Целительница для красса. Часть вторая

Нику я ждала долго, даже задремала на одном из диванов. Она разбудила меня и сразу же сунула мне в руку булку бутерброд и потащила за собой. Я еле плелась за ней, устала так, что сил нет. Завтра вообще не встану. Руки дрожат, и еле кулак могу сжать, все пальцы в мозолях от постоянного отжима тряпки. На кухне девушка меня «обрадовала», сказав, что сегодняшнюю форму мне нужно постирать, а завтра надеть второй комплект, пока первая сушится.

Я подумала, что сейчас умру, представив, как буду стирать свой сарафан мозолистыми руками, а он на минутку из плотной ткани, даже джинсы постирать намного легче. Ника привела меня в комнату рядом с кухней, что была прачечной. Как же я обрадовалась их стиралке, хоть и ручной. Уж покрутить рычаг я смогу. Здесь же можно было и погладить форму на завтра. Девушка выдала мне халат, и я побежала за своей сменкой, пока она сама крутила наши вещи в стиралке.

Когда вошла, Ника сидела и клевала носом. Тоже умаялась за сегодня.

- Давай я и твои вещи поглажу на завтра, - предложила я ей, раз уж она и мои стирает.

Она кивнула и показала мне на свою стопку вещей, что аккуратно лежали на лавке.

- Вон там можешь вешалки взять, - она показала на одну из полок.

- Хорошо, - ответила я и подошла с нашими вещами к гладилке.

Здесь не было утюга. Просто две доски с мелкими дырочками, между которыми нужно было положить, расправив, вещи. Когда доски сходились, то между ними шел пар, и прекращался, стоило лишь приподнять верхнюю. Быстро и удобно. Со своей задачей я управилась за несколько минут, развешав наши вещи на вешалки. А потом помогла с постиранными. Ника сказала мне, что их нужно унести в свою комнату и оставить сушиться там, а уже потом приносить их сюда на глажку.

Когда мы с ней вышли, я спросила еще, где здесь можно принять душ, на что Ника меня огорошила заявлением, что мне придется мыться там же из тазика. Просто душевые для персонала были совершенно в другом месте, и мне удобнее, УДОБНЕЕ, будет мыться здесь. Как вернуться в свою комнатушку я знала, поэтому попрощалась с ней и пошла обратно. Пока набирала себе один из тазиков, порадовалась, что не нужно кипятить воду, ее из крана можно было настроить под нужную мне температуру. Мне не привыкать так мыться, у нас каждый год на две недели отключали горячую воду, и этот квест мне был хорошо знаком. Но все же пришлось повозиться.

Вернулась к себе уже очень поздно, наверно спать осталось пару часов. Одежду повесила на дверь, стараясь сделать так, чтобы мокрая не касалась сухой. Легла и сразу же вырубилась. Утро повторилось как прошлое, только в этот раз я вообще еле разогнулась. Все мышцы в теле адски болели! Утешилась тем, что мой свет все это вылечит довольно скоро, как произошло и вчера. До завтрака я помогала Нике на кухне, а после она повела меня в тот зал. Сегодня нас было меньше, всего пятеро, поэтому работа стала продвигаться намного медленнее. Но зато меня отправили мыть окна. Признаюсь, я халтурила, потому что залипала на вид. Пока мыла окна наверху, то видела гораздо больше, и поняла, что и сам сад был намного обширнее.

На природу я долго не смотрела, она хоть и была непривычной, но за несколько часов я на нее насмотрелась. А вот то, что я увидела на одной из полянок, и заставило меня периодически отвлекаться.

Там прогуливался тот зверь, на котором мы ехали сюда. Не именно тот, конечно, а другой. Забыла, как они здесь своих лошадок зовут. Не знаю, как тот зеленый, но на этого я налюбоваться не могла. Он был черный, с огненными полосками, что плавным цветом переходили на желтое брюхо. Мне издалека не было хорошо его видно, но и отсюда он показался что-то между конем и ящерицей. Морда вытянутая, но более скругленная, чем у лошадей. Уши действительно двойные и большие, не как у кролика, но больше чем у лошадки, и двигал он ими в разные стороны, прислушиваясь к окружающему его шуму. Вместо гривы несколько наростов, которые начинались со лба и доходили до середины длинной и мощной шеи. Туловище напоминало лошадиное, но хвост был как у ящерицы и довольно длинный. Вместо копыт у него были лапы, думаю, поэтому мы так странно и скакали.

Помимо того, что зверь был очень красивым и необычным, еще я заметила, что он хромает на левую заднюю лапу, причем довольно сильно, в основном вообще держа ее навесу. Мне сразу стало его жалко. Так как я давно не тратила свою силу, то во мне ее было очень много, и я очень сильно захотела с ним ею поделиться. Но вот как до него добраться, не знала. Вряд ли меня отпустят лечить его.

Конечно нагоняй я получила за медленную работу. И стала стараться, но не поэтому, а потому что его куда-то увели. На ужин все снова ушли, оставив меня здесь, и я уже поняла, что торчать в зале буду допоздна. Пока домывала окно, поняла, что Нике приходится со мной возиться. Вставать раньше, чтобы разбудить меня, и ложиться позже, чтобы увести меня отсюда. Надо бы ее пожалеть, и самой уже как-то запомнить дорогу до зала и обратно. Заметила, что девчонку тут явно не жалуют. Обращаются с ней практически как со мной, но она-то не рабыня. Странно.

Поменяв воду, медленно вернулась в зал, а куда мне спешить, и увидела там трех крассок, одной из которых была та желтая.

- А, вот ты где рабыня, - сказала Анята, увидев меня, и они рассмеялись.

Ох, чет мне это совсем не нравится.

Девахи не спеша подходили ко мне, рассматривая как диковинку. Я поставила ведро на пол и насторожилась, уж очень мне не понравились их морды, да еще и шли так, словно хотели окружить.

- Чего вам? – проворчала я.

- Ты видимо забыла, что рот тебе открывать нельзя? – спросила желтая и остановилась от меня в двух шагах.

Две другие встали позади и чуть сбоку от меня. Ну точно, окружили. Бить будут? Просто рожи именно такие. Я драться особо не люблю, так в школе пару раз с девками друг-другу волосы драли. Но эти были выше меня, и их было трое. Мне вряд ли кто-то поможет, даже Ника, если сейчас придет и увидит все это безобразие. Придется отбиваться как-то самой.

- Ты была права, Анята, - сказала бабца сзади, с голубыми волосами. – Страшная такая. Видела пятна на ее лице? Она больная что ли? Не заразимся?

- Не думаю, Трис, - желтая с брезгливостью посмотрела на мое лицо, покрытое веснушками. – Это наверно у человечков так нормально.

- Значит они все такие уродины? – спросила Трис.

- И как такая тварь могла сделать рабом нашего повелителя? – спросила еще одна красска с рыжими волосами.

- Так он на планету попал, где все человечки такие, - ответила Анята. – Слышала, его в особенный ошейник заковали, который мешал ему спалить их всех. Если бы не он, эта тварь уже была бы мертва.

- И зачем он ее вообще сюда притащил? – спросила рыжая.

- Понятно зачем, чтобы тоже рабыней была, - ответила Трис.

- Что-то не сильно-то она и страдает, - Анята обвела зал взглядом. – Всего лишь обычная уборка.

- Сайя жалеет ее что ли? – спросила рыжая.

- Не знаю, Дарма, не знаю, - вздохнула Анята. – Может ищет пока для нее другую работенку, похуже.

Я все стояла и слушала их. Так мне хотелось послать их на хуй. Стоят тут, клуши, языками чешут и бесят меня.

- Скажи-ка рабыня, - ко мне обратилась желтая. – Что ты делала с нашим повелителем, а?

- Ничего, - ответила я честно.

- Врешь тварь, - зашипела она. – Мы слышали, что с рабами на других планетах могут делать. Правду нам говори!

- Ничего, сказала же.

- Врешь!

После этого Трис сильно дернула меня за волосы. Я не стала терпеть, знаю таких, дашь слабину, так они от тебя потом вообще не отцепятся, и будут доставать постоянно. Поэтому развернулась, и ударила голубую по руке. О, ее глаза нужно видеть! Сейчас прям в обморок от шока свалится.

- Ах ты тварь! – закричала она и толкнула меня в плечо.

Сильно, так что меня снесло на рыжую.

- Фу, - вскричала Дарма, и оттолкнула меня к Аняте.

Я только и успела, что руки вперед выставить, чтобы носом в пол не упасть, но желтая не дала, а оттолкнула меня к Трис. Так они и стали толкаться, посмеиваясь. Я взбесилась, и когда летела к Дарме, с локтя зарядила ей по сиськам. Не специально, просто в полете именно туда и попала. Рыжая зашипела и еще сильнее толкнула меня, но в этот раз Анята меня не поймала, а отступила на шаг, и я полетела дальше, на встречу с колонной. И встретилась с ней лбом. Было очень больно, так, что искры из глаз полетели в разные стороны.

После упала на пол, пытаясь прийти в себя, а эти сучки подошли ко мне и стали легко пинать ногами.

- Не сдохла там, человечка? – спросила Анята, пиная меня в живот.

- Нормально все, отвали, - прошипела я.

- Чего тогда разлеглась? – это уже Трис. – Вставай, мы еще не наигрались.

- Отъебитесь уже от меня, - сказала, и села прислонившись спиной к колонне.

Голова шла кругом. Вот это я приложилась. Кажется, еще и поранилась, что-то мокрое потекло по виску. Подняла руку и проверила. Точно, кровь.

- Ой, - сказала тихо рыжая, когда увидела, что у меня кровь пошла.

- Ну что ты ойкаешь? – рассмеялась Анята. – Подумаешь, рабыня упала, и лоб себе расшибла. Нам-то что?

- Ничего, - рассмеялась Трис.

- Ладно, пойдем мы уже, - Анята презрительно посмотрела на меня. – Поиграем с ней еще потом.

Красски ушли весело смеясь, а я осталась сидеть на полу, понимая, что это я еще легко отделалась. Желтая еще вернется со своими подружками, чтобы побить меня. Или просто помучить? Я это всем нутром чуяла. Вид крови их явно удивил, но не расстроил. Хреново. Похоже мне придется драться с ними. И не раз. Расслабилась я что-то, и забыла, где нахожусь. Да еще и красс куда-то пропал. А ведь обещал поговорить. Хоть бы объяснил, за что меня здесь бить будут.

Встала и пошла умываться, захватив с собой ведро. Сегодня я ничего мыть точно больше не буду. Хватит, намылась уже! Ника вернулась за мной так же поздно, посмотрела на рану во лбу, но ничего не сказала, и вечер повторился. Пока мылась сама, все думала, как мне от этих баб отбиться. А то, что придется прям драться, я уже поняла. Но справлюсь ли я с ними?

На следующее утро моя рана прошла. Словно и не было ничего. Моя сила за несколько часов полностью исцелила меня, даже шрама не осталось и синяка. Удобно. Но плохо, что это заметила та рыжая, когда мы встретились в одном из коридоров, по которым Ника вела меня в зал. Дарма даже остановила нас, чтобы получше присмотреться. Когда она ушла, я интуитивно поняла, что ничем хорошим это для меня не кончится. И оказалась права.

Вечером, когда все свалили, эти трое снова приперлись ко мне. Я в это время стояла на лестнице на самом верху и мыла колонну. Догадалась же блин, ведь знала, что они придут. Анята первая подошла и начала шатать лестницу, не сильно, но и так можно было свалиться с нее. Я, как могла, быстро спустилась вниз, но тут уже и Трис встала напротив меня.

- Точно, - удивилась она. – Ничего нет! Как так?

- А вот так, - проворчала я, думая, что мне делать. Бежать или драться?

- Ты поговори нам тут еще, - возмутилась желтая и дала мне пощечину.

Звонкую такую и жгучую.

Я треснула ей в ответ. Значит будем драться. Анята сначала удивилась, а потом разозлилась. Ну еще бы. Я вот тоже злая, и боюсь. Потому что с тремя мне точно не справиться, запинают. Но сдаваться не в моих правилах. Буду отбиваться, пока могу.

- А ну держи ее, - велела желтая своим подружкам.

Я было метнулась в сторону, но одна меня поймала за волосы и дернула на себя, а вторая схватила за руку. Вырываться было бесполезно, эти красски были сильнее меня, и они прижали меня к колонне.

- Пустите, суки! – заорала я на них, и стала пинаться ногами, чтобы Анята ко мне не подошла.

Но она быстро перехватила одну мою ногу и высоко задрала ее.

- А как тебе такое, тварь? – спросила она и обожгла мою щиколотку.

Я сначала не поняла, как она это сделала, было очень больно, так, что я снова заорала, но рыжая быстро зажала мой рот рукой. Поняла, когда Анята перехватила руку повыше, и снова начала своей магией прожигать мой чулок и кожу под ним. Слезы от боли брызнули из глаз, а эти сучки только смеялись.

- Потом проверим, - желтая отпустила мою ногу и ее подружки бросили меня на пол.

Меня всю трясло. От боли и от шока. Я не смотрела, как они уходят, а очень медленно начала задирать сарафан, чтобы посмотреть, что там. А там был ужас! Мой чулок был подпален в двух местах, оставив дырками с черными краями явный след от пальцев и ладони желтой. В них было видно, как кожа уже вздулась и местами лопнула, начав стекать противной жижей из ран. Болело так, что хотелось визжать и драть себя за волосы. Но вместо этого, я через слезы, положила на раны дрожащие ладони и пустила свой свет. Постепенно боль начала притупляться, становясь все легче и легче, пока совсем не прошла. Я потратила на себя много силы, но не всю. Остановилась, когда остались лишь розовые шрамы на коже. Думаю, со временем и само заживет.

Вот теперь я точно поняла, что попала. Завтра от ожога не останется и следа, и красски проверят это обязательно. И что тогда? Они наверняка начнут издеваться надо мной еще хуже, забавляясь. Что делать? Пожаловаться Сайе? А она меня пожалеет? Вряд ли, тем более суки могут наплести ей, что я сама виновата. Пиздец! И долго мне это терпеть? Месяц. А потом во что бы то ни стало, мне нужно будет сбежать отсюда с инопланетянами, что прилетят сюда. Теперь надо бы начать запоминать эту их пизданутую схему коридоров, и найти для себя выход. Иначе мне хана.

Глава 4. Ирина. Эх, доброе мое сердечко…

На четвертый день мы закончили убирать зал. Количество крассок, что приходили нам на помощь, постоянно менялось, то больше, то меньше. И к вечеру, еще до ужина, мы управились, правда все тряпки так и не вернули. Видимо развесят их перед началом приема, вместе с другими украшениями зала.

Шла на кухню я уже сама, ориентируясь по рисунку, что успела себе нарисовать. В тот проклятый вечер, я попросила Нику принести мне какую-нибудь бумагу и что-нибудь для письма, а также и новые чулки, взамен испорченным. Уж не знаю, где она все это достала, но принесла на следующее же утро. Вот я и стала рисовать себе схему прохода по коридорам от кухни до зала, и старалась запоминать, не вечно же с бумажкой ходить.

Те сучки меня больше не трогали, вообще не появлялись, и я спросила об этом Нику. Она рассказала мне про их график. У крассов, что работали в замке, был свой сменный график, и такие как Анята, работали четыре – три. А желтая относилась к местной элите среди слуг, она с подружками прислуживала господам и убиралась в их комнатах. Выше нее были только личные слуги господ, ну и Сайя. Понятно, почему она так нос задирает.

За это недолгое время я успела подружиться с Никой. Ну, разговорить ее, в основном мы общались утром и вечером. Даже спросила, почему она говорит со мной, да и вообще относится по-доброму, хоть я и человечка, да еще и рабыня здесь. На это она просто пожала плечами, и сказала, что и сама здесь чувствует себя рабыней.

Ника была сиротой без роду и племени, ее кто-то, еще младенцем, оставил умирать в лесу, а один из охотников, что приносил мясо в замок, нашел ее и притащил сюда. Так девочка здесь и прижилась. Не то, чтобы над ней здесь издевались, просто ни во что не ставили. Никто ее не защищал, потому что у нее не было покровителя мужчины. За свои пятнадцать лет, Ника уже ко всему привыкла. А в прошлом году у нее проявилась сила земли, причем очень слабая, таких никуда не брали, вот она и осталась в замке. Здесь все уже было привычное и родное.

Ей было все равно кто я, и плевать на мое положение. Она просто была доброй и тихой девочкой. Вот мы с ней и подружились. Вечерами я даже лечила ее огрубевшие руки, мозоли там да ранки разные. Как она была удивлена моей силе, это надо было видеть. Хорошая такая, со слезами на глазах благодарила меня. Видимо к ней никто так по-доброму никогда не относился. Жесть.

Когда я вернулась на кухню, то сразу же принялась ей помогать с грудой нескончаемой посуды. Повариха, что звали Кара, ей это имечко шло как никому и никогда, точно кара небесная на наши головы, ничего на это не сказала, только велела потом, когда все уйдут, помыть пол, вместо Ники. Теперь я поняла, почему она за мной так поздно возвращалась. После того как кухня опустела, и все, что было приготовлено на завтра, унесли в кладовые, Ника осталась мне помогать, хоть я и говорила ей, что не надо.

Управились мы быстро, поэтому сегодня я даже легла спать пораньше. Я так устала, что слов нет. Заебалась прям. Вспомнила свой рай на Сие, и очень захотела вернуться туда. Пусть там будут эти рабы, я буду их лечить и освобождать. Пусть там будут их эти траходром вечеринки. Насрать. Но вот на их эти бои-убийства, я точно ходить не буду. Как же там было хорошо. Никакого стресса. Соскучилась по Марте. Мне за последнее время ничего не снилось, просто вырубалась и все во тьме. А сегодня увидела во сне, как цветут те пионны. Я бы обрадовалась этому сну еще больше, если бы рядом со мной не сидел красс и не обнимал меня так нежно. Гад!

На следующий день меня отправили мыть одну из комнат все в том же западном крыле. От Ники узнала, что они предназначены для будущих гостей, которые скоро прилетят. Пока шли туда, я старательно рисовала себе карту на другом листочке, мучая девушку вопросами. Она вывела меня в более роскошный коридор, что одной стеной шел как балкон. Там были большие арки, которые начинались с перегородки перилл, что шли от пола и примерно до талии среднего красса. Мы поднялись по лестницам и на лифтах довольно высоко, так, что мне было видно за арками не только сад и высокие стены замка, но и всю природу за ним. Поля, леса, горы и реки. Все еще не привыкла к их краскам, но все же красиво.

Мы вошли в одну из гостевых комнат. Ника быстро показала мне, где что взять для уборки и убежала, сказав, что придет за мной вечером. Я не стала просить ее, не идти за мной. Карта картой, но я все еще не была уверена, что смогу вернуться самостоятельно.

В этот раз я буду убираться одна, хорошо, что Ника мне все рассказала пока мы шли сюда. Все шторы и покрывала нужно было снять, и бросить в трубу, что была в том коридоре, из которого мы пришли. Это было что-то под типа того, как делали в гостиницах. Бросаешь белье для стирки, и оно улетает вниз в прачечную. В одной из коморок, все в том же коридоре, можно было найти и лестницу-стремянку, поэтому мне не придется мучиться, снимая шторы с высоких окон.

Сами апартаменты для гостя были шикарны. Гостиная, спальня, гардероб и ванна. В гостиной был огромный камин, и два больших кресла рядом с ним. Несколько высоких окон с дверьми, для выхода на балкон. Между окон стоял стол с парой стульев с высокими спинками. Несколько диванов и рабочий стол.

В спальне огромная кровать, хорошо, что без балдахина, то же диваны, тумбочки, стол. Всюду на стенах висели картины, герб этого королевства, и полы были устланы коврами, которые я заебусь чистить. Пылесоса-то нет.

Но больше всего мне понравилась ванная комната. Там была целая купель, как мини бассейн. Отделано все белым мрамором, блестит так, что глаза слепит. Дневной свет проникал сквозь два больших окна, и всюду мерцал бликами. Здесь была и душевая. Большое выделенное место без всяких перегородок. Ух, как же мне хотелось помыться нормально, не в тазике. Постоять под струями теплой воды, или поплавать в этом бассейне. Мечты. Все же я не стала рисковать, вдруг Сайя зайдет, увидит и накажет.

Первым делом я сняла все тряпки для стирки и несколько раз ходила туда и сюда, таская их в трубу. Начала я уборку с гостиной, чтобы потом все закончить в ванне, раз уж именно там я и буду набирать воду. Не заметила, как настал обед, даже не подумала, как кушать-то буду. Вряд ли мне его кто-нибудь принесет, а вернуться на кухню сама, я не решалась. Но меня спасла Ника, принеся еду. Поели мы с ней вместе и быстро, потом она забрала посуду и убежала заниматься своими делами. А я вернулась к окнам, с опаской поглядывая на камин. Даже руки дрожали, когда представляла, как буду его чистить. Мне на эту комнату выделили три дня, но я сомневалась, что справлюсь с этим в одиночку.

Вот когда я и залезла полностью в камин, и, постоянно чихая от сажи, чистила его, ко мне заявились те самые три сучки. Щас начнется, блять.

Они не дали мне ничего сделать, ну даже и убежать, сразу же подскочили ко мне и скрутили. Я отбивалась от них как могла, одной даже в щеку зарядила щеткой, но потом меня сильно ударили в живот, и я согнулась пополам. Не успела и воздух вздохнуть, как они растянули меня на полу. Две держали за руки, а Анята уселась сверху на бедра спиной ко мне и задрала сарафан. Чулок она стянула быстро.

- Как мы и думали, - рассмеялась она. – Все чисто. Вообще следов не осталось.

После этого она пересела ко мне лицом.

- Как так, а? – спросила она.

- Пошли на хуй, дуры разноцветные, - прошипела я.

- А ну не дерзи, рабыня, - прикрикнула на меня Трис и сжала запястье сильнее, больно вцепившись в него ногтями. – Отвечай давай!

Тут я очень пожалела, что моя магия не боевая, я даже ослепить их не могу своим светом. Все, для того, чтобы исцелять блин.

- Молчишь? – прищурилась желтая. – Хочешь, чтобы я тебя снова подпалила, тварь? А?

Мольбы они от меня не дождутся. Нет уж. Да, я знала, что будет очень больно, но потом я смогу вылечить себя. Правда это будет потом, а пока придется терпеть.

- Трис, - Анята мерзко улыбнулась. – Дай-ка ей водички напиться.

Голубая села коленями на мою руку, больно придавив ее и, зажав одной рукой мне нос, вторую положила мне на рот. Я как-то не очень вовремя решила его открыть, чтобы вскрикнуть от боли, и в него тут же полилась вода. Эта тварь засунула мне в рот несколько пальцев, так, чтобы я не смогла его ни закрыть, ни как следует укусить ее. Вода не прекращалась, и я начала захлебываться. Эти дуры хотят меня утопить?!

- Поверни ее, - приказала Анята.

Трис сразу же повернула мою голову набок, чтобы я смогла выплюнуть излишки воды, но потом снова начала заливать меня ею. Так повторялось несколько раз, от постоянного кашля у меня уже болело горло и саднило в носу, от попавшей в него воды. Уж не знаю, сколько бы они меня так мучили, может и утопили бы, но им, очень вовремя для меня, помешали.

- А что вы тут делаете? – спросил кто-то детским голоском.

Сучек с меня как ветром сдуло, и я смогла повернуться на бок сама, чтобы выплюнуть воду и, наконец, нормально отдышаться.

- Ничего, госпожа, - вразнобой промямлили мои палачи.

- Орэя, дорогая, нам лучше уйти отсюда, - услышала я еще один незнакомый мне голос.

Чуть приподнявшись на дрожащих руках, я увидела в дверях маленькую девочку и пожилую мамзель за ее спиной. Эта Орэя сидела в кресле каталке и смотрела на всех нас прищуренными, и очень мне знакомыми желтыми глазами. Ее рубиновые волосы были собраны в две косы-дракончики, и кончики с бантиками лежали на ее груди. Колени маленькой девочки были укрыты пушистым покрывалом розового цвета. На вид малютке можно было дать от пяти до семи лет примерно. Хорошенькая такая, хоть и хмурится как ее папа, или может быть брат. Это у них семейное? Уж слишком они похожи.

- Думаю, это им лучше всего уйти отсюда, - строго сказала девчушка.

Клуши, кланяясь, быстро выбежали из комнаты, когда гувернантка девочки отодвинула кресло с прохода.

- Спасибо, - тихо сказала я ей и встала.

- Не смей говорить с нами, человечка, - возмутилась мамзель, и, гордо вскинув подбородок, укатила девочку дальше по коридору.

Я выглянула из-за двери и поймала взгляд девчушки, которая наклонилась в кресле, чтобы посмотреть назад. Уж не знаю, как думала сама девочка, но все же я благодарно улыбнулась ей. Та привычно для меня нахмурилась и отвернулась. Нет, ну до чего похожи! Эта Орэя была точной, но очень маленькой копией Шиана. Интересно все же дочь или сестра?

Узнала о том, что она была его дочкой уже поздно вечером, когда за мной вернулась Ника. Хорошо, что те мымры больше не пришли. Пока направлялись на кухню, Ника мне о ней немного рассказала.

Мать девочки умерла при родах, что случается с крассками довольно часто, из-за их слишком узких бедер. Не все могли разродиться сами, и не все выживали после их местного кесарево. Вот ее мать умерла. Я невольно приревновала красса. Даже удивилась себе. Мне-то какое дело, что у него когда-то была жена? Тут же спросила Нику о его семейном положении сейчас. Свободен. Обрадовалась и разозлилась на себя. Плевать!

Девочка до трагедии была очень веселой и активной, всегда где-то бегала и куда-то лазила. Любопытная и неугомонная малютка. Полтора года назад, когда ей не было еще и пяти лет, случилось непоправимое, она стала калекой. С тех пор Орэя сильно изменилась, перестала смеяться и улыбаться. Даже отец ничего не мог поделать, а любил он ее безмерно. Так я и узнала, куда он полетел, когда попал в рабство.