Следствие ведёт некромант. Истории. Том 1. Дело чести

— Давайте я попробую объяснить сей феномен, — проговорил Вил, подливая себе из кофейника.

Он хотел долить и чародейке, но та отрицательно качнула головой. Кофе в «Доме шоколадных грёз» был выше всяких похвал, но третья чашка в Рику уже бы не влезла.

— Как вы думаете, зачем Окири занялся литературной деятельностью? – спросил коррехидор.

— Не знаю. Чтобы убить время, чтобы поделиться с миром своими мыслями, чтобы прославиться. Правда, для последней причины более чем странно писать под псевдонимом, — заметила девушка.

— Отнюдь. Попытка могла обернуться и неудачей. Незамеченный публикой рассказ или повесть какого-то Мастера Окимай не имеет никакого отношения к бравому подпрапорщику, даже в мыслях не держащего ерунды, подобной написанию книг.

Вил усмехнулся.

— Кто такой этот ваш Мастер Окимай? – продолжал он, — знать не знаю, ведать не ведаю. Какой-то бездарный неудачник. Майро Окири только руками разведёт. Да и нет у кадрового офицера столько свободного времени, чтобы рассказики писать. Но вот, если детективы станут популярны, тогда другое дело. Оброненное якобы случайно словцо, псевдопьяная болтовня, раскрытие «страшной» тайны псевдонима, сопровождаемое взятием обета молчания, просто не могут не сработать в противоположную сторону.

— Полагаете, Окири сознательно рассказал тем и этим о своей связи с Мастером Окимай? – прищурилась чародейка.

— Уверен, — последовал ответ, — ведь его горячий почитатель Тассэ Изуми не поленился сообщить нам, что псевдоним собран из иероглифов имени и фамилии автора.

— Что же тогда получается, — проговорила Рика, раздумывая, стоит ли ей съесть ещё одно шоколадное печенье или не стоит, — сначала Окири схитрил, чтобы никто не узнал о его литературных поползновениях, а, когда мирская слава осенила его своим крылом, расстроился, что известность выпала на долю несуществующего Мастера Окимай, и решил раскрыть тайну своего псевдонима?

— Да, причём раскрыл он эту тайну осторожно, не орал на всех углах: «Я и есть Мастер Окимай!», а сообщил информацию лишь некоторым. Не удивлюсь, если он сам распускал про себя сплетни.

— К чему все эти сложности? – спросила чародейка, — вы прямо целую секретную операцию придумали, почти что дворцовую интригу закрутили.

— Ни один человек из наших горе-секундантов не утверждал, будто бы Майро Окири прост, как монета в пять сэнов, — по своему обыкновению издалека начал коррехидор, — это подтверждается мнением госпожи Дайямы и моими собственными впечатлениями от личного общения с подпоручиком. Представьте себе человека внешне непривлекательного, низкорослого, но при этом попавшего в среду, где статность и рост играют не последнюю роль. Я вам уже говорил, что в гвардейцы берут высоких парней с более светлыми волосами. Окири чуть повыше вас будет. Прекрасная причина для страдания. Не удивлюсь, если все эти его колкости, шуточки, оскорбления по поводу и без — не что иное, как попытка возвыситься в своих же собственных глазах и вместе с этим унизить тех, кому больше повезло по части внешности. Это, кстати, совершенно не противоречит стремлению прославиться на литературном поприще, доказав собственное превосходство.

Чародейка кивнула. Она пока не видела подпрапорщика Окири, но со слов Вила перед её мысленным взором предстал завистливый и малоприятный тип, но при этом далеко не лишённый личного обаяния, который на фоне статного и красивого друга детства выглядел особенно жалким.

— Но сама дуэль! – продолжал рассуждать коррехидор. — Очень надеюсь, что все участники будут помалкивать о произошедшем этой ночью на Комендантской дамбе. Если газетчики прознают, держись. Начнётся сотрясание воздуха и риторические вопросы, которые так любят обыватели. Напишут что-нибудь вроде: «До каких пор Кленовая корона будет терпеть безобразия и вольности в армии! Добро бы происходило это в дальнем, заштатном гарнизоне, а тут прямо в столице, в элитном полку, что осуществляет охрану самого государя. В офицерском клубе «Золотой эполет» — месте дружеского общения офицеров-самоцветов после полуночи не нашлось четверых достаточно трезвых мужчин, чтобы осуществить поединок по всем правилам!»