Егерь. Опасная Зона. Книга 2

Он уходил от каждой атаки, заставляя тяжёлого противника тратить силы впустую. Стальная броня защищала землероя, но делала его медленным.

Зверь дважды промахнулся, пытаясь поймать юркого противника, и уже начал тяжело дышать.

— Глаза или горло. СЕЙЧАС!

Красавчик подождал, пока тяжёлая туша пронесётся мимо, потеряв скорость, и молниеносно прыгнул противнику на спину.

Землерой завертелся, пытаясь сбросить наездника, но Красавчик крепко вцепился когтями. Его улучшенная ловкость позволяла ему удерживать равновесие даже на извивающемся противнике.

Горностай осторожно пробрался к голове зверя, уворачиваясь от попыток дотянуться до него задними лапами. Это требовало точного расчёта — один неверный шаг, и когти землероя полоснули бы по нему.

Наконец мой разведчик оказался у головы. Выждал момент и нанёс точный укус в левый глаз — туда, где не было стальной защиты.

Землерой взревел от боли и рванулся к ближайшему дереву, пытаясь ударить головой о ствол. Красавчик спрыгнул в последний момент, приземлился на мягкие лапы и тут же отскочил на безопасное расстояние.

Зверь метался по поляне, полуослеплённый, его движения стали хаотичными.

Красавчик ждал. Терпеливо, как настоящий охотник, зная, что раненый противник скоро ослабеет.

Когда землерой в очередной раз промахнулся, ударившись о валун, горностай атаковал последний раз. Он метнулся к горлу противника, туда, где было уязвимое место.

Его острые зубы пробили шкуру.

Землерой сделал ещё несколько слабых попыток сбросить горностая, и рухнул.

Красавчик разжал челюсти только после того, как убедился, что сердце противника больше не бьётся.

Получено опыта: 15

Горностай сидел рядом с поверженным врагом, его маленькая грудка вздымалась от тяжёлого дыхания, но ни единой царапины — невредимый.

— Молодец, парень, — похвалил я, подходя ближе. — Бился умно. И иллюзию применил точно в нужный момент. Похоже нужно было тебя «Глазастик» назвать. Ты, смотрю, прям полюбил это дело, глаза драть.

Красавчик довольно тявкнул и принялся деловито вылизывать шерсть, даже не поглядывая на добычу — урок с куропаткой крепко засел в памяти.

Теперь предстояло самое важное — добыть сердце землероя для эволюции. Но сначала стоило проверить, не припрятала ли тварь в себе что-то ценное.

Достав нож, я аккуратно вскрыл грудную клетку и активировал «Обнаружение». Сердце зверя оказалось размером с куриное яйцо — твёрдое, как камень, и слегка тёплое. Оно мерцало красноватым отблеском, словно тлеющий уголёк. Подходящий реагент для эволюции. Больше ничего стоящего.

Красавчик подскочил ближе и втянул носом воздух. Его чёрные глазки заблестели — звериный инстинкт безошибочно распознал то, что ему требовалось.

— Готов к превращению? — спросил я. — Тогда домой.

***

В пещере я методично подготовился к ритуалу. На плоском камне разложил сердце землероя, поставил рядом флягу с чистой водой из горного ручья и россыпь целебных трав — на случай, если что-то пойдёт не так.

Красавчик сидел передо мной, его чёрные глазки внимательно следили за каждым движением. Он чувствовал важность момента.

— Слушай меня внимательно, — сказал, глядя горностаю в глаза. — Сейчас произойдёт твоя эволюция. Это будет болезненно, но недолго. Главное — доверься мне полностью. Понял?

Красавчик решительно кивнул и тявкнул.

Я положил сердце землеройки перед ним.

— Начинай.

Горностай без колебаний схватил его зубами и начал жевать. Кровь окрасила его белую мордочку в красный цвет.

Я положил ладони на спину зверя и почувствовал, как через них потекли потоки энергии. Татуировки на моих руках вспыхнули алым светом, таким ярким, что пещера осветилась, как от костра.

Тело горностая начало светиться изнутри. Сначала слабо, потом всё ярче. Его мех переливался золотистыми искрами, а от кожи исходило тепло.

Красавчик тихо заскулил — не от боли, а от того, что его тело менялось на клеточном уровне. Я чувствовал каждое изменение — как укрепляются его мышцы, как обостряются органы чувств.

Свечение вокруг Красавчика усилилось в разы. Его тело задрожало, как от электрического разряда. Энергия изменилась — стала плотнее, мощнее.

Через татуировки я направлял потоки силы, стабилизируя процесс. Это было похоже на управление бурным потоком — одно неверное движение, и всё могло обрушиться.

Но я держал контроль. На этот раз держал. Чувствовал, как в теле горностая формируются новые нейронные связи, как перестраивается его обонятельная система. Что-то новое.

Процесс длился не больше минуты.

Наконец свечение начало угасать. Красавчик лежал на камне, тяжело дыша. Внешне он почти не изменился — тот же белый мех, те же размеры. Но в его глазах теперь горел новый огонёк — интеллект стал острее, взгляд осмысленнее.

Горностай поднял голову, принюхался… и его глаза расширились от удивления. Он явно чувствовал мир совершенно по-новому.

Перед глазами всплыла долгожданная информация.

Внимание! Эволюция питомца «Горностай мерцающий» завершена успешно.

Достигнут эволюционный ранг F.

Уровень питомца повышен (11).

Эволюционный ранг F. Основная характеристика питомца, поток, теперь пассивно растёт на 1 единицу при взятии уровня.

Обнаружены дополнительные условия для развития.

— Правильное питание

— Интенсивные тренировки

— Высокая степень доверия к Зверолову

Получен новый активный навык: «Маскировка запаха» (F)

Получен новый пассивный навык: «Усиленное чутьё» (F)

Я быстрее открыл интерфейс Красавчика, а заодно и мой собственный.

Статус.

Уровень: 14.

Опыт: 570/987.

Свободных очков: 7.

Навык: «Обнаружение» — поиск полезных ресурсов в радиусе 15 метров.

Особенность: Экспериментальная эволюция.

Питомец: Горностай мерцающий.

Уровень: 11.

Опыт: 0/610

Эволюционный индекс:F.

Характеристики питомца:

Сила: 2

Ловкость: 13

Поток: 13

Свободных характеристик питомца для распределения: 4.

Навыки:

Создание иллюзии (F)— физическая, стабильная, но всё ещё слабая проекция себя, чтобы обмануть хищников или охотников. Требуют затрат энергии, после чего зверь становится слегка медлителен. Чует магические следы на расстоянии до 3 метров.

Поиск и сбор (F) –Чует редкие травы и реагенты ранга F и ниже в радиусе 10 метров. Точность зависит от уровня приручителя.

Маскировка запаха (F)— способность контролировать выделение феромонов и изменять естественный запах тела. Кожные железы адаптируются, выделяя нейтральные или отвлекающие ароматы, которые сбивают с толку обоняние хищников и добычи. Это позволяет имитировать запахи окружающей среды — травы, земли, коры деревьев.

Усиленное чутьё (F)— Обонятельные рецепторы стали более чувствительными, способными различать сложные магические ароматы и улавливать следы существ даже через тридцать минут после их прохождения.

Красавчик вскочил на лапы и тут же продемонстрировал новые способности. Сосредоточился, и я перестал чувствовать его запах вообще. Полная маскировка.

А потом он почему-то повернул голову в сторону входа в пещеру и негромко зарычал. Я прислушался, но ничего не услышал. Лишь через секунду до меня донёсся далёкий крик какой-то птицы.

Его обоняние и слух стали в разы острее.

— Отлично, — похвалил я, почёсывая горностая за ухом. — Приятель, да ты понимаешь, кем ты стал? Чёрт, да ты же идеальный разведчик. Тяжело представить, сколько готовы заплатить за такого горностая. Вот тебе и четыре навыка…

Красавчик довольно замурчал и потёрся о мою руку. В его движениях теперь чувствовалась уверенность.

— Ну что, а ты можешь стать духовным зверем? — в азарте спросил я и чуть надавил на наши нити связи. Но что бы ни делал, горностай лишь недоумённо смотрел на все мои потуги.

— Ладно, похоже наш с тобой уровень доверия под вопросом, приятель, — я хмыкнул. — Наработаем.

Поднялся и посмотрел на своих питомцев.

На моём лице медленно расползлась азартная улыбка.

— Завтра мы за тобой вернёмся, красавица, — пробормотал я, глядя в сторону, где скрывался тот проклятый уступ.

Глава 14

Путь к территории рыси занял чуть больше часа. Я шёл неспешно, экономя силы и обдумывая план. Красавчик бежал впереди, его улучшенное чутьё работало как локатор раннего предупреждения. Афина держалась рядом, готовая в любой момент раствориться в невидимости.

Мы дошли до границы её владений — той самой поляны, где я впервые нашёл клочок её серебристо-голубого меха. Остановился, осматриваясь.

Всё выглядело так же: колючие заросли, камни, покрытые мхом, тропинка, ведущая к наблюдательному пункту рыси. Но теперь я видел это место другими глазами.

Здесь начиналась её территория. Здесь она впервые заметила меня и начала свою игру.

Достал из рюкзака верёвочную петлю — для отвлечения внимания. В кармане лежал остальной реквизит: небольшие камни, кусочки ткани, пропитанные запахом дичи.

Пошёл по знакомой тропе, ведущей к скалистому уступу. Каждый шаг рассчитывал, каждый звук контролировал. Не крался — шёл открыто, но осторожно. Хотел, чтобы она знала о моём возвращении — нужен другой подход.

Красавчик бежал рядом, его невидимый запах был моим первым козырем. Афина следовала сзади, готовая исчезнуть по первому сигналу.

Вскоре дошли до того самого камня — наблюдательного пункта рыси. Царапины от её когтей всё ещё виднелись на поверхности. Я провёл пальцами по этим отметкам, чувствуя их глубину.

Поднял голову и посмотрел на уступ.

— Ну что там? — негромко спросил я у Красавчика.

Горностай тут же принялся за дело. Его носик задвигался, анализируя воздух с новой, невероятной точностью. Я наблюдал, как он обследует камень, затем переходит к соседним, принюхиваясь к каждой трещине.

Внезапно он замер и возбуждённо тявкнул.

— Нашёл? — присел я рядом с ним.

Красавчик указал мордочкой на едва заметную отметку на поверхности камня. Я пригляделся — обычным глазом ничего не видно, но, когда провёл ладонью над этим местом, почувствовал слабое покалывание. Статический заряд.

Красавчик двинулся дальше, уверенно следуя по невидимому для меня маршруту. Его новое чутьё улавливало то, что раньше было недоступно.

Мы углубились в скалистую местность. Рысь выбирала маршрут с умыслом — узкие расщелины и крутые подъёмы, заставляющие карабкаться, используя руки и ноги.

Но теперь у меня есть Красавчик.

Горностай игнорировал ложные направления и тупики. Его нос безошибочно находил настоящий путь среди десятков обманных троп. Там, где раньше я терялся в догадках, теперь был чёткий маршрут.

— Молодец, парень, теперь и ты меня учишь, — прошептал я, когда он в очередной раз уверенно выбрал правильное направление на развилке троп.

Афина следовала за нами молча и внимательно сканировали окрестности. Она не участвовала в выслеживании, но оставалась начеку, готовая к бою.

Мы поднимались всё выше по склону. Деревья становились реже, а камни — крупнее. Воздух становился прохладнее, пах мокрым мхом и чем-то острым — озоном после грозы.

Красавчик внезапно остановился и поднял морду, принюхиваясь. Его тело напряглось.

— Нашёл? — прошептал я.

Он указал мордочкой вперёд, туда, где между камней виднелась небольшая пещера. След вёл прямо к ней.

— Афина, готовься к невидимости, но по команде.

Кошка тихо рыкнула, её мускулы напряглись.

Я достал из рюкзака верёвочную петлю и медленно пополз к входу, стараясь не производить ни звука. Камни под коленями были холодными и влажными.

У самого входа остановился и прислушался. Тишина. Только капает вода где-то в глубине и шелестит ветер между камней.

Красавчик осторожно сунул нос в пещеру и тут же отдёрнул его, фыркнув. Запах свежий — рысь была здесь недавно.

Внезапно сзади раздался лёгкий звук — будто кто-то наступил на сухую ветку.

Я мгновенно обернулся и замер.

На камне в десяти метрах от нас сидела ветряная рысь. Её серебристо-голубой мех колыхался на ветру, а в глазах на этот раз читалось нечто, похожее на… любопытство?

Она смотрела на нас без агрессии, скорее изучала. Голова слегка наклонена, уши настороженно подняты. Поза расслабленная, но готовая к молниеносному движению.

— Афина, невидимость, но не двигайся, — мысленно приказал я, не сводя глаз с рыси.

Кошка растворилась в воздухе.

Рысь словно почувствовала исчезновение, её уши дёрнулись, но она не испугалась. Напротив — во взгляде появилось что-то похожее на одобрение.

Мы смотрели друг на друга несколько долгих секунд — это уже превратилось в какой-то ритуал, мать его за ногу! Затем рысь медленно поднялась и, не торопясь, прошла по краю утёса. Остановилась, оглянулась на меня и… кивнула.

Именно кивнула, как человек.

После этого она легко прыгнула на соседний камень и скрылась среди скал. Словно приняла правила игры и пригласила меня.

— Ну тварюга.

Мы последовали за ней. Следы привели нас к узкому проходу между высокими скалами. Место было идеальным для засады — каменные стены с обеих сторон, единственный путь через расщелину. Классическая природная ловушка, которую любой егерь оценил бы по достоинству.

Я остановился у входа в ущелье, изучая местность. Проход был метра три шириной, стены — высотой в три человеческих роста. Если рысь зайдёт сюда, выбраться сможет только по тому же пути, что и вошла.

— Стоп, — прошептал я, присаживаясь на корточки.

План сложился быстро.

— Красавчик, видишь тот валун в конце прохода?— мысленно обратился к горностаю. — Забирайся туда. Когда дам команду, создашь иллюзию раненого зверька.

Горностай кивнул и бесшумно заскользил между камней. Его белая шёрстка мелькала между серыми валунами, пока он не исчез в дальней части ущелья.

— Афина, когда рысь войдёт в проход, блокируешь выход. В невидимости, разумеется,— продолжил инструктаж.

Кошка молча направилась к указанной позиции. Её движения были текучими, бесшумными — за эти дни тренировок она научилась ходить как призрак. Мои звери скорее понимали образы и желания, нежели слова. Укройся в этом месте, жди, охота, не двигайся, применяй навык — этого хватало.

Сам я выбрал место повыше, на выступе скалы над входом в ущелье. Достал заранее сплетённую сеть из прочной верёвки — работал над ней всё свободное время. Размер был достаточным, чтобы накрыть зверя размером с рысь.

Устроившись на уступе, проверил, что верёвка не зацепится за камни при броске. Всё было готово. Засада сверху, ей нужно просто зайти, и никакой ветер не поможет.

Теперь оставалось ждать.

Это я умел — терпение у охотника должно быть крепче камня.

Правда, сейчас всё было по-другому. Рысь знала, что я пришёл. Она привела меня сюда. Вопрос был не в том, появится ли она, а в том, когда именно начнёт следующий ход в нашей партии.

Солнце медленно ползло по небу. Камни под моими локтями нагрелись, воздух стал суше. Где-то вдали кричала птица — резко, тревожно.

Красавчик затаился за своим валуном. Афина спряталась у противоположного конца прохода, ожидая команды.

Прошёл час.

Начинало казаться, что рысь передумала и не придёт. Может, она вообще играет со мной, заставляя просиживать время в бесплодном ожидании?

Но тут серебристо-голубая тень скользнула между камней на противоположной стороне ущелья. Рысь появилась бесшумно, как видение. Остановилась у самого края, её глаза изучали проход.

Она стояла неподвижно почти минуту. Её уши поворачивались в разные стороны, улавливая малейшие звуки. Нос слегка дрожал, анализируя запахи.

Я затаил дыхание, приготовившись подать команду.

Рысь сделала осторожный шаг вперёд, затем ещё один. Теперь она находилась у самого входа в ущелье.

— Красавчик, создавай иллюзию,— мысленно приказал я.

В дальнем конце прохода появился горностай. Он даже захромал, волоча повреждённую лапку, и жалобно пищал. Идеальная приманка для хищника.

Рысь мгновенно заметила зверька. Её тело напряглось, глаза сузились. Охотничий инстинкт сработал — лёгкая добыча прямо перед носом.

Она сделала ещё шаг вперёд, входя в ущелье.

Ещё один.

— Афина, в невидимость!

Я приготовился к броску. Рысь уже была почти в центре прохода, в идеальной позиции для сети.

И вдруг она замерла.

Не останавливаясь постепенно, не принюхиваясь — просто застыла на месте, как статуя. Её уши резко встали торчком, глаза расширились.

Что такое? Я ничего не слышал, Афина не двигалась, Красавчик поддерживал иллюзию…

Рысь медленно повернула голову и посмотрела прямо на меня. Прямо туда, где я лежал на скальном уступе.

Без малейшего колебания она развернулась. Оттолкнулась от земли и в два прыжка взбежала по отвесной скале, используя малейшие выступы как ступени. Через секунду она уже стояла на вершине утёса, откуда спокойно наблюдала за нами.

Иллюзия Красавчика исчезла. Афина материализовалась, недоумённо оглядываясь по сторонам.

Я лежал на своём уступе, сжимая в руках бесполезную сеть, и пытался понять, как она нас раскусила.

Ветер дул правильно. Красавчик замаскировал запах. Афина была в полной невидимости, она никак не могла её обнаружить, в этом уверен! Я сам тоже не производил ни звука…

Как, чёрт возьми, она узнала о засаде?

Зверюга сидела на краю утёса и смотрела на меня с тем же выражением, с каким опытный шахматист смотрит на новичка, попытавшегося разыграть детский мат. Терпеливо, почти с жалостью.

Потом она встала, зевнула и неторопливо ушла, словно говоря: «Подумай ещё. И в следующий раз попробуй что-нибудь более интересное.»

Я скатился с уступа и сел на землю, потирая затёкшие ноги. Красавчик подбежал ко мне, виновато поджав уши. Афина подошла и села рядом, её хвост раздражённо подёргивался.

Да сколько можно-то, а!

Если рысь так легко раскусила мою первую засаду, значит, нужно атаковать там, где она не ждёт. В месте, которое считает безопасным.

Её наблюдательный камень.

Тот самый валун с царапинами от когтей, где она любила сидеть и обозревать свою территорию. Место силы, где она чувствовала себя хозяйкой положения.

Дав себе и питомцам час на отдых после провальной засады в ущелье, я тщательно обдумал новый план. Солнце уже клонилось к полудню, но времени на подготовку было достаточно. Рысь наверняка вернётся к своему любимому месту — у хищников есть привычка регулярно обходить ключевые точки территории. Пусть она умна, но инстинкты никуда не делись.

Добравшись до наблюдательного пункта, я внимательно всё изучил — подходы, укрытия, возможные пути отступления зверя. За камнем обнаружил неглубокую расщелину между скалами — идеально для засады сверху. Афина могла спрятаться там и прыгнуть в нужный момент.

Вокруг самого камня создал невидимую сеть ловушек. Выкопал небольшие углубления и разложил в них силки из прочной верёвки — простые удавки с подвижным узлом, которые затягиваются на лапе зверя при попытке убежать. Тщательно замаскировал их сухими листьями и мелкими камнями. С удовлетворением хмыкнул — петли были практически незаметны даже для меня самого, а я знал, где их поставил.

На всех подходах к камню разбросал сухие ветки. Они захрустят при приближении и покажут, с какой стороны движется зверь. Такие «звуковые маяки» не раз помогали мне отследить направление движения добычи.

— Афина, занимай позицию в расщелине, — приказал я. — Жди сигнала. И помни — прыгать только когда скажу, не раньше.

Кошка бесшумно взобралась на скалы.

А вот Красавчика решил оставить в стороне. После недавнего провала пришёл к выводу, что рысь вряд ли поведётся на один и тот же трюк.

Сам устроился в густых кустах можжевельника метрах в десяти от камня. Достал аркан — длинную верёвку с затягивающейся петлёй на конце. Главное тут — точность броска.

Устроившись поудобнее среди колючих веток, приготовился ждать.

Солнце припекало всё сильнее, от камней поднимался лёгкий пар. Птицы где-то в вышине перекликались протяжными криками.

Прошло около часа с момента подготовки ловушки, а потом я невольно улыбнулся. Потому что она пришла.

Двигалась неспешно, но настороженно.

Она остановилась в нескольких метрах от камня и принюхалась. Я затаил дыхание, стараясь не шевелиться. Колючки можжевельника кололи руки, но терпел.

Хищница сделала шаг вперёд, наступив на одну из разбросанных веток. Сухое дерево хрустнуло, и зверь замер. Её хвост дёрнулся — признак настороженности или… любопытства?

Она начала медленно обходить камень по кругу, принюхиваясь к каждому участку земли. Несколько раз останавливалась точно над замаскированными петлями, но не наступала на них. Словно чувствовала подвох.

Но постепенно её движения становились увереннее. Она подошла ближе к валуну, обнюхала царапины от своих когтей. Потом грациозно прыгнула на привычное место и села, устроившись поудобнее.

Идеальная позиция для атаки сверху.

— Сейчас, — мысленно дал команду Афине.

Кошка взмыла в воздух, материализуясь в смертоносном прыжке, но рысь в тот же миг отпрыгнула в сторону. Не постепенно, не раздумывая — одним молниеносным движением она оказалась в трёх метрах от камня.

Афина приземлилась на пустой валун, её когти высекли искры из гранита.

Я не стал ждать. Пока рысь была сосредоточена на Афине, вскочил из кустов и метнул аркан. Петля свистнула в воздухе, но рысь словно почувствовала движение. Она изогнулась невозможным образом, и верёвка прошла в сантиметрах от её головы.

— Чёрт! — выругался я, выдёргивая аркан обратно.

Афина зарычала от ярости. В жёлтых глазах вспыхнул охотничий азарт. Она бесшумно соскользнула с камня и снова растворилась в воздухе.

Рысь спокойно сидела на безопасном расстоянии, но её уши дёрнулись — она уловила движение невидимого противника.

Я быстро достал запасную петлю, попроще. Если она так хорошо чувствует атаки, попробуем с двух сторон одновременно.

— РРРРРРРАУ!

Афина материализовалась в прыжке, нацеливаясь на хищницу. Её когти были выпущены, клыки обнажены.

В тот же момент я метнул петлю, целясь не туда, где рысь находилась, а туда, где она окажется, уворачиваясь от Афины.

Рысь отреагировала с грацией. Она словно потекла в сторону, её тело изогнулось, и смертоносные когти Афины прошли в сантиметрах от её тела. Но даже точный расчёт не помог — в последний миг она резко изменила траекторию движения, и петля СНОВА прошла мимо цели.

Афина приземлилась и тут же развернулась, пытаясь достать противника, цепляясь когтями за камень для опоры.

Рысь отпрыгнула ещё дальше и — впервые за всё время нашего знакомства — зашипела. Негромко, но в этом звуке было предупреждение: «Хватит играть, кошка.»

Я напрягся, готовясь к третьему броску, но понял — она слишком далеко.

Афина замерла, её шерсть встала дыбом. Две хищницы смотрели друг на друга, и воздух между ними буквально искрил от напряжения. В глазах моей хищницы читался вызов, в глазах рыси — холодное превосходство.

Несколько секунд они стояли неподвижно, словно решая, продолжать ли схватку.

Затем рысь демонстративно зевнула, повернулась к Афине спиной — жест абсолютного презрения — и неторопливо направилась к лесу.

— За ней! — заорал я, взрываясь движением.

Рысь обернулась на мой крик, и в её глазах мелькнуло удивление. Она явно не ожидала такой прямолинейной атаки.

— ГОНИМ!— мысленно рявкнул я.

Горностай метнулся вперёд белой молнией. Афина рванулась с места, её мощные лапы взрывали землю с каждым толчком. Рысь поняла, что игра закончилась, и сорвалась с места.

Началась гонка.

Как она узнала о точном моменте атаки? Движений Афины за скалой она видеть не могла. Звуков не было — кошка двигалась абсолютно бесшумно, была в невидимости. И мои броски она тоже предугадала. И всё-таки… ЧТО ЭТО? Магическое шестое чувство, которое предупреждает о грядущей атаке за доли секунды?

Но сейчас это не важно! Главное — не упустить её.

Рысь неслась между деревьев, её серебристо-голубой мех развевался как боевое знамя. Красавчик летел следом — его новая скорость после эволюции позволяла держаться почти наравне с магическим зверем. Афина мчалась параллельным курсом, пытаясь отрезать пути к отступлению.