Новая история старой планеты

Из скальной породы добывались блоки разных размеров, и, когда через две недели пришли рабочие для переправки камней на место строительства базы, большинство блоков уже было готово. Рабочие вручную загрузили их на большие телеги и потащили к месту стоянки. Каждую из телег толкали до пятнадцати рабочих. На первый взгляд, разумнее было бы прибегнуть к автомобилям и другой технике при транспортировке этих тяжелых строительных материалов, а не заставлять рабочих вручную тащить камни через сотни километров, но прилетевшие ученые еще не научились добывать горючее из земных недр, и не было гарантии, что научатся это делать в ближайшее время. Привезенное с собой топливо было необходимо для заправки космического корабля и доставки рабочих на рудники, поэтому руководители решили не тратить его на перевозку камней, тем более что нефилимы обладали огромной физической силой и переноска блоков не была для них проблемой.

Когда первую партию блоков доставили к кораблю, Градак приступил к строительству базы-поселка. На окраине было решено построить посадочную площадку для кораблей, поодаль от неё — центр управления экспедиции, где проходили планерки, осуществлялась связь с Родиной и жил руководящий состав. Вокруг главного здания, названного Храмом, запланировалось строительство временных казарм. Эта база была лишь пунктом прибытия руководства, но не местом проживания рабочих, поскольку им предстояло трудиться на рудниках в разных конца планеты и уже там создавать себе базы.

Около года шло возведение базы под названием Эрида в районе Междуречья и её обустройство. Пока одни руководители курировали строительство, другие сканировали почву планеты, выискивая наиболее богатые месторождения золота. Теперь, когда база была окончательно построена, можно стало переправлять рабочих и инженеров на золотые рудники, где они бы начали выполнять свою прямую обязанность.

Шестьсот нефилимов выстроились перед двенадцатью руководителями экспедиции. Воислав произнес напутственную речь и предоставил слово Богдану.

— Вы хорошо трудились, строя нашу главную базу. Теперь пришел черед тому, ради чего мы сюда прилетели. Все вы за эти несколько лет адаптировались к местному климату и условиям, а поэтому можете приступать к работе на приисках. Сегодня большинство из вас улетят вместе со мной и Гораздом в регион, называемый Африкой. Именно там, на юге континента, сосредоточены наибольшие на планете запасы золота. Я прошу каждого из вас работать упорно. Здесь мы построили базу очень быстро, поскольку трудилось много народу, там же нам нужно будет возводить вахтовый поселок, посадочную полосу и развернуть комплексные сооружения по добыче золота. Горазд со своими инженерами облегчит вам задачу строительством современных комплексов. Я считаю целесообразным сейчас бросить все силы на создание новых небольших поселений в Африке, оставив здесь лишь руководство. После того как недра опустошатся, вы будете разбиты на мелкие группы и разосланы на прииски в разных уголках планеты.

Закончив речь, Богдан вместе с Гораздом, Казимиром, Беримиром, Творимиром и остальными рабочими погрузились на корабль и полетели осваивать африканскую территорию вблизи реки Замбези. Корабль летел в нескольких километрах над землей, и из иллюминаторов открывался прекрасный вид на зеленую планету. Внизу можно было разглядеть лесные массивы, поля, реки. По левому борту виднелась синяя полоска океана. Прошло несколько часов, и корабль прибыл в назначенное место. Нефилимы вышли из корабля и осмотрелись. Им показалось, что природа на этой планете безгранично разнообразна и неповторима. В Междуречье, по левому берегу Прат их окружали высокие пальмы, непроходимые джунгли, здесь же росли новые виды деревьев и трав, по веткам лазили неизвестные животные. Казалось, что Земля гостеприимно распахнула перед нефилимами свои врата и принимает в теплые объятия.

— Здесь нам предстоит работать, а не отдыхать. Мы проведем много времени на этом месте, но я не вижу смысла строить каменные поселки и базы, поскольку скоро произойдет смещение полюсов, и велика вероятность того, что эта территория окажется дном океана. Наша главная задача на этом участке — добыча полезных ископаемых в кратчайшие сроки. Поэтому в первую очередь мы построим надежные каменные установки по добыче и начальной переработке золота, которые сохранят устойчивость после смещения земной оси, а бараки соорудим из дерева. Я надеюсь, что после очередного смещения эта золотая жила вновь станет сушей и мы, вернувшись через десятки тысячелетий, сможем продолжить работу, — сказал Горазд.

Инженеры достали чертежи сооружений и приступили к работе. Каждый отвечал за свою отрасль. Кто-то был ответствен за добычу нужного камня, кто-то — за придание ему нужной формы, кто-то — за подготовку места для сооружения, кто-то — за соединение уже готовых элементов в единую систему. Горазд был руководителем всего этого производства целиком.

Камень был единственным подходящим материалом на планете для строительства городов, баз и предприятий. У нефилимов не существовало понятия шика и блеска, а доминировал принцип долговечности, в связи с их продолжительностью жизни, и, поскольку ни дерево, ни песок не соответствовали нужным критериям, выбор пал именно на камень. Декор в домах нефилимов на родной планете ограничивался использованием драгоценных камней, украшающих стены и полки, и произведений искусства.

Палящий зной сводил инопланетных гостей с ума. Порой даже в защитных костюмах было невыносимо жарко, и не удивительно. Для широты, на которой велись работы, высокая температура являлась нормой. Обитающие там живые организмы давно привыкли к круглогодично палящему солнцу, но для гостей из далекого Космоса это было тяжелым испытанием. Лишь в тени густых деревьев нефилимы чувствовали себя сносно. Стараясь избегать нахождения под прямыми лучами, они ходили через джунгли, протаптывая первые после гиперборейской цивилизации тропы.

Гиперборея пала миллион лет назад, не оставив после себя никаких следов, кроме информации в Хрониках Акаши. Все физические и фактические артефакты были уничтожены природой во время серии Переходов, в результате которых напряженность магнитного поля планеты падала до нуля, в результате чего разрушались все ненатуральные материалы.

Несколько месяцев продолжалось строительство каменных предприятий. На лазерных установках резался камень и скреплялся хитроумным способом при помощи скоб. Полным ходом работали алмазные сверла, создавая в камнях удивительные и непонятные многим рабочим лабиринты. Пока одни трудились, строя золотодобывающее предприятие, другие уже вывозили лежащее на поверхности золото. Месторождений было так много, что его можно было собирать и без строительства предприятий, но Ану решил выжать из планеты как можно больше. Конечно, он оказался дальновидным, так как, несмотря на несметные запасы самородков, лежащих на поверхности, этого было мало для реализации глобальной задумки, и требовалось рыть вглубь и намывать золотую крошку. Рабочие трудились не покладая рук, и скоро первый огромный поддон глубиной в пять метров был наполнен доверху. Такие поддоны были специально сконструированы для хранения золота и его дальнейшей загрузки на космические корабли с целью вывоза на Родину. Эти емкости имели в длину десять метров, а ширину — почти семь.

Всех рабочих поделили на группы и разослали в места расположения золотых жил. Организация золотодобычи была на высшем уровне. Пока одни собирали самородки и складывали в телеги, другие возили эти телеги к месту стоянки и выгружали золото в поддоны. Таким образом, работа не останавливалась ни на минуту. Параллельно с золотодобычей, потихоньку создавалось поселение из камня и дерева рядом с кораблем, и шло формирование центра. Вахтовый поселок был назван Ламбаек. По всей размеченной территории были построены каменные золотодобывающие системы, и скоро все было готово к их запуску, но в последний момент Ану дал распоряжение добывать только золото с поверхности земли, отложив работу предприятий на потом. Тогда рабочие расширили зону сбора золота во всех направлениях. Ану хотел, чтобы из первой экспедиции подчиненные привезли как можно больше драгоценного металла, а добывать золото с поверхности было проще, и процесс наполнения поддонов шел очень быстро.

Тысячу лет рабочие добывали золото, складывая его в большие поддоны. Около шестисот нефилимов упорно трудились не покладая рук на горячей африканской земле. Руководящий состав регулярно летал в Эриду, на построенную в Междуречье базу, где все было создано для удобства и комфорта. Именно здесь хорошо отдыхалось после тяжелой работы на рудниках. Но были и такие, кто готов был регулярно находиться в Африке, добывая новую информацию об обитающих там живых организмах. К ним относились Беримир и его команда. Они уходили в многолетние путешествия и собирали сведения о животном и растительном мире, камнях и минералах, чтобы потом переправить образцы на Родину. Не было ничего, что могло ускользнуть от их пытливого глаза. Именно благодаря этой группе биологов нефилимы расширили территории добычи. Всю информацию о золоте и драгоценных камнях Беримир передавал по рации в Эриду или Ламбаек. Если Беримир находил какое-нибудь интересное место, то останавливался в нем на долгие месяцы и не покидал до тех пор, пока не изучит полностью. Ему хотелось узнать и увидеть все элементы природы собственными глазами, поэтому он был против разделения своей исследовательской группы, на котором настаивал ряд руководителей экспедиции. Разбив группу на несколько небольших отрядов и разослав в разных направлениях, верхушка рассчитывала получить больше информации о золотоносных жилах и начать там работу. Это было правильно, если смотреть исключительно с точки зрения золотодобытчика, но биолог хотел не искать золото, а изучать природу новой планеты, и не просто вести формальные исследования, используя полученные другими учеными данные, но делать это самостоятельно и досконально, не желая пропустить ничего, поскольку все его интересовало. А искать золото было основной задачей Горазда и Воислава. Несколько раз Беримира с отрядом едва не растерзали хищные животные, так как нефилимы вторгались на их территорию, но все заканчивалось благополучно. Из разговоров на телепатическом языке, звери быстро понимали, что нежданные гости не причинят им вреда, и часто даже делились своими знаниями и подсказывали интересные места для исследования. Было у группы и оружие, но Беримир категорически запретил своим подчиненным применять его.

Много лет команда биологов двигалась сквозь непроходимые джунгли, огибая глубокие озера, строя мосты через реки и переваливая через высокие горы. Нескольких подчиненных Беримир потерял в коварных болотах, о чем сразу же сообщал в Эриду, откуда эта информация уходила на Родину. Как бы сильны, высоки и могучи ни были нефилимы, с природой совладать не могли.

Почти круглый год на широте обитания основной группы нефилимов в Африке стояла теплая погода, и лишь один раз в год, на несколько месяцев, наступал сезон проливных дождей и суровых ветров. Регулярно ведя записи в своем переносном компьютере, Беримир знал, когда начнутся дожди, и ждал их с нетерпением. Та погода была более благоприятна для существ, привыкших жить в холодном климате, куда долетают уже остывшие лучи солнца.

Продвигаясь сквозь высокие палисандры, группа обнаружила красивейшее место и решила сделать привал. Эта территория была похожа на многие другие, встречавшиеся прежде, но было здесь что-то таинственное и энергетически сильное. Возможно, в этом месте из недр земли выходила или входила по спирали энергия, связывающая центр планеты с далеким Космосом. Там где заканчивался густой красочный лес, начиналось озеро. Оставив подчиненных разбивать лагерь, Беримир подошел к берегу. Да, с виду озеро было как и многие другие водоемы, но исходившая из него энергия была поистине непередаваемая. Можно было вечно сидеть на его берегу среди высоких деревьев и любоваться красотой природы, поражаясь её безграничностью. Одно было плохо в той ситуации, в которой находились нефилимы, и Беримир только сейчас осознал это. Осознание яркой вспышкой озарения вспыхнуло в голове и дало внутренний толчок к следующим действиям. Беримир мог любоваться красотой природы, но он не мог её прочувствовать, не мог прикоснуться к ней кожей, даже не мог тактильно ощутить дыхание ветра, не говоря о соприкосновении с водой. Это было огромное препятствие на пути познания природы. Возможно, именно поэтому, решил он, многие из его собратьев не воспринимают местную природу, раз не могут прикоснуться к ней, вдохнуть полной грудью, ощутить на себе. Такие нефилимы не любили изобразительное искусство, а восприятие новой планеты для них ничем не отличалось от восприятия произведений художника. Они видели лишь «картины» сквозь стекла своих защитных костюмов. Но это для них были только «виды», как нечто неодушевленное, ненастоящее, неживая жизнь, стремящаяся вверх, к развитию. Изображения в этих «картинах» двигались, шевелились, и даже общались, но без тактильных ощущений и обоняния, это были лишь нарисованные кем-то образы. С этим надо было что-то решать, и как можно скорее. Медленно, но верно подходили сроки окончания первой экспедиции, а как много еще предстояло сделать, увидеть, познать! Необходимо было создать новую форму защиты.

Воодушевленный и полный идей, Беримир вернулся к месту привала. Установленный на дереве прожектор освещал всю поляну. Собратья уже разбили лагерь и занимались своими делами — кто-то вносил в компьютеры полученную за день информацию, которую не успел внести прежде, кто-то изучал под микроскопом пойманное насекомое, кто-то просто сидел в стороне или играл в настольные игры. Подойдя к рации, Беримир связался с Эридой. Пока в ответ шло шипение, он придумывал аргументы, которые бы помогли ему убедить остальных руководителей, а самое главное — Ану, в необходимости создания новых костюмов. Здесь нужно было сделать так, чтобы руководители сами захотели перемен и приложили все силы к изобретению. Осуществить самостоятельно такой проект ему было не по силам, поскольку требовались знания во многих отраслях науки.

— Слушаю тебя, Беримир, говори, — послышался голос Гостемила.

Гостемил был главным врачом и ответственным за здоровье всех рабочих. Именно он назначал им инъекции и процедуры в случае болезни.

— Где остальные? — спросил биолог, переходя сразу к делу.

— Здесь, недалеко. А что? Что-то случилось?

— Нет, просто есть кое-какая идея. Зови их всех.

— Идея — это хорошо. А-то мы тут уже заскучали, — ответил Гостемил. — Все ведь интересное — у вас там, а мы тут исключительно мыслительным процессом занимаемся и гуляем. Даже не знаю, с чем сравнить — или со ссылкой, или с курортом.

— Ну раз у вас там так скучно, так слетали бы к Горазду в Ламбаек да помогли нашим работникам, — усмехнулся Беримир. — У них там дел на многие тысячелетия вперед.

— Нет, лучше уж тут умственной работой заниматься, чем там одним и тем же изо дня в день. Мы сейчас как раз разрабатываем несколько новых конструкций для добычи золота и изучаем новые месторождения, которые находятся под водой, но скоро, возможно, окажутся на поверхности. Скоро ведь смещение полюсов. Знаешь?

— Да, знаю. Электромагнитная нулевая точка совсем близко. Анализ моих наблюдений меня никогда не подводит.

— Вот и славно, — ответил Гостемил. — Значит, ты говоришь, у тебя появилась какая-то идея?

— Да, ты хорошо расслышал, так что зови остальных.

— Подожди немного, сейчас я их соберу, — сказал врач, и в рации послышалось шипение.

Слова о том, что руководству порой скучно, пришлись, как нельзя более, кстати, и Беримир решил на этом сыграть. Раз им нечем заняться, значит велика вероятность того, что они примут его предложение хотя бы от безделья.

Скоро шипение в рации резко оборвалось и послышался голос Богдана.

— Приветствуем тебя, Беримир. Как твоя экспедиция?

— Все идет своим ходом. Собираем образцы. Все в полном порядке.

— Гостемил сказал, у тебя есть какая-то идея.

— Верно, — ответил биолог. — Вы не находите некомфортным существование в этих костюмах, что защищают нас от солнца? Рабочим неудобно в них работать, они не очень прочны в эксплуатации, и в них порой бывает крайне жарко, тем более в Африке.

— И что ты предлагаешь? — спросил Богдан.

— Я предлагаю создать новые костюмы.

— И какими ты их представляешь? — спросил Воислав. — Если помнишь, то на Родине мы потратили массу времени, чтобы изобрести те, что сейчас на нас надеты.

— Да, я это хорошо помню, но у меня появилась идея. Вот уже много лет я наблюдаю за жизнью на этой планете и все больше убеждаюсь в правоте наших философов и магов, говорящих о существовании души в каждом из нас.

— Можно вот с этого момента подробнее? — спросил Творимир. — У тебя есть фактические доказательства этого утверждения?

— Для начала вспомните рассказы Энлиля о китах. О том, как они мечтают после смерти вернуться на родной Сириус. А они очень развитые существа, и сомневаться в уровне их сознания не приходится. Во-вторых, все животные, с которыми нам доводилось общаться в ходе экспедиций, имеют свой индивидуальный характер и темперамент. Пусть это не является прямым доказательством, но, на мой взгляд, индивидуальные особенности отдельного экземпляра не результат взаимодействий химических элементов на молекулярном и клеточном уровне. Кстати, наши последние исследования показывают, что подобной индивидуальностью обладают и все представители растительного мира.

— Да, Беримир. Мало кто из нас сомневается в существовании души и бессмертии, тем более что времена духовной спячки еще не наступили на Земле. Но мы так и не услышали твоих предложений насчет новых защитных костюмов. Вместо этого ты рассказываешь нам о душе. Говори, к чему клонишь, — сказал Горазд.

— Я предлагаю создать защитный костюм не для тела, а для души, — слегка неуверенно произнес биолог.

В рации повисла тишина.

— Лично я нахожу эту идею привлекательной, — послышался голос Богдана, по которому можно было догадаться, что он улыбается. — По крайней мере, её можно рассматривать как вариант. Что на это скажут остальные, я не знаю, но мне твоя идея понравилась.

— Спасибо, Богдан, — поблагодарил Беримир. — А как к ней относятся остальные?

— Как я вижу, они тоже устали жить в этих костюмах и хотят перемен, — ответил Богдан, оглядев остальных руководителей.

— И как ты предлагаешь создать нам эту новую физическую оболочку? — поинтересовался Воислав.

— Сейчас я продолжаю изучать обитающие на планете формы жизни и скоро дам ответ. Я ищу наиболее подходящую для работы форму тела, которая будет нам привычна. Должен сразу предупредить, что мне понадобится помощь многих ученых и магов в реализации этого проекта.

— Мы сделаем все для приведения этой задумки в исполнение. Ученые и маги нам в этом помогут, можешь не сомневаться. Сейчас все зависит от тебя. Собери как можно больше информации и образцов и прилетай к нам. Все опыты и практические действия будем проводить в наших лабораториях.

Это была отличная новость для Беримира. Теперь перед ним появилась конкретная цель, и он захотел получить результат в ближайшие сроки, чтобы самому, до отлета, испытать на себе тактильный контакт с земной природой.

— Задачу понял. До связи, — попрощался он, и отключил рацию.

Решив вернуться к озеру, он обернулся и увидел своих коллег. Они уже не занимались своими делами, а стояли позади него и слушали разговор. Глядя на их вопрошающие довольные лица, руководитель телепатически передал им свою радость и сказал, что теперь им предстоит работать над созданием новой физической оболочки, наиболее подходящей для существования на этой планете и ведения золотодобычи.

Дискуссия биологов продлилась несколько дней, и только когда были представлены все собранные данные, подходящие к обсуждаемой теме, полемика закончилась. Было принято решение создать тело, похожее на тело нефилима, но лишить его всех атрибутов, совершенно не нужных для жизни на Земле. Первое, что биологи отнесли к списку «ненужностей» были верхние руки, которыми прежде передавались эмоции. Здесь, так привыкнув к телепатическому общению, эти руки оказались не нужны. Вытянутая форма челюсти, резцы и мешок для сохранения вкусовых ощущений были тоже ни к чему. Эти приспособления необходимы при поедании только морепродуктов, а при приеме другой растительной пищи бесполезны. Из-за резцов нефилимы не могли есть то, чем питалось большинство представителей животного мира, и вынуждены были есть травы с ягодами и регулярно уходить в реки и океаны для добычи морепродуктов. Продовольствие, привезенное с Родины, давно закончилось, заставив инопланетян приспосабливаться к земным продуктам. Очень быстро нефилимы привыкли к чужой пище, и вывели даже для себя излюбленные блюда. Но, как ни пытались они приспособиться к животной пище, они не могли пойти против физиологии.

Следующим «ненужным» элементом тела у нефилимов являлись когти, предназначенные для передвижения по скалам. Здесь, на Земле, был совершенно иной рельеф, и эти прочные изогнутые отростки, не имевшие никакой чувствительности, только мешали. Еще одним элементом была кожа, которую предстояло приспособить к солнечным лучам и уплотнить, чтобы в случае физических контактов она не рвалась. Физическая сила была наиважнейшей составляющей новых тел. Они должны были быть даже мощнее, чем тела нефилимов, а соответственно, их требовалось снабдить хорошим мышечным корсетом. Чрезмерная маневренность была ни к чему, и идею мышечного корсета единогласно приняли. Введя в компьютер все желаемые данные, нефилимы увидели нарисованную картину. Это было именно то, что они себе вообразили. Теперь оставалось собрать кое-какой материал для выведения нужного химического состава — и можно было лететь в Междуречье.

Несколько лет шли исследования в области химического состава новой оболочки души. Биологи собирали нужный материал, образцы и, когда все было готово, приняли решение лететь в Междуречье. Для этого они вернулись в Ламбаек.

Как ни удивительно, но там все было без изменений. Рабочие продолжали добывать золотые самородки и складывать их в поддоны. Когда Беримир покидал это место, наполнен был лишь один резервуар, а второй только начинали загружать. Сейчас же полных резервуаров стояло в разы больше.

Уже на подходе к Ламбаек были слышны громовые раскаты. Это Горазд взрывал скальную породу, из которой потом рабочие извлекали золотые самородки. Взрывы были настолько мощны, что эхо прокатывалось на многие километры. Держа путь к базе, Беримир и его команда вышли прямиком к одной из жил. Именно здесь-то и взрывали скальную породу. Как выяснилось из беседы с Гораздом, на этом месторождении с поверхности добыли все золото, но приборы показали огромные запасы в недрах. Чтобы закончить работу здесь и никогда сюда не возвращаться, Горазд решил продолжить золотодобычу, используя динамит и лазерные установки, которыми сначала разрезали, а потом роняли многотонные скалы. Вид разломов говорил о том, что от скал откалывали огромные куски. Карьеры были столь глубоки, что у рабочих уходило с полчаса, чтобы спуститься на дно, а затем подняться наверх, вместе с телегой нагруженной камнями.

Горные разломы были свежими, и на них еще не успела прорасти трава, что показывало истинные масштабы проводимых работ. Поняв, насколько неиссякаемы запасы необходимого металла, руководители заставили горняков трудиться почти круглосуточно, что, разумеется, вызывало недовольство. Некоторые рабочие гибли в результате несчастных случаев, и их не спасала даже физическая сила и крепкая иммунная система. После таких инцидентов на Родину отправляли сообщение о смерти представителя вида и ждали со следующей экспедицией ровно столько же новых рабочих, скольких потеряли.

Так случилось, что именно к возвращению биологов в рудники произошла очередная трагедия. Беримир и Горазд разговаривали в тени высоких деревьев как раз в тот момент, когда один из горняков взорвал динамитом часть скалы и после её обрушения рабочие начали грузить самородки в телеги. Руководители разговаривали об объемах добытого золота, о новых открытых видах минералов и драгоценных камней, когда послышался громкий сухой треск. Резко повернув головы в сторону звука, они увидели камень в несколько десятков тонн, откалывающийся от скалы. Он медленно заскользил вниз, набирая скорость и устремляясь к земле подчиняясь закону притяжения. Стоявшие в карьере нефилимы в панике бросились врассыпную, но не ко всем природа оказалась благосклонна. Споткнувшись, один из них упал на землю, и осколок скалы с грохотом придавил его. Камень разрезал пополам сильное тело рабочего, зажав нижние конечности. Багрово-красная кровь оросила все вокруг скорбью. Стоявшие наверху руководители видели, как собратья склонились над ним и пытались привести в чувства, но было уже поздно.

Остановив все работы на шахте, Горазд приказал извлечь часть тела погибшего из-под скалы. Лазерными установками камень был разрезан на несколько небольших частей и разобран вручную. Тело рабочего вытащили и подняли наверх. Положив в специально вырытую яму, его забросали землей, и желающие прочли эпитафию. Это была давняя традиция, зародившаяся еще на Родине в незапамятные времена. Нефилимы знали, что душа собрата сразу после смерти парила где-то поблизости и все слышала. Хорошие слова в её адрес, идущие от сердца, давали дополнительную энергию, необходимую для дальнейшего существования. Что было с душой потом, они не знали. Может, она перерождалась на другой планете или приобретая опыт и необходимую энергию, переходила в следующее измерение, а может — и это был самый обсуждаемый вариант — прилетала в ту загадочную пещеру на Родине и жрецы вселяли её каждый раз во вновь созданное тело. В последнем случае память стиралась и душа не помнила о своем прошлом, начиная вновь мучиться в догадках о посмертном существовании. Так или иначе, но смерть, при полном осознании её отсутствия, по-прежнему оставалась для нефилимов явлением, покрытым тайной.