Капкан иллюзий

Анне снова стало не по себе. Как только дверь захлопнулась за мужем, она подскочила в кровати и опрометью бросилась к зеркалу. Оттуда на нее смотрела полусонная женщина с темными кругами под глазами. Волосы были в жутком беспорядке — сбились в какую-то ужасную копну, будто ее головой чистили дымоход.

– Какой кошмар… – прошептала Аня, проведя тонкой рукой по лицу. – Краше в гроб кладут…

– Мамулечка, ты самая красивая! – раздался звонкий голос Димки. – Пошли завтракать!

Ане стало стыдно. Со всеми своими переживаниями, она совершенно забыла, что Димке нужно отдельное питание. Доктор, чтобы исключить аллергические реакции, выдал ей список допустимых продуктов.

– Димуль, еды для тебя нет… – виновато вздохнула она. – Пойдем в кафе… Там что-то выберем подходящее.

– Ура!!! – подпрыгнул мальчик и принялся скакать на кровати.

Аня метнулась к нему и схватила на лету.

– Не прыгай! Вдруг опять приступ начнется… Давай потихоньку, малыш! Пойдем умываться и собираться…

Спустя полчаса они вышли из квартиры, спустились на первый этаж и Аня увидела, что вместо Клавдии Семеновны сидит другая женщина, более молодая и суровая.

– Доброе утро! – приветливо поздоровалась Анна. – А когда Клавдия Семеновна работает?

Женщина недовольно глянула поверх очков и буркнула:

– Послезавтра ее смена…

Аня кивнула и вывела Диму из подъезда. Ей не давала покоя мысль о загадочной уборщице по имени Мила. Так оставлять эту проблему Анна не хотела. Какой-то тревожный червячок внутри нее беспокойно крутился и не давал думать о самом главном — о здоровье сына.

– Димуля, мы сегодня с тобой еще раз к доктору сходим, – сказала она, крепко держа его ручку.

– Ну, мама, не хочу… – канючил мальчишка, шагая в сторону кафе.

Он прекрасно слышал, как папа пообещал поход в ресторан и уже мечтал о том, с каким важным видом будет сидеть там вместе с родителями. Ане для этого требовалось привести себя в порядок — муж четко дал указания и ослушаться его она не смогла бы.

Позавтракав в кафе, они заскочили к доктору, взяли направление на очередную порцию анализов и отправились по магазинам. После второго Димке стало нехорошо. Он стал прерывисто дышать, как только они вышли на улицу.

– Так, мой хороший! Бегом домой! Хватит на сегодня походов! – испугалась Аня и поймала первое попавшееся такси.

Дома она брызнула ингалятором в горло ребенку. Это остановило приступ. Ни о чем, кроме сына, Аня больше не могла думать…

– Ну, вы где? – раздался звонок мужа часов в восемь вечера. – Мы же договаривались, что пойдем в ресторан! Я вас тут уже минут десять жду!

Он говорил бодро, чувствовалось, что ему важен этот ужин.

– Игорь, Димке опять было плохо! – ответила ему Аня. – Мы дома…

Муж помолчал несколько секунд, вздохнул и сказал:

– Ясно… Опять все кувырком. Я так надеялся, что мы прекрасно проведем время! Вечно у вас что-то случается… Буду поздно!

Он скинул звонок и Аня замерла. Его фраза «у вас что-то случается» звенела в ее голове как расстроенная гитара — фальш слышалась в каждом звуке.

«Я что не так сказала?! – пульсировало в ее голове. – Разве не важно, что у ребенка проблемы?! Ресторан что, не может подождать?! Он это все за шутки принимает?! Куда хваленая забота подевалась? Самое главное приятно провести вечер? На ребенка вообще наплевать?!»

Она сидела с телефоном в руке, смотрела как сопит во сне Димка и не могла пошевелиться. Ане казалось, что если она сдвинется с места, то увидит то, что так долго скрывала сама от себя: Игорю абсолютно все равно, что происходит внутри семьи — важен только фасад. Благополучный, незыблемый, победоносный. И он, восседающий на самом верху этой башни, в короне, поблескивающей от собственной значимости. Успешный бизнесмен, прекрасный семьянин и заботливый отец…

«Господи, неужели все так на самом деле?! – думала Анна, уставившись в одну точку. – Я не замечала этого много лет! Мне так удобно было в этой башне, что я совершенно ослепла и не заметила кто рядом со мной! Я не хотела верить, что Игорь любит только себя, а мы всего лишь ширма для его жизни… Жена-домохозяйка, довольная жизнью, сын, которого можно предъявить миру, как часть удачной жизни, недвижимость, как подтверждение успеха в карьере… Все это важнее, чем родные люди рядом… И родные ли мы? Димка и я — части его проекта… Не удивлюсь, если мы просто вписаны в статью расходов бюджета, как обслуживание машины…»

Боль от обиды сдавливала ее грудь, рыдания, застрявшие в горле, рвались наружу, но Аня продолжала молчать. Она боялась разбудить сына…

Просидев неподвижно часа два, Анна прилегла на краю детской кроватки, свернувшись калачиком. Ей казалось, что уйди она в спальню, Игорь вызовет ее на разговор. Снова доведет до истерики, а сил скандалить уже не осталось. Аня подумала, что муж снова прав — ей нужны силы, чтобы просто выжить. Она не знала, как она это будет делать, но почувствовала, что внутри нее еще есть на что опереться…

– Что с Димой? – утром, как ни в чем не бывало спросил Игорь.

Он рассматривал жену, как диковинную картину. Аня с каменным выражением лица, готовила омлет. Он терпеть его не мог, но пришлось есть — было интересно, что за игру она задумала. Она не истерила, не задавала вопросов. Просто двигалась по своей траектории, стараясь не пересекаться с ним взглядом.

– Нормально… – коротко бросила она.

– В молчанку надумала играть? – иронично усмехнулся Игорь. – Ну-ну, посмотрим насколько тебя хватит..

Аня никак не отреагировала на его колкость. Ей хотелось, чтобы он поскорее ушел из дома. И пришел, как можно позже…

Так продолжалось пару дней. Игорь решил, что женщины непоследовательны в своей борьбе, а поэтому лучше не суетиться и выждать, когда пар из жены выйдет сам.

«Посмотрим, что ты через неделю запоешь! Революционерка, черт тебя побери! – злился он, проверяя договора на работе. – Возомнила о себе, бог знает что! Права была моя мама, когда говорила мне, что я не той женился! Что за привычка дурацкая мать не слушать?! Ведь такой покладистой Анька была все время! Маскировалась — ясное дело! Конечно, удобно устроилась на все готовое! Муж зарабатывает, сама в полном достатке — сиди себе с ребенком, ничего не делай целыми днями! Еще и уставать стала, претензии какие-то там предъявляет! Охамела вкрай!»

Внутренний голос почему-то вещал с интонациями Станиславы Марковны — так же истерично и безапелляционно. Игорь подумал, что в конце концов он сын своей матери и ничего дурного в этом нет. Надо просто проучить свою зарвавшуюся жену и все снова будет как раньше. Вернее, как ему больше нравится.

Аня тем временем думала иначе. Скорее, она не думала — она действовала.

– Клавдия Семеновна, доброе утро! – спустившись вниз, поприветствовала она консьержку. – Мне надо кое-что у вас уточнить… Вот вы говорили про Милу, женщину, которая ходит к нам убираться? Как мне связаться с ней? Она же точно к нам ходит?

Клавдия Семеновна удивленно посмотрела на Аню сквозь толстые линзы очков.

– Конечно к вам, Анечка! – поспешно подтвердила старушка. – У меня склероза пока нет! Да и записано у меня кто к кому ходит! Просто так я ведь не пропущу — не проходной двор тут у нас!

Легкая обида сквозила в голосе женщины и Аня поняла, что надо немного тоньше.

– Да, я знаю! У вас граница на замке! – улыбнулась она как можно дружелюбнее.

– Вот, сейчас журнал покажу! – засуетилась Клавдия Семеновна. – Сейчас, одну минуту…

Она достала толстую тетрадь и начала листать страницы. Прошерстила один раз, потом другой и уставилась на Аню, изменившись в лице.

– Что такое? Вам не хорошо?

– Нет страницы… – загробным голосом ответила старушка, – кто-то выдрал… Была же, я сама записывала… Вот здесь, на третьей было… А сейчас нету…

Ане стало искренне жаль старушку. Казалось, что взломали банк, где лежали все ее накопления за долгую жизнь.

– Так, вы успокойтесь! Ничего ведь страшного не произошло! Никто не умер, в конце концов — просто исчезла запись… Это не смертельно!

– Да как же не смертельно, Анечка! – взвилась Клавдия Семеновна. – Если так дальше пойдет, то кто мне доверять будет?! Что люди скажут? Проморгала бабка свой пост! Выгнать меня надо и весь разговор!

– Ну, вы уж не нагнетайте так! – улыбнулась Аня ободряюще. – Никто так не скажет! Тут вас все знают и доверяют! Бог с ней, с этой страницей — не ограбление, в самом то деле…

Аня, как могла еще пару минут успокаивала старушку, а потом поднялась в квартиру. Димка еще не проснулся и оставлять его одного было страшно. Приступы повторялись утром уже два дня.

«Так, не получилось… – думала Аня, помешивая кофе. – Ничего, пойдем другим путем! Я не я буду, если не найду эту Милу!»

Она открыла контакты в телефоне и набрала номер своей бывшей подруги Людмилы. Той самой, которую на дух не переносил ее муж за татуировки. Номер не отвечал, вернее он не существовал. Аня очень удивилась, но потом подумала, что за те несколько лет, что она не общалась с Людой, могло произойти все, что угодно. Продолжая звонить по знакомым номерам, до Ани медленно дошло, что у нее совсем не осталось подруг. Как-то так само собой получилось, что все они растворились в пространстве, оставшись в прошлой жизни. Единственная, с кем поддерживала связь Аня, была Алина. Ее Игорь как-то терпел. И то только потому, что муж Алины был ему полезен по работе.

– Алинка, привет! – радостно сказала Аня, как только подруга отозвалась.

– Ой, что-то случилось? – напряглась молодая женщина. – Ты редко звонишь…

– Нет, все в порядке! – успокоила ее Аня. – Мне нужен телефон Люды… Помнишь, у меня такая подруга была. Я вас еще знакомила, лет десять назад. Ты еще говорила, что она для тебя какой-то проект делала…

– А, Людочка! Помню, как же! – отозвалась Алина. – Только там у нее какие-то неприятности были, лет пять назад… То ли с криминалом, то ли с долгами… Точно не скажу, не знаю… Я поищу ее номер, правда не уверена, что он рабочий. Какая-то она странная была, не в себе что-ли. Ну или мне показалось! Скину, если найду…

– Ок, спасибо! Я тогда на связи! – торопливо ответила Аня и отключилась.

Ей не терпелось найти свою давнюю подругу. Почему она была уверена, что надо действовать в этом направлении, было не понятно. Просто чувствовала так и все…

Номер Алина прислала и Анна тут же набрала его. Хриплый женский голос ответил:

– Алло? Говорите…

Аня отшатнулась от трубки — ей показалось, что это не Люда. Голос даже отдаленно не напоминал ничего знакомого.

– Люда? Простите, вы Людмила Шерстнева? – Аня старалась говорить четко и внятно.

Трубка молчала долго, но не отключалась.

– Я была Шерстневой много лет назад.., – наконец ответила женщина, – теперь у меня другая фамилия… Вы кто и что вам нужно?

– Я Аня, твоя подруга! – выпалила Анна. – Вспомни меня! Мы дружили с тобой еще с детства! Вспомни, на Комсомольской жили! Ты в третьем доме, я в пятом!

Трубка недовольно закрехтела:

– И чего ты хочешь, Аня с Комсомольской?

– Мы можем встретиться? – осторожно предложила Аня. – Буквально пять минут… Мне очень надо!

Людмила соображала медленно, словно была не в себе. Аня ждала, будто от ее согласия зависела вся ее дальнейшая жизнь.

– Приеду… – нехотя согласилась Людмила и отключилась.

Аня осталась стоять с трубкой в полном недоумении.

«Куда приеду? – вертелось в ее голове. – То есть она знает, куда ехать? Я была права и Мила это та самая Люда? Но как?! Каким образом Игорь нашел ее и заставил убираться в нашей квартире?! Что-то тут нечисто… В голове не укладывается весь этот бред!»

Людмила явилась в этот же день. Когда она позвонила в квартиру, Аню уже потряхивало. Распахнув дверь, она слегка обалдела: перед ней стояла та самая Людочка, но на тридцать килограммов худее.

– Ты постройнела… – только и смогла произнести Аня.

Ее бывшая подруга криво усмехнулась щербатым ртом и по-хозяйски вошла в квартиру. Он двигалась уверенно, словно давно освоила эту территорию.

– Зачем я тебе понадобилась? – спросила Люда, присев на кухонный стул.

Аня замялась. Когда она представляла этот разговор, все было просто — она спрашивает, Люда отвечает. Но сейчас, когда она увидела как изменилась ее бывшая подруга, язык словно прилип к небу. Аня настолько растерялась, что не знала с чего начать.

– Про мужа своего хочешь узнать? – неожиданно в лоб спросила Людмила.

Аня почувствовала, как немеют ее ноги и опустилась на стул.

– Да… – выдохнула она, глядя прямо в глаза Людмиле.

– Денег я у него попросила, – начала подруга, – кризис у меня случился… Он, благодетель, не отказал. Но велел квартиру эту убирать. Так, чтобы все было стерильно. С платочком проверял, с беленьким… Если что-то находил, то я убиралась заново. Терапией называл… Мол, на пользу мне это.

Аня представила эту картину и ей стало тошно.

– А что с тобой случилось? Почему ты мне не позвонила? – спросила она тихо.

– Тебе?! – расхохоталась Людмила. – Ты же нас всех бортанула, когда замуж за него вышла! Кто мы тебе? Так, ненужные воспоминания из прошлого! Ты и сейчас меня нашла, потому что надо что-то! Не соскучилась же ты по мне в самом деле…

Аня понимала, что Люда права — она вышла замуж и ее плавно подвели ее к тому, что прежнюю жизнь надо забыть, как лишний элемент. Игорь убедил ее, что все самое лучшее у нее есть с ним, а остальное не имеет значения. Она свято верила в это, ей было так удобнее…

– У тебя что-то было с моим мужем? – решилась Аня на самое больное.

Мила ухмыльнулась:

– Догадалась? Ну, было… Достал он со своею надменностью! Меня как будто черти разжигали, хотелось посмотреть что он в койке из себя представляет… Оказалось, что ничего особенного! Обычный набор дерьма с короной сверху… Так что, можешь не трепыхаться в эту сторону — Игорек твой так себе любовник. Мне лично не подходит!

Она нагло рассмеялась в лицо Анне, видя ее отвращение.

– Что, не нравится с трона падать? Понимаю, больно… Вот и покувыркайся, детка! И муженек твой пусть дерьма поест — ты же ему теперь такую счастливую жизнь устроишь, что чертям тошно будет!

Мила хотела что-то еще добавить, но Аня резко подскочила на стуле и ей стало не по себе.

– Пойду я из вашего клоповника! Твари вы — что ты, что твой муж! – сказала гостья.

Она с опаской наблюдала, понимая что ляпнула лишнего. Язык вообще был ее врагом, но жизнь ничему так и научила.

Аня стояла, как вкопанная, когда дверь за Милой захлопнулась. Ей казалось, что только что ее изваляли в грязи и, как с этим жить она плохо представляла. Почему-то выяснять отношения с мужем ей не хотелось. Она прекрасно знала все, что он ей скажет. Разумеется во всем будет виновата Мила — несчастное существо с какой-то личной жизненной драмой. В том, что она у нее была, Аня не сомневалась.

«Нормальный человек не опустится до такой низости, – текли мысли в ее голове. – Такое ощущение, что она на самом дне оказалась… Дальше некуда… Игорь, что же ты наделал? Неужели ты опустился еще ниже, чем это несчастное существо? Успешный человек и тут такое… Кем надо быть, чтобы воспользоваться несчастьем другого? Или на самом деле это твой уровень?»

Аня вдруг увидела себя со стороны. Она не жалела себя, не ревновала мужа, не корчилась от боли, узнав об измене — она просто наблюдала за собой.

– Мне все равно… – с удивлением сказала она вслух тихо, словно поймала инсайт. – Надо просто решить, что будет дальше… Сейчас важно уехать, далеко, чтобы он не нашел нас… Иначе он опять заморочит мне голову! К маме нельзя — Игорь тут же найдет меня… А мне нужно время, мне очень нужно время! И место, где можно все разложить по полочкам…

Следующие две недели Анна готовила побег. Она сняла деньги со счета, о котором Игорь не догадывался, собрала вещи Димки, взяла все выписки у доктора, купила необходимые лекарства — все это она делала так, чтобы муж ничего не заподозрил. Она улыбалась, была милой и послушной женой. Все, как любил ее муж. Аня прекрасно понимала, что просто так он их не отпустит. Не потому, что любит жену и сына, а потому что рухнет фасад его жизни — прекрасно отполированная картинка успешного успеха. Этого Игорь позволить не мог даже себе, не говоря о том, что кто-то посмеет разрушить то, что он создавал годами…

– Что происходит?! – он не мог понять, мечась по пустой квартире. – Куда они подевались?!

Когда он вернулся домой, так и не доехав до работы, чтобы забрать документы, то обнаружил ужасную картину: пустые полки в детской комнате безмолвно смотрели на него с укоризной. Они словно спрашивали насколько он глуп. Тишина, повисшая густым туманом в квартире, была невыносимой. Игорю казалось, что его барабанные перепонки сейчас лопнут от вакуума. Он достал телефон трясущимися руками и набрал номер жены. Знакомый рингтон пропищал на кухне. Трубка жены сиротливо лежала на столе, прикрытая запиской.