Проклятая Страсть

Ожидая багаж, я в голове подбирала себе образ на субботний вечер. Мой контакт от Карельского уже ждал меня в кафе в зоне прилета. В поисках нужного человека, я глазами пыталась выцепить хоть кого-то, похожего на фото в досье, что мне дал Карельский.

- Маргарита, здравствуйте, - ко мне приблизился парень в очках лет 28-30 в клетчатой рубашке и жилетке поверх нее.

- Доброе утро, Вадим, - я всегда была вежлива и осмотрительна. Доверяла я только себе, иное было роскошью.

Нам принесли кофе, и парень, дождавшись, когда официантка удалилась, сразу же протянул мне свой планшет.

- Надеюсь, ваш полет прошел комфортно, но у нас крайне мало времени. Завтра в частной гостинице будет закрытая вечеринка с подписанием концессий на строительство нового завода, - Вадим мне уже нравился, разговоры о погоде нам были ни к чему, - так вот, я добился, чтобы ваш издательский дом был в списках приглашенных.

- Пришлите мне на почту документы по концессии, чтобы я детально изучила, - я глотнула капучино: ну хоть кофе в этом городе делать не разучились, - мне будет несложно добиться того, чтобы на вечеринке присутствовала от нашего издательства именно я.

- Так и задумывалось, - Вадим улыбнулся как типичный айтишник. Я сразу подумала, что самое пикантное место для крота – это именно отдел компьютеризации. Обычно, я не промахивалась с догадками. Журналистский нюх, так сказать.

- Итальянские партнеры? – удивилась я, бегло просматривая страницы айпада.

Вадим откинулся в кресле:

- Там вообще все с размахом планируется. Представьте себе уровень. Но самое важное, как мы уже обговаривали, миновать НСО и сразу же поднять все документы именно в Москву, где уже Карельский поддержит все с юридической или сами-понимаете-какой стороны, - парень очень выразительно посмотрел на меня. Я осталась невозмутимой. Кому он говорил, то ли я не знаю, что здесь на месте все уже давно прикрыто миллионными откатами и поездками на вертолетах со шлюшками.

- Вадим, вы обещали фото бывшей бабы Хасанова, где оно?

Парень осторожно придвинул мне карточку по столу. Я всмотрелась в ее лицо: попасто-сисястая шатенка, которая выглядела стильно, но лицо все равно было молодое. Красная помада ей явно не шла.

- А сколько ей?

- Двадцать. Мы ведь можем опустить детали, как она легла под Хасанова?

У меня непроизвольно дернулся глаз. Да, мы точно можем это опустить.

- Артур Ренатович как раз недавно выяснил, что эта девушка Жанна, - он замялся, подыскивая слово.

- Трахалась? – подсказала я.

Тот скромно кивнул:

- Да, с другим. Так вот, - он продолжил, - мы опустим драматические последствия этой связи, особенно для её тайного любовника, но сейчас самое удачное время, чтобы привлечь внимание Хасанова к такой красотке, как вы, - Вадим так по-идиотски улыбнулся, что мне стало по-дружески тепло, и я подавила непроизвольный смешок, растянув губы в ответной улыбке.

Только душа моя вообще не улыбалась. Неделю морально я готовилась к тому, что, возможно, мне придется лечь под этого ублюдка. Но я не получу ни грамма удовольствия. Я буду разжигать ненависть в своем сердце настолько сильно, что она спалит его до тла.

****

Расчетливая стерва, которая была по совместительству моей сестрой, получила в тот же вечер, что хотела: мы подписали документы по земле. Я разорвала последние нити с родиной. Оказалось, что в нашей бывшей семейной квартире они уже и не жили. Её уже почти продали. Они ютились в каком-то частном доме, который должны были вот-вот выкупить полностью. Знаете, как бывает у хороших семей, когда они долго не виделись? Вот представьте себе все до наоборот. И это будем мы. Все облегчало то, что мне не нужны были их деньги, лишь бы больше меня за их долги никто не насиловал…

- Олег, мозги себе вправь, у меня ощущение дежа вю, - я посмотрела на их дочь Марину, мою племянницу. – Хочешь, чтобы и её отодрали за твои леваки? – Вика сверкнула на меня глазами, полными ненависти, но ледяной королеве во мне было настолько срать. Я села в такси, где на заднем сидении с сиделкой беспокойно металась мама, постоянно спрашивая, где Мурка.

- Я здесь, мама, здесь, я взяла ее руку, обернувшись назад к ней, и сказала водителю ехать в гостиницу. В субботу утром я отправила мамочку в Питер вместе с сиделкой, тётя Вера получила от меня все инструкции, в том числе и денежные на ближайшие полгода, я не знала, насколько застряну в этом дерьме здесь.

Вернувшись из аэропорта, я на ходу скинула с себя все и отправилась в джакузи. Я лежала час, другой… разум строил схему моего карточного домика. Стоит хоть одну опору поставить не так, и все рухнет. С Карельским мы договорились, что, если вдруг со мной что-то случится, он оплатит для моей мамы все, что потребуется.

Я одевала свое тело в короткое черное платье с эффектно открытой спиной, а душу одевала в кольчугу из ненависти. Я смотрела на себя в зеркало и клялась вслух:

- Что бы ни произошло, я уже не так маленькая хрупкая девочка. Я сильная. Я смогу. Ублюдок, я уничтожу тебя, слышишь?! Я иду за тобой.

Такси мчало меня к гостинице. Приехав, я огляделась. Массивный забор, за которым собраны самые влиятельные люди. Показав секьюрити на входе приглашение, меня проверили на оружие и пропустили. Я оказалась на роскошной территории, которую стоило прятать за забором. Пересчитав все автоматически на валюту, я слегла превзошла свои ожидания в стоимости данного местечка и зашагала на лабутенах ко входу в ресторан. Если уж идти на авантюры, то в дорогой обуви и с шиком. Тем более, что местные тёлочки явно отличались масс-маркетом. У меня на почте уже дано был пресс-релиз об итоговом договоре коммерческой концессии с привлечением итальянских инвесторов, так что мне оставалось только правильно засветить себя и преподнести в этих кругах. Крупные компании сами знают, что нужно о них писать, и их пресс-агенты заранее готовят шаблоны. Этот случай не был исключением. И данная вечеринка была способом ублажить всех. И углубить контакты. Кстати, об углублении: столько напомаженных чик, которые так и звали углубиться в себя всех желающих самцов, я давно не видела.

Ресторан был роскошным, и я осматривалась, продвигаясь не спеша на своих высоченных лабутенах. Я приметила несколько диванов с бизнесменами, Хасанова я пока не видела, но внутри меня все дрожало мелким тремором. Сканируя зал, я не заметила иную опасность:

- Маргарита! – донесся откуда-то ужасно знакомый голос, но вокруг было много людей, и я не могла сообразить, кто может меня знать здесь.

И тут я поняла. На меня шел призрак моего прошлого, не иначе. Вот дьявол. Что здесь делает мой бывший муж?

Только я успела развернуться на каблуках, чтобы испариться противоположную сторону, как Виктор притянул меня за запястье к себе и прижался, словно к мягкой игрушке.

- Ты попутал?! – я уставилась на него и выкрутилась из его рук.

- Я не мог поверить своим глазам, когда увидел твое имя в списке приглашенных, - он узнал мою новую фамилию?! Девичью фамилию, как и его, я оставила в этом городе. – Это судьба, моя Маргаритка!

Он так лоснился счастьем, что я просто развернулась и пошла от него прочь, но его мокрые ладони легли на мои плечи, и я зашипела:

- Руки убери прочь, между нами ничего нет! Ничего от слова ни черта, лобызай вон тех шлюшек в саду, мы никто друг для друга!!

Я жестикулировала прямо перед его носом, как он схватил меня настойчивее и прошептал на ухо:

- Давай поговорим, я все еще люблю тебя, - Виктор был бы не противен любой женщине, но не мне. Уже давно бы нашел себе бабу, тем более с его-то внешностью. - Давай попробуем все сначала, сладкая, я…

И тут он опустил руку на мою талию. Меня словно взорвало изнутри:

- Не трогай меня, придурок! Если ты не забыл, мы в разводе! Так что отвали!

Виктор продолжал нести сладкую чушь, вынудив меня прилюдно послать его. Зафиналив свою речь факом ему в лицо, я бросилась прочь к барной стойке. Чертов маньяк. Сколько же можно было преследовать меня.

Я начала вечер не так, как планировала.

- Пино-Коладу, пожалуйста, - бармен быстро выполнил мой заказ.

Мелкими глотками я пила коктейль, а перед глазами плыли фотографиями воспоминаний картинки, как мне были противны до слез и истерик любые тактильные контакты с Витей. Как я сбежала от него посреди свадебной ночи, но он догнал меня и даже пытался быть нежным, но… Я проглотила ком в горле, вспоминая о своей клятве и о том, ради чего я пришла.

Мне нужно было вернуться в центр зала, я четко знала, кого мне нужно найти из партнеров Хасанова за этот вечер. Как вдруг меня как током ударило: я почувствовала такой сильный шлепок по заднице, что еле удержалась на своих лабутенах. Я развернулась посмотреть на, скорее всего, бухого в хлам хама, как… я не могла поверить своим глазам. Передо мной нахально стоял Артур Хасанов собственно персоной, мой заклятый враг, которого я ненавидела настолько сильно, насколько может ненавидеть пятнадцатилетняя девочка, до си пор видевшая кошмары о подробностях той ночи. Ублюдок почти не изменился: гора мышц, которая прижимала меня к полу, накаченные руки, которые рвали на мне одежду и били меня, ниже пояса я старалась не смотреть и впечаталась в его лицо взглядом, полным ненависти. Коктейль из моего бокала намочил его репутацию и дорогущий костюм.

Господи, как же лицо этого монстра перекосило от ярости, он дернул меня за талию, начал выкрикивать угрозы. Звон разбившегося бокала… Я и забыла, сколько бешенства в его голосе… но мне было не страшно. Я не боялась.

Где-то глубоко внутри сидевшая во мне маленькая девочка шептала, что самое страшное уже позади, и я, не помня как, отделалась от него и растворилась в толпе.

Глава вторая.

Артур.

Я сидел за столом и затуманенным взглядом смотрел на то, как молоденькая стриптизерша вертится у шеста. Она напоминала мне эту шалаву Жанну. Тварина.... Я ненавидел всех баб, все как под штамп были шлюхи. Два года я трахал ее, она клялась мне в чувствах, и сука.... Я всерьез задумывался жениться на ней, поменять все свои принципы, а эта шваль всадила мне нож прямо в спину.

- Артур! Может тебе хватит? - мой заместитель Ян пытался привести меня в чувство. - Девчонка, журналистка, приехала с Питера! Ты что творишь? Тут партнеры с Рима!

- Иди, гуляй! - грубо произнес я.

Плевать мне было на всех: и на журналистку, и тем более на партнеров. Из головы не шла эта шлюха, и пусть мне плевать на нее, но то, как она поступила…

Я допил залпом обжигающую горло текилу и ударил кулаком по столу. Сейчас напьюсь еще больше, приеду и задушу эту суку. Собственными руками.

- Не трогай меня, придурок! Если ты не забыл, мы в разводе! Так что отвали!

Я поднял голову, высокая, стройная, словно модель с обложки, девчонка вырывалась от парня. Тот что-то яростно пытался донести до нее, хватая ее за плечи. Та выругалась, показала ему фак и направилась к барной стойке.

Я неотрывно следил за тем, как короткое платье облегает упругие ягодицы. Интересно, сколько ее уже перетрахало, а по походке и по тому, что было доступно моему взору, она была огонь.

Считанные секунды, и она почти проходила мимо моего столика уже в обратную сторону от бара, не смотря в мою сторону. Взгляд огромных прекрасных глаз был задумчив, я вдруг ощутил непонятную злость. По любому, у нее есть трахарь, и скорее всего не один, а тот ублюдок, который хватал ее, еще и ее бывший муж.

Я, плохо соображая, усмехнулся и с размаху ударил ее по заднице. Она дернулась и посмотрела на меня, я хоть и был пьян, но клянусь... Такая ненависть была в ее глазах.

Буквально секунда, и коктейль полетел в меня, точнее, если быть верным, я был обрызган дрянной Пино-Коладой. Кокосовой дрянью.

Я сориентировался не сразу, но, резко вскочив на ноги, схватил ее за тонкую руку, бокал рухнул на пол вдребезги разлетясь.

- Ты че, овца, перепутала? Ты знаешь, на кого ты свое дерьмо вылила? Тебе в жизни не насосать на то, что ты натворила!!!

- Артур, прекрати! Артур!

Ян пытался оттащить меня, как ни странно, эта наглая сучка не вырывалась, а с вызовом смотрела на меня. Ей не было страшно, и это не могло ни броситься в глаза.

Я, продолжая материться, толкнул ее, но она удержалась на ногах и ничего не сказав, растворилась в толпе. Я искал ее глазами. Кто она и как посмела... Я знал, что найду ее, и знал, что отымею ее вдоль и поперек, мне не стоило бросать вызов, это было чревато последствиями. Жесткими последствиями...

Марго.

Я не помнила, как вышла на улицу. Время близилось к ночи, заметно похолодало, но я не обращала на это внимание, шла вперед, сжимая в руках на этот раз Дайкири, который, прихватила со шведского стола. Мой вечер точно рушился, все шло не по плану. Подумать только, мы встретились спустя десять лет, и я смотрела в эти ненавистные глаза, а ублюдок не узнал меня. Просто развратно и смачно шлепнул по заднице, думая, что я сейчас же упаду к его ногам.

Я пыталась сделать скидку на алкоголь, чтобы он ничего не вспомнил на завтра, но такому Кинг-Конгу, как он, нужно было много. И вряд ли Хасанов не вспомнит, что я посмела его облить, подмачивая его репутацию и рубашку, по моим подсчетам стоящую как весь мой гардероб.

Погрузившись в свои мысли, я набрела на небольшое здание, судя по плану базы отдыха, который присылал мне Вадим, это был один из домиков для гостей. Я уже хотела его обойти, как взгляд уловил знакомый силуэт. Это был Виктор. О нет, только не это. Забыв про то, что я на каблуках, я бегом бросилась к домику, встречаться опять с бывшим мужем и слушать его сопливые признания я была не готова, во всяком случае не сейчас точно....

В домике, стуча каблуками по шикарной мраморной мозаике, выложенной на полу, я шла наугад. Тут не было никого, повсюду сауны, какие то двери, вот гостиная... Я прошла дальше и толкнула на себя массивную дверь, тут же оказавшись в роскошном бассейне, который я раньше видела только в фильмах.

Благодаря своей профессии я много с кем познакомилась, была на разных базах отдыха, видела разные стили и дизайны людей, но чтобы снять такую роскошь, я могла сказать абсолютно точно, положа руку на сердце, требовались большие деньги, настолько большие, что и не снились мне и многим из смертных.

Я шла по плитке, стуча каблуками и все ближе подходя к бортику. Подойдя почти к самому краю, я села на холодный мраморный пол и поставила рядом Дайкири. О детях я не задумывалась и простыть не боялась. Было очень грустно, а еще больно. Так-то я не относилась к разряду сопливых, стараясь показать себя всегда с сильной стороны, но сегодня... Сегодня все переменилось...

Я вспоминала Маринку, ей было как мне тогда... Пятнадцать лет. Совсем взрослая, как же я не хотела, чтобы ее коснулось все то, что пережила я. А ведь Олег, ее отец даже толком семью свою защитить не мог, не то, что мой папа. Папа... В носу защипало... Для меня он был образцом, идеалом силы и мужественности.

Я не могла вспоминать его без слез, без болезненных слез, рвущих душу изнутри. Он пытался защитить нас, спасти, а Олег наоборот, стоял на коленях и плакал, как баба. Я слишком хорошо помнила тот момент. Поэтому, наверное, и с Виктором у нас ничего так и не сложилось. Это тоже был не тот человек, не опора по жизни. Наш секс напоминал с ним изнасилование, мне было больно до отчаяния, а он считал, что это ролевые игры, и ни разу так и не заглянул в мою душу, не понял, какие страхи там живут.

Дверь с шумом распахнулась, я обернулась. В помещение вошел... Нет, этого просто не может быть, кто угодно, лучше бы Виктор...

Мне стало не по себе, и это было мягко сказано. В мокрой рубашке, подчеркивавшей литое тело, прямо передо мной стоял ни кто иной, как Артур Хасанов, пьянее еще больше чем в ресторане.

Внутри меня все перевернулось, та пятнадцатилетняя девчонка возвращалась вновь.

Артур.

Голова не слушалась меня вообще. Все плыло, как в тумане. Поганая тварь, Жанна...

Как она могла, когда я трахал ее, лечь под другого.

Шатаясь, я толкнул дверь на себя, злость пробирала до костей. Хотелось выпить еще, и плевать на партнеров, на то, кто что подумает. Я Артур Хасанов... Я хозяин этого города, и тут я диктую условия, а не мне…

Я вошел, едва не поскользнувшись на плитке и матерясь, вдруг резко замер...

На бортике в коротком, полностью открывающем стройные длинные ноги платье сидела девушка. Это была она. Та самая, которая облила меня в баре. Я сузил глаза, темные волосы рассыпаны по хрупким плечам, изгибы идеального тела... Все это привлекало к себе, адреналин моментально разлетелся по крови, член становился каменным, еще чуть-чуть, и я взорвусь.... Кто же она?

Я, шатаясь, шел к ней, девчонка резко обернулась. Коктейль чуть не выпал из ее рук. В огромных глазах мелькнул испуг; я, не дав ей опомниться, подошел ближе и рывком поднял на ноги. Она была совершенна, идеальна... Мои руки сжимали ее тело.

- Вы что делаете? Не трогайте меня!

Девчонка резко дернулась, меня распыляло это еще сильнее, я грубо схватил ее. Она взмахнула рукой и ударила меня по лицу.

В глазах потемнело, это была первая женщина, кто позволил себе такое. Я взревел и, заломив ей руки, швырнул ее в бассейн. Она вскрикнула, а я, стащив с себя брюки и рубашку, прыгнул за ней и, не давая ей опомниться, подтянул к лестнице, укладывая на лопатки.

Она кричала, но я грубо с силой первобытного зверя, зажал ей рот и, придавив тяжестью своего тела, рванул на ней платье. Оно скользнуло вниз, обнажая шикарную грудь без лифчика. Член рвался наружу, я готов был оттрахать ее прямо сейчас. Весь разум отключился, сминая девичью беззащитную фигурку, не давая ей вырваться, я разорвал на ней стринги и, хватая за шею, впился губами в ее алые губы.

Она извивалась подо мной, делая слабые попытки на крик, пыталась вырваться, но мне на все это было плевать. Я хотел ее трахнуть и, значит, трахну. Меня накрывало, страсть распыляла все сильнее, эта девица завела меня, а за то, что она ударила меня, посмела совершить этот неосторожный шаг, я измучаю ее так, что она никогда не забудет эту ночь.

Засасывая и оставляя грубые следы на ней, я без всяких предварительных ласк схватил ее за волосы и, развернув, поставил к себе спиной. В одно мгновение я, зажимая рот девчонке, оказался в ней.

Взрыв произошел в доли секунд, горячее обжигающее лоно приняло меня, я издал рык, никогда не испытывая до этого ощущения столь почему-то знакомого жаркого тела. Погружаясь в нее все сильнее, я трахал ее. Она плакала, слезы капали мне на руку, но я не мог отпустить ее, я хотел ее так, что в глазах темнело от страсти.

Вдруг она затихла и непроизвольно выгнулась мне навстречу, я укусил ее за шею, чувствуя, как она прижимается ко мне. Девочке было хорошо.....

Я сжимал ее всю, тянул на себя ее плечи, грубо толкая в нее член, не в силах остановиться. Мозги уже почти отключились, пальцы скользнули ей в рот, я хотел, чтобы она сосала, ощутить ее вкус, хотел ее....

Резкий толчок, и я едва не взвыл: эта сучка укусила меня.

- Ах ты, дрянь! - прорычал я.

Резко развернув ее на себя. От пощечины она упала прямо на ступеньки, а я, не обращая на это внимание, схватил ее и, притянув к себе, вошел вновь. Я хотел смотреть в ее глаза, хотел видеть, что было с ней, когда я ее трахаю. Красная отметина удара на нежной коже... Я непроизвольно как можно ласковее провел по ее щеке, в глазах девчонки стояли слезы, но она не показывала мне их.

- Ублюдок! Ненавижу!

Я не дал ей договорить, заткнул ее пухлые губки поцелуем. Мой член ворвался в ее киску, а язык в ее рот, я трахал ее и так, и так. Ее глаза широко распахнулись, она попыталась свести ноги вместе, но твою мать... Я видел, как ей хорошо... Что же это за девка... Ни с одной не было так хорошо... Я насадил ее полностью на себя, тонкие руки обвили мою шею, я не отпускал ее от себя ни на секунду. Я впервые в жизни так трахал бабу, чтобы у меня срывало крышу до такой степени, что мне хотелось приласкать ее, дать ей эту сопливую нежность, которую я так ненавидел...

Оторвавшись от ее губ, я опустился к шее, мне хотелось вкусить ее, оставлять свои следы... На своем теле. Её тело теперь моё. Она теперь моя, это даже не обсуждалось.

Я как раненый зверь рычал и неистовствовал. Я ненавидел ее, она посмела отдаться другому, а теперь... Мозг плавился все сильнее, толчки становились резче... Что-то не то… Черт... Это же не Жанна... Пришло сознание того, что это была не она, но я остановится уже не мог...Знакомое до боли тело дарило мне наслаждение. Я трахал ее все сильнее, не хотел даже думать о том, что могу кончить. Я не хотел выходить из ее тела… Мои губы накрыли соски девчонки, не целуя, а именно кусая их. Кусая до боли, сдавленный крик вырвался из ее губ. Я кусал еще сильнее, этот крик перешел в стон, в яростный и выжигающий все мысли из моей башки сейчас, стон.

Я вонзился в нее настолько глубоко, что она дернулась подо мной. Животная страсть распалялась, я почти полностью погрузился в воду, увлекая ее за собой. Ее ноги обхватили меня, а я держал крепко, не выходя из нее, поднялся к губам, жадно накрывая их. Такие чувственные, горячие.... Руки сминали ягодицы вдавливая их. Я знал, что еще немного, и кончу. Девчонка прижалась ко мне настолько крепко, я дернул ее на себя из последних сил и кончил. Кончил в нее, мне хотелось рычать как зверю, как победителю, который взял свою самку. Не знаю, вспомню ли я что-либо, но такого у меня еще точно не было.

Алкоголь полностью взял власть надо мной, дрожь пробирала всего, и даже холодная вода не могла отрезвить, мне хотелось ее еще. Я оторвался от этого прекрасного жаркого тела и посмотрел ей в глаза. Она плакала, глаза красные, волосы спутанные, моя рука скользнула к ее шее, и я прижал ее к себе. Глаза закрывались, я выпил намного больше, чем рассчитывал, и меня снесло, я не мог это не признать. Ее слабые попытки вырваться, распыляли меня все сильнее, я держал ее, а ее холодный нос упирался в мое плечо.

- Ты офигенная малая! - сам не знаю почему произнес я, наверное, потому что она была младше меня.

Она уперлась руками мне в грудь, пытаясь освободиться, а я, легко подхватив ее, вынес из бассейна и положил на пол, ложась на нее и укрывая своим телом.

- Слезь с меня! Не прикасайся ко мне, чудовище!

Ее голос дрожал.

Я только рассмеялся и, накрыв губы поцелуем, провел руками по ее телу. Она понимала, что не вырвется, это понимал и я. В свои тридцать пять у меня было все отлично со здоровьем. Член вставал заново, твердея на глазах, она с ужасом начала извиваться, вырываясь из под меня, а я прижав ее так, что заблокировал ей любое движение, с нескрываемым желанием, раздвинул стройные ножки и погрузил в нее палец. У нее внутри было все мокро, секс вперемешку с водой, вся влажная, мокрая. Я вставил в нее еще один палец, локтем зажимая ее всю и видя, как в огромных глазах пылает ненависть. Именно ненависть. Я не ошибся, но сейчас это сменится на желание. Пальцы стали настойчивее входить в нее, свободной рукой, я оттянул ее волосы, дергая за них и прижимая к себе, к своим губам ее губы. Хотелось трахнуть ее в рот, везде... Она моя... Моя вещь...

Вдруг удар чем-то по голове словно отрезвил меня. Куча осколков посыпались на кафель. Эта сучка нащупала бокал и, пока я трахал ее пальцами, собираясь перейти к полноценному сексу, вгоняя в нее свой член, ударила меня чертовым бокалом... Воспользовавшись моим замешательством и тем, что бокал разбился о мою голову, она в считанные доли секунды выползла из под меня и вскочила на ноги. Я смотрел на нее, для вещи она была очень умна и бесстрашна. Ну что ж посмотрим... Несмотря на то, что алкоголь вовсю царствовал во мне и я едва что-то соображал, я встал и, в два счета скрутив ее, швырнул на колени перед собой... Она упала прямо на осколки.... Я, держа ее за волосы, притянул эти манящие губы к своему члену, думал, что рано, а оказалось в самый раз... Я закрыл глаза, наматывая ее волосы все сильнее, я хотел ее, и остальное не имело значение, кто она, что она… Если я сказал сосать, значит она будет сосать.

***

Глава третья

Артур.

Девчонка вырывалась изо всех сил. Что-то мелькало в голове, в глазах... Я ударил ее несильно по щеке, пухлые губы непроизвольно разомкнулись. Мой член вошел в ее рот.

- Укусишь - убью!

Слезы текли по ее щекам, я смотрел на нее, и вдруг в голове что-то щелкнуло, я опустил глаза вниз. Разбитые коленки, совсем, как у маленькой девочки, но, черт возьми, неловкими движениями она проводила губами по моему члену. Это было блаженство, за такой момент я был многое готов отдать. Мои руки скользнули ей на затылок, я гладил ее по голове. Глаза закрывались и .... Ее зубы сжали его так, что я чуть не заорал. Маленькая дрянь... Сука...