После развода. Месье, я сама!

– Не вздумай хоть что-то сказать! – шиплю ей.

– О-ой... – она только машет рукой, продолжая смеяться.

Фыркнув, всё ещё красная от неловкости, резко встаю и решаю пойти взять себе что-нибудь на завтрак. Тем более, что мальчишки уже прибежали и рассаживаются за столом.

Продвигаясь мимо разложенных на подносах нарезанных овощей, сыров, колбас и прочих прелестей шведского стола, на секунду оглядываюсь и сразу замечаю, что Лоран стоит поблизости, всё ещё разговаривает по мобильному.

Интересно, что выглядит он совсем по-другому. Не сказочным французом в костюме стоимостью в три моих зарплаты, а немного более... земным, что ли. Хотя свитер у него тоже наверняка тянет на мой месячный доход. Он говорит что-то сосредоточенно и серьёзно, выслушивает ответ, слегка хмурится, и я вдруг думаю, что он похож на человека, который привык нести ответственность за большой проект и наверняка может жёстко отреагировать, если ему врут или работают спустя рукава.

Задумавшись и отвлёкшись от еды, стою на одном месте, когда Лоран вдруг поворачивается и моментально сталкивается со мной взглядом.

Естественно, я поступаю, как круглая идиотка! Вместо того, чтобы слегка улыбнуться и равнодушно кивнуть, показывая, что мы посмотрели друг на друга по случайному совпадению, резко отворачиваюсь, да ещё и роняю поднос, который с грохотом падает на пол! Счастье ещё, что на нём не было тарелок, которые могли бы разбиться.

Но у меня такое ощущение, что оборачивается на меня весь зал!

Господи, я сейчас со стыда сгорю...

– Осторожно! – голос Лорана сверху, когда наклоняюсь поднять поднос, заставляет почувствовать себя ещё хуже. – Вы не ушиблись, Маргарита?

– Всё в порядке, – выталкиваю из себя полузадушенно. – Простите...

– Давайте я помогу.

– Я сама! Спасибо! – не поднимая взгляда от пола, прижимаю к себе поднос и убегаю к началу выдачи, поменять его на другой.

Уф-ф, Ритка, ну позорище! Ведёшь себя, как малолетка! Повернуться ещё раз, чтобы увидеть, как Лоран отреагировал на мою эскападу, мне не хватает смелости. Но когда спустя пару минут я, быстро сдвигаясь вдоль подносов, украдкой кидаю взгляд в его сторону, то вижу, что он подходит к Кире, Кириллу и мальчикам, что-то говорит и идёт к выходу из зала.

С одной стороны, мне становится легче сразу, как он пропадает из виду. С другой – как-то неловко, что он ушёл... но это же не из-за меня, так ведь! Я-то тут ни при чём.

Вздохнув, сажусь за стол рядом с сыном и друзьями и сосредотачиваюсь на обсуждении того, как мы проведём сегодняшний праздник.

День рождения близнецов проходит шумно, ярко и по-детски суматошно. Всю первую половину дня мальчишки с инструктором катаются сначала на лыжах по детскому склону, потом со специальной горки на тюбингах. На лыжах удаётся покататься и мне, хотя я чувствую себя настолько неуклюжей, насколько это в принципе возможно. А после обеда мы идём в ресторан, где Арсений и Артемий с восторгом принимают поздравления.

Егор носится вместе с ними и аниматором по игровой зоне, они едят торт, спорят, кому достанется кусок с шоколадной табличкой, потом дружно забывают про сладкое ради очередной игры. Кирилл с Кирой организовали всё шикарно, парни могут веселиться отдельно, а взрослые – спокойно поговорить и отдохнуть от детских воплей.

Я невольно то и дело оглядываюсь, но Лорана почти не вижу. Он подходит поздравить ребят, но почти сразу исчезает – видимо, работа у мужчины не прекращается ни на минуту, даже в новогодние праздники.

Отойдя на секунду в туалет, проверяю мобильный в коридоре и вижу очередные сообщения от бывшего.

«Ты специально не даёшь мне поговорить с сыном, чтобы он привыкал без отца!»

И сразу следом – «Я скажу ему, что хотел ему позвонить, а ты не дала!»

– Сволочь! – цежу сквозь зубы.

Во мне поднимается такая злость, что был бы сейчас Денис рядом – я бы не пожалела руки еще на пару хороших затрещин!

Заставляю себя сделать несколько вдохов и выдохов, потом набираю максимально сухо: «Егор на детском празднике, занят с друзьями. Позвонит тебе вечером, когда вернёмся в номер». Несколько секунд смотрю на текст, потом добавляю: «О месте нахождения ребёнка ты знаешь, он со мной, с ним всё в порядке, как и всегда», и только потом отправляю.

Можно было бы напомнить на его возмущения, что Денис не отвечал на мои звонки и не писал больше месяца... но это бесполезно. Только повод для очередного скандала, потому что он сразу переходит на личности и начинает обвинять меня во всём подряд, не слыша моих доводов.

Убрав телефон, быстро возвращаюсь в зал, подхожу к игровой, нахожу глазами сына... Он скачет, довольный – волосы растрепались и прилипли к вспотевшему лбу, на лице широченная улыбка, и у меня получается выдохнуть. Правда, не получается до конца выбросить из головы мысли о том, что его отец прямо сейчас пытается превратить обычную короткую поездку в очередной повод доказать, что я плохая мать. Но тут уж ничего не поделаешь.

Вечером, когда мы возвращаемся в номер, Денис всё-таки звонит Егору по видеосвязи. Сын радостно показывает ему через экран номер, подаренный на празднике маленький брелок, рассказывает, как он катался на лыжах, на «ватрушках», как они с Арсом и Тёмой играли и ели торт.

– Неслабо, видно, твоя мать деньгами сорит, да, сынок? – слышу насмешливо-презрительное. – А всё жалуется, что я тебе алименты не плачу и ругается на меня, общаться нам не даёт!

Егор кидает на меня растерянный взгляд, и я прикусываю язык от бешенства, лишь бы не сказать ничего лишнего.

Это я-то сорю деньгами! Высчитываю каждую копейку! Работаю сама и пытаюсь каждый месяц выбить у Дениса чёртовы несчастные десять тысяч алиментов на его же родного сына! И этот скот, эта сволочь ещё такое заявляет! От злости становится тяжело дышать...

А сын, видимо, сложив как-то в своей голове то, что слышал краем уха, успел сделать какие-то свои выводы – и одновременно перепутать вообще всё, что можно, потому что я замираю, услышав его слова.

– Так это маме помог Лоран, друг дяди Кирилла!

Глава 6

Я даже не ушами, а всем телом чувствую паузу, повисшую после этих слов. Хорошо, что Дениса мне не видно, экран повёрнут к Егору.

Надеюсь только на то, что он сейчас не начнёт говорить сыну какие-нибудь гадости!

– Вот как, – тянет бывший муж после долгого молчания. – Интересные дела у вас там творятся. И что это за друзья непонятные? Что он, рядом с матерью твоей крутится? Может, и живёт в соседнем номере?

– Дядя Лоран живёт не рядом с мамой, а на курорте, – объясняет Егор, явно не услышав подтекста. – Он французский друг дяди Кирилла и хорошо говорит по-русски, только иногда смешно бывает что-то не то скажет… Но редко!

– Понятно, – хмыкает Денис так, что я с трудом удерживаюсь от того, чтобы выхватить телефон и закончить разговор. – Ну ты там смотри, сынок, не забывай отца-то родного, папка у тебя один. Мать твоя, конечно, не больно-то… ну ладно. Мало ли кто там вокруг ходит, а отец есть отец!

Егор морщит лоб, снова смотрит на меня, видимо, не до конца понимая, что к чему – и слава богу.

– Егор, – говорю мягко, – уже поздно. Давайте, закругляйтесь потихоньку – нам собираться надо, а завтра уже домой ехать.

– Ага! Пап, ну тогда пока!

Егор, вскочив, поворачивается так, что в экране становится видно и меня тоже, я не успеваю отойти – зато успеваю заметить взгляд бывшего, брошенный в камеру, в котором чётко читается обещание продолжить этот разговор без ребёнка.

Вот и ещё одна причина, почему мне не нужны никакие ужины, никакие симпатичные и галантные мужчины… даже когда они очень симпатичные и крайне галантные! Не то чтобы я переживала из-за того, как бывший муж отнесётся к тому, что возле меня может появиться кто-то. По мнению Дениса это невозможно, я же толстая клуша, разведёнка с прицепом, которая по определению никому не нужна. Но нервы он мне наверняка истреплет знатно. А заодно попытается настроить против меня ребёнка, дай только повод.

Так что нет уж. Мне и без этого острых ощущений хватает в жизни!

На следующее утро Кира сообщает, что Лоран был вынужден срочно уехать. Говорит это как бы между делом, пока помогает детям собрать по номеру разбросанные после вчерашнего праздника мелочи, но я слишком хорошо знаю подругу, чтобы не заметить, какой она кидает на меня взгляд.

– Какой-то там косяк по стройке, – объясняет Кира, складывая в пакет потерянные Егором носки, почему-то обнаруженные под стулом у близнецов. – Кирилл сказал, что подрядчики что-то напутали с техникой или документами, я не вникала. Лоран уехал ещё ночью, вроде бы на один из объектов, так что попрощаться не успел.

– А я и не собиралась с ним прощаться, – отвечаю слишком торопливо и тут же пытаюсь исправить ситуацию: – В смысле, мы с ним не настолько близко знакомы, чтобы расстраиваться из-за того, что не успели сказать друг другу «до свиданья». Полагаю, его это тоже не расстроило.

Кира чуть улыбается, но молчит, не развивая тему. А я втихомолку радуюсь, что так получилось. Хорошо, что не увиделись. А то как представлю очередную неловкость при встрече или что он, не дай бог, повторил бы своё приглашение… Хотя с чего бы?! Я ведь уже решила, что это он просто из вежливости!

Сборы мы заканчиваем быстро. С друзьями мне, конечно, ужасно повезло – они ещё осенью купили большую семейную машину, куда влезают аж шесть человек, поэтому нас с Егором довозят до самого дома.

– Увидимся, Ритуль! – машет мне из окна Кира, пока её муж достаёт мой чемоданчик.

– Давай помогу донести до квартиры, – предлагает Кирилл.

– Да не выдумывай, он лёгкий, – отмахиваюсь, улыбаюсь ему, и мужчина улыбается в ответ.

– Ну смотри. Егор, помоги маме!

– Ага, – сын подпрыгивает на месте, успевая о чём-то ещё переговариваться с Арсом и Тёмой, которые тоже приоткрыли окно.

– Езжайте, холодно! – машу им, поймав Егора за руку и в очередной раз кивнув на слова подруги насчёт того, что созвонимся.

Мы и так всё время созваниваемся. Сейчас, конечно, реже – с тех пор как к Кире вернулся муж и они каким-то чудом собрали заново свою семью, у подруги хватает своих дел. Но всё равно часто. Да и видимся регулярно. Правда, Егор постарше её парней и уже в этом году пойдёт в школу, а близнецы идут только в следующем.

Мысли о школе тут же возвращают меня к реальности. После праздников Егору нужно идти на подготовительные занятия, а ещё я даже думать не хочу, во сколько встанет собрать его к первому классу. На бывшего мужа надежды никакой, так что надо будет, наверное, закупаться заранее, за несколько месяцев, чтобы растянуть расходы.

Дома всё как всегда. Праздничный горнолыжный курорт, огни, чистые дорожки и вежливые горничные, которые приносят тебе лёд для компресса по просьбе красивого француза, остаются где-то позади. Я разбираю сумки, ставлю чайник, включаю стиральную машинку и одновременно прикидываю, сколько денег осталось до зарплаты.

Поездка обошлась значительно дешевле, чем могла бы, потому что Кира действительно выбила для нас какую-то почти неприличную скидку, но всё равно траты были. Кредитка лежит у меня в кошельке немым укором, и я в очередной раз обещаю себе больше в неё не залезать хотя бы до конца месяца.

Следующие дни мы вливаемся в нашу привычно-обычную жизнь. У меня, естественно, длинных выходных нет – я работаю в компании, занимающейся грузоперевозками, и удалённо «вишу» на телефоне практически всегда, потому что у нас вечно что-нибудь случается. То один погрузчик не выходит на объект, то второй встаёт из-за гидравлики – и, естественно, всё это происходит в последний момент, так что разгребать косяки приходится в режиме «срок закончился вчера».

К концу недели я уже настолько измотана, что с трудом держусь, когда сын начинает стонать и ворчать, сидя за столом, куда я отправила его писать прописи.

– Кому вообще нужна эта фигня! – Егор с выражением мировой скорби на лице выводит кривулины в тетради. – В ноутбук сел и всё напечатал!

– Не в ноутбук, а за ноутбук, – заставляю себя сдерживаться. – Все должны уметь писать и считать, это часть учёбы.

– И считать тоже – вон, в телефоне открыл калькулятор и посчитал! – кисло добавляет сын.

Уже открываю рот, чтобы повторить всё то, что уже говорила сотню раз, но тут в дверь раздаётся звонок.

– Кого ещё принесло… – бормочу растерянно.

– Может, это папа?! – радостно подскакивает с места Егор.

– Сначала сядь и допиши! – говорю строго, а сама иду к двери.

Глава 7

– Открывай, я к сыну, – раздаётся в трубке домофона.

Ну естественно. Ни элементарного приветствия, ничего... как всегда. Как будто я тут не хозяйка этой квартиры и не мать его ребёнка, а вахтёрша, которая ключи слишком долго ищет.

– Это папа, да? – Егор всё-таки не усидел на кухне, прибежал в коридор.

Неудивительно. Это же не мама с её скучными прописями и занудством...

– Да, – вздохнув, нажимаю кнопку на домофоне и заодно сразу открываю замок на входной двери.

Отхожу подальше, машинально подбираю валяющиеся на комоде магазинные чеки. Тут же злюсь на себя – вот неистребимая привычка срочно прибрать мелочи перед приходом гостей... хотя бывшего мужа гостем назвать язык не повернётся. Если только незваным.

– Сынок, привет! – громко говорит Денис как раз в этот момент, переступив порог, и Егор с радостным криком бросается к нему.

Он подхватывает его, кружит, целует в макушку и, поставив на пол, треплет по волосам. Как трогательно со стороны... Если не знать, сколько раз этот же мужчина забывал позвонить, отменял встречи за час, обещал забрать сына на выходные и пропадал, а потом объяснял, что у него были дела, работа, проблемы, плохая связь и вообще жизнь сложная.

Меня Денис, естественно, игнорирует, хотя я стою в паре метров. Приходится стиснуть зубы покрепче и напомнить себе, что он имеет право общаться с сыном. И Егор имеет право видеть отца, которого он так любит.

– Ну что, курортник, – слышу нарочито насмешливое. – Рассказывай, как ты там отдыхал без папы, пока мама твоя по французам бегала.

Егор смеётся, явно не понимая смысла фразы. Зато я понимаю прекрасно. А по тому, как Денис мельком смотрит на меня, понимаю ещё и то, что он специально произнёс это при сыне.

– Мы договаривались, что ты предупреждаешь о визитах заранее, – говорю ровно, не повышая голоса. – Егор рад тебя видеть, но вообще-то уже вечер, у него ещё есть домашние задания, поэтому давай сразу определимся, сколько времени ты планируешь здесь пробыть, чтобы не сбивать ребёнку весь режим.

– А я что, теперь по расписанию к собственному сыну должен ходить? –поворачивается ко мне Денис. – То есть что ты его на курорты всякие увозишь и режим нарушаешь – это ничего. Ну да, за чужой-то счёт...

– Не за чужой счёт, – стараюсь говорить спокойно, потому что понимаю, что он просто хочет меня выбесить. – Это были праздники. Каникулы. И ездили мы на день рождения к друзьям Егора. Часть расходов я оплатила сама, часть действительно была со скидкой. И тебя я об этой поездке предупреждала заранее, но ты тогда был занят настолько, что даже не ответил.

– Да ладно тебе, – Денис даже не смотрит на меня, обращается к сыну. – Мама у нас теперь женщина самостоятельная, никого не спрашивает, сама решает, куда везти ребёнка, с кем знакомить, с какими французами. Правда, Егорка? Взрослая жизнь у тебя началась, пока папка твой тут пашет.

Егор снова смеётся, а я заставляю себя молчать. Потому что если сейчас сорвусь, то опять всё будет так, как хочется Денису. Он – несправедливо обиженный отец, а я – истеричная мамаша, которая портит ребёнку всю радость от встречи.

– Ну чего, хоть бы чаю предложили, – выпрямляется бывший.

– Пойдём, пап! – Егор тянет его за руку на кухню.

– Егор, убери, пожалуйста, свои прописи пока, – прошу, проходя следом и ставя чайник.

Понятно же, что сын сейчас ничего делать не будет, только разноется снова, если я напомню ему о задании.

– Дай-ка хоть гляну, – Денис опускается за стол без приглашения, придвигает к себе тетрадь. – Посмотрим, чему тебя тут мама учит. А то вдруг она решила, что теперь у нас вся надежда на иностранных инвесторов, а буквы русскому мужику уже необязательны.

– Прекрати выдумывать ерунду! – цежу сквозь зубы.

– Ой, ну опять ты начинаешь! – тут же переводит стрелки он. – Вот, сынок, как всегда! Маме твоей слова не скажи, она тут же моральную компенсацию в суде пойдёт требовать, а то денег ей на курорты хватает, а на еду, значит, не хватает!

Егор уже перестал улыбаться, сводит брови, смотрит несчастными глазами, переводя взгляд с отца на меня. И только ради него я стараюсь взять себя в руки и сдержаться.

– Денис, я не хочу обсуждать сейчас эти вещи, – говорю холодно. – Давай либо ты спокойно общаешься с сыном, раз так хотел прийти, либо мы переносим эту внеплановую встречу на другое время. Егорушка, – отвлекаю сына, – иди принеси тот альбом с распечатанными фотографиями, который мы с тобой делали, покажи папе, ему будет интересно! Он где-то у тебя в детской.

Мы действительно распечатали несколько самых лучших фото с отдыха. Я купила блокнот с толстыми листами, которые мы вместе разрисовали, наклеили фотографии, и получился симпатичный альбом, чтобы Егору было что вспомнить без просьб заглянуть в телефон и посмотреть фото там.

Егор нехотя кивает и сползает со стула.

Как только дверь на кухню за ним закрывается, Денис тут же откидывается на стул и смотрит на меня уже без маски весёлого отца.

– Ты что устроила? – спрашивает, прищурившись. – Совсем берега потеряла после своего курорта?

– Это я устроила? – переспрашиваю тихо, потому что повышать голос при закрытой, но не звуконепроницаемой двери в детскую нельзя. – Ты приходишь без предупреждения, язвишь при ребёнке, ещё и разговор о деньгах заводишь, а устаиваю я?!

– Я пришёл к сыну, – Денис наклоняется вперёд, и его голос становится ещё неприятнее. – К своему сыну, Рита. Ты можешь сколько угодно строить из себя свободную женщину, но ребёнок у тебя мой. И я не хочу узнавать от него, что какой-то лягушатник таскает его на руках и рядом с его матерью изображает благородного спасателя.

– Лоран никого не изображал, – отвечаю сразу и тут же злюсь на себя за то, что вообще произнесла его имя. – Это была элементарная помощь. Некоторым мужчинам свойственно просто помогать и ничего не просить взамен! Зато ты устраиваешь дебильную сцену ревности!

– Ревности? – Денис коротко смеётся, но глаза остаются холодными. – Ты давай без фантазий тут, ладно? Я не хочу, чтобы мой сын болтался рядом с непонятными мужиками, пока его мать решила вспомнить молодость и поиграть в курортный роман!

– Ты сейчас уйдёшь, если продолжишь в таком тоне, – говорю я, удивляясь, насколько ровно звучит мой голос. – Я разрешила тебе зайти...

– Разрешила?! – он хмыкает. – Серьёзно? Ты мне разрешила увидеть моего ребёнка? Смотри не заиграйся в самостоятельность, Рита, потому что я при желании могу всё оформить официально! График, выходные, каникулы, половину праздников. И тогда уже не ты будешь решать, с кем он, куда едет и кто там вокруг тебя крутится.

– Оформи, – отвечаю после короткой паузы. – Я тебе это давно предлагаю. У Егора будет понятный график, а не внезапные визиты, пропажи отца на полтора месяца и обвинения непонятно в чём. Только учти, что вместе с графиком общения ещё будут стребованы алименты. Потому что ребёнок, знаешь ли, хочет есть каждый день, а не только тогда, когда у тебя просыпаются отцовские чувства!

– Ну ты и тварь! – выплёвывает Денис. – Меркантильная су...

– Пап? – на кухню с альбомом вбегает Егор.

И как раз в этот момент у меня звонит мобильный.

Глава 8

Звук выходит таким резким и неуместным, что мы все трое вздрагиваем. Денис мгновенно захлопывает рот, морщится, но молчит.

И хорошо. А то не знаю, что бы я ему ответила!

Подхватываю мобильный, вижу на экране «Лена диспетчер», и с трудом сдерживаю стон. Лена по вечерам просто так не звонит...

– Я отвечу, – говорю больше Егору, чем Денису, и принимаю вызов, одновременно отходя к окну. – Лен, что случилось?

– Рит, прости, что поздно, но у нас пожар, – сразу выпаливает она. – По заявке «Северного склона» подрядчик только что прислал отказ. Говорят, телескопического погрузчика с вылетом стрелы в районе нет, манипулятор с нормальной грузоподъёмностью тоже не нашли, предлагают переносить разгрузку на двадцатое число.

– Какое ещё двадцатое? – переспрашиваю, нахмурившись. – У них же завтра утром фуры с панелями должны встать на разгрузку, я график видела. Если они сейчас перенесут на двадцатое, у них там не только фуры в простой уйдут, у них бригада монтажников три дня в воздухе болтаться будет!

Говоря, краем глаза вижу, как Денис что-то тихо говорит Егору, тот кладёт альбом на стол, шуршит страницами. Замечаю, как Денис наклоняется над снимками, тычет пальцем, задаёт какой-то вопрос... блин, ну вот хоть разорвись! Он сейчас наболтает сыну всякой дряни, а мне потом это всё разгребать!

Но и работу никуда не денешь ведь... Что, на алименты жить? Которых нет? На секунду стискиваю зубы, так хочется пнуть Дениса посильнее, и отворачиваюсь обратно к окну.

– Вот я тебе и звоню, – Лена тараторит быстрее. – Подрядчик говорит, что они обзвонили всех, у всех техника занята, свободных машин нет, ближайший телескоп только в Екатеринбурге, и будет не раньше послезавтра.

– Кто подрядчик? – спрашиваю, прижимая телефон плечом и перелистывая блокнот, который всегда таскаю за собой, у меня там, несмотря на все красивые программы, таблицы и синхронизацию, живут самые нужные номера, потерять которые совсем не хочется.

Лена называет, а потом ещё и добавляет:

– В письме от них пометка, что заказчик якобы предупреждён о невозможности подачи техники в срок.

Я киваю сама себе. Ну конечно. Лишь бы себе задницу прикрыть.

– Лен, слушай меня внимательно, – говорю, уже листая блокнот до раздела с погрузчиками и манипуляторами. – Скинь мне все данные и точные параметры груза, только не как обычно, а в подробностях – длина, вес пачки, нужна ли работа с борта, какой подъезд, есть ли уклон, грунт или нормальная площадка. И сразу напиши заказчику, что мы проверяем возможность подачи техники на завтра утром, без обещаний, но и без подтверждения переноса.

– Ты думаешь, они просто не искали? – до Лены уже доходит.

– Я думаю, что если человек пишет вечером «в регионе ничего нет», то он либо не умеет искать, либо очень хочет, чтобы ничего не нашлось, – отвечаю сухо. – А теперь дай мне десять минут.

Сбрасываю вызов и поворачиваюсь к Егору.

– Ну что, работа зовёт? – Денис усмехается чуть презрительно. – Вот, сынок, у мамы всегда есть дела поважнее семейных разговоров. Особенно если там курорт, французы и прочая красивая жизнь.

– Денис, если ты ещё раз при ребёнке скажешь что-то в таком тоне, ты уйдёшь прямо сейчас, – говорю, не повышая голоса, но, видимо, что-то в моём лице всё же меняется, потому что бывший замолкает. – А работа зовёт, да. Потому что, в отличие от некоторых обязательств, её нельзя игнорировать полтора месяца.

Егор поднимает на меня глаза, и я тут же жалею, что сказала последнюю фразу. Ну вот зачем? Зачем я опять дала Денису втянуть себя в эти споры при ребёнке?!

Правда, Денис уже спрашивает у Егора что-то про лыжи, тот отвлекается, а я, скрипнув зубами, снова отворачиваюсь к окну, открывая присланные файлы.

Ситуация действительно оказывается неприятной. Нужен телескопический погрузчик с вилочным навесным и манипулятор на подстраховку. Подрядчик утверждает, что обзвонил местных владельцев техники, никто не свободен, поэтому разгрузку и монтаж надо переносить минимум на три дня.

Три дня зимой на стройке – это не просто три дня. Это простой фур, перерасчёт графика, бригада, которая либо уедет на другой объект, либо будет стоять и материться, оплачиваемая, между прочим, по часам. Это материалы, которые в нашем климате должны храниться определённым образом. Это заказчик, который потом справедливо спросит, почему проблема стала известна только накануне вечером.

Я открываю список контактов и сначала набираю своего знакомого, который знает минимум половину владельцев техники в округе.

– Вадим, привет, это Рита Морелева, – говорю быстро, пока он не успел завести свою обычную пластинку «я не работаю, я дома». – Мне на завтра с раннего утра нужен телескоп с вилами, желательно не убитый в ноль, и с водителем, который не будет три часа искать площадку по навигатору.

– Рит, ты время видела? – Вадим ожидаемо вздыхает так, как будто я разбудила его среди ночи, хотя судя по фоновым звукам у него вовсю орёт какой-то боевик.

– Видела, поэтому звоню не поболтать о прекрасном, – отвечаю, мельком оглядываясь на кухню.