Единственный человек

Боковое стекло автобуса покрылось паутиной трещин.

Еще один удар.

Еще.

Еще.

Хантер поднял голову.

Времени больше не осталось.

Он снова посмотрел на девушку.

Она не могла идти.

Он видел это так же ясно, как видел сломанную лапу у зверя.

Ноги не слушались.

Дыхание сбивалось.

Запах страха заглушал все остальное.

Она не уйдет.

Не сможет.

— Ох...

Кажется, я понял, что ты сейчас задумал.

Нет.

Нет-нет-нет.

Она же этого вообще не поймет.

Хантер поднялся.

Сделал шаг.

Потом второй.

Ирини сжалась еще сильнее.

Закрыла лицо руками.

— Не надо...

Пожалуйста...

Не надо...

Он осторожно коснулся ее запястий.

Очень медленно отвел руки от лица.

Не грубо.

Будто боялся сделать больно.

Потом подсунул одну руку ей под колени.

Другую — под спину.

И легко поднял на руки.

Ирини вскрикнула.

Начала вырываться.

Бить его кулаками в грудь.

Пыталась освободиться.

Хантер лишь крепче прижал ее к себе, чтобы она не упала.

Он искренне не понимал, почему она сопротивляется.

Он нес человека в безопасное место.

Разве человек не должен хотеть жить?

— Отпусти!

Пожалуйста!

Отпусти!

Я человек!

Я человек!

Хантер посмотрел ей в глаза.

И очень спокойно ответил:

— Знаю.

После чего поднял с пола топор свободной рукой.

За дверью уже раздавался скрежет.

Пора было уходить.

Глава 5

Беги

— Отпусти!

Ирини изо всех сил ударила его кулаком в грудь.

Потом еще раз.

Еще.

Хантер даже не посмотрел на нее.

Он смотрел в окно.

Туда, где по улице уже двигались зараженные.

Первый ударился о дверь автобуса.

БУМ.

Второй врезался в бок.

Стекло жалобно затрещало.

Из разбитого окна просунулась серая рука.

Потом вторая.

Следом показалась голова.

Рот открывался и закрывался с отвратительным хрипом.

— Вот теперь начинается самое веселье...

Честно говоря...

Я бы предпочел, чтобы оно закончилось.

Хантер резко опустил Ирини на ближайшее сиденье.

Она тут же попыталась отползти.

Он уже не обращал на нее внимания.

Топор оказался в руках раньше, чем зараженный успел пролезть внутрь.

Удар.

Тело исчезло из окна.

Следующий.

Еще удар.

Еще один.

Стекло окончательно осыпалось.

Осколки посыпались на пол автобуса.

— Их много...

Очень много...

Сказал он почти шепотом.

Будто самому себе.

Он снова вдохнул.

Двенадцать.

Нет...

Четырнадцать.

Дальше считать было бессмысленно.

Они шли со всех сторон.

На шум.

На кровь.

Ирини воспользовалась моментом.

Пока Хантер отбивался от зараженных, она бросилась к передней двери автобуса.

Руки дрожали.

Пальцы соскальзывали с поручня.

Она дернула ручку.

Заклинило.

Еще раз.

Никак.

— Откройся...

Откройся...

Пожалуйста...

За спиной раздался очередной удар.

Потом хруст.

Потом глухое падение.

Она не обернулась.

Не хотела видеть.

Вообще ничего не хотела видеть.

В следующую секунду рядом оказался Хантер.

Одним движением оттолкнул ее в сторону.

Ударил ногой по двери.

Металл жалобно застонал.

Со второго удара дверь распахнулась наружу.

Свежий воздух.

Лес.

И...

Десятки зараженных.

Ирини застыла.

Они были повсюду.

Между машинами.

Во дворах.

На дороге.

Некоторые уже повернули головы в их сторону.

— Нет...

Нет...

Нет...

Она попятилась обратно в автобус.

Хантер понял.

Выход только один.

Он присел перед ней.

Схватил за запястье.

Не сильно.

Но крепко.

— Беги.

Она выдернула руку.

— Не трогай меня!

— Беги.

— Отпусти!

— Беги.

Третьего слова он придумать не смог.

— Дружище...

Она тебя вообще не слушает.

Попробуй объяснить.

Хотя...

Ты же не умеешь.

За спиной уже раздался хрип совсем близко.

Один зараженный почти добрался до ступенек автобуса.

Второй цеплялся за поручень.

Третий лез через окно.

Времени больше не осталось.

Совсем.

Хантер молча шагнул вперед.

Подхватил Ирини на руки.

Она вскрикнула.

Снова начала вырываться.

Бить его.

Царапать.

Он лишь крепче прижал ее к себе.

Не потому, что хотел удержать.

Потому что боялся уронить.

— Отпусти!

Я сама!

Я сама побегу!

Он посмотрел ей прямо в глаза.

Будто пытался понять смысл этих слов.

Потом коротко ответил:

— Нет.

И выпрыгнул из автобуса.

Я...

Честно говоря...

На его месте сначала придумал бы план.

Посмотрел карту.

Прикинул маршруты.

Собрал припасы.

Но нет.

У этого человека был другой план.

Бежать.

Он несся между машинами так быстро, что Ирини перестала сопротивляться.

Не потому что доверилась.

Потому что стало страшно смотреть по сторонам.

Зараженные тянули к ним руки.

Хрипели.

Некоторые были совсем рядом.

Хантер постоянно менял направление.

То перепрыгивал через забор.

То пролезал между кустами.

То резко сворачивал в чужой двор.

Будто заранее знал каждую возможную ловушку.

— Справа.

Очень тихо произнес он.

Через секунду из-за гаража действительно вывалился зараженный.

Хантер даже не посмотрел.

Просто изменил направление.

— Слева.

Еще один.

Снова поворот.

Он будто чувствовал их раньше, чем видел.

Впереди показался двухэтажный дом.

Открытая калитка.

Закрытые окна.

Тишина.

Хантер ускорился.

Одним ударом плеча распахнул входную дверь.

Влетел внутрь.

Ногой захлопнул дверь.

Повернул замок.

Потом еще один.

И только тогда...

Очень осторожно поставил Ирини на пол.

Снаружи почти сразу раздался первый удар в дверь.

БУМ.

Хантер медленно поднял голову.

Прислушался.

И впервые за все это время...

Выдохнул.

Глава 6

Тишина

Есть одна удивительная вещь.

Когда очень долго бежишь от смерти...

Начинаешь ценить тишину.

Даже если она длится всего несколько секунд.

Особенно если за дверью продолжают ломиться те, кто очень хочет эту тишину закончить.

БУМ.

Кто-то снова ударился о входную дверь.

Дом дрогнул.

С потолка медленно посыпалась пыль.

Я очень надеялся, что это был последний удар.

Жизнь, как обычно, моими надеждами не интересовалась.

Хантер стоял, не двигаясь.

Голова слегка наклонена.

Глаза закрыты.

Он слушал.

Не ушами.

Всем телом.

Дыхание.

Скрип досок.

Ветер за окном.

Шорох листвы.

Хрип.

Еще один.

Потом...

Тишина.

— Ушли?

Спросил я.

Конечно же он не ответил.

Иногда мне кажется, что он специально меня игнорирует.

Хотя...

Он ведь вообще не знает, что я существую.

Обидно.

Ирини сидела на полу возле стены.

Колени прижаты к груди.

Пальцы побелели от напряжения.

Она не сводила глаз с Хантера.

Стоило ему сделать хоть одно движение — она вздрагивала.

Он это замечал.

Но не понимал.

Почему?

Он же спас ее.

По крайней мере, так считал он.

Хантер медленно снял рюкзак.

Достал небольшой сверток.

Кусок ткани.

Моток веревки.

Кремень.

Жестяную коробочку.

Небольшой точильный камень.

Очень старый нож.

Каждая вещь лежала на своем месте.

Аккуратно.

Будто рюкзак собирал не тот самый человек, который несколько минут назад прорубался через толпу зараженных.

Он молча сложил вещи обратно.

Поставил рюкзак рядом со стеной.

Топор положил возле двери.

Чтобы до него можно было дотянуться одним движением.

Ирини украдкой наблюдала за каждым его действием.

Он не нервничал.

Не суетился.

Не ходил по комнате.

Все движения были короткими.

Точными.

Как будто он уже сотни раз находил подобные убежища.

От этого становилось только страшнее.

Хантер сел на пол.

Не рядом.

Напротив.

Оставив между ними почти всю комнату.

И замер.

Не пытался заговорить.

Не приближался.

Не смотрел на нее.

Просто ждал.

Минуту.

Пять.

Десять.

Я уже начал думать, что вы оба решили сыграть со мной в молчанку.

Не самая веселая игра, между прочим.

Ирини не выдержала первой.

— Кто...

Ты такой?

Хантер посмотрел на нее.

Долго молчал.

Потом спокойно ответил:

— Хантер.

Она устало покачала головой.

— Нет...

Я не про имя.

Кто ты?

Он снова задумался.

Так долго, что я уже успел придумать за него три разных ответа.

«Охотник.»

«Лесник.»

«Псих.»

Но он сказал совсем другое.

— Не знаю.

Я даже растерялся.

Очень честный ответ.

Наверное, самый честный, который вообще можно дать.

Ирини нахмурилась.

Она пыталась понять, издевается он или говорит всерьез.

По его лицу невозможно было прочитать вообще ничего.

Будто эмоции существовали где-то отдельно от него.