Миллион за молчание. Первая Книга

— Возможно.

— Или...

Она замолчала. Максим посмотрел на неё.

— Что?

— Он не умер.

В комнате стало тихо. Максим отвернулся.

— Нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я был на его похоронах.

— Ты видел тело?

Максим ничего не ответил. Елена сразу поняла.

— Ты не видел?

— Нет.

Она почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Почему?

— Тело было сильно повреждено.

— Что произошло?

— Авария.

— Где?

— На загородной трассе.

— Когда?

— Пять лет назад.

— И тебе показали документы?

— Конечно.

— Свидетельство о смерти?

— Да.

— А кто его опознал?

Максим посмотрел на неё.

— Моя мать.

Елена медленно села на край кровати.

— Значит, единственный человек, который подтвердил, что это был твой отец, — Виктория?

Максим не ответил.

— Максим...

— Да.

Елена закрыла глаза. Всё начинало складываться в какую-то невозможную картину:

Алексей погиб три года назад. Официально — несчастный случай.

Отец умер пять лет назад. Официально — авария.

Теперь два миллиона появились на её счёте:

Первый — после смерти неизвестного мужчины.

Второй — от человека, который умер пять лет назад.

И оба платежа были связаны с семьёй Орловых.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Да.

— Что?

Максим посмотрел на неё.

— Кто-то хочет, чтобы ты думала, будто мой отец жив.

— А если он действительно жив?

— Тогда пять лет назад мы похоронили другого человека.

Елена почувствовала неприятный холод.

— Почему твой отец вообще мог перевести мне деньги?

— Не знаю.

— А если он оставил инструкции?

Максим задумался.

— У него были счета, о которых никто не знал.

— Даже ты?

— Даже я.

— Тогда он мог оставить доступ кому-то.

— Мог.

— Кому?

Максим посмотрел на неё.

— Человеку, которому доверял.

— Кто это?

Он замолчал.

— Максим?

— Я не знаю.

— Ты что-то скрываешь.

— Да.

— Что?

Максим долго молчал. Затем сказал:

— Перед смертью отец оставил мне письмо.

Елена подняла глаза.

— Какое письмо?

— Он написал его за несколько дней до аварии.

— Что там было?

— Только одна фраза.

— Какая?

Максим посмотрел на неё.

— «Если однажды появится девушка с именем Елена, не позволяй ей узнать правду».

Елена застыла.

— Что?

Максим понял, что сказал лишнее.

— Забудь.

— Нет.

Елена встала.

— Ты только что сказал моё имя.

— Я знаю.

— В письме твоего отца было моё имя?

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Там было написано имя Елена.

— Моё имя.

— Да.

Елена почувствовала, как земля будто исчезает из-под ног.

— Но он умер пять лет назад.

— Именно.

Максим отошёл к окну.

— Я думал, это бессмысленная фраза.

— До встречи со мной?

— Да.

— И когда увидел меня...

— Я понял, что письмо было о тебе.

— Тогда почему ты взял меня в этот дом?

Максим молчал.

— Почему?

— Потому что хотел понять, кто ты.

— Использовал меня?

— Да.

Прямота ответа ударила сильнее, чем оправдание. Елена отвернулась.

— Значит, я для тебя тоже была частью расследования.

— Сначала.

— А потом?

Максим посмотрел на неё.

— Потом всё изменилось.

Елена вспомнила их поцелуй. Отвела взгляд.

— Не надо.

— Что?

— Не делай вид, что между нами что-то есть.

— Я не делаю вид.

Она посмотрела на него. И на секунду оба замолчали.

Телефон снова завибрировал. Елена вздрогнула. Новое уведомление. На этот раз не сообщение: «Вам доступно новое банковское сообщение».

Она открыла. Внутри находилась дополнительная информация о втором переводе. Источник средств: личный счёт Александра Орлова. Но ниже появилась ещё одна строка. Комментарий к платежу: «Для Елены».

Елена посмотрела на Максима.

— Он написал моё имя.

Максим подошёл. Прочитал. Его лицо стало жёстким.

— Значит, перевод предназначался именно тебе.

— Но почему?

— Не знаю.

— Тогда надо найти ответ.

— Да.

— Где?

Максим задумался.

— В старых документах отца.

— Они сохранились?

— Часть.

— Где?

— В его кабинете.

Елена посмотрела на него.

— Ты сказал, что туда никто не входит.

— Именно.

— Тогда идём.

Максим покачал головой.

— Сейчас нельзя.

— Почему?

— Потому что кабинет закрыт.

— Ты можешь открыть.

— Не могу.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что ключ исчез после смерти отца.

Через час Елена сидела в библиотеке. Перед ней лежали старые бумаги. Максим принёс несколько папок. Они молча искали документы. Завещания. Банковские бумаги. Старые договора. Письма. Фотографии.

В одной папке Елена нашла список банковских счетов. Напротив имени Александра Орлова стояли несколько номеров. Один был закрыт. Второй передан наследникам. Третий...

Елена замерла. Статус: активен.

Она посмотрела на дату последней операции. Сегодня. Её сердце забилось сильнее.

— Максим.

Он подошёл.

— Что?

Она показала экран. Он прочитал. Несколько секунд не говорил ничего.

— Это невозможно.

— Ты уже говорил.

— Этот счёт был закрыт.

— Банк считает иначе.

Максим взял телефон.

— Я должен позвонить.

— Кому?

— В банк.

Он набрал номер. Разговор продолжался несколько минут. Елена слышала только отдельные фразы.

— Да.

— Александр Орлов.

— Пять лет назад.

— Нет, это невозможно.

— Я понимаю.

— Кто является владельцем?

Максим вдруг замолчал. Елена внимательно посмотрела на него.

— Что?

Он отключился.

— Что они сказали?

Максим медленно положил телефон.

— Банк подтвердил, что счёт активен.

— И?

— Владелец не менялся.

— То есть?

Он посмотрел на неё.

— По банковским документам мой отец считается живым.

Елена почувствовала, как холодеют руки. Они долго молчали. Затем Максим спросил:

— Ты уверена, что хочешь продолжать?

Елена посмотрела на него.

— После всего этого?

— Именно поэтому.

Она кивнула.

— Да.

Максим хотел что-то сказать, но в этот момент телефон Елены снова завибрировал. Она посмотрела на экран. Новое сообщение. Не текст. Входящее голосовое сообщение. Отправитель: Александр Орлов.

Елена застыла.

— Это невозможно...

Максим подошёл ближе.

— Не открывай.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, что там.

— Поэтому я и хочу услышать.

— Елена...

Она нажала кнопку воспроизведения. Несколько секунд слышалось только шипение. Затем раздался мужской голос. Старый. Спокойный. Немного хриплый. Но совершенно отчётливый.

— Елена...

Она закрыла рот рукой. Максим побледнел. Голос продолжил:

— Если ты слышишь это сообщение, значит, первый миллион уже у тебя.

Пауза.

Затем мужчина произнёс:

— А второй должен был заставить тебя понять, что мне нельзя было доверять никому.

Елена посмотрела на Максима. Он стоял неподвижно. Голос продолжил:

— Максим не знает всей правды.

Елена замерла.

— Но он должен был догадаться.

Несколько секунд тишины. Потом Александр сказал:

— Елена, если ты сейчас находишься в доме Орловых, значит, всё пошло не по плану.

Запись прервалась. На экране появилось: «Голосовое сообщение окончено».

Елена медленно подняла глаза.

— Это действительно твой отец?

Максим не ответил. Он смотрел на телефон. И впервые за всё время Елена увидела в его глазах настоящий ужас.

— Максим?

Он прошептал:

— Я знаю этот голос.

— Тогда он жив?

Максим покачал головой.

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

Он посмотрел на неё.

— Потому что этот голос записан пять лет назад.

Елена нахмурилась.

— Что?

Максим медленно продолжил:

— Перед самой его смертью отец записал несколько сообщений.

— Тогда откуда он знал про меня?

Максим ничего не ответил. Телефон снова завибрировал. Новое сообщение. На этот раз текст: «Не верь записи. Она неполная».

Елена посмотрела на Максима. А затем на экран. И поняла: кто-то не просто наблюдал за ней. Кто-то заранее знал, что она услышит голос мёртвого человека.

Глава 10. Голос мертвеца

В библиотеке было тихо. Слишком тихо. За высокими окнами шел дождь. Капли медленно стекали по стеклу, превращая огни сада в размытые пятна.

Елена продолжала смотреть на экран телефона. Голосовое сообщение закончилось несколько секунд назад. Но ей казалось, что голос всё ещё звучит в комнате: «Если ты сейчас находишься в доме Орловых, значит, всё пошло не по плану».

Она подняла глаза на Максима. Он стоял возле книжного шкафа. Бледный. Совершенно неподвижный.

— Это твой отец? — спросила Елена.

Максим не ответил.

— Максим.

— Да.

— Ты узнал голос?

Он медленно кивнул.

— Это Александр.

Елена почувствовала холод.

— Но ты сказал, что он умер пять лет назад.

— Он умер.

— Тогда почему он говорит со мной?

Максим подошёл к столу.

— Потому что это старая запись.

— На которой он говорит обо мне.

— Я не знаю.

— Ты сам сказал, что знаешь этот голос.

— Я знаю голос. Но не знаю, когда была сделана запись.

Елена снова включила сообщение. На этот раз громче. Шипение. Пауза. Мужской голос. Спокойный. Низкий.

— Елена...

Она остановила запись.

— Ты слышал?

— Да.

— Он назвал меня по имени.

— Я слышал.

— Откуда он мог знать моё имя пять лет назад?

Максим молчал. Елена внимательно посмотрела на него.

— Вот именно.

Она снова нажала воспроизведение. Голос продолжил:

— Если ты слышишь мой голос, значит, я ошибся.

Пауза.

— Никому не доверяй.

Елена почувствовала, как напряглись пальцы. Затем прозвучали слова:

— Особенно моему сыну.

Запись оборвалась. Несколько секунд никто не говорил. Елена медленно положила телефон на стол.

— Он сказал это.

— Да.

— Он сказал не доверять тебе.

— Да.

— Почему?

Максим смотрел на телефон.

— Потому что это подделка.

Елена резко подняла голову.

— Подделка?

— Да.

— Ты только что признал, что голос принадлежит твоему отцу.

— Голос может быть настоящим.

— А слова?

— Слова могли быть смонтированы.

Елена нахмурилась.

— Объясни.

Максим взял телефон.

— Отец много лет записывал голосовые заметки.

— И?

— Он часто говорил отдельными фразами.

— Ты хочешь сказать, что кто-то собрал из них новое сообщение?

— Именно.

— Но он произносит моё имя.

— Это и есть проблема.

Максим положил телефон на стол.

— Отец был очень осторожным человеком. Он никогда не записывал важные вещи одним сообщением.

— Почему?

— Он не доверял телефонам.

— Тогда как ты знаешь, что он говорил?

— Я находил его записи.

— Где?

— В старом компьютере.

— Он сохранился?

— Нет.

— Почему?

Максим посмотрел в сторону.

— После его смерти компьютер исчез.

Елена почувствовала тревогу.

— Кто его забрал?

— Я не знаю.

— Ты слишком часто говоришь эту фразу.

— Потому что это правда.

— Или потому что ты мне не доверяешь?

— Сейчас я не доверяю никому.

Елена посмотрела на него.

— Даже себе?

Максим ничего не ответил.

Елена снова взяла телефон.

— Я хочу услышать запись ещё раз.

— Зачем?

— Чтобы понять, где монтаж.

— Там может не быть монтажа.

— Тогда тем более.

Она включила запись. Голос Александра снова наполнил библиотеку.

— Если ты слышишь мой голос...

Елена слушала очень внимательно. Интонация была ровной. Без эмоциональных скачков. Но на слове «сыну» голос слегка изменился. Она остановила запись.

— Слышишь?

— Что?

— Последнее слово.

— Что с ним?

— Он произносит его иначе.

Максим подошёл ближе.

— Ты права.

— Значит, монтаж?

— Возможно.

Елена посмотрела на него.

— А если нет?

— Тогда это ещё хуже.

— Почему?

— Потому что если отец действительно записал это сообщение целиком...

Он замолчал.

— Что?

— Значит, он знал, что ты появишься в моей жизни.

Елена почувствовала холод.

Она вспомнила фотографию. Женщина, похожая на неё. Слова Виктории: «Вы не понимаете, кого привели в этот дом».

Предупреждение от неизвестного мужчины: «Если она вспомнит прошлое, всё закончится».

Теперь голос Александра: «Елена...»

Она посмотрела на Максима.

— Кто я?

Он замер.

— Что?

— Почему твой отец знал моё имя?

— Я не знаю.

— Тогда почему ты смотрел на меня так, когда впервые увидел?

Максим отвёл взгляд.

— Потому что ты была похожа на неё.

— На кого?

Он не ответил.

— На женщину с фотографии?

Молчание.

— Елизавету?

Максим наконец посмотрел на неё.

— Да.

— Кто она?

— Я не могу сказать.

— Почему?

— Потому что не уверен, что имею право.

— Это уже не ответ.

— Я знаю.

Елена подошла к нему.

— Я видела фотографию.

— Я знаю.

— Я похожа на неё.

— Да.

— Насколько?

Максим несколько секунд молчал.

— Слишком сильно.

Елена почувствовала неприятный холод.

— Кто она?

— Моя мать.

Елена застыла.

— Виктория?

Максим кивнул.

— Нет.

Он покачал головой.

— Не Виктория.

— Тогда кто?

— Елизавета.

Елена не сразу поняла.

— Но...

Максим замолчал.

— Ты сказал, что она...

— Она была первой женой моего отца.

Елена почувствовала, как всё вокруг будто остановилось.

— Что с ней произошло?

Максим посмотрел на неё.

— Она исчезла.

Несколько секунд Елена не могла говорить.

— Когда?

— Двадцать семь лет назад.

— И её так и не нашли?

— Нет.

— А фотография?

— Единственное, что осталось.

Елена медленно села.

— Сколько мне лет?

— Елена...

— Отвечай.

— Двадцать девять.

Она закрыла глаза. Двадцать семь лет назад. Она была ребёнком. Елена посмотрела на Максима.

— Ты думаешь, я как-то связана с ней?

— Я ничего не думаю.

— Но твой отец знал моё имя.

— Да.

— Я похожа на неё.

— Да.

— И кто-то сказал, что если я вспомню прошлое, всё закончится.

Максим ничего не ответил.

— Значит, я что-то должна помнить.

— Возможно.

— Но я ничего не помню.

— А если тебе дали забыть?

Елена вздрогнула.

— Что это значит?

Максим не успел ответить. Телефон снова начал воспроизводить запись. Елена была уверена, что она его не включала. Она посмотрела на экран. Файл продолжался. 00:47 Максим тоже посмотрел.

— Его было больше? — спросил он.

— Нет.

На экране появился второй фрагмент. Елена нажала воспроизведение. Сначала снова был голос Александра. Но на этот раз гораздо тише. Будто запись была сделана ночью.

— Если однажды ты встретишь...

Шум. Помехи. Голос снова:

— ...Елену...

Елена замерла. Максим побледнел. Голос продолжил:

— ... не позволяй ей ...

Запись оборвалась. Елена медленно подняла глаза.

— Он сказал моё имя.

Максим молчал.

— Ты слышал?

— Да.

— Это было в файле?

— Нет.

— Тогда откуда оно взялось?

Максим забрал телефон. Он посмотрел на название файла. Затем на дату создания. И замер.

— Что?

— Дата.

Елена подошла ближе. На экране стояла дата: 12 августа 1999 года.

Елена почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Но мне тогда не было и трёх лет.

Максим смотрел на экран.

— Я знаю.

— Значит, твой отец знал моё имя, когда я была ребёнком.

Максим ничего не ответил.

Елена почувствовала, как внутри рождается страшная мысль.

— Максим...

Он поднял глаза.

— Что?

— А если я уже была в этом доме?

Максим застыл.

Елена посмотрела на старую фотографию, лежавшую на столе. На женщину, похожую на неё. И вдруг ей показалось, что на заднем плане фотографии есть ещё один маленький силуэт. Ребёнок. Елена резко взяла снимок. Приблизила. На заднем плане действительно стояла маленькая девочка.

Максим подошёл.

— Что ты делаешь?

Елена посмотрела на него.

— Это я?

Максим побледнел.

— Нет...

— Тогда кто?

Он не ответил. Елена перевернула фотографию. На обратной стороне была надпись от руки. Всего три слова: «Елена. Не забыть».

Елена медленно подняла глаза. И впервые Максим выглядел по-настоящему испуганным.

— Теперь ты понимаешь, почему я говорил, что не могу тебе всё рассказать?

Елена крепко сжала фотографию.

— Нет.

Она посмотрела на него.

— Теперь я хочу знать всё.

Глава 11. Тайная комната

После разговора с Максимом Елена долго не могла уснуть. Она лежала на кровати и смотрела в потолок, но мысли снова и снова возвращались к одному и тому же: «Особенно моему сыну».

Голос Александра Орлова звучал в памяти настолько отчётливо, словно человек находился совсем рядом.

Елена закрыла глаза. Она пыталась убедить себя, что всё можно объяснить. Старые записи. Монтаж. Поддельные сообщения. Чужой доступ к банковскому счёту.

Но оставалась одна деталь, которую невозможно было игнорировать: Её имя.

Отец Максима произнёс его в записи, которая, судя по информации файла, могла быть сделана задолго до того, как Елена вообще должна была познакомиться с семьёй Орловых.

А ещё была фотография. Женщина, удивительно похожая на неё. Елизавета. Первая жена Александра Орлова. Женщина, исчезнувшая много лет назад. Елена снова посмотрела на фотографию, лежавшую на столе. На снимке Елизавета стояла возле большого окна. Рядом с ней был маленький ребёнок. Лицо девочки почти невозможно было разглядеть.

Но теперь Елена не могла перестать думать об этой фотографии. Кто был этот ребёнок? Почему на обратной стороне написано: «Елена. Не забыть».

И самое страшное — почему она сама чувствовала, что уже где-то видела этот дом? Не в воспоминаниях. Скорее в каком-то странном, почти забытом сне.

Елена поднялась с кровати. Часы показывали 02:17. Особняк давно погрузился в сон. Она подошла к двери и прислушалась. Тишина. Никаких шагов. Никаких голосов. Она открыла дверь. Коридор был освещён несколькими ночными светильниками. Тусклый жёлтый свет падал на старый паркет.

Елена вышла. Она сама не могла объяснить, почему решила искать документы именно сейчас. Наверное, потому что утром Максим наверняка снова попытался бы остановить её. А ждать она больше не хотела.

Если в доме действительно существовали ответы, она должна была найти их сама.

Первым делом Елена направилась в библиотеку. Дверь была приоткрыта. Она вошла. Внутри пахло старой бумагой, кожей переплётов и древесиной. Высокие шкафы занимали почти все стены. На полках стояли книги, многие из которых выглядели так, будто их не открывали десятилетиями.

В центре находился массивный письменный стол Александра. Елена включила небольшую лампу. Свет выхватил из темноты поверхность стола.

Она начала открывать ящики. Счета. Старые ручки. Конверты. Визитные карточки. Несколько ключей.

Один из ящиков оказался заперт. Елена попробовала открыть его вторым ключом. Не подошёл. Третьим. Щёлк. Замок открылся.

Елена замерла. Внутри лежала тонкая папка. На обложке было написано: «Семья». Она открыла её. Фотографии. Старые. Очень старые. Александр. Елизавета. Маленький Максим. Молодой Алексей. Елена перебирала снимки один за другим. На некоторых были даты. На других — только короткие подписи. Она остановилась на фотографии, где Александр стоял рядом с Елизаветой. На обороте: «Лето. Загородный дом. 1998».

Елена посмотрела на дату. Что-то внутри неё болезненно дрогнуло. 1998 год. Она была совсем маленькой.

Елена положила фотографию обратно. И тут заметила ещё одну деталь. На нескольких снимках лица людей были перечёркнуты. Чёрным маркером. Некоторые фотографии были разорваны. Другие — вырезаны из альбомов. Кто-то явно пытался удалить определённые лица из семейной истории.

Елена продолжила искать. И вдруг заметила, что один из книжных шкафов стоит немного неровно. Она подошла ближе. Провела ладонью по краю. Шкаф слегка качнулся.

— Странно...

Она надавила сильнее. Раздался тихий скрип. Шкаф сдвинулся примерно на несколько сантиметров. Елена отступила. За ним была стена. Но в стене виднелась тонкая вертикальная линия.

Дверь. Скрытая дверь.

Сердце Елены забилось быстрее. Она провела пальцами по стене. Скрытая дверь была почти идеально замаскирована под деревянную панель. Никакой ручки. Никакого замка. Только маленькая металлическая кнопка внизу.

Елена нажала. Щёлк. Внутри стены что-то сработало. Панель медленно отошла. За ней находилась узкая тёмная лестница. Елена несколько секунд просто смотрела вниз. Она понимала, что должна позвать Максима. Но почему-то не сделала этого. Если он узнает о комнате, всё исчезнет. Или будет спрятано ещё глубже.

Она включила фонарик на телефоне и начала спускаться.

Лестница была короткой. Около десяти ступеней. Внизу находился небольшой коридор. Здесь воздух был холоднее. Пахло пылью и чем-то металлическим.

Елена осветила стены. Дверь. На ней не было никаких надписей. Она толкнула её. Дверь открылась. Елена замерла. Перед ней находилась комната. Небольшая, но полностью заставленная шкафами. Высокие металлические стеллажи стояли вдоль стен. На каждом лежали папки. Десятки. Может быть, сотни. Все они были подписаны именами. Некоторые — датами. Некоторые — номерами.

На стене напротив находилась большая пробковая доска. На ней были фотографии людей. Мужчины. Женщины. Дети. Пожилые люди. Рядом с фотографиями — даты. Адреса. Телефоны. Короткие заметки. Елена подошла ближе.

— Что это за место?..

Она взяла первую папку: «К. В. — 2004».

Внутри были фотографии мужчины. Елена пролистала несколько страниц.

Следующая папка: «М. С. — 2007».

Ещё одна: «И. П. — 2010».

Она начала понимать. Это не семейный архив. Это были досье. На людей. Кто-то следил за ними. Собирал информацию. Фотографировал. Записывал адреса. Места работы. Автомобили. Контакты.

Елена почувствовала тревогу. Она взяла другую папку. На обложке: «Алексей Орлов».

Елена замерла. Руки задрожали. Она открыла её. Внутри были фотографии Алексея. На работе. В ресторане. В машине. На улице. С друзьями.

Один снимок был сделан за несколько часов до его смерти. Елена посмотрела на дату. 14 ноября. Та самая дата. Она перевернула фотографию.

На обратной стороне была запись: «Встреча состоится в 21:30».

Ниже: «Объект знает о документах».

Елена почувствовала, как сердце ударило сильнее.

— Какие документы?

Она продолжила листать. В папке были копии договоров. Распечатки телефонных разговоров. Фотографии. И один лист. На нём стояла подпись: «После ликвидации А. О. продолжить наблюдение».

Елена застыла: Ликвидации. Так обычно не писали о несчастном случае. Она быстро сфотографировала страницу телефоном. Потом ещё одну. И ещё.

В следующей папке она увидела имя Максима. «Максим Орлов».

Елена открыла её. Фотографии. Максим в университете. Максим возле офиса. Максим с друзьями. Максим рядом с автомобилем. Даже фотографии, сделанные через окна зданий. Она почувствовала неприятный холод. Значит, за Максимом тоже следили.

Она перевернула один снимок: «Не доверяет брату».

Другой: «Начал задавать вопросы».

Третий: «Потенциально опасен».

Елена замерла. Получается, Максим не был хозяином этой комнаты. Он тоже мог быть объектом наблюдения. Но кто тогда собирал все эти материалы?

Она начала искать папку Александра. Нашла. Толстая. Очень толстая. Но прежде чем открыть её, взгляд Елены упал на один небольшой ящик. На нём было написано: «Е».

Елена почувствовала, как внутри всё сжалось. Она подошла. Открыла. Пусто. Только несколько старых фотографий. Она взяла первую. Неизвестная женщина. Вторая. Мужчина. Третья...

Елена перестала дышать.

На фотографии была маленькая девочка. Лет девяти. Она стояла возле какого-то здания. На ней было светлое платье. Волосы собраны в два хвостика. Елена смотрела на снимок. Сначала она ничего не понимала. Потом заметила глаза. Форма лица. Небольшая родинка возле левой брови. Та самая, которая была у неё. Елена перевернула фотографию. На обороте была дата. 2006 год.