с удивительной лёгкостью поднимая тяжёлый кувшин.

– Ах ты псих, – рассмеялся Тару, хлопнув Сола по плечу. – Ты и вправду это сделал! Все только об этом и говорят. Ты втоптал Вурока в грязь!

Тару огляделся, затем наклонился ближе, и его глаза засияли от сопричастности к победе. – Ты не представляешь, как приятно было на это смотреть. Многие из нас годами хотели это сделать, но никто не решался. Ты выплеснул наш гнев, парень. Отличная работа.

Сол скромно улыбнулся. – Я просто сделал то, что должен был. Этот ублюдок сам напросился.

Улыбка Тару слегка дрогнула. Он оглянулся через плечо, проверяя, не подслушивают ли, а затем наклонился так, что их головы почти соприкоснулись.

– Но слушай, – прошептал Тару, перейдя на серьёзный тон. – Тебе нужно быть осторожным. Я тут кое-что слышал.

– Что именно? – спросил Сол, изображая неведение.

– Вурок планировал напасть на тебя сегодня. Он собирал своих парней этим утром, орал, что переломает тебе ноги.

Сол поднял бровь. – Что-то я его не вижу.

– В том-то и дело, – мрачно сказал Тару. – Вчерашнее событие… дошло до ушей его брата.

Сол замер. Брат Вурока. Торак. Один из элитных охотников племени.

Глава 52: Бизнес-идея по привлечению женщин

Брат Вурока. Торак. Один из элитных охотников племени.

– Торак отчитал его? – предположил Сол.

– Публично, – подтвердил Тару. – Отчитал его перед всеми за то, что тот «позорит семью», припрятав мясо и получив побои от… ну, от тебя. Он приказал Вуроку отступить.

Тару замялся, прикусив губу. – Но не обманывайся, Сол. Это всё показуха. Я слышал слухи о Тораке. Он ещё мелочнее Вурока, просто заботится о своей репутации. Он это так не оставит. Он остановил Вурока лишь потому, что нападать на тебя сразу после скандала с распределением – дурно выглядит. Он ждёт, пока всё уляжется.

Тару сжал руку Сола. – Никто не знает, что эти ублюдки затевают. Они играют мускулами только перед простыми людьми, вроде нас. Будь они так могучи, шли бы больше охотиться, а не кошмарить деревню. Просто… будь начеку, ладно?

Сол посмотрел на обеспокоенное лицо Тару и пренебрежительно кивнул.

– Не волнуйся, Тару. Со мной всё будет в порядке.

Мысленно Сол уже всё просчитывал. Итак, вмешался большой злой брат. Всё сходилось. Вурок был громилой, а Торак – политиком.

Сол не боялся. На самом деле, эта отсрочка была идеальной.

«Пусть ждут, – подумал Сол, взваливая кувшин на плечо. – Пусть строят козни. Это лишь даёт мне больше времени».

Напади Вурок сегодня, Сол бы победил, но это была бы просто драка. Но если они подождут несколько дней? Сол будет полон сил. У него будет Эвара. Может, он успеет вкусить ещё нескольких женщин.

К тому времени, как Торак решит сделать свой ход, Сол будет уже не просто парнем, которому повезло с ударом. Он станет хозяином положения.

– Пусть только сунутся, – пробормотал Сол, и в его чёрных зрачках мелькнул холодный огонёк. – Я и их поимею. Во всех смыслах этого слова.

– Ладно, только береги себя.

Как обычно, Тару появился словно ветер и так же быстро исчез. Он был хорошим источником сведений, но надолго не задерживался. Сол был не против – у него были дела.

Он наполнил глиняный кувшин до краёв – с его новой силой тяжёлый сосуд казался пёрышком – и пошёл домой. Но его мысли были уже далеко, выстраивая гениальный план.

Цель была проста: Влияние. Женщины. Власть. Метод? Кулинарное господство.

– Путь к их сердцам… и другим частям… лежит через желудок, – размышлял Сол вслух.

Ему требовалось блюдо – простое, которое легко готовить в больших количествах и которое могло бы превратить паршивые ингредиенты этой эпохи в золото. Оно должно было потрясающе пахнуть, чтобы собрать толпу, и скрывать сомнительное качество исходных продуктов.

Он задумался, анализируя пищевые привычки племени. Они ели жареное мясо (часто подгоревшее или сырое), варёные коренья (безвкусные) и сырые фрукты. Не было никакой кухни. Было лишь кормление.

Ответ был очевиден.

– Суп, – прошептал Сол с визионерским блеском в глазах.

Это было единственное, что подходило по всем пунктам. Он мог вываривать из костей мозг, размягчать жёсткие корнеплоды и превращать небольшое количество мяса в пир на многих.

– Но как привлечь людей? – пробормотал он, погружённый в мысли. – Как заставить их остановиться?

– А что если поставить ларёк?

Идея мгновенно укоренилась. Уличный ларёк с едой. Не зря это было одним из столпов цивилизации. Но тут же примитивная экономика дала ему пощёчину.

– Проблема, – пробормотал Сол, потирая подбородок. – Нет денег.

В этом мире не было валюты. Ни монет, ни кредитов, только бартер. Люди меняли меха на наконечники копий или мясо на труд. И, честно говоря, у большинства простолюдинов не было почти ничего для обмена. Домашняя утварь?.. Плетёные циновки, каменные орудия… Бесполезно. Лира и девочки плели циновки и корзины лучше всех. Ему не нужно было больше хлама, загромождающего хижину.

Оставалась еда. Но еды было мало. Неужели семья и вправду обменяет свой с трудом заработанный паёк на миску неизвестной жижи, приготовленной деревенским изгоем?

Он сидел у входа в свою хижину, подперев подбородок руками, и наблюдал за снующими по деревне людьми.

В этот час это были в основном женщины. Он наблюдал, как они приходят и уходят… жёны, возвращающиеся с реки, дочери с охапками дров, вдовы, собравшиеся посплетничать. Он смотрел на них критическим, но ценящим взглядом.

Среди них были самые разные: высокие и гибкие, как тростник; невысокие, крепко сбитые; с тёмной кожей, лоснящейся от пота; со светлой кожей, раскрасневшейся от усилий. Но все они, без сомнения, были в отличной форме – их тела вылепила суровая реальность выживания.

«Клиентки», – поправил себя Сол, и тёмная усмешка тронула его губы. – «Они все – потенциальные клиентки».

Он вспомнил свою главную цель. Он не пытался стать богатейшим человеком в Вавилоне; он пытался привлечь как можно больше женщин, сблизиться с ними и трахать их до беспамятства. Для этого ему нужен был контакт. Ему нужна была благодарность. Ему нужно было, чтобы они были ему обязаны.

«Мне не нужна прибыль, – осознал Сол. – Мне нужен доступ».

Так что о справедливой торговле можно было особо не беспокоиться.

Но тут возникла другая проблема: Снабжение. Хоть Лира и насобирала каких-то кореньев, и у них было мясо кролика, этого определённо не хватило бы, чтобы ларёк проработал больше часа. Если он хотел подсадить на свою еду всю деревню, ему нужны были большие объёмы.

Где достать ингредиенты?

Он подумал о туше со вчерашней охоты. Он вспомнил окровавленную землю. Он вспомнил, что случилось с частями, которые не захотели брать охотники. Их в основном отдавали простым людям, которые тоже не особо их любили, – головы, копыта, кишки, раздробленные кости.

Глаза Сола загорелись.

– Отбросы, – прошептал он. – Для них это отбросы. А для меня – жидкое золото.

У него тут же созрел план. Он мог просто обменивать свой суп на «несъедобные» части.

Он мог брать «отбросы»… потроха, кости, горькую зелень… и, используя свои современные знания (и правильную подготовку), превращать их в наваристый, ароматный бульон. Он будет обменивать свой труд и «секретный рецепт» на их сырьё.

А сырьё было ему необходимо, чтобы дело шло.

Глава 53: Вылазка

Он поставит лавку. В качестве платы он будет принимать сырые ингредиенты. Хочешь тарелку этого божественного, меняющего жизнь супа? Принеси мне тот уродливый клубень, что ты выкопал. Принеси кости, с которых ты соскоблил мясо. Принеси кишки, которые ты не умеешь чистить. Принеси жёсткое мясо с шеи, которое не можешь прожевать.

– Это решает всё, – ухмыльнулся Сол, потирая руки. – Я бесплатно кормлю свою семью. Получаю неограниченные запасы для лавки. И самое главное… я стану самым популярным мужчиной среди женщин.

– Это идеальный цикл, – ухмыльнулся Сол. – Я превращаю их мусор в их зависимость.

План выкристаллизовался у него в голове.

Он взволнованно встал, отряхивая руки. Логистика была надёжной. Но не хватало последней детали. Души блюда.

Вкус.

Он мог бы обойтись ароматными травами, собранными Арелией, чтобы перебить запах дичины, но чтобы по-настоящему подсадить их… заставить их жаждать его супа, как наркотика… ему нужна была остринка. Что-то, что высвобождало бы эндорфины.

Ему нужно было то единственное, чего боялось племя.

– Чили, – благоговейно прошептал он.

Он вспомнил про «Капли Огненного Дьявола». Племя считало их ядом, потому что они обжигали. Сол знал, что это всего лишь капсаицин, вещество богов. Если бы он смог добавить эту остроту контролируемым, пикантным образом… они бы и не поняли, что их сразило.

Потому что он знал силу перца. Он стимулировал аппетит, заставлял тело потеть (что странным образом охлаждало в жаре джунглей) и вызывал привыкание. Стоило привыкнуть к остроте, и пресная еда становилась невыносимой.

– Мне нужны эти перцы любой ценой.

Он обратился к хаотичной мешанине воспоминаний своего предшественника. Он вспомнил, как видел куст с ярко-красными, изогнутыми ягодами. Которого племя избегало как чумы.

К счастью, растение было недалеко от стоянки племени. Он вспомнил место… колючие заросли у юго-западного периметра, рядом с уединённой, заросшей тропой, которой охотники редко пользовались, потому что там не росло ничего съедобного.

– Пора за покупками.

Не теряя времени, он схватил небольшой пустой мешок и поспешил к уединённой тропе, которую помнил по воспоминаниям. Он знал, что главные ворота охраняются и его могут остановить, спросив, почему калека покидает безопасную зону. Но был и тайный ход… небольшая расщелина в естественной скальной стене, которую дети использовали для игры в прятки.

Проход был маленьким, заросшим колючками, но всё же проходимым.

Он двигался непринуждённо, держась в тени и избегая зрительного контакта с немногими соплеменниками, всё ещё слонявшимися поблизости.

Он достиг тупика. Огромная груда валунов, заросшая густыми, царапающими лианами, преграждала путь. Для любого другого это была стена. Для Сола – дверь.

Он отодвинул тяжёлую завесу из колючих лиан, открыв небольшой, зазубренный лаз у самой земли.

– Была не была, – пробормотал он.

Он присел на корточки, проверяя, нет ли змей или пауков. Никого не обнаружив, он глубоко вздохнул и полез внутрь, ногами вперёд. Было тесновато, грубый камень царапал его бёдра.

Было до клаустрофобии тесно. Шершавый камень скреб по коже, а в нос ударил запах сырой земли. На секунду он застрял в плечах, и в груди вспыхнула паника.

– Заметка на будущее: становиться сильнее – значит становиться шире, – прокряхтел он, пытаясь протиснуться.

Он задержал дыхание, втянул живот и последним, недостойным толчком вывалился с другой стороны, кубарем покатившись по мягкой траве.

Он вскочил на ноги, отряхиваясь, и впервые как следует рассмотрел мир снаружи.

У него перехватило дыхание.

– Ого.

Он стоял на краю огромной, первобытной равнины.

Это был мир зелени… океан высокой, колышущейся травы, что простирался до самого горизонта, идя рябью на ветру, словно вода. Вдалеке тёмно-зелёной стеной возвышались колоссальные джунгли, а деревья были столь массивны, что их кроны, казалось, касались облаков. Должно быть, это и было то место, куда соплеменники ходили на собирательство, – край истинной дикой природы.

Если посмотреть наверх, небо было пронзительно-голубого, невозможного цвета – огромное, не тронутое ни смогом, ни инверсионными следами, и лишь несколько пушистых облаков лениво плыли по нему.

Его населяли странные четырёхкрылые птицы, лениво кружившие в восходящих потоках, а их крики отдавались эхом, словно далёкие флейты. Масштаб всего этого ошеломлял. Всё здесь было больше, диче и ярче, чем в мире, который он покинул.

– Это рай, – пробормотал Сол, и его лёгкие расширились, вбирая невероятно свежий воздух, насыщенный ароматом примятой травы и цветущих полевых цветов.

Он чувствовал себя маленьким, но в то же время воодушевлённым. Это был мир за пределами клетки. Да, это было место, где обитали чудовища, но здесь же таилась и сила.

– Так, сосредоточься, – сказал он себе, стряхивая с себя благоговейный трепет. – Юго-запад. Найти острый куст. Не дать себя сожрать.

Следуя по тропе из своих воспоминаний, он двинулся сквозь высокую траву, а его новые, усиленные Пепельно-серые глаза сканировали каждую тень, каждый шорох. Охотники регулярно зачищали территорию возле стоянки племени, так что здесь должно было быть безопасно, но Сол прекрасно понимал, что нельзя доверять слову «должно» в мире, где у кроликов по шесть ушей.

Он двигался сквозь высокую траву как призрак… или, по крайней мере, надеялся, что как призрак. В реальности же он был потным, параноидальным комком нервов, пригнувшимся к самой земле.

Его новые Пепельно-серые чувства были палкой о двух концах. В тот миг, как он шагнул в высокую траву, громкость реальности выкрутилась до оглушительных одиннадцати. Жужжание насекомых звучало как работающие дрели. Аромат цветущих растений был таким густым, что на языке ощущался вкус духов.

Конечно, он мог услышать, как пукнул жук в десяти ярдах, но это также означало, что каждый шелест листа звучал как шаг, а каждый треск ветки – как выстрел. Он крался вперёд, а его глаза метались по сторонам, как у напуганной добычи. Никакого «куража протагониста» здесь не было. Потому что жизнь – важнее всего.

Глава 54: Мир за стенами

Он думал, что раз уж жители деревни, включая его тётю, регулярно ходят на собирательство, то здесь должно быть безопасно, но, чёрт возьми, атмосфера была гнетущей, тяжёлой от влажности и незримого присутствия чего-то, что за ним наблюдало.

Это походило на нагнетание саспенса в фильме ужасов, на тот самый момент, когда главный герой идёт по тёмному коридору, а зрители кричат в экран: «Не ходи туда, идиот!»

Шелест.

Он замер, неловко занеся ногу в воздухе.

Стук. Стук.

Волоски на его руках встали дыбом. Что-то двигалось слева от него. Он мог поклясться, что чувствовал вибрацию земли… тяжёлые, ритмичные удары.

Бум. Бум. Бум.

Его сердце колотилось о рёбра, словно пойманная птица. Он затаил дыхание, его глаза расширились, когда всего в десяти футах от него яростно раздвинулась высокая трава.

«Чёрт, – подумал он, когда паника сдавила горло. – Вот и всё. Первый же день на вылазке, и я стану обедом».

СКРИИИ!

Тёмный силуэт внезапно вырвался из зелени, вопя, как банши.

У него даже не было времени подумать, он мгновенно впал в панику и, издав совсем не мужественный сдавленный визг: «Что?!» – попятился назад, споткнулся о собственные ноги и тяжело шлёпнулся на задницу, отползая на руках и ногах, как краб, отбрасывая землю и ожидая челюстей.

Но, как ни странно, на него никто не напал.

Он моргнул, уставившись на «монстра».

Это был… проклятый грызун. Крысоподобное существо. Но назвать его крысой было бы оскорблением для тех, что обитали в канализациях его старого мира. Эта тварь была размером с корги, со спутанной серой шерстью, чёрными глазками-бусинками и двумя передними зубами, похожими на жёлтые долота, испачканные зелёным соком.

Гигантская крыса уставилась на него, дёрнула носом и агрессивно запищала, а затем, осознав, что Сол – не еда (или, возможно, посчитав его слишком жалким, чтобы есть), развернулась и унеслась в подлесок со скоростью, от которой рябило в глазах.

Сол сидел на земле, схватившись за грудь. Сердце пыталось проломить ему рёбра.

– Крыса, – прохрипел он, его лицо пылало от унижения. – Я чуть не обоссался из-за крысы. Гигантской, уродливой, накачанной стероидами крысы… но всё же.

Он встал, отряхивая грязь с набедренной повязки и пытаясь вернуть хоть какое-то достоинство. «Чёрт. Кажется, я слишком осторожничаю. Успокойся, Сол. Это всего лишь грёбаная крыса. Не будь трусом. Помни, что ты хищник, вспомни все эти мотивационные речи альфа-самцов. Вспомни».

Он кое-как успокоил бешено колотящееся сердце и продолжил путь. По мере того как он углублялся в равнину, высокая трава начала немного редеть, и впервые клаустрофобия исчезла, сменившись чем-то куда более ошеломляющим – видом, от которого перехватило дух.

Сол замер как вкопанный.

– Ого.

Это было кинематографично. Это было грандиозно. Это было ужасающе эпично.

Он стоял на краю хребта, с которого открывался вид на настоящую дикую природу. Справа от него, в нескольких метрах, прожужжала стрекоза размером с мужскую ладонь, её радужные крылья мерцали, словно витражное стекло, а звук её полёта напоминал низкий механический гул. Флора была гигантской… папоротники высотой с дом, цветы с такими яркими лепестками, что резало глаза, источающие приторно-сладкий нектар.

Вдалеке по горизонту медленно двигались стада массивных, громоздких зверей, их силуэты расплывались в знойном мареве. Небо было полотном глубокой, незагрязнённой лазури, испещрённым лишь траекториями полёта крылатых тварей, отбрасывающих тени, достаточно большие, чтобы поглотить его целиком.

Это был не просто лес. Это был собор жизни, яркой и жестокой.

– Ладно, – смиренно прошептал Сол. – К чёрту эту альфа-чушь. Я всего лишь пылинка.

Он подкрался вперёд, стараясь не касаться цветов (которые выглядели так, будто могли укусить), пока примерно в пятидесяти ярдах от себя не заметил кое-кого.

На небольшой полянке с низкой травой сидело маленькое пушистое существо. Оно походило на помесь кролика и белки… круглое, пушистое, с большими невинными глазами. В лапках оно держало большой орех и счастливо его грызло, подёргивая носиком.

«Какая прелесть, – подумал Сол, слегка теряя бдительность. – Наконец-то что-то милое. Может, этот мир не так уж…»

ВЖУХ.

Ни предупреждения. Ни визга. Лишь внезапное смещение воздуха.

На поляну упала тень. Огромная пернатая фигура рухнула с небес, словно метеор.

ХРУСТЬ.

Звук был тошнотворно-влажным… будто кто-то наступил на спелую дыню.

Птица с размахом крыльев в двадцать футов и клювом, похожим на кирку, врезалась в землю. В одно мгновение милое пушистое существо исчезло. Стёрлось с лица земли. Птица закинула голову, проглотила зверька целиком и издала визг, от которого у Сола заскрипели зубы. С её клюва на ярко-зелёную траву капала кровь.

Сол застыл. Его мозг коротнуло.

Мгновенно, без единой осознанной мысли, он упал назад. Он не присел на корточки, не опустился на колени. Он одеревенел и рухнул, как срубленное дерево, плашмя на спину в высокую траву, притворяясь мёртвым.

Он лежал, глядя в синее небо и затаив дыхание до боли в лёгких. Он стал камнем. Он стал землёй. Он молился всем богам, в которых не верил, чтобы быть похожим на бревно.

Его сердце выбивало о землю бешеный ритм – тук-тук, тук-тук.

Он пролежал так долгую минуту, глядя в безразличное синее небо в ожидании, когда его пульс опустится ниже сотни.

Хлоп… Хлоп… Хлоп…

Тяжёлый звук ударов крыльев о воздух становился громче, а затем медленно затих вдали.

Он долго и прерывисто выдохнул; слёзы от напряжения защипали глаза. «Так. Заметка на будущее: милое – приманка. Небо – смерть».

Он полежал ещё мгновение, ожидая, когда его сердцебиение опустится ниже сотни.

«Я в безопасности, – сказал он себе. – Оно улетело».

Он повернул голову в сторону, собираясь встать.

И обнаружил, что смотрит прямо в пару глаз с вертикальными зрачками.

В траве, менее чем в двух футах от его лица, зависла змея. Но не обычная змея. Выглядела она так, словно кто-то окунул кобру в неоновую краску. Эта тварь была ярко-неоново-синей с электрически-жёлтыми кольцами и клыками, с которых уже капала прозрачная, вязкая жидкость.