Три грации в академии магии. Первый курс

Какая у неё гладкая кожа, и как она вскрикнула от наслаждения, когда я проник в её лоно, разорвав преграду и сделав свою тамарис женщиной. И именно с этого момента, она стала полностью принадлежать мне. Прав был отец, когда говорил: «Сынок, ни с одной из демониц или другой женщиной ты не будешь счастлив в постели, кроме как со своей тамарис». У меня за 150 лун моей жизни было много женщин разных рас и сословий, даже в борделях я всегда брал по три жрицы любви — это, когда одна ублажает, а две танцуют, навевая на меня либидо. Но и в этих заведениях я не испытывал такого блаженства, как испытал сегодня ночью. Ну вот, эти мысли вызвали у меня эрекцию, и мои штаны мигом стали тесными в паху, я тут же постарался выкинуть грязные мыслишки из головы. Подумаю об них, когда останусь наедине со своей тамарис.

Надо будет попросить Сердженала поселить Марианну со мной, я не смогу спокойно спать, зная, что мою тамарис кроме меня может ещё кто-то лапать. Хотя у ведьмовского факультета есть все меры предосторожности от назойливых мужчин, так что сомневаюсь, что кто-либо проникнет на территорию женского общежития, чтобы развлечься с девушками. Но всё равно, некоторые проникают и берут всё, что им надо, так что, если Марианна будет жить со мной, я точно буду знать, что она моя. А если, не дай Ганрон,* я узнаю, что мою тамарис всё же кто-то тронул, я совершу первое в своей жизни убийство! Нет, не Марианны, а того рукастого подонка, что коснулся её.

Размышляя, я даже и не заметил, что мы уже пришли к кабинету ректора. И войдя, увидели нервно расхаживающего по площади комнаты вампира. Русалка так же лежала на диване, плотно кутаясь в плащ моего клыкастого друга.

– Ну наконец-то вы явились – увидев нас воскликнул Сердженал и подошёл к нам, своим друзьям.

А девушки устремились к своей подруге и пока они щебетали, мы тоже поговорили.

– Она упорно отказывается стать моей тамарис, ведь я теперь могу погибнуть из-за того, что мне требуется пить только её кровь, материнская уже не годится. И если она не даст добровольно мне своей крови я труп, – тыкая пальцем в русалку говорил мой друг и я, зная про такую вампирскую особенность, стал волноваться за друга.

– Ну, а мне моя, вообще, зад спалила, – потирая пострадавшее от рук своей тамарис-драконицы место, сообщил Обаятельному Бодрый.

– Зато у нашего демонического друга всё отлично, – сказал Сердженал и вместе с Иванием уставились на мою руку, на которой надет браслет.

Пожал плечами, показывая, что не виноват в том, что у них ничего не получилось. Но я так сильно виноват перед Марианной, что теперь она меня призирает за это. Так что у меня тоже не всё так хорошо, как думают мои друзья.

– И что теперь будем делать? – поинтересовался Иваний.

– Значит так! В нашей компашке вечно умный – это я, – «скромно» подметил Сердженал, – так что пока вы там страдали ерундой, я всё организовал. Теперь наши тамарис – адептки академии, я зачислил их без экзаменов на первый курс ведьмовского факультета в группу №13 к Сильвии Носатой. И так же распоряжусь, чтобы жили они с нами – «ГЕНИАЛЬНЫЙ» план, который не жалко выбросить в мусорное ведро, или подтереть им одно место.

– Они не согласятся жить с нами, – помотав головой, подметил я.

– Тогда предложи свою идею, умник, – обиделся вампир и нахмурил брови.

– Нужно у них выяснить, как в их мире парни ухаживают за своими тамарис. Мне кажется, что у них совсем другие нравы и брачные игры, – проговорил я, сделав умное лицо.

– Ты что хочешь сказать, что наши тамарис из другого мира? – спросил Сердженал обернувшись и посмотрев на девушек, которые тоже о чём-то разговаривали, и им было не до нас.

– Да, но вот мне, к примеру, без разницы откуда моя Марианна, главное я теперь никуда её от себя не отпущу, она моя, – ответил я на вопрос вампира и посмотрел на предмет своего обожания.

– Если у тебя всё так радужно с ней, дружище, так поговори с ней на эту тему и выясни всё и как можно быстрее, а то мне уже скоро потребуется кровь, я не хочу умирать из-за упрямства своей тамарис, – я тоже не хотел терять друга из-за такой ерунды и был намерен выполнить просьбу вампира.

Я задумался, и тут до меня донёсся запах из столовой я понял, что можно начинать штурм наших «крепостей» прямо сейчас.

– Девушки, а не желаете ли посетить таверну и позавтракать там, – предложил я и приблизился к прекрасному полу.

Моя тамарис сразу же встрепенулась, было видно, что она не против покушать, а вот рыжая драконица восприняла моё предложение в штыки.

– Что, купить нас хотите? А вот фигушки, мы объявляем вам голодовку и не будем есть, пока вы нас домой не отправите, – заявила задоподжигательница, глядя на меня со всей серьёзностью.

У моей Марианны тут же потух взгляд и погрустнело лицо от протеста, что устроила её ненормальная подруга. Я посмотрел на третью девушку, которая похоже согласна с рыжей драконицей.

– Дорогие дамы, может мы представимся друг другу и общаться сразу же станет легче. Я, к примеру, граф Сердженал Обаятельный, – тут же спас положение вампир, а я выдохнул и постарался успокоить закипевшую внутри кровь, а также умерить желание убить тамарис Ивания.

– Очень приятно представиться, милые дамы, я граф Иваний Бодрый, – сделав шаг вперёд проговорил дракон.

– Ну, а я, всего лишь наследник княжеского рода, Саптурн Великий, – «скромно» проговорил я, усевшись в кресло и посмотрев на мою тамарис, у которой похоже упала челюсть, и она хватала ртом воздух, наверное, поняла с кем сегодня провела ночь. Похоже, рыжая тоже в шоке и, наверное, сожалеет, что дерзила мне сегодня. Но пусть не волнуется я не злопамятный, ну и так же не привык к мести, тем более к подруге своей тамарис.

– Значит так, принц Гадский, граф Дракула и граф Монте-Кристо! Разрешите представить вам свою выдающуюся личность, которая, если вы не отправите её домой покажет вам где раки зимуют. Я Виктория Огненная, а это мои подруги, не менее опасные, чем я. Самую пухленькую зовут э-э-э … – замешкалась рыжая и пихнула локтем мою тамарис.

– Марианна Премудрая и Катрина э-э-э … – запнулась моя женщина и взглянула на русалку в поисках спасения.

– Хвостатая, – закончила предложение за мою тамарис блондинка, наконец поняв, что от неё хотят.

– Во-первых, приятно познакомиться, а во-вторых, вы только что доказали, что коллективный разум творит чудеса, – с натянутой улыбкой проговорил вампир, очень старательно сдерживая рвущиеся наружу отрицательные эмоции.

Мне тоже не понравилось высказывание рыжей, но я промолчал, так как не понял, с кем нас сравнила эта девушка.

– А позволь поинтересоваться, юная леди? Кто все эти мужчины, с которыми ты нас сравнила? – кажется Иваний заинтересовался высказыванием своей грубиянки тамарис.

– Книги надо читать, чтобы не задавать глупых вопросов. А ещё магистром называешься. Иди в библиотеку и узнаешь, – высказалась наглая особа.

По вздувшимся венам на шее я понял, что мой друг дракон разозлился.

– Так, всё, я больше не могу. Я ухожу, – естественно, у Бодрого сдали нервы, и он соскочил и направился к двери.

– Ты куда? – окликнул Ивания Сердженал.

– В библиотеку, читать книги, там я хотя бы не буду видеть свою невменяемую и наглую тамарис – ответил дракон и хотел открыть дверь, чтобы выйти, но не тут-то было.

– СТОЯТЬ. Немедленно вернись на место. А ты, Огненная, заткнись и сядь. Хвостатая, возьми одежду у своих подруг и иди в ванную, оденься. Премудрая … просто сиди и слушай меня, – гаркнул вампир и тут же все подчинились, даже я сел прямо и прислушался.

Как только Катрина скрылась в ванной, ректор, чеканя шаг, прошёл до стола и сел за него, развалившись на стуле, глядя на каждого и соображая очередной план своих действий. Тут я вспомнил, что у меня уже как 10 минут идёт пара у третьекурсников рыцарей магов, так что придётся мне покинуть всех, ведь я не могу отменить занятие, или доверить кому-либо другому прочитать материал за меня. Некромант в этой академии только я, так что надо идти работать.

– Граф Обаятельный, мне надо идти на лекцию к третьему курсу, – сказал я, прервав думы вампира.

– Хорошо иди, без тебя постараемся справиться, – разрешил вампир, махнув на меня рукой.

Я встал и подойдя к своей тамарис, нагнулся и шепнул ей на ушко.

– Я найду тебя, как только у меня закончатся лекции, – она мне кивнула, и я удалился к заждавшимся меня моим обалдуям.

Глава 9

ВИКТОРИЯ.

«Бежать из этого дурдома» – единственная мысль, которая крутилась у меня в голове. И отчего я такая злая? Наверное, из-за того, что у меня внутри в области груди постоянно чувствуется чьё-то присутствие и шевеление. Невольно лезут шальные мыслишки, что меня кроме чешуи на предплечьях наградили ещё чем-то или кем-то. Ёрзание этого кого-то начинается именно в присутствии Ивания Бодрого и, наверное, поэтому он меня так бесит.

– Итак, девушки, я зачисляю вас на ведьмовской факультет, на первый курс в группу №13. Занятия начались у всех адептов уже как месяц, так что по вечерам будете дополнительно догонять по пропущенным предметам со своими руалами, – тут вышла из ванной Катрина и мужчина примагнитился взглядом к ней. Ну что здесь такого он разглядел, я не знаю: синяя в пол юбка и белая блузка с рукавом фонарик, ничего особенного. Но у этого вампира прямо аж слюна капнула на пол, – также сегодня надо сходить в Талузиан и закупить вам одежду, обувь, форму и учебные, а также магические принадлежности. А потом мы проводим вас в общежитие для ведьмовского факультета, где живут девушки, отдельно от парней. Но, если вы желаете, можете жить со своими руалами, так будет даже лучше, – и снова взгляд в сторону Кати и наполнен он надеждой что ли, но мы отрицательно все качаем головой. Где угодно, только подальше от вас, – надо пососать, ой, то есть подписать документы, которые я подготовил, – перебирая на столе какие-то бумажки и краснея от того, что так смешно оговорился, попросил вампир.

Мне кажется, я начинаю догадываться, на что намекает этот кровосос. И подозреваю почему у него, когда он видит Катерину, капают слюнищи, да потому что у моей подруги, редкая группа крови: первая, а резус отрицательный. Вот пусть только попробует хоть один свой клык вонзить в шею моей подруги, быстро узнает, кто такие в нашем мире стоматологи.

– Кровью расписываться будем? – намекнула я и презрительно смотрю на ректора, у которого тут же взлетели брови от удивления.

– А что в вашем мире принято документы кровью подписывать? – поинтересовался он, пронзив бездной своих карих глаз.

– Нет, шариковой ручкой с чернилами, – выдала я голосом профессора всех наук.

– Вот держите ручку и подписывайте, – и этот Сердженал протягивает мне предмет из моего мира.

– Очуметь, – подскочив к этому вампиру без страха и схватив ручку у него из руки, а потом внимательно изучая её, как будто впервые видит, воскликнула наша блонди.

Потом мы расписались там, где нам любезно поставили галочки. А конкретно мы расписались за правила академии, которые мы обязуемся выполнять и не нарушать их (Ага сейчас же, размечтались) и так же согласие на обучение и то, что мы не будем портить имущество академии, а если такое произойдёт мы обязуемся оплатить ущерб.

– А я есть хочу, – раздалось жалобное пожелание со стороны, где стояла Марианна.

Тут же все, кто были в комнате, обратили внимание на бедного голодана, которая смотрела на нас, как кот в сапог из мультфильма «Шрек», который показывают в моём мире.

– У меня здесь, где-то яблочко было – сказал ректор и стал шарить по ящикам своего стола.

Зря этот вампир думает, что нашу Машу можно накормить яблочком. Вот если бы у него в недрах его стола завалялись палка колбасы и буханка хлеба, то этого бы вполне хватило на перекус для моей подруги. А вот яблочко своё пусть сам ест, в нём много железа, а то вон какой бледный и у него в организме явно не хватает этого химического элемента из таблицы Менделеева.

– А нас что совсем кормить не будут? – мне кажется, что терпение пухляша на исходе, и мы сейчас все в большой опасности.

– Не могу найти ничего, наверное, я его уже когда-то съел, – выдал бледнолицый с грустью посмотрев на мою подругу.

Я поняла, что, если мы сейчас же ничего не решим с едой, пухляш станет каннибалом и слопает всех нас. Я подбегаю к ректору и, схватив его за ворот рубахи, кричу ему прямо в лицо:

-– Если ты сейчас её не накормишь, нам всем конец. Где у вас здесь столовая?

Не знаю, может на ректора подействовали мои слова, но он встал и крикнул:

– Дух, еды ко мне в кабинет.

Тут же на кофейном столике появилось всего по пять порций: первое, второе и третье, а также лепёшки на тарелочке. Надо было видеть, как обрадовалась Марианна, которая тут же накинулась на еду, как голодный медведь после зимней спячки. Мне даже показалось, что она рыкнула по-медвежьи или хрюкнула по-свинячьи, от того, что наконец-то займётся своим любимым делом. Вот же смелая женщина, я бы на её месте сперва, лизнула, пивнула и нюхнула еду, прежде чем её есть. А теперь просто подожду и, если пухляш не загнётся через 15 минут, начну есть сама. Мы поспешили присоединиться к Марианне, и тоже начали кушать все, кроме меня. Я пристально смотрела на Машку и чего-то ждала, а желудок у меня нещадно ныл, требуя еды. Но тут я почувствовала на себе взгляд зелёных глаз Ивания. Кстати, как-то быстро он пришёл в норму после того, как я спалила ему зад, и сейчас сидит с наглой рожей, пялится на меня. Ну вот, у меня снова что-то заёрзало внутри.

– р-р-р-р-р-р, ой…

Это что, сейчас я рычала, что ли?

– Ешь, – посоветовал мне Иваний, чуть было, не сунув мне в рот свою ложку с супом.

– А что это сейчас было? – схватив ложку и приступив к еде, поинтересовалась я.

– Дракон, который сидит внутри тебя, голоден, – зловеще объяснили мне и ткнув пальцем в тарелку добавили, – ешь.

У меня тут же выпала из руки ложка. И у меня началась истерика, иначе не назвать то, что со мной начало твориться. Я завизжала и стала кричать, чтобы из меня вытащили эту гадость, что рычит во мне.

– Такосамирай бухта, Иваний, что ты ей сказал? – Заорал ректор на Бодрого, с испугом глядя на меня, мечущуюся по кабинету.

– Правду. Она не ест, а драконица просит, – ответил Иваний, и поймав меня, уволок в ванную и прижал к стене.

Потом он зафиксировал мне руки, подняв их у меня над головой и удерживая одной своей ручищей, заглянув мне в глаза приказал.

– Успокойся!

Когда на меня смотрят такие красивые зелёные глаза — это действительно успокаивает, и я заткнулась. Стою с поднятыми вверх руками, которые до сих пор держит Бодрый, хлопаю глазками и смотрю на мужчину, который глядя на мои губы, облизывает свои. О чём он думает? Я не знаю, но я подумала о поцелуе. Вот же дура!!!

ИВАНИЙ.

Ну же, Ив, вот её губки, и они так близко от твоих. Давай, целуй её, и ты точно узнаешь твоя ли она тамарис. О святые крылья, я не могу поцеловать её против воли.

– Ты успокоилась? – отпустив девушку, интересуюсь я.

– И что же всё-таки это было? – в ответ спрашивает Виктория, пронзая меня своими голубыми глазами, что среди драконов встречается редко.

– У меня две версии. Первая, твоя драконица проголодалась, а вторая, ей приглянулся мой зверь, – попытался разъяснить я девушке, отойдя от неё на безопасное расстояние, чтобы мне не соблазниться на её губки.

– Я поддерживаю первый вариант, р-р-р-р-р… ой, опять, – мученически выдаёт Виктория, изобразив страдание на лице.

– Похоже, она с тобой не согласна, – подметил я и хотел подойти к девушке.

– Лучше стой там и не приближайся, р-р-р-р-р… да пошла ты, – закричала Виктория, отошла от меня в самый дальний угол и села, прижавшись спиной к стене.

– Мне кажется, что тебе не хватит сил сопротивляться ей, – медленно подходя, проговорил я.

– Отвали, Бодрый, а иначе я снова спалю тебе зад, – посыпались в мой адрес угрозы, но я-то вижу, что ей явно нужна помощь в приручении дракона от знающего и понимающего в этом деле меня.

– Позволь, я подойду и усмирю твою девочку, – увидев, как Виктория просто уже в кровь расчесала грудную клетку, в которой сидит драконица, предложил я.

– Ладно, сделай уже что-нибудь, только без приставаний, – разрешила мне Огненная и встала.

Я приблизился и положив руку девушке на область груди тут же ловлю руку Виктории, которая хочет заехать мне ладонью по лицу.

– Извращенец – кричит она и отпрыгивает от меня, а руки у неё начинают воспламеняться.

– Я только так могу помочь тебе, по-другому нельзя, так что перестань сопротивляться и дай мне всё сделать, – пытаюсь угомонить девушку я, пятясь от неё.

– Да лучше эта рептилия пусть сожрёт меня изнутри, чем я дам тебе коснуться меня – крикнула Виктория и сунула руки в ректорский бассейн, а потом просверлив во мне дыру взглядом, вышла из ванной.

Ну вот, что за упрямица мне досталась? О великий Туткин, ну за что ты со мной так? Я тоже вышел и увидел, как моя поджигательница сидит и уплетает за обе щеки второе и приговаривает, глотая, не жуя: «Ешь противная ящерица, только угомонись уже».

Ректор вопросительно посмотрел на меня, мол: «Чего это с ней, сбрендила что ли?». Я в ответ лишь пожал плечами и сел в кресло дожидаться, когда насытится Виктория.

После позднего завтрака мы отправились через портал, который наколдовал Сердженал, в Талузиан за покупками для девочек. Вот же нарки мохноногие*, я ненавижу ходить по магазинам с женщинами. Одну пережить я смогу, а вот трёх – это перебор. А если всё-таки Виктория – моя тамарис, то я ей физически не смогу отказать ни в чём. Так что мы с вампиром попали по-крупному, если конечно наши дамы в курсе про такую особенность руалов. Ведь ходьба по магазинам – это очень опасное заболевание под названием «Мы ничего брать не будем, просто посмотрим и всё». Симптомы проявляются в беспорядочном примеривании всего, что висит на вешалке и того, что успевают подтаскивать фурии продавщицы. Откуда я знаю про эту болячку? Да у меня сестра ею хронически страдает. Она, если заходит в магазин вместе со мной, то начинается скупка всего подряд, а затем складывание ко мне в шкаф. Потом вещи не носятся, а одеваются они всего лишь раз в примерочной кабинке, так что сейчас я на трясущихся ногах вошёл в портал, поняв, что сейчас счёт моего отца стремительно убавится. Рассчитываемся мы все в Талузиане очень просто: через артефакт, к которому прикладываем тыльную сторону ладони, на которой магически с помощью символов вытатуирован герб рода, так что просто говоришь вслух сумму, на которую ты раскошеливаешься и прикладываешь к артефакту татуировку и, вуаля, ты оплачиваешь покупку.

Мы вышли на площади, где было самое большое скопление зла, это я про магазины, если что. Сперва мы зашли в магазин одежды и тут началось. «Примерьте это …», «примерьте то…», «А это вам к лицу…». «Как вы думаете, подходит ли это платье вашей тамарис?» – «Это не моя тамарис!» – «Ну тогда просто скажите своё мнение» – «Идёт». Или: «А вам какую мантию: красную, синюю, зелёную, или золотую …», а ещё типа такого: «А вы знаете, что сейчас в моде вот эти блузки и носят их вот с этими штанами и юбками …». В общем набор фраз для того, чтобы девушки велись и брали эти тряпки. Как по мне, так все женщины привлекательней без одежды. А когда все прелести обтягивает и скрывает ткань, мужчина просто сходит с ума, гадая, что скрывается под одеждой и как бы добраться до этого подарка. А просто надо развернуть обёртку, и вот ты можешь отведать сладкую конфетку. МММ, сразу же вспомнил, как нашёл Викторию, когда вечером решил немного прогуляться и подышать свежим воздухом. Шёл себе, шёл и тут учуял запах гари, оглядевшись увидел неподалёку зарево и поспешил туда, надеясь, что это не огневики шалят. Выбежав на поляну, которую усеивали разнотравьем и цветами, увидел лежащую в выжженном круге девушку. И тут же потерял разум, и не только я, мой зверь рвал и метал в груди, намекая, что вот она та, что предсказала тебе туриката: «Огонь тамарис тебе принесёт, рогатый в воду её окунёт». Но я преодолел то влечение, что одолевало меня, когда я заворачивал её в свою мантию и брал на руки, чтобы отнести в академию. И вот теперь, когда набрал ей вещей на баснословную сумму, понял, что она моя тамарис.

Потом был обувной магазин, затем магазин канцтоваров и магических предметов для ведьмовского факультета. Все покупки мы оплатили, а также оформили заявку на доставку огромного количества вещей и предметов в академию и отправились в ресторацию покушать, так как Марианна снова намекнула о еде, сказав: «Я голодная, как сто индейцев». Так что схватив её за руку ректор устремился к общепиту, где мы плотно поели, а потом отправились прогуляться и показать девушкам столицу. Но мне было уже в лом ходить, так как ноги гудели и поэтому забрав Марианну и свою Викторию, я наколдовал портал и перенёсся в академию. А ректор вместе с Катрин, которая носилась, как юла решили ещё пройтись и я, подмигнув вампиру, согласился с ним, как и с тем, что надо было сводить девушек в библиотеку и набрать книг, а также выдать им расписание.

Нарки* - мелкие пушистые грызуны вредители (как мыши и крысы).

Глава 10

СЕРДЖЕНАЛ.

Я никогда ещё не испытывал столько счастья от похода по магазинам. Мне приносило неслыханное удовольствие тратить баснословные деньги на мою тамарис и её подругу Марианну. Саптурн мне, правда, потом вернёт всё, что я потрачу на его тамарис. Иваний за Викторию платил, даже не обращая внимание на огромные цифры, что выкрикивал его рот возле артефакта расчёта, ведь его тамарис брала самые дорогие вещи и магические предметы, а я видел, что она это делала специально. Марианна единственная из своих подружек, обращала внимание на такую мелочь, как цены. Хотя её руал будущий князь Талузиана, земли которого богаты на драгоценные металлы и магические камни, так что он может, позволить своей тамарис купить даже маленький остров в Рагдурайновом океане. Так что я не волновался потратить много и знал, что из моего бюджета не убудет. На свою тамарис я специально всю жизнь откладывал деньги и знал, что на неё мне хватит всех накопленных мной средств.

Как только я увидел Катрин, то словно потерял голову. Ну, потащило же меня в тот вечер на прогулку, хотя у меня было полно дел с документами, но что-то тянуло меня выйти и насладиться прохладой вечера. Тянуло меня именно к воде, а точнее к пруду, в котором любят поплавать все русалки и тритоны*, которые обучаются в академии. Сперва я думал, что это смешно выглядит со стороны и такое не каждый день увидишь, как тонет русалка, а потом у меня что-то ёкнуло в груди, когда я заметил, что она пошла ко дну. Тут же, не думая, я скинул мантию и нырнул за ней, прямо в одежде, даже ботфорты не успел снять. Кое-как нашёл её в мутной воде, ведь она всколыхнула весь ил со дна своим хвостом. Вытащив русалку на берег, даже не знал, что делать надо и как оказать ей первую помощь при утоплении. И конечно же, после внутренних уговоров я приступил к искусственной вентиляции лёгких и коснулся её пухлых губ. Она на моё удивление начала страстно целовать мои губы, запустив мне в рот свой язык. Нет, я не хотел терять голову, но не смог удержаться и ответил на поцелуй, а потом ещё руки начал распускать, за что сейчас себя ненавижу.

И вот, гуляя по парку со своей тамарис, я испытывал радость, которую не испытывал уже давно, а точнее с детства. Сравнить это состояние можно с прогулкой босиком по росе ранним утром. Ты идёшь, а твои ноги холодит влажная трава, ласкающая твои пятки, улыбка появляется сама собой на лице и …

– Стой, не ходи туда, – я поздно очнулся и заметил, что моя тамарис зашла на территорию поливалок.

В эту осень в Талузиане совсем нету дождей и поэтому садовники маги придумали выход из положения, чтобы не погибли растения от засухи. Они изобрели магические поливалки и наставили их по всем паркам, за которыми им велено следить. И вот сейчас одна из таких поливалок обильно облила мою тамарис, у которой тут же появился хвост. Она упала прямо в грязь, активно шлёпая им и мешая подойти мне, так как во все стороны летели ошмётки месива из земли и травы. Да плевать мне на это, ведь моя тамарис в опасности, я устремился к ней и, подхватив на руки, вынес из поливочной площади.

Вот сидим мы мокрые и грязные, и вдруг моя тамарис принялась смеяться, а я с непониманием смотрю на неё и взглядом задаю вопрос: «Ты чего?».