БДСМ Лайфстайл. Основано на реальных событиях

– Доброе утро, Диана. Готова к презентации?

– Да… конечно, – выдавила она, садясь за стол.

И в этот момент яйцо внутри неё ожило.

Сначала лёгкая вибрация – низкая, глубокая. Диана вцепилась в край стола. Вибро пошло волнами, надавливая прямо на точку G. Клитор мгновенно набух. Она почувствовала, как влага потекла обильнее.

– Диана, ты в порядке? – спросил начальник.

– Да… просто… кофе не допила, – выдавила она, улыбаясь через силу.

Алекс на том конце линии тихо рассмеялся.

– Увеличу.

Вибрация стала сильнее. Теперь яйцо пульсировало быстро, резко. Диана сжала бёдра под столом, но это только усилило давление. Внутри всё сокращалось, киска сжимала игрушку, пытаясь удержать. Соски затвердели под блузкой, стали заметны сквозь тонкую ткань.

Коллеги обсуждали сроки сдачи проекта. Она должна была комментировать графики на экране. Когда она встала, чтобы подойти к проектору, яйцо сдвинулось и ударило по самой чувствительной точке. Ноги подкосились. Она опёрлась о стол.

– Извините… каблук… – пробормотала она.

Алекс активировал максимум. Вибрация стала бешеной, непрерывной.

Диана села обратно. Лицо пылало. Между ног всё кипело. Она чувствовала, как влага уже капает на стул – тёмное влажное пятно под юбкой. Каждый вдох был стоном, который она заглушала кашлем. Руки дрожали на мышке.

– Диана, твои комментарии? – спросил начальник.

Она открыла рот, но в этот момент Алекс сделал серию коротких, мощных толчков вибрацией – будто трахал её на расстоянии.

– Я… думаю… что сроки… реалистичны… – выдохнула она, голос сорвался на хриплый шёпот. Слёзы выступили на глазах от напряжения. Оргазм был уже близко – опасно близко.

Она прикусила губу до крови. Ногти впились в ладони. Всё тело дрожало. Коллеги смотрели на неё странно.

– Ты точно в порядке? Выглядишь… возбуждённой, – пошутил один из коллег.

Диана заставила себя улыбнуться.

– Просто… простуда начинается.

Алекс в телефоне тихо произнёс:

– Не кончать. Или вечером будешь вылизывать мои ботинки часами.

Вибрация длилась ещё семь минут. Самых долгих в её жизни. Когда он наконец выключил, Диана почти рухнула на стул. Юбка под ней была мокрой насквозь. Она сидела в своей собственной луже. Киска пульсировала, требуя разрядки, но она знала – нельзя.

Весь оставшийся день яйцо включалось ещё три раза: во время обеда в столовой, во время звонка клиенту и в лифте, когда она ехала с двумя мужчинами из соседнего отдела.

К шести вечера Диана была на грани безумия. Тело горело. Ноги дрожали. Она едва могла идти.

Когда она вышла из офиса, телефон снова зазвонил.

– Приезжай ко мне. Немедленно. На коленях у двери. Я проверю, насколько хорошо ты училась послушанию сегодня.

– Да, Господин… – прошептала она в трубку, уже зная, что сегодня вечером её ждёт новая порция унижения… и, возможно, долгожданное разрешение.

Глава 5: Введение в Порку

Москва, 19 октября 2003 года. 19:12. Квартира на Малой Бронной.

Диана стояла на коленях прямо у входной двери, как и было приказано. Лоб прижат к холодному паркету, руки за спиной, ноги широко разведены. Чёрный ошейник плотно обхватывал шею. Под строгим офисным костюмом – ничего, кроме вибрирующего яйца, которое Алекс уже выключил по дороге. Юбка задралась, открывая голую мокрую киску. Влага стекала по бёдрам тонкими блестящими дорожками и капала на пол. Она ждала уже семь минут. Сердце колотилось где-то в горле.

Дверь наконец открылась. Алекс вошёл, не сказав ни слова. Она услышала, как он снимает пальто, ставит портфель. Потом его тяжёлые ботинки остановились прямо перед её лицом.

– Покажи, насколько ты послушная сегодня.

Диана сразу выгнула спину сильнее, раздвинула колени ещё шире. Алекс присел на корточки, запустил руку ей под юбку и двумя пальцами грубо вошёл в её киску. Яйцо всё ещё было внутри.

– Ммм… целое озеро. Ты весь день текла на работе, да? Коллеги видели, как ты краснеешь и сжимаешь ноги?

– Да, Господин… – прошептала она в пол. Голос дрожал.

Он вытащил пальцы, вытер их о её щёку, оставляя мокрый след.

– Вставай. Раздевайся. Всё до последней нитки. И иди за мной.

Диана поднялась на дрожащих ногах. Быстро стянула пиджак, блузку, юбку. Осталась голая, только в ошейнике. Соски торчали, как камешки. Киска блестела, половые губы припухли и слегка раскрылись.

Алекс повёл её по коридору в дальнюю комнату, которую она раньше не видела. Это была настоящая игровая. Тёмные стены, приглушённый красный свет, огромный деревянный крест Святого Андрея в центре, закреплённый к полу и потолку. На стенах – крюки, плётки, веревки, зажимы. Пахло кожей, воском и чем-то сладко-мускусным – запахом возбуждённой женщины.

– Руки вверх. Ноги в стороны.

Диана послушно встала лицом к кресту. Алекс взял широкие кожаные манжеты и застегнул их сначала на запястьях, потом на лодыжках. Крепко, но не до боли. Затем щёлкнули карабины. Она оказалась распята: руки и ноги широко разведены, тело полностью открыто, грудь выгнута вперёд, киска и попа полностью на виду. Она не могла сдвинуться ни на сантиметр.

Алекс обошёл её кругом, проводя ладонью по спине, по ягодицам, по внутренней стороне бёдер.

– Сегодня ты получишь первое настоящее наказание и первое удовольствие одновременно. Потому что ты почти кончила сегодня в офисе. Я чувствовал это по тому, как ты дышала в трубку. За это – порка. Но если будешь хорошей девочкой и примешь всё красиво – потом я разрешу тебе кончить. Поняла?

– Да, Господин… – выдохнула она. Голос уже срывался.

Он начал с ладони.

Первый шлепок – громкий, тяжёлый – пришёлся точно на левую ягодицу. Диана дёрнулась, вскрикнула. Жжение мгновенно разошлось по коже горячей волной.

– Раз… – спокойно сказал Алекс. – Считай вслух.

– Раз… – простонала она.

Второй удар – ещё сильнее, на правую. Кожа сразу покраснела.

– Два!

Он бил размеренно, сильно, покрывая всю попу: сверху, снизу, по бокам, по переходу к бёдрам. Каждый шлепок звучал как выстрел. Ягодицы горели, становились всё горячее, всё краснее. Диана кричала, дёргалась в ремнях, слёзы текли по щекам, но между ног влага текла ещё обильнее – капала на пол длинными нитями.

– Смотри, как ты течёшь от боли, – засмеялся Алекс. – Настоящая мазохистская сучка.

На двадцатом ударе он остановился. Её попа была ярко-алой, горячей, как печка. Он провёл ладонью – кожа пылала.

– Теперь плётка. Десять ударов. Будет больно. Кричи громче – мне нравится.

Плетка была мягкой, из множества тонких кожаных полосок с узелками на концах. Первый удар лёг на уже горящую кожу – и Диана закричала по-настоящему. Жжение было острым, глубоким, разливающимся по всей поверхности. Каждый следующий удар добавлял новые полосы. Она извивалась, выгибалась, ремни скрипели. Крики переходили в стоны, стоны – в рыдания.

– Семь… а-а-а-х! Восемь… Господииин!

На десятом ударе она уже висела на ремнях, ноги дрожали, попа и верх бёдер были покрыты яркими красными полосами. Слёзы текли ручьём, тушь размазалась.

Алекс отбросил плётку, подошёл вплотную сзади и прижался. Его твёрдый член упёрся ей в горячую попу. Он запустил руку между её ног и грубо ввёл два пальца в её киску.

– Блядь, какая мокрая дырка… – прорычал он ей в ухо. – Ты вся течёшь, рабыня. Смотри, как хлюпает.

Он начал трахать её пальцами быстро, глубоко, большим пальцем надавливая на клитор. Диана завыла от удовольствия. Боль от порки смешалась с острым наслаждением – она уже стояла на самом краю.

– Пожалуйста… Господин… можно мне кончить… я не могу больше…

– Ещё нет.

Он добавил третий палец, растягивая её. Киска чавкала громко, obscenely. Другой рукой он щипал её соски, сильно, до боли.

– Ты моя поротая шлюха. Скажи это.

– Я… ваша поротая шлюха… Господиин!

– Громче!

– Я ВАША ПОРОТАЯ ШЛЮХА!!!

Алекс резко вынул пальцы, встал перед ней и сунул их ей в рот.

– Вылижи. Всю свою похоть.

Диана жадно сосала его пальцы, чувствуя свой собственный сладко-мускусный вкус.

Наконец он отстегнул её от креста. Ноги не держали – она рухнула на колени перед ним.

Алекс взял её за волосы и посмотрел сверху вниз, глаза горели.

– Теперь ты знаешь, что такое настоящая порка. И это только начало. А теперь… проси разрешения кончить. На коленях, с поротой жопой в воздухе.

Диана, всхлипывая, повернулась, встала раком, подняла горящую попу высоко и прижалась лбом к полу.

– Пожалуйста, Господин… разрешите вашей поротой сучке кончить… я умоляю…

Алекс улыбнулся.

– Кончай. Но только от моих пальцев. И кричи моё имя.

Его рука снова оказалась между её ног. Три пальца вошли резко и начали долбить быстро и жёстко. Через десять секунд Диана взорвалась. Оргазм был таким мощным, что она закричала, задрожала всем телом, киска брызнула – настоящая сквирт-струя ударила на пол. Она кричала его имя снова и снова, пока волны не утихли.

Когда она обессиленно рухнула на пол, Алекс погладил её по волосам.

– Хорошая девочка. Первая порка принята красиво. Завтра будет вторая. И третья. И четвёртая… Пока твоя жопа не будет краснеть от одного моего взгляда.

Диана, лежа в луже своей влаги, только тихо всхлипнула от счастья и полного, абсолютного подчинения.

Глава 6: Вербальное Унижение

Москва, 20 октября 2003 года. 21:40. Квартира на Малой Бронной.

Диана стояла на коленях посреди гостиной, полностью голая, только в чёрном кожаном ошейнике и с ярко-красной попой, которая всё ещё горела после вчерашней порки. Кожа на ягодицах была покрыта тонкими полосами, чувствительная к малейшему движению. Она только что вернулась с работы – весь день яйцо внутри неё молчало, но воспоминания о вчерашнем оргазме и постоянное давление ошейника под блузкой не давали ей ни секунды покоя. Она приехала ровно в девять, разделась у двери и встала на колени, как положено.

Алекс сидел в кожаном кресле напротив, в чёрных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. На низком столике перед ним стоял небольшой цифровой диктофон – новинка 2003 года, серебристый, с маленьким микрофоном. Рядом – бокал виски и пачка сигарет.

– Сегодня, рабыня, мы поработаем над твоим языком, – сказал он спокойно, включая запись. Красная лампочка загорелась. – Ты будешь говорить. Много. Громко. Подробно. И каждое слово будет записано. Потом я заставлю тебя слушать это снова и снова, пока ты не начнёшь кончать только от собственного голоса, полного стыда.

Диана почувствовала, как жар прилил к лицу. Она опустила взгляд на свои колени, но между ног уже начало пульсировать.

– Раздвинь ноги шире. Руки за голову. Грудь вперёд. Я хочу видеть, как твоя грязная пизда открывается, пока ты говоришь.

Она послушно развела колени максимально широко. Гладкие половые губы раскрылись, блестя от влаги, которая уже обильно текла. Клитор выглядывал, набухший и тёмно-розовый. Запах возбуждённой женщины медленно заполнял комнату.

– Начнём с простого. Расскажи мне своими словами, какая ты на самом деле шлюха. Что ты фантазировала обо мне с первой секунды в баре. Подробно. Не пропускай ни одной детали.

Диана сглотнула. Голос дрожал.

– Я… я увидела вас в баре и сразу почувствовала… как намокла. Я представила, как вы приказываете мне встать на колени прямо там, у стойки… как все смотрят… как вы заставляете меня вылизывать ваши ботинки на глазах у всех… Я… я хотела, чтобы вы назвали меня сучкой при всех…

Алекс улыбнулся, сделал глоток виски.

– Продолжай. Что ещё ты представляла? О чём ты думала, когда ехала домой после первой встречи? Когда трогала себя ночью?

– Я… трогала себя… – прошептала она, краснея ещё сильнее. – Лежала в постели и мастурбировала, представляя, как вы трахаете меня в рот… как заставляете глотать… как привязываете и порёте… как все ваши друзья смотрят, как я ползаю голая на поводке… Я кончила три раза за ночь, повторяя ваше имя… Я грязная шлюха, Господин… я всегда была такой… просто прятала это…

– Громче. И смотри мне в глаза.

Она подняла взгляд. Слёзы стыда стояли в глазах, но голос стал чуть твёрже.

– Я грязная шлюха, Господин! Я всегда мечтала, чтобы меня унижали… чтобы меня использовали… чтобы меня называли последней дыркой… Я хочу, чтобы вы писали на меня… чтобы заставляли меня есть из миски… чтобы продавали меня в клубе… Я теку от одной мысли, что вы можете сделать со мной всё, что угодно…

Алекс нажал паузу на диктофоне, потом снова включил.

– Теперь вторая часть. Мастурбируй. Прямо здесь. Передо мной. Двумя руками. Показывай всё. И продолжай говорить. Описывай каждое своё движение. Каждое ощущение. И повторяй после меня: «Я грязная шлюха и не заслуживаю кончить».

Диана дрожащей рукой провела пальцами по своей киске. Она была уже полностью мокрой – пальцы сразу покрылись густой прозрачной смазкой. Она раздвинула губы, показывая розовую внутренность, и начала медленно водить двумя пальцами по клитору.

– Я… трогаю свою пизду, Господин… она вся мокрая… горячая… я чувствую, как клитор пульсирует… я тру его кругами… медленно… ах… он такой чувствительный… я ввожу один палец внутрь… он легко входит… я вся раскрытая… как дешёвая шлюха…

– Громче. И добавь унижение.

– Я грязная шлюха и не заслуживаю кончить… – повторила она, ускоряя движения. Второй рукой она щипала сосок, сильно, до боли. – Я мастурбирую перед вами, как последняя порноактриса… моя пизда чавкает… слышите? Я ввожу уже два пальца… трахаю себя… глубоко… мне так стыдно… но я не могу остановиться… я теку на ваш ковёр… я грязная шлюха и не заслуживаю кончить…

Алекс смотрел не отрываясь. Его член уже стоял колом под брюками.

– Добавь три пальца. И расскажи, как ты хочешь, чтобы я тебя использовал сегодня.

Диана застонала громче, вводя третий палец. Киска растянулась, хлюпала громко и мокро. Она начала двигать рукой быстрее, бёдра дрожали.

– Я хочу… чтобы вы трахнули меня в рот… пока я мастурбирую… чтобы я давилась вашим членом… и продолжала трогать себя… Я хочу, чтобы вы называли меня куском мяса… чтобы вы спустили мне на лицо и заставили ходить так весь вечер… Я грязная шлюха и не заслуживаю кончить… пожалуйста… я уже близко…

– Стоп.

Алекс резко сказал это, и Диана замерла, пальцы всё ещё внутри. Оргазм был в двух секундах. Тело дрожало, киска сокращалась вокруг пальцев, но она не смела двигаться.

– Вынь пальцы. Покажи мне, какая ты мокрая.

Она вытащила руку – пальцы блестели, длинные нити тянулись к киске. Алекс наклонился и заставил её облизать их.

– Ещё раз. С начала. И на этот раз расскажи, как ты хочешь, чтобы я отдал тебя своим друзьям.

Диана снова начала. Голос уже срывался, слёзы текли по щекам, но она говорила – подробно, унизительно, возбуждённо. Три раза он доводил её до самого края: она скакала на своих пальцах, стонала, умоляла, повторяла «Я грязная шлюха и не заслуживаю кончить», а он останавливал за секунду до взрыва.

На четвёртый раз она уже рыдала от отчаяния.

– Пожалуйста, Господин… я больше не могу… я ваша грязная шлюха… я просрала всё своё достоинство… разрешите мне кончить… я умоляю…

Алекс выключил диктофон, встал и подошёл вплотную. Его твёрдый член упёрся ей в губы.

– Нет. Сегодня ты не кончишь. Ты будешь спать с яйцом внутри на максимуме, но без разрешения. А завтра утром ты проснёшься и послушаешь эту запись целиком. На коленях. И расскажешь мне, как сильно ты возбудилась от собственного унижения.

Он сунул член ей в рот, трахнул горло несколько раз жёстко и глубоко, потом кончил на её лицо – густыми горячими струями по щекам, губам, лбу.

– Лежи так до утра. Не вытирай. Пусть высохнет.

Диана осталась на коленях, лицо в сперме, киска пульсировала от неудовлетворённого желания, а в голове крутилась только одна мысль:

«Я действительно его грязная шлюха… и мне это нравится».

Глава 7: Посещение Клуба

Москва, конец октября 2005-го. Ночь уже давно проглотила город, оставив только холодный, мокрый асфальт и редкие огни фонарей. Чёрный «Мерседес» Алекса мягко выехал за МКАД, свернул на узкую бетонную дорогу, ведущую к старому промышленному комплексу. Диана сидела на пассажирском сиденье, плотно запахнув длинное чёрное пальто. Под ним – ничего, кроме тонкого кожаного ошейника с серебряной табличкой «Собственность Алекса» и чулок в сетку, которые Алекс заставил надеть ещё дома.

Сердце колотилось так, что она слышала его в ушах. Пальцы мяли край пальто.

– Не дрожи, – тихо сказал Алекс, не отрывая глаз от дороги. – Сегодня ты просто покажешь всем, чья ты. И как сильно тебе это нравится.

Машина остановилась у глухой кирпичной стены без вывески. Алекс заглушил мотор, вышел, обошёл автомобиль и открыл ей дверь. Ледяной ветер сразу забрался под пальто, обжёг голые бёдра. Диана вышла, стараясь не стучать каблуками. Алекс щёлкнул карабином поводка к кольцу ошейника. Металл холодно лязгнул.

– Пошли, шлюшка.

Они прошли вдоль стены до неприметной железной двери. Алекс трижды постучал особым ритмом. Дверь открылась почти сразу. Здоровенный охранник в кожаной жилетке кивнул, не сказав ни слова, и пропустил их внутрь.

Коридор был узким, освещённым только красными лампами. Пахло кожей, ладаном и чем-то острым, животным – запахом возбуждения и пота. Из глубины доносились приглушённые стоны, щелчки плёток и низкий, тяжёлый бас музыки.

Когда они вошли в главное помещение, Диана невольно замерла.

Клуб был огромным – бывший цех, переделанный в настоящий храм боли и наслаждения. Высокие потолки, чёрные стены, зеркала везде. В центре – большая сцена с крестом Святого Андрея, клеткой и помостом. По периметру – кожаные диваны, стойки с игрушками, крюки под потолком. Около двадцати человек – в латексе, корсетах, голые, в масках. Кто-то стоял на коленях, кто-то трахал кого-то прямо на глазах у всех.

Алекс потянул поводок. Диана послушно пошла за ним на четвереньках первые десять метров – так он приказал ещё в машине. Колени скользили по холодному бетонному полу, покрытому тонким слоем чёрного лака. Она чувствовала, как взгляды мгновенно прилипают к ней: к голым ягодицам, которые выглядывали из-под расстёгнутого пальто, к тяжёлой груди, качающейся при каждом шаге.

– Сними пальто, – спокойно сказал Алекс, когда они остановились у края сцены.

Диана встала, дрожащими пальцами расстегнула пуговицы. Пальто упало к её ногам. Теперь она стояла совершенно голая, если не считать чулок, туфель на шпильке и ошейника. Соски мгновенно затвердели от холода и стыда. Между ног уже было мокро – она чувствовала, как влага стекает по внутренней стороне бедра.

По залу прошёлся одобрительный гул. Кто-то присвистнул. Мужчина лет сорока в кожаных штанах поднял бокал в её сторону.

Алекс улыбнулся и громко, чтобы слышали все вокруг, сказал:

– Это моя новая сука. Диана. Сегодня она будет развлекать вас. Сначала посмотрит, чему ей ещё предстоит научиться.

Он подвёл её к большому кожаному креслу у стены и усадил на пол у своих ног. Поводок коротко закрепил за ножку кресла. Диана сидела на коленях, спина прямая, руки за спиной, как он учил. Глаза опущены, но она не могла не смотреть по сторонам.

В десяти метрах от них молодая девушка лет двадцати пяти была привязана к кресту лицом к залу. Её спина и попа уже горели ярко-красным. Высокий Дом в маске методично хлестал её тяжёлой плёткой из замши. Каждый удар – громкий шлепок, и девушка кричала, но крик переходил в протяжный стон. Между ног у неё блестела влага, капли стекали по бёдрам на пол.

Диана сглотнула. Её собственная киска сжалась от зависти и возбуждения.

Рядом, на низком столе, другая субмиссивка на четвереньках ела из миски, пока её хозяин медленно трахал её сзади. Каждый толчок заставлял её лицо погружаться в еду. Она хлюпала, давилась, но продолжала жрать.

Диана почувствовала, как её соски ноют. Она сжала бёдра, пытаясь унять пульсацию в клиторе.

Алекс наклонился, взял её за волосы и заставил посмотреть прямо:

– Видишь, как ей нравится быть животным? Скоро ты будешь точно так же.

Через полчаса наблюдения Диана уже дрожала всем телом. Её дыхание было прерывистым. Влага стекала по бёдрам и капала на пол под ней – она это видела. Запах её возбуждения смешался с общим запахом клуба.

Алекс поднялся.

– Время тебе показать себя. На сцену. Танцуй.

Диана замерла.

– Но… здесь все…

– Именно. Ползи.

Он отстегнул поводок и щёлкнул пальцами. Диана на четвереньках поползла к сцене. Каждый метр – новый взгляд, новый шепот. Кто-то уже снимал её на старенькую цифровую камеру. Она чувствовала, как горят щёки, как соски трутся о холодный пол.

На сцене Алекс поставил её на ноги, пристегнул короткий поводок к кольцу в полу так, что она не могла отойти дальше двух метров.

– Руки за голову. Ноги шире. Танцуй. Медленно. Как будто хочешь, чтобы каждый здесь тебя выебал.

Музыка сменилась – тяжёлый, медленный индустриальный бит. Диана начала двигаться. Бёдра качались, грудь колыхалась, попа выгибалась. Она чувствовала себя голой не только телом – голой душой. Взгляды десятков людей жгли кожу. Мужчины и женщины откровенно разглядывали её киску, раздвинутые губы, блестящую от соков.

Алекс стоял в стороне, скрестив руки, и улыбался.

Через минуту к сцене подошли двое. Алекс кивнул им. Один – высокий, в латексной маске – протянул руку и провёл ладонью по её груди, сжал сосок. Диана всхлипнула, но не остановилась. Второй – крепкий, с татуировками – встал сзади, провёл пальцами по её мокрой щели, раздвинул губы и медленно ввёл два пальца.

– Смотрите, как течёт, – громко сказал он. – Настоящая шлюха.

Диана застонала. Пальцы двигались внутри неё, большой палец тёр клитор. Она продолжала танцевать – бёдра двигались навстречу чужим пальцам. Грудь подпрыгивала. Слёзы стыда текли по щекам, но она не могла остановиться – тело предало её полностью.

Ещё одна женщина – стройная брюнетка в корсете – подошла и встала на колени перед Дианой. Раздвинула ей бёдра шире и провела языком по клитору. Один раз. Второй. Диана вздрогнула всем телом, ноги подкосились.

– Проси, – раздался голос Алекса.