Одержим тобой. Дышу тобой

- Что мне делать?

- Не оставайся одна. Ни на минуту. Пока мы не поймём, как от него отделаться.

Они приготовили покушать, а потом оставили самое сладкое на десерт. Сегодня она попросила Марка быть её господином. Попросила связать её и делать всё, что он хочет. Эта ночь была жаркой, они забыли обо всём. Она забыла про мощь и давление Марселя, который не собирался отступать. Игра началась и ставки были высоки.

Дни превратились в череду осторожных встреч и тревожных ожиданий. Юна чувствовала, как невидимая петля затягивалась всё туже. Марк был рядом, но его собственный мир – гастроли, записи, бесконечные интервью – не позволяли ему быть с ней постоянно. Они превратились в конспираторов, обменивались шифрованными сообщениями и встречались на нейтральной территории, подальше от вездесущих папараций и людей Марселя.

Однажды утром Юна обнаружила на лобовом стекле своей машины огромный букет чёрных роз. Сзади кто – то закрыл её рот платком, и она почувствовала только тяжёлый, пьянящий аромат.

Она открыла глаза, голова болела как от алкоголя.

- Пить, где я?

- Ты дома. (Марсель стоял у окна)

- Что тебе нужно? Юна привстала, но её руки были связаны лентой и привязаны к кровати. Страх ледяной рукой сжал сердце.

- Ты так и не поняла, ты… Сегодня ты будешь в моей власти.

Она хотела кричать, убежать, но никто её не услышит, она связана.

- Сегодня мы одни, я распустил весь персонал, сегодня мы закончим наш разговор.

Он сел на край кровати и начал водить рукой по её лицу, она плюнула ему в лицо. Он ударил её по щеке и озверел, он разорвал на ней платье. Она осталась в одном нижнем белье. Он взял ножницы и срезал с неё трусики и бюстгальтер, она лежала голая, перед своим врагом.

- Не надо, я прошу, ты же хороший, отпусти меня. Она заплакала.

Он целовал её грудь, губы. Он резко раздвинул ей ноги и вошел в неё, она пыталась сопротивляться, но он оказался сильнее. Он овладел ей, он переворачивал её в разные позы и получал удовольствия от её слёз и унижений. Когда всё закончилось, он развязал её и унёс в джакузи, помыл и положил обратно в кровать, прижав к себе. Юна плакала практически всю ночь, он добился своего. Она не заметила, как уснула, но долго спать ей не дали, он стоял в халате и смотрел на неё.

- Проснулась, сейчас я покажу тебе свою потайную комнату. Все женщины получали в ней оргазм.

Он взял её на руки, и они спустились в цокольный этаж. Комната была огромная, вся в зеркалах, даже потолок сплошное зеркало. Огромная красная кровать и много плёток, наручников и другой извращенской утвари.

- Сегодня ты моя рабыня, а я твой султан.

Он завязал ей глаза и усадил на колени. Затем он взял её руки и вложил в них свой член, по спине он прикасался плёткой. Затем он разжал ей рот и впихнул свой член, она уже не сопротивлялась. Потом он начал иметь её между грудей, получая удовольствие. Когда он поднял её за волосы и притащил к большому зеркалу, он развязал ей глаза, одной рукой взяв за шею, а другой держал её за руки и трахал, так напористо и жёстко, что она по неволе начала издавать стоны в унисон с ним.

- смотри мне в глаза и получай удовольствие. Он грубо прорычал.

Когда все мучения закончились, он уснул. Юна смогла собрать себя по частям и выкралась из дома, надев на себя его пальто. Она бежала по улицам, она поймала такси и приехала к м Марку.

- Что с тобой, что случилось?

Она дрожащим голосом попросила его заплатить за такси.

Когда он вернулся, она сидела на полу его кухни и рыдала. Он поднял её и снял пальто, она была голая, на её теле были засосы, укусы и следы от плётки. Он всё понял без слов.

- Я сейчас же поеду к нему. Только с полицией.

- Что ты можешь, что мы можем. У него всё схвачено. Давай просто убежим. Давай спрячемся.

Они выехали из города на закате. Дорога вела их прочь от этого кошмара. Туда где небо было чище, а воздух пах хвоей и свободой. Дом марка оказался не большим коттеджем на берегу лесного озера.

- Здесь он нас не достанет. Марк играл для неё мелодии на стареньком пианино, а она плакала на взрыт.

И пока они вместе – они непобедимы.

Глава 4

Отголоски прошлого и тень будущего.

Дом на берегу озера стал для Юны убежищем не только от Марселя, но и от призраков собственного прошлого. Она по не многу восстанавливалась от того ужаса, что он с ней сотворил. Днём они с Марком гуляли по лесу, собирали грибы, а вечерами он учил её играть простые мелодии на старом пианино. Но по ночам, когда Марк засыпал, обнимая её, Юна часто лежала без сна, глядя в темноту. Тишина возвращала её в детство – туда, где всё начиналось. Она выросла в обычной московской семье. Отец, инженер, был человеком строгим и немногословным, всю жизнь посвятивший работе. Мать, учительница литературы, пыталась привить дочерям любовь к книгам и искусству, но часто уставала, так, что сил хватало лишь на быт. Главной радостью и отдушиной для Юны всегда была младшая сестра – Лика. Лика была полной противоположностью: шумная, смешливая, с копной непослушных рыжих кудрей и глазами, в которых плясали искорки. Она была на семь лет младше и всюду ходила за Юной хвостиком, считая старшую сестру идеалом. Именно ради Лики, Юна в пятнадцать лет пошла в модельную школу – ей нужны были деньги на лечение сестры, когда та тяжело заболела пневмонией. Тогда Юна впервые поняла: её красота – это не просто подарок природы, а инструмент, способный менять жизнь к лучшему.

Она помнила, как держала маленькую, горячую ладошку Лики в больнице и обещала ей:

- Я вытащу нас отсюда. Мы будем счастливы.

И она сдержала слово. Карьера пошла в гору, семья выбралась из нужды, а Лика выросла в яркую, талантливую девушку, которая теперь училась на дизайнера и мечтала открыть своё ателье. Юна была для неё не просто сестрой – она была опорой, стеной, за которой можно спрятаться от любых бурь.

Именно поэтому навязчивость Марселя пугала её вдвойне. Она знала цену свободе и не собиралась никому позволять отнять её у себя или у Лики.

А в это время в своём пентхаусе Марсель Арданов метался из угла в угол, словно зверь в клетке. Он не мог спать, не мог работать. Образ Юны, её тело преследовали его повсюду. Он видел её на деловых переговорах, в отражении экрана монитора, в толпе на улице. Это было не просто влечение – это была одержимость. Он привык получать всё. Любую компанию он поглощал без остатка. Любую сделку закрывал на своих условиях. Женщины в его жизни были лишь красивым дополнением к статусу – умные, элегантные, но всегда знающие своё место. А Юна… она была другой. В ней была внутренняя сила, чистота, которые он хотел сломать, подчинить себе. Чтобы она принадлежала ему безраздельно.