Там, где заканчивается тишина

Я поймал себя на мысли, что хочу узнать, что она читает.

Не потому что мне интересно.

А потому что это — она.

— Ты опять пялишься, — сказал Даня, не поднимая головы.

— Я не пялюсь.

— Ты медитируешь на окно? — поправил он.

Макс тут же повернулся.

Он подбежал ко мне. — О, это она?

Я резко опустил руку.

— Не смотри.

— Почему? — искренне удивился он.

— Она красивая.

— Макс.

— Что? Я просто сказал факт.

— Тебя слишком много.

— Я в восторге от себя, — заявил он. — Это редкое состояние, дай мне насладиться.

Егор закончил разговор и посмотрел в нашу сторону.

— Что происходит?

— Арс скрывает от нас любовь всей своей жизни, — сообщил Макс.

— Я ничего не скрываю, — сказал я. — И это не любовь.

— Тогда почему ты смотришь туда уже десять минут? — спокойно спросил Егор.

Я замолчал.

Потому что ответа у меня не было.

— Она из твоего универа? — спросил он.

— Да.

— Умная?

— Да.

— Хорошая?

— Думаю, да.

— Тогда всё понятно, — сказал Егор.

— Что понятно? — спросил Даня.

— Он в беде.

— Спасибо за поддержку.

— Всегда пожалуйста, — усмехнулся Егор.

Макс посмотрел на меня внимательно.

— Она тебе нравится.

— Нет, — сказал я слишком быстро.

— Ты сказал это как человек, которому нравится, — заметил Даня.

— И как человек, который врет, — добавил Макс.

— Вы оба раздражающие.

— Мы братья, — сказал Даня. — Это наша функция.

Позже, когда Макс ушёл к себе, а Даня — к друзьям, мы с Егором остались в гостиной.

Он налил себе чай, сел напротив.

— Ты не обязан мне рассказывать, — сказал он. — Но если хочешь — можешь.

— Не о чем рассказывать.

— Тогда почему ты напряжён?

Я пожал плечами.

— Потому что всё нормально, — сказал я. — А это подозрительно.

Егор усмехнулся.

— Это похоже на тебя.

Он помолчал.

— Ты когда-нибудь был влюблён?

— Нет.

— А хотел?

Я задумался.

— Не знаю.

— Это честно, — сказал он. — Но знай: если вдруг — это не слабость.

— Отец так не считает.

— Отец много чего не считает, — спокойно ответил Егор. — Например, что можно быть счастливым в браке, любить кого-то.

Я посмотрел на него.

— Ты счастлив?

Он задумался.

— Иногда, — честно сказал он. — Когда забываю, кем я должен быть, и вспоминаю, кто я есть.

— И кто ты есть?

— Старший брат, который хочет, чтобы младшие не повторяли его ошибок.

Я усмехнулся.

— Поздно.

— Нет, — сказал он. — Пока ты ещё смотришь в окно — не поздно.

Я не ответил.

Потому что не знал, прав ли он.

В это же время, Кира сидела на подоконнике.

Я видел, как она смеётся над чем-то в телефоне. Потом делает глоток из кружки. Потом вдруг поднимает глаза — и ловит мой взгляд.

Мы замерли.

Она приподняла бровь.

Я — уголок губ.

Она показала мне кружку, будто в тосте.

Я кивнул.

Она рассмеялась.

И в этот момент я понял:

Я не влюблён.

Но я уже не свободен.

Глава 4

Арс не пришёл.

Я узнала это в 16:47 — в тот момент, когда кофе в моих руках остыл быстрее, чем надежда.

Мы договорились после пар. Без точного времени, без драм, просто:

«Позже. Напишу».

Он не написал.

Я сидела у окна, проверяла телефон каждые две минуты и делала вид, что мне всё равно. Это был талант, отточенный годами: выглядеть спокойно, когда внутри что-то неприятно сжимается.

Лера заметила первой.

— Ты кого-то ждёшь? — сказала она, плюхаясь ко мне на кровать.

— Нет.

— Тогда почему ты смотришь в телефон так, будто он тебе должен денег?

Я вздохнула.

— Мы должны были пойти на кофе.

— И?

— И он не пришёл.

— И даже не написал?

— Нет.

— Он умер?

— Очень смешно.

— Тогда он идиот, — уверенно сказала Лера. — Это лечится. Иногда.

Я пожала плечами.

— Может, что-то случилось.

— Может. А может, он просто мальчик с синдромом «не могу нормально общаться, я ведь король универа». Тоже распространённое.

Я усмехнулась, но внутри было неприятно пусто.

Не больно.

Не трагично.

Просто… разочаровывающе.

Как будто ты открыла книгу, а там вместо истории — пустые страницы.

— Сегодня вечеринка у Сони, — напомнила Лера. — Ты идёшь.

— Я не в настроении. И я не люблю вечеринки, ты ведь знаешь.

— Именно поэтому ты идёшь, — сказала она. — Наденешь что-нибудь красивое, я буду флиртовать за двоих, ты — делать вид, что не ищешь его глазами.

— Я не буду его искать.

— Конечно, нет, — кивнула Лера. — Ты просто будешь случайно смотреть во все углы комнаты.

Я бросила в неё подушкой.

***

На вечеринке было шумно, тесно и слишком много незнакомых людей.

Я увидела Арса почти сразу.

Он стоял у кухни, расслабленный, красивый. Рядом — две девушки. Одна смеялась слишком громко, вторая держала его за рукав, как будто показывая чья это территория.

Он не смотрел на меня.

Вообще.

И это было хуже, чем если бы посмотрел и отвернулся.

Черт… Я чувствовала жгучую ревность..

— Он здесь, — сказала Лера.

— Я вижу.

— И он с девушками.

— Я вижу.

— Он тебя игнорирует.

— Лера.

— Я просто фиксирую реальность, — сказала она.

я не собиралась портить себе вечер из-за человека, который даже не счёл нужным написать.

Я взяла стакан с чем-то газированным, сделала вид, что мне весело, и ровно в этот момент рядом возник он.

Нет. Не Арс.

Парень лет пятнадцати. Худой, слишком живой, с глазами, которые не умели врать.

— Ты Кира? — спросил он.

— Да.

— Я Макс. Брат Арса.

Я замерла.

— Младший?

— Самый младший, самый красивый, самый недооценённый, — кивнул он. — Можно я побуду рядом? Мне скучно с людьми старше восемнадцати, они либо врут, либо делают вид, что не врут.

— Можно, — сказала я. — Ты трезвый?

— Был, — честно сказал он.

Мы разговорились неожиданно легко.

Он рассказывал про школу, про то, как ненавидит физику, про то, как отец не терпит «позора», и как Арс всегда выглядит так, будто ему всё равно, хотя это не совсем правда.

— Он сейчас странный, — сказал Макс. — Когда ему кто-то интересен, он ведёт себя как человек, который впервые получил инструкцию к жизни на китайском.

— Ему кто-то интересен? — вырвалось у меня.

Макс посмотрел на меня.

Потом усмехнулся.

— Может быть.

Я не знала, почему сердце от этого стукнуло быстрее, чем нужно.

Потом Макс резко побледнел.

— Мне плохо, — сказал он. — Очень.

— Ты много пил?

— Я экспериментировал с уверенностью, — прошептал он. — Неудачно.

— Где твой брат?

— С девушкой. Они ушли. Где-то в комнате. Там, где взрослые совершают ошибки.

— Отлично.

Макс покачнулся.

— В таком состоянии мне нельзя домой.

— Почему?

Он посмотрел на меня серьёзно.

— Если отец увидит меня таким — это будет катастрофа.

И я почему-то сразу поверила.

— Ладно, — сказала я. — Тогда ты едешь ко мне.

— Ты ангел.

— Нет, — сказала я. — Совсем наоборот.

Он уснул почти сразу.

Прямо в моей кровати.

Не разуваясь.

Я накрыла его пледом и села на подоконник.

Достала ноутбук.

Открыла сообщения.

Написала Арсу.

Твой брат у меня. Ему плохо, сказал домой нельзя — отец не должен увидеть. Прочитаешь смс — приезжай. Кира.

Отправила.

И только потом позволила себе быть злой.

***

Стук был в окно.

Я вздрогнула.

Не в дверь.

Именно в окно.

Я подошла, отодвинула штору — и замерла.

Арс стоял снаружи.

На пожарной лестнице.

В тёмной куртке.

С выражением лица человека, который не планировал сегодня лезть в чужую комнату, но выбора ему не оставили.

Я открыла окно.

— Ты нормальный? — прошептала я.

— Нет, — сказал он и перелез внутрь. — Где он?

Я указала.

Он посмотрел на кровать — и выдохнул.

— Спасибо.

— Пожалуйста, — сказала я. — Он сказал, что домой нельзя. Отец.

— Я знаю, — коротко сказал Арс. — Если отец увидит его таким — будет хуже, чем плохо.

— Тогда забирай его в гостиницу.

— Не могу.

Я посмотрела на него.

— Почему?

— У него непереносимость алкоголя, — сказал он. — Даже немного — и его кроет. Если его сейчас тащить по улице, он будет орать, узнают все. В том числе отец.

— Отлично, — сказала я. — Тогда ты сидишь на стуле.

Он посмотрел на меня.

Потом — на кровать.

Потом снова на меня.

— Я так не думаю.

И начал раздеваться.

Сначала куртка.

Потом кроссовки.

Потом рубашку. У Арса татуировка на плече. Которая выглядит безумно сексуально. Его пальцы касаются пуговицы брюк.

Я замерла.

— Арс.

— Что?

— Ты что делаешь?

— Ложусь спать.

— Ты не… — я запнулась, — …ты не можешь.

— Почему? Боишься что не сможешь удержаться?

— Нет. Не неси чушь. Потому что это моя кровать.

— ?

— Потому что ты…

— Потому что я что? — он посмотрел на меня.

Я не нашла ответа.

Он спокойно сел на край кровати и аккуратно подвинул Макса, чтобы тот не упал.

— Ты серьёзно? — прошептала я.

— Абсолютно.

— Ты не можешь просто взять и лечь в мою кровать.

— Уже это сделал, — сказал он.

— Ты вообще понимаешь, как это выглядит?

— Я очень устал

Я скрестила руки.

— Ты не пришёл.

Он поднял глаза.

— Я знаю.

— Ты не написал.

— Я знаю.

— Ты меня игнорировал.

— Я не…

— Ты игнорировал, — сказала я. — И сейчас ты просто… ложишься в мою кровать, будто бы мы вместе или что-то вроде того.

— Если бы мы были вместе, я бы снял брюки и не только, — сказал он улыбнувшись

— Арс.

— Кира.

Мы смотрели друг на друга.

— Я злюсь, — сказала я.

— Я вижу.

— Тогда почему ты ведёшь себя так, будто всё нормально?

— Потому что мне проще действовать, чем объяснять.

— Обьясни сейчас.

Он замолчал.

Потом сказал:

— Я не пришёл, потому что не хотел прийти и понять, что мне слишком… интересно. А я не люблю, когда что-то выбивает меня из равновесия. Я не хочу этого.

— Это не причина, — сказала я.

— …

— Встретится на кофе ты не захотел, а среди ночи прийти ко мне это без проблем да?

Он посмотрел на меня.

— Я не мог оставить брата в таком состоянии. И еще я не хотел, чтобы ты думала, что мне всё равно.

Я молчала.

— Мне не всё равно, — добавил он. — Просто я пока не понимаю — что со мной.

Это было честно.

Не романтично. Как мечтает каждая девушка.

Но честно.

— Тебе обязательно спать здесь? — спросила я.

— В таком состоянии, когда Макс проснётся и не увидит меня, он испугается, — сказал Арс. — И еще потому что я не хочу, чтобы ты сидела здесь одна и думала, что я мудак.

— Уже поздно, — сказала я.

Он усмехнулся.

— Возможно.

Потом посмотрел на меня.

— Ложись.

— Что?

— Посередине, — сказал он. — И чтобы ты не чувствовала себя няней.

— Ты с ума сошёл.

— Не бойся. Ложись.

Я посмотрела на свою кровать.

На Макса.

На Арса.

На тот факт, что моя жизнь за последние три часа стала страннее, чем за последние три месяца.

— Я всё ещё злюсь, — сказала я.

— Это сейчас пройдет — сказал он.

— Это не так работает.

Я вздохнула.

И легла.

Посередине.

Справа — Макс, который тихо дышал и иногда что-то бормотал.

Слева — Арс.

Слишком близко.

Слишком реально, чтобы быть правдой.

Я повернула голову.

Он смотрел в потолок, но голос был серьёзный.

— Ты не влюблён, — сказала я.

— Нет, — честно сказал он.

И это почему-то не ранило.

— Ты здесь только из-за брата?

— Не знаю

Макс во сне перевернулся и чуть не свалился.

— Я между двух красивых людей, — пробормотал он. — Мама, я победил…

— Он всегда такой? — тихо спросила я.

— Хуже, — сказал Арс.

Я усмехнулась.

И в этот момент почувствовала, как его рука осторожно касается меня.

Он провёл пальцами по моей коже — легко, почти случайно, будто просто изучал.

— Ты делаешь это специально? — спросила я.

— Нет, — сказал он.

Его пальцы коснулись внутренней стороны бедра.

Медленно.

Спокойно.

— Ты все еще злишься, — сказал он.

— Да.

— Тогда почему не отодвигаешься?

Я посмотрела на него.

— Потому что я не хочу.

Он задержал взгляд.

И впервые за всё время между нами появилось нечто опасное.

Не желание.

Не романтика.

Интерес.

Глубокий.

Настоящий.

Его рука поднялась выше

Он не гладил.

Он… узнавал.

Как будто запоминал, каждый сантиметр моего тела…

— Ты делаешь это, чтобы я перестала злиться? — спросила я.

— Нет, — сказал он тихо. — Чтобы ты не чувствовала себя ненужной.

Это было хуже любых комплиментов.

Потому что это было точным.

Я закрыла глаза.

Он убрал прядь волос с моего лица.

Коснулся щеки.

Я вздрогнула.

— Арс.

— Да?

— Ты играешь.

— Нет, — сказал он. — Я… изучаю.

— Меня?

— Реакции, — сказал он. — Ты очень честная. Тело реагирует раньше слов.

Он не целовал меня.

Не наклонялся.

Не сокращал дистанцию.

Он просто лежал рядом и касался — осторожно, медленно, будто проверяя границы, но не переходя их.

И это было хуже, чем поцелуй.

— Ты хочешь, чтобы я в тебя влюбился, — вдруг сказал он.

Я замерла.

— Что?

— Ты хочешь, — повторил он спокойно. — Я вижу.

— Ты ошибаешься.

— Нет, — сказал он.

не ответила.

Потому что он был прав.

— Это опасно, — сказал он.

— Для кого?

— Для тебя.

— Я взрослая девочка, — сказала я. — Сама разберусь.

Он посмотрел на меня долго.

— Ты мне нравишься, — сказал он. — Но не так, как ты хочешь.

— Пока, — сказала я

Он усмехнулся.

— Ты упрямая.

— Ты тоже.

— Тогда мы обречены, — сказал он.

— Или нам повезёт, — ответила я.

Он ничего не сказал.

Но его рука осталась там же…

Макс что-то пробормотал и повернулся, закинув на Арса ногу.

— Он всегда так спит? — шепнула я.

— Да, — сказал Арс. — Он захватывает территорию.

— Мне ревновать?

— Попробуй, — сказал он. — Ему понравится.

Я фыркнула.

И в этот момент поняла:

Я всё ещё злюсь.

Но теперь я лежу между двумя Власовыми в своей кровати, с разбитым вечером, треснутым телефоном и парнем, который не влюблён в меня — но почему-то держит мою руку так, будто не собирается отпускать.

И это было опаснее любой влюблённости.

Глава 5

Я узнал, что ревную, в тот момент, когда мне стало не всё равно, кто сидит рядом с Кирой.

А это было плохим знаком.

Мы пересеклись в кампусе в понедельник — случайно, как всегда бывает между людьми, которые слишком часто «случайно» пересекаются.

Она сидела на ступенях у корпуса с каким-то парнем. Он что-то оживлённо рассказывал, размахивал руками, а Кира смеялась — не вежливо, не из «надо», а по-настоящему.

Вот это и было проблемой.

Я должен был пройти мимо.

Я прошёл.

Ровно три шага.

Потом развернулся.

Потому что хотел понять, почему внутри внезапно стало так, будто мне кто-то переставил мебель в комнате без спроса.

— Доброе утро, — сказал я.

Кира подняла голову.

Улыбнулась.

И всё внутри пошло не по плану.

— Ты рано, — сказала она.

— Я иногда учусь здесь..

Парень посмотрел на меня.

Слишком оценивающе для человека в худи с надписью «архитектура — это боль».

— Я Никита, — сказал он. — Первый курс.

— Арс, — сказал я. — Последний. Иногда кусаюсь.

— Он не кусается, — сказала Кира. — Он просто выглядит так, будто может.

— Отличное описание — сказал я.

Никита улыбнулся.

— Мы с Кирой вместе на паре по истории искусства, — сказал он. — Я спасаю её от конспектов, она меня — от провала.

— Благородно, — сказал я. — А кто кого больше?

— Пока ничья, — сказала Кира.

Я кивнул.

И понял, что мне не нравится ни один из этих фактов.

— Ты куда? — спросила она, когда я уже собирался уйти.

— На тренировку.

— Ты же только что сказал, что иногда учишься.

— Иногда это не сегодня

— Логично, — сказала она. — Удачи.

— Тебе тоже, — сказал я и посмотрел на Никиту. — В спасательных операциях.

Он рассмеялся.

А мне хотелось его размазать.

***

— Ты чего такой злой? — спросил Дима, когда я вышел на поле.

— Я не злой.

— Бедный мяч. Если ты планировал выплеснуть на него всю свою неудовлетворенность, то, кажется, тебе понадобится еще парочка.

— Отвали — сказал я.

— Если бы не знал тебя, подумал бы что ты влюбился- уверенно сказал он.

Я остановился.

— Нет.

— Тогда ты голодный.

— Я ел.

— Тогда ты просто токсичный, — пожал он плечами. — Выбирай вариант сам.

— Третье, — сказал я. — Я раздражён.

— Чем?

— Людьми. Никитами.

— Никиты — это типаж, — серьёзно сказал Дима. — Всегда улыбаются. Всегда уверены, что у них есть шанс.

— У него нет шансов.

— О, — оживился он. — Значит, всё-таки есть кто-то конкретный.

— Нет.

— Имя? — спросил он.

— Нет.

— Факультет?

— Нет.

— Цвет волос?

— Отвали.

— Значит, девушка все таки есть, — удовлетворённо сказал он.

Я пнул мяч сильнее, чем нужно.

Попал в перекладину.

— Ого, — сказал Дима. — У неё явно талант выводить тебя из баланса.

— Я в полном балансе, — сказал я.

Мяч отскочил и попал мне в колено.

— да, да вижу Арс

*****

Сообщение от Алисы прилетело вечером. Точно в срок.

У неё будто стоял встроенный радар на моменты, когда я был «не в духе». Или когда в моей жизни начинало происходить что-то, во что ей срочно нужно было вклиниться.