Супер-ген. Книга 2

Будь здесь Хань Сэнь, он бы узнал в подростке Линь Бэйфэна, которого спас.

Линь Бэйфэн изящно развлекал всех гостей. Судя по его хорошим манерам, никто бы не подумал, что он нувориш, и несколько светских львиц были им очарованы.

Хан Юмэй и Хань Хао хотели поговорить с Линь Бэйфэном, но им не представилось шанса, так как на банкете было слишком много людей более влиятельных, чем они, и каждый хотел пообщаться с Линь Бэйфэном. Естественно, они не осмеливались обидеть этих людей, вклинившись в разговор.

Банкет закончился, и когда Линь Бэйфэн выходил из здания, они наконец нашли возможность и захотели подойти к нему.

В это время Хань Сэнь и Чжан Даньфэн тоже оказались рядом. Увидев Хань Хао, Чжан Даньфэн захотел поздороваться с ним, поэтому Хань Сэню пришлось последовать за ним.

Не успел Чжан Даньфэн договорить, как Хан Юмэй оттолкнула его и Хань Сэня в сторону и резко сказала: – Вы двое, держитесь подальше от моего сына. Особенно ты, Хань Сэнь, у тебя и так дурная слава в Убежище Стальной Брони, так что не впутывай своего двоюродного брата. Даже не говори, что знаешь его. Иначе я доберусь до твоей семьи.

Затем Хан Юмэй вместе с Хань Хао направилась к Линь Бэйфэну.

Чжан Даньфэн был ошеломлён и спросил Хань Сэня: – Что? Вы с Хань Хао в одном убежище?

Хань Сэнь кивнул: – Пойдём в тихое место, я тебе всё объясню.

Услышав слова Хан Юмэй, Хань Сэнь понял, что Хань Хао рассказал ей о том, что произошло в Убежище Стальной Брони.

Хан Юмэй и Хань Хао наконец-то удалось подойти к Линь Бэйфэну. Поскольку Линь Бэйфэн как раз смотрел в их сторону, Хан Юмэй торопливо сказала: – Господин Линь, это мой сын Хань Хао. Он в том же убежище, что и вы…

Линь Бэйфэн сделал вид, будто не услышал её, и прошёл прямо мимо неё и её сына. Хан Юмэй остолбенела и смотрела, как Линь Бэйфэн уходит.

Линь Бэйфэн всё быстрее и быстрее шёл к Хань Сэню и Чжан Даньфэну, которые как раз уходили. Он схватил Хань Сэня за руку и воскликнул: – Сен, я наконец-то нашёл тебя. Брат, я так по тебе скучал.

Затем Линь Бэйфэн крепко обнял Хань Сэня.

Хан Юмэй и Хань Хао были в шоке. Они и понятия не имели, откуда Линь Бэйфэн может знать Хань Сэня и называть его братом.

Хань Сэнь оттолкнул Линь Бэйфэна и нахмурился: – Почему ты здесь?

Линь Бэйфэн нисколько не обиделся и быстро предложил сигареты Хань Сэню и Чжан Даньфэну. Он взволнованно сказал: – Я приехал, чтобы найти тебя. Я слышал, что ты живёшь на Планете Рока, поэтому прилетел сюда. Но у меня не было твоего адреса, и мне потребовалось несколько дней, чтобы его разузнать. Теперь, когда я встретил тебя, ты должен будешь присматривать за мной в будущем.

Хань Сэнь увидел, что все смотрят в их сторону, и сказал Линь Бэйфэну: – Давай не будем говорить здесь. Пообщаемся позже.

Хань Сэнь и Чжан Даньфэн вышли на улицу, и Линь Бэйфэн быстро последовал за ними. – Сен, мой летательный аппарат припаркован снаружи. Давай я вас подвезу.

Хан Юмэй и Хань Хао смотрели, как Линь Бэйфэн радостно следует за Хань Сэнем, и не могли поверить, что это тот самый элегантный молодой господин, которого они видели на банкете.

– Хань Хао, это действительно был Хань Сэнь, кто говорил с господином Линем? – Хан Юмэй всё ещё не могла поверить своим глазам и спросила Хань Хао, когда они вышли из здания.

Хань Хао стиснул зубы и сказал: – Да, это он.

– Какого чёрта господин Линь его знает и так уважает? – спросила Хан Юмэй.

– Да в нём нет ничего особенного. Он просто жиголо, использует связи женщины, – принижая своего двоюродного брата, сказал Хань Хао, зеленея от зависти.

– Что? Разве ты не говорил, что он обидел влиятельную даму в Убежище Стальной Брони и что ему приходится нелегко? – спросила Хан Юмэй.

– Если бы он не был игрушкой Цинь Сюань, откуда бы господину Линю знать такого, как он? – затем Хань Хао с горечью пересказал историю Хань Сэня, то и дело добавляя выдумки от себя.

– Неудивительно, что он смог достать два миллиона. Жиголо! Я всегда знала, что он – наказание, позор для нашей фамилии. Наши предки бы с ума сошли, если бы узнали… – злобно сказала Хан Юмэй.

Полные зависти и ненависти, мать и сын покинули здание. Увидев, как Линь Бэйфэн открывает дверь летательного аппарата перед Хань Сэнем и Чжан Даньфэном, их лица потемнели ещё больше.

60 Златорогий Шура

Расставшись с Линь Бэйфэном, Хань Сэнь вкратце объяснил ситуацию Чжан Даньфэну.

Хань Сэнь преуменьшил всё и не стал много говорить о Хань Хао, поскольку знал, что Чжан Даньфэн не оставил бы Хань Хао в покое, если бы узнал, что произошло на самом деле.

Чжан Даньфэн считал, что они всегда были добрыми братьями и друзьями, так как выросли вместе, и, конечно же, не смог бы принять то, что сделал Хань Хао.

По пути к станции маглева Хань Сэнь размышлял, что ему следует взять с собой на Тёмное Болото.

Там почти не было следов человеческой деятельности, так что он определённо вернётся с богатой добычей. Даже если бы не стрела души зверя, Хань Сэнь всё равно хотел бы туда отправиться – теперь у него были крылья души священной крови зверя, и болото, которое могло быть опасным для других, для него было лёгкой прогулкой.

Внезапно Хань Сэнь услышал какой-то сбой, и все огни начали мигать. Удивлённый, он поднял голову и увидел похожий на метеор огненный шар, стремительно падающий с неба в его направлении.

«Внимание… Внимание… Обнаружен неопознанный летающий объект…»

Бум!

После того как сигнал тревоги планетарной системы обороны прозвучал несколько раз, огненный шар врезался в высокое здание, после чего последовал взрыв. Всё погрузилось во тьму, так как электричество отключилось.

Казалось, даже земля немного содрогнулась. Хань Сэнь посмотрел на рушащееся здание и увидел странный сферический летательный аппарат, который врезался в него, наполовину торча наружу, окружённый пламенем и густым дымом.

Вокруг кричали, плакали и бегали люди. Это был школьный район, а здание, в которое попали, было главным корпусом школы. Выбегавшие из здания были в основном учениками лет десяти.

Поскольку это была государственная школа в системе всеобщего обязательного образования, она не была оснащена хорошей системой безопасности. После взрыва не последовало немедленной реакции.

Электричество по какой-то причине отключилось, и автоматическая система пожаротушения также была парализована. В темноте люди могли видеть только огонь на месте крушения.

Хань Сэнь разглядел летательный аппарат и внезапно сжал кулаки. Он уже видел подобные аппараты раньше. Сферический летательный аппарат выходил за рамки современных человеческих технологий и мог быть произведён только единственным врагом человечества в межзвёздную эру – Шурами.

Шура – это имя, данное им человечеством, а их истинное название можно было описать только на их собственном языке.

Шуры выглядели как люди, за исключением того, что у их мужчин был один рог на голове, а у женщин – два.

И мужчины, и женщины Шура носили маски с детства. Их маски и рога символизировали их личность.

Люди сражались с ними в космосе на протяжении веков. Вначале, поскольку и телосложение, и технологии Шура превосходили человеческие, люди постоянно проигрывали в битвах с ними.

Около двухсот лет назад человечество открыло Святилище Бога и начало получать гено-очки в этом другом мире, благодаря чему физические данные людей значительно улучшились. Постепенно люди смогли держать оборону и противостоять Шурам.

Планета Рока была коммерческой планетой и находилась далеко от зоны боевых действий. Хань Сэнь не мог поверить, что видит здесь корабль Шура.

Он вырос на Планете Рока и видел Шура и их корабли только в новостях и по Скайнету.

Когда Хань Сэнь уставился на летательный аппарат, он увидел семилетнюю девочку, которая повисла на разрушенном здании, зацепившись одеждой за торчащий из него стальной прут. Она пыталась забраться обратно в здание, ухватившись за прут, но ей не хватало сил. От её усилий ткань одежды, зацепившаяся за прут, вот-вот должна была порваться.

С лицом, залитым слезами, и руками, покрытыми пылью и кровью, она была почти в отчаянии. Даже если бы она смогла забраться внутрь здания, там повсюду был огонь, и у неё не было шансов выжить.

Маленькая девочка постепенно теряла силы, а её одежда медленно рвалась. С такой высоты даже взрослый с максимальным количеством мутантных гено-очков разбился бы насмерть, не говоря уже о ребёнке.

Бам!

Рядом с маленькой девочкой внезапно открылась дверь корабля Шура, и из неё вышел Шура с одним золотым рогом на голове и в белой маске, которая закрывала всё его лицо, кроме глаз.

Шура был одет в повреждённый доспех из сплава, и из его ран по всему телу текла тёмно-зелёная кровь.

Кровь Шура отличалась от человеческой и была зелёной, как желчь, что было ещё одним способом определить, является ли кто-то Шура.

Хань Сэнь был потрясён видом этого Шура. Украшения и материалы масок Шура имели большое значение, но Хань Сэнь мало что об этом знал. Однако по одному лишь виду его золотого рога Хань Сэнь понял, что этот Шура был не из простых.

Рога Шура были их самым выдающимся символом статуса. Их рога бывали четырёх цветов: чёрные, белые, золотые и пурпурные. Чернорогие были простолюдинами, белорогие – элитой, златорогие – аристократами, а пурпурнорогие – королевской семьёй.

Из этого случайного корабля вышел аристократ Шура, что удивило Хань Сэня.

В руках Шура держал чёрную катану. Все Шуры обладали превосходным телосложением. Любой взрослый Шура мог сравниться с эволюционировавшим человеком в рукопашном бою. Более сильные Шуры могли даже достичь уровня превосходящих.

Шура вышел из корабля и увидел плачущую девочку. С жестоким блеском в глазах он поднял катану и замахнулся, чтобы нанести удар по голове маленькой девочки.

Хань Сэнь мгновенно призвал чёрного жука, кровавого убийцу и пурпурнокрылого дракона и превратился в гигантского крылатого кентавра, покрытого золотой бронёй, и даже его крылья были покрыты золотой бронёй.

Бум!

Огромные крылья почти мгновенно доставили его к середине здания. Одной рукой подхватив девочку, другой Хань Сэнь схватился за лезвие катаны Шура.

По лезвию тут же потекла кровь.

61 Почему не увернуться

Фан Минцюань в последнее время был в глубокой депрессии. Будучи репортёром, он вёл программу о Заповеднике Бога в Скайнете. Хоть она и не была суперпопулярной, программа набирала обороты, а его самого считали мелкой знаменитостью.

По решению руководства его перевели на далёкую планету Рока. Его работа называлась «развитием нового рынка», что на самом деле означало, что его просто вытеснили, так как он встал кому-то на пути.

Как понял Фан Минцюань, теперь его программу вёл недавний выпускник, родственник одного из членов правления. Ничего не смысля, этот малец запорол шоу, и многие преданные зрители требовали вернуть Фан Минцюаня, но это ничего не изменило. Фан Минцюань ясно понимал, что ему уже никогда не вернуться.

Планета Рока обладала скудными ресурсами и находилась далеко от экономического центра, так что здесь не было никаких сенсационных новостей, которые стоило бы освещать. Те несколько месяцев, что он здесь провёл, Фан Минцюань впустую тратил время, беря интервью у местных знаменитостей со слишком высоким самомнением, что вызывало у него полнейшее отвращение.

«Как мне выбраться из этой дыры?» – Фан Минцюань бесцельно бродил по улице, держа в руке небольшую металлическую флягу и время от времени отхлёбывая из неё ликёр.

Хоть он и был расстроен, Фан Минцюань по профессиональной привычке продолжал осматриваться по сторонам.

Внезапно наступила тьма, а затем раздался мощный взрыв и вспыхнул огонь. Как хороший журналист, Фан Минцюань тут же включил своё записывающее устройство.

«Корабль Шура!» – Фан Минцюань увидел летательный аппарат, и его сердце бешено заколотилось. Он поспешил к ближайшей высотке, не прекращая снимать на записывающее устройство.

Вскоре Фан Минцюань заметил и маленькую девочку. Когда он увидел, как из корабля выходит золоторогий Шура, он одновременно испытал и восторг, и беспокойство.

Он был в восторге, потому что для него это была великолепная возможность. Падение корабля Шура на планете Рока было редчайшим событием. К тому же Шура на борту оказался аристократом. Это был его золотой билет к тому, чтобы стать более известным репортёром.

Но в то же время Фан Минцюань беспокоился о судьбе маленькой девочки.

Как профессиональный журналист, несмотря на желание закричать «Помогите!», Фан Минцюань молчал и просто добросовестно всё записывал и загружал в сеть.

Однако, увидев, как Шура заносит над ней свою катану, Фан Минцюань разглядел её испуганное личико и не смог сдержаться, закричав: «Кто-нибудь, спасите её!»

Но никто не мог откликнуться на его крик. Спасательная команда ещё не прибыла, и даже если бы у кого-то был летательный аппарат, припарковаться на такой высоте было бы трудно.

Бум!

Пара золотых крыльев ворвалась в кадр, и величественная фигура подхватила девочку на руки, другой рукой перехватив лезвие Шура.

С катаны закапала кровь, и Фан Минцюань почувствовал, будто его сердце остановилось.

«Кто-то спас ребёнка…» – воскликнул Фан Минцюань.

Хань Сэнь был потрясён, когда поймал лезвие катаны. Его священнокровная броня не смогла полностью заблокировать острое лезвие, и его ладонь всё же была порезана. Хоть порез и не был глубоким, он понял, что этот Шура – сильный противник.

Хань Сэнь взмахнул крыльями и отлетел на несколько ярдов назад, держа девочку в одной руке. Внезапно он почувствовал позади холодок и быстро обернулся. Шура уже заносил свою катану, чтобы нанести удар по Хань Сэню.

Хань Сэнь стиснул зубы и развернулся в воздухе, едва увернувшись от атаки Шура. Шура подпрыгнул, оттолкнулся от стены и бросился на Хань Сэня.

«У него что, гены блохи?» – подумал Хань Сэнь и подлетел к ближайшему зданию, разбил окно и поместил девочку внутрь.

Хань Сэнь заглянул в комнату и обнаружил, что это классная комната, в углу которой, дрожа от страха, сбились в кучу десятки детей.

«Чёрт». Не успел Хань Сэнь придумать решение, как Шура уже оказался прямо перед ним и обрушил на него свою катану.

Хань Сэнь мог уклониться от этой атаки, но, когда он уже был готов двинуться, он внезапно замер. За его спиной была классная комната, полная детей. Если он увернётся, Шура ворвётся в класс. Шура находился на планете людей, и у него не было шансов выжить в окружении множества врагов. Перед смертью он решил бы убить как можно больше.

Хань Сэнь ни за что не мог позволить ему войти в класс. Встречая катану, Хань Сэнь лишь отклонился в сторону, чтобы защитить жизненно важные органы, и одновременно нанёс удар кулаком в лицо Шура.

Шура был слегка удивлён, так как не ожидал, что Хань Сэнь останется на месте. Хоть Шура и не вложил в этот удар всю свою силу, его катана всё равно пробила священнокровную броню и вонзилась в плечо Хань Сэня, издав скрежещущий звук, когда лезвие коснулось кости.

В то же время кулак Хань Сэня также угодил Шура в лицо, заставив его тело прогнуться назад. Маска Шура была сделана из чрезвычайно прочного материала и не треснула от удара Хань Сэня.

Шура зацепился пальцами ног за легкосплавный каркас в стене и качнулся назад, чтобы схватиться за катану, застрявшую в плече Хань Сэня.

Не желая отдавать ему катану, Хань Сэнь одной рукой заблокировал его ладонь, а другой ударил Шура в горло.

Шура ответил ударом в грудь Хань Сэня. Вскоре завязался кулачный бой. Спустя короткое время Хань Сэнь начал кашлять кровью.

«Почему он не уклонился? Раз он умеет летать, он мог бы увернуться от атак», – недоумевал Фан Минцюань.

Эту же мысль разделяли и зрители, смотревшие веб-трансляцию Фан Минцюаня.

62 Золотой метеор

Новая программа Фан Минцюаня ещё не набрала большой популярности, но у него всё ещё оставались старые поклонники, которые последовали за ним сюда. Увидев, что трансляция началась, многие из них решили посмотреть.

Когда они увидели, что Шура собирается убить маленькую девочку, они все молились, чтобы кто-нибудь её спас. И когда появился Хань Сэнь, они пришли в восторг. Однако они не понимали, почему Хань Сэнь не уклонился от катаны, тем самым потеряв своё преимущество. Он мог увернуться, ведь он умел летать.

Фан Минцюань внезапно кое-что понял и сфокусировал объектив позади Хань Сэня. Все вдруг увидели, что за ним находится классная комната, в которой дрожали десятки детей.

Так Фан Минцюань и зрители поняли, почему Хань Сэнь не увернулся. Если бы он уклонился, Шура ворвался бы в класс и причинил бы невообразимый ущерб.

Хотя Шура и был остановлен снаружи класса, Хань Сэнь получил тяжёлое ранение в плечо и всё ещё истекал кровью, что ставило его в проигрышное положение.

Но это был взрослый Шура с золотым рогом. Даже если он ещё не практиковал никаких навыков, его телосложение было бы таким же сильным, как у эволюционировавшего, если не сильнее.

«Доллар… это Доллар…» – зрители узнали его и оставляли под видео множество комментариев, напоминая другим, что это был Доллар.

Фан Минцюань давно узнал Доллара. В конце концов, он работал в сфере журналистики. Видео, где Хань Сэнь проходил канал с роботами, стало таким хитом, что он тоже его смотрел.

Поскольку он видел то видео, он знал, что Хань Сэнь ещё не был эволюционировавшим, в то время как его противник мог как минимум достичь уровня эволюционировавшего, так что это был нечестный бой.

Зрители тоже это понимали.

«Это плохо. Доллар ещё не стал эволюционировавшим. Сможет ли он остановить золоторогого Шуру?»

«Доллар, держись!»

«Чёрт, почему меня там нет? Я бы с радостью помог ему убить этого Шуру!»

«…»

Бам!

Хань Сэнь получил ещё один удар в лицо. Хоть он и был в доспехах, у него всё равно звенело в голове, а в глазах на секунду потемнело. Почувствовав, как всё переворачивается в груди, он сплюнул ещё полный рот крови.

Хань Сэнь ясно понимал, что он намного слабее Шуры, даже после перевоплощения в кровавого убийцу. Если бы Шура не был уже тяжело ранен, Хань Сэнь, вероятно, вообще не продержался бы так долго.

К счастью, он долгое время практиковал Нефритовую Кожу и получил много гено-очков, что и позволило ему сражаться до сих пор.

Бам! Бам!

Каждый раз, когда Хань Сэнь бил Шуру, он мог лишь заставить того отшатнуться назад, в то время как после ударов Шуры он непременно истекал кровью.

Но Хань Сэнь знал, что не может отступить. Глядя на злобу в глазах Шуры, Хань Сэнь понимал, что тот нацелился на детей в классе.

Заслоняя окно своим величественным телом, Хань Сэнь получил несколько ударов по голове. Он внезапно потерял контроль над своим телом и подался плечом к Шуре, что позволило тому вытащить катану из его плеча. Когда чёрное лезвие было извлечено, брызнула кровь.

«Умри!» – прорычал Шура и с налитыми кровью глазами обрушил на Хань Сэня катану, которую сжимал обеими руками.

Для Фан Минцюаня и зрителей это было душераздирающее зрелище. Самые впечатлительные даже не могли на это смотреть.

«Отступи… Ты пытался… Никто тебя не осудит…» – говорили некоторые, не в силах смотреть, как Шура убьёт Хань Сэня.

Но в глазах Хань Сэня сверкнул огонёк, и когда катана опустилась, он шагнул не назад, а вперёд, бросившись на Шуру.

Хотя катана и ударила Хань Сэня по голове, из-за того, что дистанция сократилась, а тело Шуры качнулось в середине удара, скорость катаны была невысокой, и она лишь сломала шлем Хань Сэня и оставила неглубокую рану у него на голове.

Без малейшего промедления Хань Сэнь взмахнул крыльями и оказался за спиной Шуры. Он сковал Шуру своим телом в воздухе, так что тот не мог пошевелиться.

Призрачная Охота творила чудеса – Хань Сэнь смог обездвижить Шуру, который был намного сильнее его.

Зная, что время его перевоплощения почти истекло и что его тело, вероятно, получит необратимые повреждения, если он превысит лимит, Хань Сэнь перевернулся в воздухе вверх ногами, сжимая Шуру в своих руках, и ринулся вниз, ускоряясь к земле с помощью взмахов крыльев.

«Ты сумасшедший…» – с ужасом в голосе вскрикнул Шура.

В этот момент все, кто это видел, были ошеломлены, и комментарии в сети прекратились.

Объектив Фан Минцюаня следовал за золотым метеором, стремительно падающим к земле.

Поскольку другие здания загораживали обзор, золотой метеор исчез на уровне шестого этажа. Всё, что удалось услышать – это громкий удар, за которым последовала тишина.

Спустя долгое время появился новый комментарий: «Доллар???»

Затем хлынул поток комментариев, которые появлялись так быстро, что слова сливались в сплошное пятно.

Ему было не до комментариев, Фан Минцюань отчаянно побежал к месту, куда падал Хань Сэнь. Он мог поклясться, что никогда в жизни так быстро не бегал.

Когда Фан Минцюань добрался туда, там уже собралась толпа. Шура лежал на земле с вывернутыми конечностями, а на тротуаре из высокотехнологичных материалов даже появились трещины, расходящиеся паутиной.

Но он не нашёл здесь величественной золотой фигуры.

«Доллар?»

«Доллар не умер!»

«Куда он делся?»

Пока под трансляцией появлялись комментарии, Фан Минцюань огляделся и поспрашивал людей поблизости, но никто не видел Доллара.

Место падения находилось в переулке, и до их падения здесь никого не было.

63 Ангел Доллар

Фан Минцюань так и не нашёл Доллара и прекратил поиски. Взволнованный, он вернулся в свою студию и начал монтировать отснятый материал.

– Моё будущее зависит от этого видео! – Фан Минцюань не спал всю ночь, монтируя запись.

Это определённо была эксклюзивная сенсация. После вчерашней прямой трансляции слухи уже разошлись, и смонтированное видео наверняка станет вирусным.

Именно жажда успеха и восхищение Долларом заставили его монтировать видео так быстро. Фан Минцюань считал, что это, должно быть, его лучшая работа за все те годы, что он был журналистом.

В Скайнете Фан Минцюань увидел множество сообщений с вопросами о вчерашней прямой трансляции.

В тот момент отключилось электричество, и ни одна камера наблюдения не работала. Некоторые люди пытались заснять происходящее, но их съёмки были либо с неудачного ракурса, либо слишком размытыми, и не шли ни в какое сравнение с его профессиональной работой.

Фан Минцюань глубоко вздохнул, назвал видео «Единственный и неповторимый, Доллар – наш Ангел», а затем нажал кнопку «Загрузить».

Загрузив видео, Фан Минцюань больше не смотрел на экран. Он сел, закурил и молчал.

Фан Минцюань даже не осмеливался взглянуть на часы, боясь узнать, сколько прошло времени – самый важный показатель в журналистике.

Он прекрасно знал, что после загрузки видео его коммуникатор зазвонит, но успех ролика зависел от того, как быстро это случится.

– Если пройдёт полчаса, значит, это феноменально. Если час – то, скорее всего, так себе. Если больше полутора часов… – Фан Минцюань ещё не закончил свой подсчёт, как услышал звонок.

Фан Минцюань резко вскочил на ноги и уставился на свой коммуникатор, лежавший на столе. На экране мигал знакомый номер.

– Восемь минут сорок три секунды… – Фан Минцюань взволнованно стиснул кулаки и зубы, смяв в руке пачку сигарет.

Фан Минцюань начал расслабляться только спустя три минуты. Игнорируя звонящий коммуникатор, он лёг на диван и, куря, наблюдал за звонком. Он наслаждался этим чувством, ведь только в такие моменты он по-настоящему ощущал, что живёт.

Ролик «Единственный и неповторимый, Доллар – наш Ангел» был без закадрового голоса и длился меньше трёх минут.

Видео начиналось с кадра, где маленькая девочка вот-вот должна была сорваться вниз. Её испуганное, заплаканное лицо, широко раскрытые глаза и окровавленные ручки с самого начала приковывали к себе внимание.

В следующий миг, когда зрители всё ещё переживали за грозящую девочке опасность, из летательного аппарата вышел не её спаситель, а сама смерть.

Когда Шура занёс катану над маленькой девочкой, никто не мог сдержать гнев и отчаяние.

Внезапно в кадре появилась золотая фигура. Огромные золотые крылья были словно ангельские. Когда девочка оказалась в его сильной руке, облачённой в золотую броню, и он остановил катану, все возликовали, а на их глазах навернулись слёзы.

Следующие сцены были тщательно отредактированы: Шура и Хань Сэнь обменялись несколькими ударами, затем Хань Сэнь разбил окно, чтобы занести девочку в комнату. Шура неистово атаковал Хань Сэня, но тот не уворачивался и не отступал. Здесь Фан Минцюань вставил кадры с десятками дрожащих в классе учеников, чтобы все поняли, почему Хань Сэнь решил остаться.