Между сказкой и реальностью

Дуняша и Нюша устроились возле огня, прислонившись к стволу дерева.

— Думаю, пришло время поговорить о втором задании, — сказала Книп.

— О Сосуде Желаний? — уточнила Нюша.

— Именно. Вы помните, что я рассказывала?

— Если честно — не очень, — призналась Дуняша. — Что-то про ожидание… и ещё что-то странное.

— А желания какие? — вмешалась Нюша. — И для кого?

Книп посмотрела на них внимательно:

— Амфора принимает только одно желание. Но иногда… — она сделала паузу, — позволяет и второе.

Дуняша почувствовала: лошадь чего-то недоговаривает.

— Напомню, ради чего мы здесь, — продолжила Книп.

— А кто сделал это с Королевой? — вдруг спросила Дуняша.

Книп фыркнула.

— До конца никто не знает. Посыльный исчез. Но есть слухи… что это была месть.

— Месть? — тихо переспросила Дуняша.

— Говорят, это сделала её сводная сестра. Она не смогла простить, что король выбрал не её.

— Ничего себе… — выдохнула Нюша. — А где теперь эта женщина?

— Живёт при дворе и занимает высокое положение. А всё остальное всего лишь домыслы, не будем придавать им значения. Верховный колдун сказал: когда чары спадут, виновник сам себя выдаст, — добавила Книп.

Она приблизилась к огню, и пламя отразилось в её глазах.

— Правда, есть нечто, что заставляет если не поверить слухам, то по крайней мере задуматься над ними… Дело в том, что за двадцать лет эта дама ни чуточки не постарела. Так же, как и Королева.

— А теперь — о главном, — лошадь повернулась к Дуняше: — Судьба Королевы зависит от тебя, девочка. Желание должно быть искренним. Его нужно почувствовать… и отпустить.

Дуняша занервничала:

— А если у меня не получится?

— Получится, — мягко ответила Книп. — Если ты действительно этого хочешь.

Девочка кивнула.

Они замолчали.

Мысли кружились, как мотыльки. Что-то важное было рядом… но ускользало.

* * *

— Пора идти, — сказала Книп, затушила костёр и поскакала за подающим световые сигналы Светлячком.

Дуняша и Нюша без особого энтузиазма поплелись за ними.

Предрассветная прохлада вызвала у Дуняши дрожь в теле. Темнота сгущалась, становилась почти осязаемой.

— Скоро рассвет, — раздался голос Книп.

И вдруг Дуняша услышала шум падающей воды.

— Там водопад? — спросила она.

Книп кивнула.

Глава 4. Сосуд Желаний

С каждым шагом мир менялся. Темнота редела. Сквозь деревья пробивался свет. Роса на паутине сверкала, как хрусталь.

Подлетел Светлячок, заглянул Дуняше в глаза. Словно в душу. Почистил крылышки на плече у Нюши и упорхнул навсегда.

— Он попрощался, — сказала Книп растроганной девочке, — его помощь нам больше не понадобится.

И вдруг!

— Смотрите! — воскликнула Нюша.

Впереди мерцал странный свет.

Через несколько минут они вышли на поляну.

Дуняша ахнула.

Перед ними раскинулся цветущий луг, а за ним — высокая скала, с которой низвергался водопад. Вода сияла. Цветы качались. Всё было словно из сна.

Но справа, в густой зелени, прятался тот самый свет.

Дуняша не выдержала — и побежала.

— Стой! — крикнула Книп.

Поздно.

Раздалось рычание. Из ниоткуда появился волк.

Огромный. Чёрный. С красными глазами.

Дуняша замерла.

— Девочка, только не беги! — крикнула Книп.

Но страх оказался сильнее, и она побежала.

Волк рванул следом.

Земля уходила из-под ног. Дыхание сбилось. Она ничего не видела.

Споткнулась. Упала.

Замерла.

Сжалась.

Ждала.

* * *

— Книп, сделай что-нибудь! — закричала Нюша.

— Я не могу… — ответила лошадь. — Она должна сама… — добавила она тише, словно убеждая не столько Нюшу, сколько себя.

— Это безумие! Так нельзя!

Нюша рванулась вперёд — и тут же застряла в кустах, запутавшись в волосах. Не в силах наблюдать за происходящим, кукла зажмурилась и готова была разразиться морем несуществующих слёз. Она слышала, как Книп неистово бьёт своим копытом, издавая при этом вместо привычного мелодичного звука тревожные аккорды набата…

И вдруг — звук. Хорканье. Свист.

Волк остановился.

У водопада стояла Олениха.

Красивая. Сильная. Живая. С располневшими красно-рыжими боками, которые недвусмысленно намекали на ожидаемое потомство.

Олениха шагнула вперёд. Волк, забыв о Дуняше, развернулся к ней.

Схватка началась.

Рывки. Удары. Рычание.

Дуняша поднялась, забыв про боль.

Смотрела.

Не могла уйти.

Олениха слабела. Улучив удобный момент, волк вцепился ей в живот.

Олениха упала. Из больших глаз медленно скатились две прозрачные слезы.

Эти невероятные глаза глядели на Дуняшу с выражением горечи и печали.

А ещё в них были боль, прощание, спокойствие.

И тогда что-то внутри девочки взорвалось.

Не думая о том, что делает, она схватила камень.

И бросила. Метко.

Волк замотал головой, несколько раз дёрнулся… и затих.

* * *

Тишина.

Дуняша без сил опустилась на траву.

— Меня кто-нибудь снимет отсюда? — раздался голос Нюши.

Реальность вернулась.

Книп стояла рядом. Виноватая.

— «Я друзей в беде не бросаю…» — передразнила её Дуняша.

Книп опустила голову:

— Прости… Я была не в силах что-нибудь сделать. Я просто-напросто не имею права вмешиваться. Таковы правила.

— К чёрту твои правила, я чуть не погибла. Где Олениха?!

Но её не было.

— Она ушла… — тихо сказала Книп. — Чтобы умереть.

Дуняша замерла. Сердце сжалось.

— Ради меня… она пожертвовала собой и своим детёнышем, — недоумевала она. — Зачем она так поступила?

* * *

Они пошли дальше.

И вышли к Амфоре.

Огромной. Древней. Установленной на высокий каменный треножник. Когда-то в древности всё тело Амфоры было покрыто орнаментами и письменами. К сожалению, время крепко постаралось, чтобы скрыть их тайный смысл от грядущих поколений.

Из её узкого горлышка тёк свет.

Живой.

— Вот он… Сосуд Желаний, — прошептала Нюша.

Дуняша подошла ближе.

И всё изменилось.

* * *

Поток света поднял её. Петляя и переливаясь, он сначала обвился вокруг тела девочки, а затем полностью растворился в ней. Яркие ослепительные вспышки озарили сознание.

И она явственно увидела.

Большую комнату. Высокую кровать под балдахином.

И… спящую женщину, чело которой украшала диадема из синих лотосов.

Черты тонкого лица кого-то смутно напоминали, Дуняше стало очень-очень грустно.

Сердце сжалось, и Дуняша в отчаянии закричала:

— Просыпайся!

* * *

В тот же миг Амфора вспыхнула. Сосуд осветился изнутри, и все орнаменты и письмена отчётливо проступили на его поверхности. Они ожили и, набирая скорость, стали перемещаться по яйцевидному телу Амфоры, сопровождаемые странными шорохами и звуками.

Смысл написанного внезапно открылся детскому сознанию. Но в тот момент, когда она поверила в то, что уловила саму суть, знание струйкой дыма унеслось от неё прочь и исчезло.

А потом — тишина. Покой. И свет.

Дуняша впала в забытьё. В этом полусне она увидела себя на цветочной поляне. Рядом стояла Олениха и, наклонившись, щекотала её своим тёплым шершавым языком.

— Ты жива… Я знаю, ты жива… — шептала девочка, и слёзы тихо катились по её щекам.

Олениха осторожно коснулась её щеки, потом лба, словно проверяя, всё ли с ней в порядке. В этом простом, почти нежном движении было столько заботы, что Дуняша вдруг почувствовала себя совсем маленькой — так, будто рядом с ней мама.

Большие тёплые глаза Оленихи смотрели на неё спокойно и глубоко, и в этом взгляде не было ни страха, ни боли — только тихая, всепрощающая любовь.

Дуняша прижалась к её шее, уткнулась лицом в мягкую шерсть и на мгновение перестала бояться.

Глава 5. Заколдованная королева

Дуняша очнулась. Запах хвои и голоса обитателей лесного мира окончательно прояснили её сознание, но она продолжала лежать, свернувшись калачиком. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь крону сосен, мягко касался и согревал детскую щёчку.

Произошедшие события оставили в её душе неизгладимый след. Дуняша чувствовала в себе небывалую силу — не физическую, нет. Она не могла подобрать слов, чтобы описать своё состояние. Лишь понимала: ей многое подвластно.

Девочка огляделась. Её окружали высокие столетние сосны. Ни Амфоры, ни водопада, ни друзей рядом не было. Никого.

И всё же внутри жило странное спокойствие и уверенность.

Дуняша поднялась и осторожно наступила на ногу. Не почувствовав боли, удовлетворённо кивнула и принялась стряхивать с себя жёсткие хвойные иголки.

Её внимание привлекла крепостная стена, видневшаяся за соснами.

Минут через десять она уже стояла перед глубоким рвом, опоясывающим старинный замок. Через канал с мутной водой был перекинут висячий мост с перекладинами из полусгнивших досок. От одной мысли, что придётся по нему идти, в жилах стыла кровь.

Дуняша страсть как боялась высоты.

Но это не имело значения.

Она точно знала: ей необходимо попасть в башню, возвышавшуюся над всеми остальными строениями.

Цепляясь за верёвочные перила и стараясь не смотреть вниз, девочка шаг за шагом преодолевала расстояние до противоположного берега. Почувствовав под ногами землю, она даже не обернулась.

Её взгляд был прикован к широкой галерее, проходившей вдоль стены и упиравшейся в высокий донжон, похожий на шахматную фигуру.

Железные ворота оказались незапертыми.