Танцы на костях

Раздался звон колокольчика от открывающейся двери, на которую я невольно взглянул. Это был тот самый засаленный халат, приходивший утром. Он скромно проник вглубь зала и быстро растворился в нём среди скелетов. В этот момент я столкнулся взглядами со скелетом в шляпе, который не переставал за мной следить. Я застыл, вглядываясь в его пустые глазницы, ожидая, когда он наконец перестанет пялиться. Наша зрительная баталия длилась вечность, вопрос был один: кто первый отведёт взгляд? Окружение перестало для меня существовать, а стойкий, стоявший ранее шум стих. С каждой секундой я чувствовал подступающую тревогу, что не свойственно мне, отчего становилось ещё тревожнее. Его бездушный череп, выглядывающий из тени, которую откидывала его шляпа, будто высасывал из меня что-то человеческое. Это зрительное противостояние я проиграл, но вынужденно, поскольку меня отвлёк от него халат, сделавший свой заказ.

— Эй, бармен! Разлей-ка мне водки в графин, двести миллилитров! — воскликнул уже поддатый мужчина в халате, размахивая смятыми купюрами. — Ты был прав, у вас тут вечером весело!

Я отвлёкся от шляпы, достал графин из морозилки. Налил требуемый объём водки и отдал клиенту, который с утра так и не успел протрезветь или хотя бы сменить свой «имидж». Прежнее подавленное настроение халата сменилось каким-то нездоровым весельем. Интересно, это бар имеет такое влияние?

— Премного благодарен, мужик, — халат наигранно поклонился, взял графин с рюмкой и в пьяном танце направился в толпу скелетов, в которой вновь растворился.

Только я взял в руки бланш, который так и не успел должным образом протереть, как со стороны шляпы раздалось:

— Это… Бармен, просьба есть… — холодно прозвучало почти шёпотом из его костлявой челюсти.

— Какая? — непринуждённо вопросил я, откладывая бланш в сторону.

В какой-то степени я даже немного выдохнул от того, что, наконец, это давящее молчание и пристальный взгляд закончатся раньше, чем моя смена. На пару секунд за барной стойкой повисла тишина, ожидавшая, что выдаст шляпа.

— Смешай мне такого пойла, чтобы МЕНЯ УБИЛО! — произнёс скелет, выделяя именно конец своей реплики.

Я взглянул на шляпу, думая, что мне послышалось.

— Ахахахаха! — искренне рассмеялся я с присущей мне в такие моменты жадностью. — Хахахахахахах…

Вероятно, в моём смехе виновен и тот факт, что я действительно отпустил ситуацию, которая так сильно мешала мне сосредоточиться. Я больше не чувствовал дискомфорта.

— Ты, видно, шутишь! — хлопнул я ладонью по столу, отчётливо произнеся. — Посмотри на себя, ты ведь и без того… труп…

Шляпа многозначительно взглянул на своё отражение в стоявшей рядом бутылке пива. Так он провёл ещё несколько секунд, вдумчиво всматриваясь в своё костлявое отражение.

— И правда, труп! — скелет резко развёл руками, будто внезапно об этом вспомнил.

— Не смешно… Мне тебе нечего предложить по твоей просьбе, — сказал я, взяв вновь злополучный бланш, чтобы наконец его протереть.

— Ну и не смейся, раз не смешно, — ровно сказал скелет, отведя взгляд на полки с бутылками алкоголя. Он явно пытался найти что-то подходящее.

Мне пришла в голову глупая, но забавная идея.

— Хотя… — протянул я, взглянув на поллитровый стакан, куда я сливаю излишки от коктейлей. — Думаю, не совсем то, что тебе нужно, но тоже сгодится.

У меня появилась небольшая улыбка на лице от комичности ситуации и того, что я намереваюсь ему предложить. В процессе работы при высокой загрузке возникают случаи, когда бармен (даже самый профессиональный) переливает по мерникам — остаются излишки, которые могут не поместиться в бокал с коктейлем. Эти излишки не всегда удобно выливать в раковину, поэтому я неподалёку держу поллитровый хайбол, куда отливаю лишнее: излишнюю пенку от пива, газировку, крепкий алкоголь, иногда даже кофе. Содержимое не является мусором, а стакан помойкой в прямом смысле. За насыщенный вечер, каким был сегодня, собирается почти полный стакан, состоящий из всего, что есть на баре. Содержимое я перелил в шейкер, немного сболтал, разлил в коллинз, а сверху аккуратно положил мяту и зонтик для украшения. Всё это время на моём лице стояла небольшая шкодливая улыбочка.

— Попробуй ЭТО. Что там намешано — одному только чёрту известно, — я поставил перед шляпой стакан, наполненный тёмно-красной смесью, ожидая его реакции. — За счёт заведения!

— То, что надо! — воскликнул скелет и тут же влил в себя этот «коктейль».

Я даже немного был разочарован тем, как быстро и непринуждённо он выпил его. Тут же я опомнился, наблюдая, как содержимое стакана проливается по его челюсти вниз на ключицы, затем на рёбра и вглубь рубашки, в которую он был одет. Он чисто физически не может ощутить вкуса… Скелет в шляпе перебирал челюстью, словно смаковал вкус «коктейля».

— Это чертовски вкусно! Лучшее, что я пил за последние годы! — встрепенулся с почти живым энтузиазмом скелет в заляпанной изнутри «коктейлем» рубашке. — Что это за коктейль, как называется?

Можно подумать, что эта ядовитая смесь несочетающегося между собой содержимого обладает настолько резким вкусом, что даже безжизненный скелет смог хоть немного его ощутить, но я сильно сомневаюсь.

— Нет у этой бурды названия, — отрезал я.

— Хм… Тогда я дам ему название, — задумчиво прикинул шляпа. — Как насчёт «Ядовитая мята»? Не то… «Красная смерть» — банально. «Кровавая Тэри» — уже что-то похожее было. О! Придумал: «Танцы на костях». Как тебе?

— Чушь. Эта бурда никогда не попадёт в меню, — устало, с небольшим высокомерием произнёс я, потеряв всякий интерес к диалогу. — Почему бы вам этот вопрос не обсудить с такими же, как вы?.. В смысле, с такими, как и вы, которые пришли сюда «развлечься»…

Я ожидал очередной «слезливой» истории о том, как жизнь несправедлива, от шляпы, но он не спешил плакаться.

— С таким взглядом тебе не найти себе место в этом мире. Ты обречён на одиночество… — холодно и пронзительно прозвучало от скелета, который мгновение назад дурачился, подбирая название для «коктейля». — Ты ведь понимаешь это?.. Или нет?

Я обомлел.

— Взгляд?.. Если позволите некоторую грубость, вы лучше побеспокойтесь о своём положении! — раздражённо произнёс я, пока шляпа пронзительно смотрел мне в глаза.

— А что моё положение? Зря ты думаешь, что ты что-то знаешь о моём положении, — произнёс скелет. — Ты про своё-то положение не знаешь, а заикаешься о моём… Можешь продолжать думать, что ты чем-то лучше других.

— Я лучш… В смысле, я просто другой. Это даже абсурдно — ставить меня рядом со средним местным постоянным клиентом и сравнивать. Достаточно хотя бы просто взглянуть, — я начал невольно нервничать.

Сложно было бы представить, что у меня состоится диалог такого качества в месте, где я работаю. Я заметил, как разговор невольно и неожиданно зашёл обо мне лично.

— Ты обречён быть одиноким, хоть пока ты этого не понимаешь, — несколько тоскливо повторил шляпа. — Я вижу, как ты сверху вниз смотришь на окружающих. Выпячивай грудь или сутулься — это не поможет скрыть твою неуверенность и смятение.

— Хах, будь это даже так, лучше одиночество, чем такое общество таких… — с усмешкой сказал я, как меня прервали…

— Пётр, здравствуй, как смена? — осторожно прозвучал голос Нинель из-за спины.

Я обернулся и увидел свою сменщицу. Раз она здесь, значит, время уже полночь. Как быстро пролетело время.

— Привет, я немного заметался, сейчас передам тебе смену, — сказал я невысокой девушке с тёмными волосами, убранными в пучок. — Будь аккуратнее с этим странным персонажем в шляпе.

Я указал на место, где сидел скелет, но его там не оказалось — он просто магически растворился. Хотя чтобы я потерял его из виду, ему достаточно снять шляпу. Это была единственная вещь, по которой можно было бы внешне его отличить от толпы других скелетов.

— Впрочем, ладно, видимо, он ушёл, — промолвил я, рассматривая зал. — Он действительно странный, ты его узнаешь по шляпе на черепе.

Нинель кивнула. Я передал ей смену, указал, что я успел сделать и что ещё надо сделать по бару. Пожелал удачной ночной смены и направился уставший домой.

На пути домой я вспомнил, что злополучный бланш так и остался стоять на стойке не протёртым до конца. Меня это расстраивало. Я крутил в голове слова шляпы, и мне не верилось, что я так легко потерял контроль. В голову лезли мысли только о том, как следовало правильнее провести этот разговор и стоило ли было вообще вести этот разговор с живым трупом?

«Обречён на одиночество»… Он был бы прав, не будь этот выбор мной осознанным. В этом районе я не задержусь надолго, да и здесь специфический контингент. Размышляя о том, вредит ли мне одиночество или нет, я так и не смог дать однозначный ответ. Знакомства, друзья, близкие — это обременение, взваливание на себя чужой ноши. Зная себя, помощь в решении своих проблем я не приму. Ибо кто лучше меня может решить мои проблемы? Остальные же куда более зависимы от окружающих. Всё это время я отлично со всем справлялся самостоятельно, зачем мне что-то менять? Однако же… Что-то со мной явно не так, раз я пишу эти отчёты. Тогда я уже задаюсь новым вопросом: был ли этот выбор осознанным? В рамках эксперимента, быть может, всё же стоит попробовать найти себе достойного, приятного собеседника? Хотя бы на то время, пока я здесь живу… Дорога до дома и мои мысли порождали всё же больше вопросов, чем решений.

По приходу домой я налил себе бокал красного вина и наконец дописываю свой первый полноценный отчёт. День выдался необычно насыщенным, но я уже начинаю засыпать…