Воители. Кризис

— Ладно, засмущал. Как сам-то после аварии?

— Почти норм. Но когда узнал, что выследили вампира, причастного к гибели наших ребят, спокойно на больничной койке лежать не смог. Ладно, давайте о делах. Что тут у вас?

— Мы устроили охоту на вампира Руслана, который руководил нападением на наших на болотах. У нас сейчас мало людей, поэтому мы объединились с христианами и попросили помощи у вас. А бригада Руслана, наоборот, разрослась. Он подмял под себя всю группировку Кирпича, а там сплошные бандиты и бывшие силовики.

— А Кирпич сам ещё не возродился?

— Нет, они сразу не возвращаются, им надо восстановить силы. Это лет пять.

— Ок.

— Так вот: мы узнали, что Руслан решил поставить свои дела на широкие рельсы и организовал тут нарколабораторию, чтобы развращать людей в промышленных масштабах. Сегодня нам поступила инфа, что здесь общая сходка всей банды. Вот мы и решили прихлопнуть всех сразу. Наша группа заблокировала северный выход, группа настоятельницы — южные. Но сил у нас хватает только на оборону, поэтому мы позвали вас.

— Докладываю со своей стороны. Мы разделили взвод на две части. Половина во главе с товарищем майором усилила группу Елизаветы, вторая — со мной — вас. Взвод новый, но бойцы опытные, с других отделений. Так что с боевым слаживанием могут быть проблемы, но думаю, справятся. Сержант толковый, кстати, брат погибшего Ильи. И это... как бы сказать, вы не можете узнать, куда Илья попал: в рай или в ад? Мужик он был хороший, вояка отменный, но немного вспыльчивый.

Антон ответил:

— Не знаю, если честно, но попрошу Алексея узнать.

— Хорошо. Тогда ещё одно дело доделаем — и вперёд. А вот и оно...

В цех заехали две механические платформы на гусеничном ходу с установленными на них огнемётами. За ними шли два оператора.

— Это что за чудо техники? — усмехнулся Антон.

— Наземные дроны, кажется, НРТК «Курьер», — ответил Саша.

— Угу, они самые. У вас чудеса, у нас технологии, — усмехнулся Алексей и обратился к операторам: — Готовы?

— Да, всё работает в штатном режиме. Можем приступать.

— Начинаем? — Антон оглядел своих бойцов и подтвердил: — Начинаем.

Старлей включил рацию:

— «Первый», мы готовы.

Последовал ответ:

— Вперёд.

Зачистка проходила более чем успешно. Это был старый военный завод: во время перестройки он попал под конверсию, потом несколько раз менял хозяев, и сейчас его облюбовал Руслан. В подвальных помещениях он устроил нарколабораторию и базу для своей нечисти. Чем и воспользовались воители — появился шанс одним ударом прихлопнуть всю группу.

Завод имел четыре подземных уровня. Один уже прошли, и сейчас группа Антона со спецназом зачищала второй. Антон по рации переговорил с Елизаветой. Их группа уже очистила южное крыло второго уровня и спускалась на третий.

— Принял. Сильно не торопитесь, — ответил Антон.

Тут операторы дронов доложили:

— Впереди противник, около десятка целей.

Старлей скомандовал:

— Жгите.

Заработали огнемёты. Из бокового помещения в коридор выскочили горящие твари.

Бойцы «Икс-Пи» начали методично, как в тире их расстреливать.

И вдруг из толпы горящей нежити вылетели две фигуры — вампиры. С невероятной скоростью они метнулись к спецназу.

Люди не успели среагировать, вампиры оказались в центре строя и начали раскидывать бойцов. Но воители в скорости и реакции не уступали вампирам: они мгновенно подскочили на помощь людям. Только Вероника немного замешкалась — она недавно прошла инициацию и до конца ещё не освоилась.

Через минуту с вампирами было покончено.

Старлей спросил:

— Все живы?

Игнат ответил:

— Все, лёгкие ушибы. Только у Макса сотрясение — об стенку хорошо приложили.

— Макса в конец строя. Продолжаем движение.

Через час все этажи были зачищены. И две группа встретились. Осталось одно помещение, где укрылся Руслан с остатками своей бригады.

Алексей доложил о ситуации майору, а воители Антона поздоровались с Елизаветой и её бойцами. Их было пятеро: все мужчины в чёрных рясах, с автоматами. К ним подошли майор и старлей. Майор проговорил:

— Предлагаю народом не рисковать. Закидаем помещение гранатами и запустим дронов — пускай они там всё выжгут. А сами здесь, в коридоре, укрепимся и будем добивать тех, кто попытается выскочить. По планам, выходов тут больше нет.

Все согласились.

Через семь минут всё было кончено. Антон и Елизавета осторожно зашли внутрь — они лучше всех были подготовлены к последним неожиданностям, но обошлось без них. На полу валялись только разорванные и обугленные тела последних вампиров и нежити. В самом дальнем углу, за импровизированной баррикадой, они нашли Руслана. Одну ногу ему оторвало, левая рука и бок были обожжены и ещё дымились, один глаз вытек, но он был ещё жив.

Антон произнёс:

— Выжил. Это хорошо. К тебе есть вопросы.

Деревня

Николай отдыхал после тяжёлого рабочего дня. Он целый день чистил свинарник, и с непривычки у него сейчас ныло всё тело. Он просто сидел на скамейке возле клуба и наслаждался покоем и тёплым летним вечером.

Николай жил в деревне уже пять дней. По приезду он спросил у местных, где можно узнать насчёт работы. Ему указали на одноэтажное кирпичное здание возле клуба. Это здание совмещало в себе сельсовет и контору сельхозкооператива. Официально он назывался СК «Рассвет». Внутри было без излишеств и скромно, но всё чисто и ново. Его встретила секретарь — женщина средних лет в тёмном платке и платье до пола. Он объяснил причину визита: мол, хочет найти работу. Она окинула его едким взглядом и указала на массивную дверь.

— Рустам Петрович у себя, сейчас спрошу.

— Это председатель?

— Глава кооператива и сельсовета.

Она вошла в кабинет. Её не было минут десять. Наконец вышла и кивнула:

— Проходи.

Рустам Петрович был невысоким черноволосым мужчиной средних лет с небольшим животиком, абсолютно не похож на колдуна — ну, по крайней мере, Николай представлял колдунов иначе. Николай рассказал, что ищет работу, согласен на любую, сам он сирота, образования нет, жить негде. Рустам Петрович немного пораспрашивал его и в итоге согласился взять разнорабочим и выделить на время работы жильё. Оформили его быстро. Какая-то женщина провела ему экскурсию, показала, где жить и работать.

— Сегодня обустраивайся, завтра с утра на работу. Приходи к конторе.

За пять дней Николай не узнал, где дети и алтарь, но он понял, кто колдун. Это был не Рустам Петрович. Колдун жил в тереме и никакой работой не занимался. Все звали его отец Михаил, но священником он не был — по крайней мере, православным. Сам он был высокий, статный мужчина с длинными чёрными волосами, лицо приятное. Чем конкретно он занимался, Николай так и не понял, но вечерами проводил какие-то собрания в клубе. Николая туда не пускали. Деревня вообще была странная: жители вроде и не агрессивные, но и не общительные. Между собой тоже мало общались, не было весёлых перекуров, когда мужики травят анекдоты. Женщины не сплетничали. И никто не пил. Молодёжь ночами не гуляла. С молодёжью и детьми вообще было странно. Их было очень мало — всего двенадцать человек, и главная странность: они были погодки. Самому младшему пять лет, и каждый следующий на год старше. Как будто специально подбирали.

И вдруг покой Николая прервали: с ним поздоровались, что для этих мест было странно. Николай открыл глаза. Перед ним стоял паренёк из автобуса. Он повторил:

— Привет.

— Привет, я тебя в автобусе видел.

— Да. Меня Витя зовут.

— Меня Николай. Присаживайся, поболтаем.

Виктор инстинктивно огляделся, будто собирался сделать что-то предосудительное. Но сел рядом на скамейку.

— Чем занимаешься?

— Учусь. Завтра выпускной экзамен.

— О, поздравляю.

Виктор не проявил радости, а наоборот, стал угрюмым.

— Что, волнуешься? Да не бойся, это всего лишь ЕГЭ. Чем планируешь дальше заниматься? Здесь останешься или в город?

— Если сдам — уеду.

— А если нет?

Виктор не ответил. Пару минут просидели молча. Неожиданно Витя спросил:

— А ты правда бандит?

— Чего? — Николай аж поперхнулся.

— Твоей истории никто не верит. Все думают, что ты преступник и у нас прячешься от полиции или других бандитов. Как это вообще — быть в бегах?

Николай почесал затылок.

— Тебе зачем это? И вообще, меньше знаешь — лучше спишь.

— Понятно. Ладно, пойду, а то родители, наверное, уже волнуются.

— Ты завтра подходи, поболтаем. А то скучно тут у вас.

— Хорошо.

Утром Николай шёл на работу и вдруг увидел в одном дворе гроб. Вокруг не было ни души. Уже возле конторы он спросил:

— А что, кто-то умер?

— Сын Ивана и Софьи. Витя.

— Это паренёк такой, лет семнадцати?

— Да.

— А что случилось? Я его вчера видел.

— Упал с сеновала и шею свернул.

Николай был в шоке, в случайную смерть он не верил. Надо было связаться с Кириллом. Но тут были проблемы. Связи и интернета в деревне не было. Кирилл обещал что-нибудь придумать, а на экстренный случай Николай должен был развести костёр и подать сигнал дымом. И сейчас Николай был в растерянности: случай не экстренный, но посоветоваться надо. Всё решилось неожиданно. Николай возле сельского магазина увидел УАЗик дяди Миши, а потом и его самого, выходящего из магазина с продавцом. Продавец, завидев Николая, замахал рукой:

— Николай, помоги водителю продукты разгрузить.

— Конечно, — согласился Николай, с трудом скрывая радость.

Перетаскав продукты, дядя Миша и Николай смогли незаметно переговорить. Дядя Миша быстро заговорил:

— Анна день и ночь следит за деревней. Так что если увидет дым, сразу придем на помощь. Так что, малой, не бойся, мы тебя не бросим.

Николай был тронут и обратил внимание, что дядя Миша перестал называть его «шкетом». Дядя Миша продолжал:

— Я договорился с водителем, который сюда продукты возил, что поработаю за него, а деньги пусть оставит себе. Так что два раза в неделю буду приезжать в это время. Кирилл через свои полицейские связи достал дела пропавших детей. Всего за три года, что тут обитает колдун, пропало пять детей. Всем было по пять лет. Тела двоих нашли сразу: одна девочка утонула, мальчика звери растерзали. Те, которые не нашлись, пропадали с периодичностью раз в год, в конце лета, примерно в это время. Сначала мальчик, потом девочка и опять мальчик. Вот фото. Ты их не видел?

Колян посмотрел на фото детей.

— Нет. Но тут какая-то странность с детьми. Их на всю деревню двенадцать, и все погодки. От пяти лет и выше. И кстати, самый младший — шести лет мальчик, потом девочка и опять мальчик. Но они совсем другие, чем на фото.

— Может, он им как-то внешность меняет?

— Не знаю.

Николай быстро рассказал про все свои наблюдения и про гибель Вити.

— Не могли его убить за то, что с тобой говорил?

— Нет, мы разговаривали всего пару минут, и ничего такого он не говорил. Насчёт экзамена волновался.

— Какого экзамена?

— Выпускного. ЕГЭ.

— Коля, какое ЕГЭ? Конец лета.

— И правда, я не подумал.

— Что это за экзамен, из-за которого убивают? Ладно, пора разбегаться, а то начинаем привлекать внимание. Будь осторожен.

Дядя Миша уехал.

Николай возвращался домой. Возле дома Вити он увидел, что гроба уже нет. Во дворе какая-то женщина развешивала бельё. Николай подошёл к забору и окликнул её. Она обернулась.

— Извините, а когда похороны?

— Уже похоронили.

— Так быстро? А поминальная служба будет? Я бы хотел попрощаться.

— Ничего не будет. Нам этого не надо.

Женщина отвернулась и занялась своими делами.

«Ну это уже ни в какие ворота», — подумал Николай. Он решил сам пойти на кладбище и проститься с мальчишкой. Он его хоть и не знал, но не по-людски это — закопали как собаку и забыли.

Николай обошёл кладбище несколько раз, но могилы Вити не нашёл. Там вообще свежих могил не было. Он вышел за ворота и стоял в раздумьях. Тут он увидел проходящую мимо бабушку. Николай обратился к ней:

— Извините, а где Витю похоронили? Я что-то могилу его найти не могу.

— Его на новом кладбище, возле элеватора.

Это было маленькое кладбище, всего четыре могилы, одна свежая. Крестов не было, а только торчали у изголовья деревянные колья с непонятными надписями. Возле свежей могилы сидела молоденькая девушка лет шестнадцати и плакала. Николай подошёл к ней. Увидев его, она быстрыми движениями вытерла слёзы. Николай успокоил её:

— Не бойся, я тоже попрощаться пришёл.

— Ты новенький из города? Ты знал Витю?

— Почти нет, — честно признался Николай. — Но просто обидно стало за пацана, что никто с ним не попрощался, хотя вижу, что ошибся. Вы были друзьями?

— Да. Мы хотели после учёбы вместе быть.

— Печально.

— На следующий год я тоже тут лежать буду, — вдруг неожиданно произнесла девушка.

— Да что ты такое говоришь? Я понимаю, потеря близкого или даже любимого тяжела, но не вздумай ничего с собой делать.

— Я не собираюсь совершать самоубийство. Я следующая по возрасту. И если отличник Витя всё завалил, то я подавно...

Девушка вдруг сообразила, что сказала лишнее. Она замолчала испуганно и быстро засобиралась.

— Не бойся, объясни, что тут за чертовщина происходит...

— Прости, мне пора. Родители, наверное, уже меня потеряли.

И она быстро ушла. А Николай ещё немного постоял у могилы и после пошёл спать.

Вальхалла

Артур уже неделю жил в обители неприкаянных. Здесь было шумно. Воины днями и ночами пировали, горланили песни и мерялись силой. Благопристойным обитателям райских облаков тут бы точно не понравилось. Правда, тут не было злобы. После кулачного боя все опять начинали брататься без всяких обид. Снаружи дворец был не очень большим, но внутри безразмерный, с бесконечными рядами столов и роскошных залов. Пограничье, что скажешь: тут всё не то, чем кажется.

Валькирии, как правило, не участвовали в пирушках, но иногда присоединялись к песнопениям. И когда по залу начинали разноситься их завораживающие голоса, то все притихали и наслаждались ангельскими песнями.

В один из таких дней Артур задумчиво сидел за столом, и тут его окликнули. Он поднял глаза: перед ним стоял воин, который встречал его у границы владений неприкаянных. Илья.

— Я присяду.

— Пожалуйста.

— А ты, смотрю, из фракции атеистов. Я при жизни с вашими воителями общался.

— ??

— Я служил в Икс-Пи. Погиб при охоте на тигра. Там много ваших было. В смысле — небесных воителей.

— Алексея знаешь?

— Ну, в общих чертах. Он один из начальников был. Лично не говорили. Я всего лишь сержант. А ты-то как сюда попал?

— Да те демоны, что со мной были, напали и к порталу не пропустили. А у меня важная информация есть.

— Плохо. Я бы помог. На дух эту нечисть не переношу. Только не знаю как.

— Сам я пробиться не смогу, силы не равные. Вас о помощи даже просить не буду. Я знаю условие договора. Поэтому не хочу быть виновником войны. А вот если бы кто потихому пробрался к порталу и смог самостоятельно через него пройти, чтобы позвать помощь…

— Понял. Тебе нужен Легенда.

— Кто?

— Легендарный воин. С душой вознесённого.

— А тут есть такие?

— Есть, немного.

— А кто именно? Может, знаю кого.

— Ну… Ахиллес, Беовульф, Алпамыш… Святогор.

— Я с ним воевал в одной дружине.

— Ты на войне был?

— Да, тут, в пограничье, много веков назад.

— А слышал что-то от валькирий про эту войну. Ладно, понял. Я найду Святогора и сведу вас.

— Спасибо.

На следующий день Артур встретил Святогора. Святогор вошёл в зал, где сидел Артур, огляделся и, увидев ангела, громогласно возгласил:

— О гой еси, дружище! Правду мне молвили, а я и не поверил сперва! Точно ты!

Святогор был здоровенный дети́на — под два метра росту, широкоплечий, с мощными руками и густой кудрявой бородой. Он подбежал к Артуру, со всей силы обнял и приподнял — у того аж захрустели ангельские «косточки».

— Сколько веков, сколько зим не видались, дружиче мой сердешный! — пророкотал богатырь.

— Много, очень много.

— Слышал, ты к Петру ушёл? Чудно́, да не дивно: ты всегда был не такой, как прочие крылатые.

— Да, ушёл.

— Дела, как понимаю, у вас там не худо идут.

— Не то слово. А ты как? Почему тут? Я думал, ты у христиан аль с Перуном. Начинал ты вроде с ним?

— Не сидится мне на месте едином, — молвил Святогор. — После той войны несколько веков на земле пробыл, славянские земли от нечести охранял. Потом дела передал Илье Муромцу, сам ушёл на покой. Пару веков на христианском облаке прохлаждался — надоело, пуще прежнего. Тогда в небытие на век уходил.

— Спал в забвении?

— Да, непробудно. А восстав ото сна, в Тартарары спускался.

— Ого! Я не слышал, чтобы туда даже ангелы попадали.