Нокаут

Элианна Рив

Нокаут

Глава 1. Ульяна

– Суворова!

Резкий крик отрывает меня от глубоких раздумий. Услышав свою фамилию, я нехотя слезаю с подоконника, засовываю ноги в розовые мягкие тапочки с мордочками зайчиков и, тяжело вздохнув, громко отвечаю:

– Я за неё!

Выхожу из своей комнаты и плетусь по квартире в ванную, еле перебирая ватными ногами. Голова раскалывается на тысячи маленьких осколков, в ушах – гулкий шум, а в висках давление колотит молоточком, отбивая ритм «похмелье». Вчера стоило отказаться от крепких алкогольных напитков. Глубоко дыша, я стараюсь успокоить бешеный стук сердца, отдающий канонадой в рёбра.

В ванной комнате, упёршись руками в стиральную машинку, стояла Ирка, и растрёпанный вид моей подруги, мягко говоря, обескураживал. Я вопросительно подняла брови:

– Что случилось?

Ирка ответила глухим дрожащим голосом, наполненным смесью беспокойства и сожаления:

– Всё, приехали! Похоже, совсем накрылась… Хотела стирку загрузить, а шайтан-машина не работает!

Ира сердито стукнула ладонью по стиралке. Потом тяжело опустилась на краешек ванны и обхватила голову руками.

Мы дружим с Иришкой столько, сколько я себя помню. Всё детство мы провели вдали от городской суеты – в уютном частном секторе. Родители приобрели коттедж прямо возле дома моей будущей лучшей подруги, и наши с Ирой соседские отношения очень быстро превратились в дружеские. Мой отец основал собственную риелторскую компанию, а мама занималась домашним хозяйством, но при этом, будучи юристом по образованию, помогала папе разбираться с документами и договорами с клиентами.

В детстве мы с Иркой частенько пробирались друг к другу через окна наших спален, устраивая там самые настоящие приключения. Но, несмотря на нашу невероятную близость, между нами была огромная разница во всём – от внешности до характеров. Возможно, именно поэтому наша дружба продержалась столько лет и даже переросла в общий блог в соцсетях.

Я посмотрела на сломавшуюся стиралку и перевела взгляд на Иришку. Её худощавое тело было облачено в короткую красную атласную маечку в белый горошек и такие же короткие шорты, подчёркивающие бронзовый загар. Правую руку украшала затейливая разноцветная татуировка со множеством экзотичных цветов, тянущихся вверх, к шее. Медно-каштановые волосы были собраны в высокую беспорядочную причёску, отчего торчащие уши Иры казались ещё заметнее. Я обратила внимание, что в левом ухе подруги нет серьги из белого золота с маленьким камушком из комплекта, который ей подарил наш общий друг на выпускной, и это был дорогой презент, особенно сердцу Иры. Под её большими карими глазами были размазаны остатки туши, а контур ещё вчера красных губ остался на месте – вот что значит водостойкая помада. Маленький чуть вздёрнутый нос украшало колечко из серебра. Ирка сделала этот пирсинг ещё в шестнадцать, а так как мои родители были против таких бунтарских проявлений в пубертатный период, мне пришлось втайне от них посетить салон и проколоть пупок.

Эту трёшку мы с Ирой сняли пару дней назад, когда приехали в большой город на учёбу в институт. Нам сделали скидку в агентстве за пару реклам жилого комплекса в наших соцсетях, ну и вообще мы с подругой достаточно зарабатываем на своём совместном блоге, чтобы обеспечить себе комфортную жизнь.

– Ир, иди свари кофе, а я пока посмотрю, что со стиралкой, и, если что, вызовем мастера, – сказала я и, оглядев ванну, облицованную тёмной кафельной плиткой, подошла к машинке и решила её перезагрузить – решение проблем лучше всего начинать с малого.

Как только прозвучал характерный сигнал включения, я повернула колёсико и выбрала режим деликатной стирки. Всё было готово, оставалось лишь нажать кнопку «Пуск». Барабан начал вращаться, вскоре послышался шум льющейся воды в отсеке с порошком, и я восторженно крикнула:

– Аллилуйя, заработала!

Я радостно кинулась было на кухню, но резко притормозила у зеркала в прихожей. Взглянув на себя в отражении, я увидела уставшее опухшее лицо с размазанной косметикой, мои зелёные глаза украшали не длинные чёрные стрелки, а синяки под веками, как будто надо мной поиздевался художник-сюрреалист, бархатная кожа не сияла от хайлайтера, а лоснилась жирным блеском, демонстрируя излишки кожного сала. Единственным спасением моего вчерашнего макияжа было то, что я не пользовалась тяжёлой матирующей помадой: вместо неё на моих губах остался лёгкий слой увлажняющего блеска, делавший их чуть менее сухими и трескающимися. Скривив рожицу отражению в зеркале, я раздражённо фыркнула и, махнув рукой, направилась-таки в кухню, откуда доносился запах свежесваренного кофе.

В просторной и светлой кухне сидела Ирка с кружкой животворного дымящегося напитка в руках. Взяв в рот две печеньки, подруга посмотрела на меня уставшим взглядом.

– Я больше так пить не буду, – вяло пробормотала она. – Ну его… Так тяжело болеть утром: дожили – машинку включить не могу.

– Да, такие моменты бывают редко, но я с тобой полностью согласна. Может, вечером прогуляемся до торгового центра? Голову проветрить нужно, – предложила я и взяла из холодильника творожный сырок. – И продукты купить надо бы – в доме шаром покати.

– Угу, только сначала сон и душ. Бли-ин… – удручённо вздохнула Иришка, вытянув левую руку, и я залилась хохотом.

– Что, удивлена? А нужно прекращать споры, а то так не только новые татуировки будут, но и ещё что похлеще, – со смехом сказала я, видя недовольное выражение лица Иры.

– Господи, ну кто выбирал эскиз? Почему слон-то? – рассматривая маленький рисунок на внутренней стороне руки, раздражённым голосом произнесла подруга.

– Мы со Славой долго думали, что тебе подойдёт больше, и вот – выбрали серого слонёнка с розовыми ушками. Мило, не правда ли? – Я улыбнулась во все тридцать два.

– Мило? Да ты представляешь, сколько будет стоить перекрыть такой портак? Вдобавок я в этом городе не знаю хороших мастеров. – Ирка, прикрыв глаза, отчаянно выдохнула. – Согласна, не стоило спорить, особенно со Славкой, но он раздражает, вечно задирает меня, ещё с пятого класса, всё наше общение – это бесконечные споры.

– А зачем ты спорила на темы, в которых не соображаешь? Кто тебе сказал, что Овечкин покинул «Вашингтон Кэпиталз» и вернулся играть в «Динамо»? – хмыкнула я и подошла к подруге. – Ладно, чего уж теперь… Пойдём, нам ещё порядок наводить, да и хотелось бы вздремнуть.

После того как мы проспали почти три часа и сделали генеральную уборку в квартире, сил снимать контент для блога уже не осталось, поэтому мы просто запостили пару фотографий в ленту соцсети и собрали почти пятьсот тысяч лайков и ещё больше комментариев в духе: «такие разные, но такие обаятельные», «девочки, любимые, выкладывайте почаще вашу повседневную жизнь», «самые прекрасные создания». После успеха на меня обрушилась волна критики от людей, которые любят высказывать своё мнение. Эти так называемые эксперты, работающие в своих провинциальных офисах и проводящие время за компьютерами, любят раздавать советы направо и налево. Например, многие мои подписчики активно обсуждают мою внешность. Они задают вопросы о причинах моей ринопластики и использования филлеров, хотя на самом деле я всего лишь устранила небольшую горбинку на носу, которая беспокоила меня всю жизнь, и слегка подчеркнула свои полные губы.

Пока Ириша доедала мороженое и мило улыбалась экрану телефона, я осматривала район, в котором мы жили. Наш дом находился рядом с крупным парком. Днём здесь народу было больше, чем на Манхэттене в канун Нового года. А вот поздним вечером, когда людей практически не было, гулять здесь под прохладный августовский ветерок было одно удовольствие. Тусклые фонари освещали каменную кладку бордовой дорожки, на которой дети нарисовали множество различных рисунков. За кронами массивных деревьев виднелось тёмное, почти чёрное небо с россыпью серебристых звёзд. Яркая белая луна мягко озаряла поверхность небольшого озера, тихого и спокойного, будто хранящего тайны давно забытых времён. Ажурные лавочки стояли вдоль длинной аллеи с цветущими клумбами, украшавшими парк и придававшими пейзажу особую прелесть. Я взяла свою спутницу за руку, и мы повернули направо, к центральной арке у выхода.

– Жаль, что лето заканчивается, от этого всегда грустно и тоскливо на душе, – с ноткой печали сказала я. – Не люблю осень за сырость и грязь.

Ирка опустила телефон и с ехидной улыбкой проговорила так быстро, что я еле разобрала, о чём идёт речь:

– Улька, пойдём скорее, нас уже все заждались. Славка-то, оказывается, опять на крутой тусовочке, и ещё – он вчера познакомился с какой-то дамочкой, она, конечно, так себе, но, как говорится, на вкус и цвет фломастеры разные. Надо глянуть на эту особу. – Положив телефон в карман светлых джинсов, подруга ускорила шаг.

– А тебе какое дело до его девчонок? Сама же всегда крутишь мини-романчики, называя это свободными отношениями, – я изобразила пальцами кавычки в воздухе. – Да и мы вчера нормально надрались, так что без меня, похитительница домашнего уюта. Без ме-ня. – Я проговорила это по слогам и добавила ещё громче, чтобы собеседница поняла, чем я намерена заняться в эту ночь: – Я хочу спа-а-ать.

Ирка потащила меня к дому, в подъезд мы влетали так стремительно, как будто от кого-то убегали. Консьерж высунул нос через маленькое окошко своей будки и закричал:

– Девки, вы чего такие громкие?! Напугали старого.

– Извините, Ефим Петрович, просто Улька, оказывается, утюг забыла выключить, вот и бежим, – воскликнула Ира.

Я дёрнула подругу за кожаную куртку и возмущённо зашипела:

– Зыкова, совсем офигела?

– Ой, да брось, пойдём уже, надо собраться ещё, – нажимая кнопку лифта, проговорила подруга.

***

Приближаясь к особняку, подсвеченному софитами, что мерцали в такт ритмичным звукам, я извлекаю из дорогой кожаной сумочки телефон последней модели и включаю камеру. Каждый кадр, словно вспышка яркой звезды, запечатлевает вечеринку века. Дом утопает в зелени сада, декорированного разноцветными гирляндами, извивающимися между статуй и фонарей. Бассейн сверкает лунным светом, приглашая окунуться в мир веселья и роскоши. Не знаю, чей этот дом, но он явно очень богатый.

Рядом со мной, кокетливо поправляя густые локоны, идёт моя подруга. Остатки утреннего похмелья исчезли, уступив место загадочности и сексуальности. Тёмно-зелёное коктейльное платье обтягивает фигуру Иры, подчёркивая её соблазнительные линии, а глубокий разрез на спине обнажает шёлковую кожу, заставляя сердца парней биться чаще. Карие глаза моей подруги сияют таинственностью, усиленной чёткими контурами макияжа. Финальный штрих образа – изысканные золотые серьги-кольца престижного бренда.

Шагая по мраморной лестнице в огромнейший холл, выложенный кафелем, мы сталкиваемся с морем танцующих людей и звоном стаканов. Толпа смеющихся и кричащих выпивших парней и девушек встречает нас радостными возгласами. Вдруг появляется знакомый силуэт: это Славик, наш верный спутник и участник всех школьных приключений. Этот парень всегда умел привлечь внимание. Мы учились в параллельных классах, и однажды он, пожертвовав своей идеальной репутацией в глазах строгой математички, дал списать контрольную работу Ире, она с цифрами с детства не дружит. Училка спалила ребят и поставила Славке первую двойку в журнал. С того самого момента мы дружим, помогая друг другу во всём, несмотря на наши бесконечные споры и придирки. Слава поступил в вуз на ту же специальность, что и мы. Новостная журналистика. Так как мы с Ирой ведём свой блог достаточно долго, решили, что это подходящая профессия для будущего.

Друг, который притащил нас на эту вечеринку, выглядел как приглашённая звезда: идеальные чёрные волосы аккуратно уложены гелем назад, лёгкая белая рубашка небрежно расстёгнута сверху, дополняли стиль свободные рваные джинсовые шорты, вносившие в образ нотку беззаботности и расслабленности. Невольно подумалось, что в любом другом месте он вполне бы вписался в компанию моделей или актёров, занятых съёмками какого-нибудь молодёжного сериала. Пока я разглядывала нашего друга, ребята уже успели повздорить из-за банки газированного напитка.

– Ирка, не дури, отдай, я первый взял, – старался перекричать Слава громкую музыку.

– П-ф-ф, даже карапузы в детском саду так уже не говорят. Маменькин сынок, – язвительно произнесла Ира.

Я провела пальцем по краям своего красного платья, стараясь не привлекать внимания друзей, но в душе понимая, что события развиваются куда интересней, чем ожидалось. Вечеринка начиналась с таким размахом, что предстоящее шоу сулило стать незабываемым.

Три часа пролетели незаметно, мы с Ирой успели сделать массу ярких и интересных кадров для соцсетей. Многие отдыхающие нас узнавали, а те, кто не знал, просто знакомились с красивыми девушками.

Пока ребята раскидывали партию в покер, мы со Славкой и его шустрым братом Ромкой разговорились о секретах популярности.

– Нет, я считаю, что, если ты не знаменит и у тебя нет кучи денег, ты никому не интересен, – констатировал Ромка.

– Ну почему же, мы с Иркой можем быстро завести друзей, не говоря о нашей популярности, – парировала я.

– Конечно, вам просто, вы же как девушки «Виктории Сикрет», – хмыкнул Славик. – Обе высокие и с манящими фигурками. Поди от мужиков отбоя нет. Ну а девчонки видят вас как угрозу, поэтому вы и общаетесь практически только с мужским полом, не так ли, Ирусик? – Славик приобнял подругу и произнёс ей на ухо: – Наверное, уже со счёта сбились, сколько у вас было партнёров…

– Ты хочешь сказать, что если бы мы были не богаты и не красивы, то с нами бы никто не общался? – возмутилась Ирка. – Ошибаешься, дружочек, главное – это харизма и умение вести диалог с партнёром. А вот ты… как только снимешь линзы и наденешь очки, ничего не поменяется, потому что ты бесхребетный, серый, не обаятельный и отталкиваешь от себя людей, ты антихаризматичный, – допивая свой шот, добавила она.

– Да, я тоже считаю, что дело не в том, как ты выглядишь, а в том, как ведёшь себя с людьми, – согласилась я с подругой. – Нужно умение и желание общаться. Завлечь можно не только деньгами и красотой, но и умом, эмоциями, идеями.

На мои слова, как мне показалось, остро отреагировал Рома. Передёрнув плечами, он возмущённо произнес:

– Ничего подобного, всё это бред сивой кобылы. Вон, смотри!

Ромка указательным пальцем ткнул куда-то за мою спину, но, обернувшись, я ничего не увидела.

– Что там? – недоумённо спросила я.

– Вот, что и требовалось доказать, приглядись! – торжествующе хмыкнул друг. – Там девчонка уже второй том «Мёртвых душ» дочитывает, и до неё никому нет дела, а всё потому, что она выглядит очень стрёмно.

В дальнем углу в коричневом замшевом кресле действительно сидела ничем не примечательная девушка маленького роста: если бы она не была с книгой в руках на вечеринке пьяных студентов, то и Ромка бы её не заметил. Собранные в высокий пучок рыжие волосы незнакомки выглядели очень грязными, синяки под глазами и бледные губы говорили о том, что ей нужно больше спать. Платье глубокого синего цвета, с несуразными рюшечками и оборочками, прибавляло девушке минимум десяток лет, вдобавок на ней были чёрные гольфы до колен, а огромные синие ботинки с разбитыми носками могли бы украсить коллекцию антиквариата, причём, судя по состоянию подошвы, правому ботинку вообще давно было пора отправиться на заслуженный отдых.

– Спорим, если мы разговоримся, то она окажется отличным собеседником, – сказала я, встав со стула и одёрнув своё платье. – Пойдём, Ирусик, покажем мальчикам мастер-класс по знакомству с девушками. Ах-х… да-а… Второй том «Мёртвых душ» поглотило пламя, – подмигнула я другу.

– Ты всерьёз хочешь с ней познакомиться? Она же стрёмная, под стать Славе, – подруга залилась хохотом.

Чем ближе я подходила к рыжеволосой девушке, тем сильнее сомневалась, что у нас получится пообщаться: выглядела она действительно недружелюбно.

– Привет. Меня зовут Ульяна, а это моя подруга Ира. – Я искренне улыбнулась девушке.

– Привет, тоже решили поиздеваться надо мной? – Рыжеволосая высоко задрала голову и с силой захлопнула книгу. – Я прошу: отойдите, пожалуйста, мне хватило и того, что меня жестоко обманули.

Мы с подругой переглянулись.

– Обманули? Как? – удивлённо спросила Ира.

Девушка смахнула невидимую пыль с книги и продолжила:

– Мы с моими друзьями входим в совет книжного клуба, и вот неделю назад мы застряли на одной книге, должны были перечитать её ещё раз.

– А, ну тогда это в церковь – там много раз одну книгу перечитывают, – встряла Ира.

Я толкнула подругу в бок.

– Не слушай её, она просто шут гороховый, – улыбнулась я девушке в синем платье.

– Да нет, она права. Пусть смеётся. Денег только жалко: это все заработанные за лето, – грустно вздохнула рыжеволосая.

– Ты заплатила, чтобы сюда зайти? Сколько? И кто так посмел? – Я присела на подлокотник мягкого кресла.

– Брат мой, он там в карты играет, – пояснила девушка, махнув рукой в сторону веселящейся толпы. – Когда мы сюда пришли и я не увидела своих ребят из читательского клуба, начала паниковать и хотела уйти, но брат вроде как ответственный за меня, влетит ему от папки, если со мной что-то случится! Вот и сижу, читаю. Так что не мешайте и просто уходите! – Рыжеволосая снова уткнулась в книгу.

Мы с Ирой возвращались к друзьям с неприятным осадком. В рыжеволосой девушке так и чувствовались неуверенность и отсутствие внутреннего стержня. Казалось, ей катастрофически не хватало смелости заявить миру о себе.

– Не получается наладить контакт… Никакого магнетизма, никакой энергии, – вздохнула я, взяв со стола полупустой бокал и осушив его одним глотком.

Парни удивлённо посмотрели на меня, словно ждали продолжения. И я пояснила свою мысль:

– Знаете, что я поняла? Если у вас нет настоящей веры в себя и решительности идти вперёд несмотря ни на что, то даже самый стильный наряд и самый толстый кошелёк ничего вам не дадут. Внешность, статус, деньги – всё это лишь декорации. А вот харизма, внутренняя сила, уверенность в каждом своём поступке – это настоящая ценность. Без неё никакие украшения не спасут ситуацию…

Помолчав немного, я добавила тихо, почти сама себе:

– Возможно, именно поэтому многим людям так сложно добиться успеха?

– Девчонки, может, тогда докажете обратное, или вам слабо? – язвительно спросил Славка.

Мы с Ирой быстро переглянулись.

– Что ты предлагаешь? – спросила я.

Слава потёр ладони и заулыбался.

– Спор, но только в этот раз очень серьёзный спор, – прищурился он.

Ирка вытянула руку и, кивнув на татуировку в виде слонёнка, с вызовом спросила:

– А это тебе, значит, не серьёзно? Что ты придумал на этот раз?

– Смотрите, – оживился Слава, – наверняка все слышали знаменитые истории превращения серых мышек в сияющих красавиц? Вот я и подумал: а почему бы не перевернуть сценарий с ног на голову? Предлагаю вам противоположное испытание: пусть каждая из вас станет той самой невзрачной девушкой, в нелепой бабушкинской одежде и со спутанными волосами. Ваша задача – всего за месяц заполучить максимальное количество новых знакомых, не раскрывая свои истинные личности. Блог будете вести вне учёбы, дабы условия были честными и равными. Проигравшая стирает свой аккаунт навсегда, победительница получает мою помощь вплоть до окончания учебного года. Готовы рискнуть?

Слава гордо сложил руки на груди, и его светло-голубые глаза забегали от меня к подруге и обратно. Я встала рядом с Ирой, мы протянули ладони к Славке, тот положил свою пятерню сверху.

– Рома, разбей! – решительно сказала я, и Славкин брат с готовностью выполнил мою просьбу.

***

Алкоголь затуманил сознание, шаги давались всё тяжелее, а голова разрывалась от боли. Треклятая вечеринка закончилась, оставив лишь усталость и тягостные воспоминания. Ирина давно исчезла из поля моего зрения, видимо, оказавшись в объятиях какого-то привлекательного незнакомца, а я, едва волоча ватные ноги и прижимая к себе любимые чёрные туфли-лодочки, снова мысленно вернулась к нашему недавнему пари.

«Значит, Славик, хочешь увидеть нас без грамма косметики и без красивой одежды?» – задумчиво произнесла я, глядя вдаль сквозь ночной сумрак. Отблески фонарей скользнули по щекам, словно отражая мой внутренний огонь борьбы. Учеба… Лекции… Это испытание кажется таким соблазнительным шансом наконец избавиться от постоянного стресса. Всего одно условие – забыть о привычном образе жизни и превратиться в простую девчонку, без гламура и блеска.

Пока мысли кружились в голове, впереди возник силуэт молодого человека. Его одежда была порвана, белый свитшот выглядел скорее пепельно-серым, светлые волосы спутаны и сильно лоснились от пота. Но глаза, полные отчаяния, мгновенно приковали мой взор. Незнакомец приближался ко мне медленно, держась одной рукой за живот, словно пытаясь унять невыносимую боль.

Вдруг парень резко остановился прямо передо мной, упал на колени и тяжело выдохнул. Его лицо исказилось от муки, губы дрожали. Мой мозг отказывался воспринимать происходящее. Ноги буквально приросли к асфальту, словно я угодила в цементную смесь. Время остановилось.

– П-помоги… Пож-жалуйста… – еле выдавил из себя незнакомец.

Голос парня звучал глухо, надломленный болью и страхом. Всё моё тело сковало от напряжения, нервы, словно натянутые струны, вибрировали где-то внутри. Сердце бешено забилось в такт тяжёлому дыханию несчастного юноши. Реальность будто расплылась, мир вокруг замер в ожидании моего решения.

Это простое слово – «помоги», прозвучавшее как тихая мольба, стало катализатором моей реакции. Привычная слабость внезапно сменилась желанием действовать. Опустившись на колени возле парня, я ощутила острый запах пота и крови, исходящий от его тела. Глубоко вдохнув, я осторожно коснулась плеча незнакомца и, стараясь сохранять спокойствие и уверенность в голосе, сказала:

– Держитесь, я вызову скорую!

Я достала телефон и уже нашла быстрый набор, но парень схватил меня за руку.

– Не-не, нельзя скорую, – прошептал он и отключился.

Желание спасти жизнь незнакомца затмило мою прежнюю апатию и равнодушие. Глядя на бесчувственного парня, я ощутила глубокую ответственность за его судьбу. Я должна была стать поддержкой и опорой для человека, попавшего в беду. Перед глазами мелькали огни проезжающих мимо машин, улица казалась чужой и враждебной, но у меня появилась цель – спасти чью-то жизнь.

Глава 2. Антон

Тишину разорвал назойливый звон телефона, вырвавший меня из крепких объятий Морфея.

–У аппарата, – сонно пробормотал я.

– Тоха, ты ещё спишь? – громким басом проговорил Артём.

– Нет, крестиком вышиваю! Давай выкладывай быстрее, чего хотел? – буркнул я, перевернувшись на бок и просунув мягкий плед между ног.

Артём откашлялся и продолжил, шумно дыша в трубку:

– Короче, все дела переносятся на сегодня. На том же месте, в полночь!

Сбросив вызов, я раздражённо засунул телефон обратно под подушку, перевернулся на спину и уставился в потолок, раздумывая над новой ситуацией. Не люблю, когда что-то идёт не по моему плану. Размышления прервала бабуля, тихо вошедшая в мою комнату. Ее хрупкая фигурка в старомодном коричневом платьице с красным шерстяным платком на плечах выглядела трогательно.

– Антошка, ну что, ты опять спишь? Собираюсь твоё бельишко постирать… – мягко проговорила бабуля.

– Ба, уже проснулся давно, сам займусь стиркой чуть позже. Ты, кстати, во сколько в свой санаторий уезжаешь? Мне дополнительную смену поставили в баре, наверное, не смогу проводить, – расстроенно произнёс я.

– Ничего, внучок, сама доберусь, я, если что, такси вызову. Благодаря твоему терпению и мудрости я научилась пользоваться смартфоном, – улыбнулась бабушка.

После освежающего контрастного душа я вошёл в крошечную уютную кухню, наполнившую дом ароматом только что сваренной картошечки с укропчиком, горячие румяные котлетки ждали своего часа на круглом деревянном столе, словно приглашая скорее присоединиться к семейному ужину. Бабушка восседала в своём любимом мягком кресле, погрузившись в мир сериальных страстей, пальцы её порхали над кружевной салфеткой, создавая замысловатые узоры.