Куда заводят мечты?

- Так, стоп, сейчас сядем и вы подробно всё расскажете. – Глуша машину и глядя на меня стопорнула меня Катя.

Кафе было небольшим, но уютным. Заняв угловой столик, Катя села со мной, а Тоху окружили брюнетка с блондинкой, начав ему что-то щебетать в оба уха.

-Значит так, мальчики, не стесняйтесь, берите, что хотите, я оплачу. – Катя с улыбкой посмотрела на меня, странно подмигнув подругам. Я открыл меню. Ба, да это рай мужика! Шашлык такой, шашлык сякой, шаурма из шашлыка, солянка мясная, харчо, мммм! Ну я и заказал, шашлык свиной и харчо, а глянув на цены, чуть не подавился. Три, гребанных, тыщи за порцию шашлыка и семь, мать их, сотен за харчо?! Когда к нам подошла, довольно симпатичная девушка кавказской внешности, я уже начал паниковать, прося Катю не заказывать озвученное, а только салатик из огурцов и помидоров за триста рублей.

-Успокойся, - махнула девушка рукой, - я же сказала, что оплачу. Несите, девушка, по два. На обоих мальчиков, а нам… Мне мохито безалкогольное, а девочкам чай.

Официанточка кивнула, стрельнув в нас глазками, все записала, ушла. Катя же, повернувшись ко мне, хищно улыбнулась.

-Рассказывайте, что у вас случилось?

Ну я и рассказал, и про то, как сотрудник опеки продала, и про то, как выбрались, и про отношение к нам, про все, что меня взбесило. Параллельно уплетал вкуснейший шашлык заедая его шайтан-харчо. Острым, как вилы Аида!

Девушки слушали, не перебивая, а я распалялся всё больше, рассказал и о том, что меня исключили из универа за непосещаемость и всем было пофиг, что студента нет. Меня бомбило по полной, мелким ситом прошелся по вопросам и ответам на конференции, в точности припоминая каждый, вставляя свои ремарки. Когда мы закончили, начало темнеть, я же, обнаглев, спросил, можно ли нам шаурму с собой, Катя рассмеявшись кивнула, взяв еще и две бутылочки газировки. Ну, уже хорошо, подумал я, обувая жмущие мне кроссы.

-Может, ну его нафиг тот Ебург? – неожиданно спросила Катя, минут через десять молчаливой дороги. – Останешься в Москве, будешь жить у меня?

–Предложение заманчивое, но может после универа… - начал быстро соображать.

-Хм… а ты на кого поступал? – Катя, как бы невзначай, положила свою руку не на рычаг КПП, а мне на колено.

-Психолог, - улыбнулся ей, накрывая ее руку и слегка сжимая ее пальчики.

-Вот даже как, - загадочно протянула она, перехватив мою руку и кладя к себе на колено. – И телефон, ты конечно, не можешь мне дать, потому что у тебя его просто нет..

-Ага, - вздохнул, гладя гладкую кожу ее ножки. Неожиданно она перестроилась в крайний правый ряд, останавливаясь у ряда магазинчиков, со словами: я сейчас. Убежала, а минут через пять вернулась с двумя недорогими смартфонами и сим картами, вручая покупки мне и Тоже.

- Теперь есть, - усмехнулась, глядя на мои округлившиеся глаза, завела машину, снова ныряя в ряд. Сзади зашуршала обертка, захихикали девчата, Антоха на это что-то возражал, говорил, что так нельзя, но девушки о чем-то увещевали. Я же, в знак благодарности, положил руку на колено Кате, опуская пальцы на внутреннюю сторону бедра, слега проводя вверх.

Машина вильнула, заставляя меня прекратить распускать руки.

-Верни обратно, пожалуйста! – Разве что не выкрикнула девушка тяжело дыша. Хех, как скажешь, мне не сложно. Положил, водя пальцами по мягкой коже, поднимаясь почти до трусиков.

Я бы может и продолжил, но, во-первых, мы не мылись хрен его знает сколько, а во-вторых, мы подъезжали. Катя сбавила скорость до минимума и теперь мы шли в потоке. В машине повисло тягостное молчание, я продолжал гладить бедро девушки, она сосредоточенно смотреть на дорогу.

-Может, еще посидим где-то? – Запарковавшись, предложила она, а я взглянул на большие часы над входом, отрицательно покачал головой.

-Тохе еще билет надо сменить, так-то я не против. – Не, ну, девчонка прикольная, симпатичная. – Кать, я как только доберусь и получу доступ к счетам, сразу верну все деньги, - начал горячо я, - Четыре четыресто за обед, за телефон и симку, посмотрю сколько и расплачусь. – Сделал глазки кота из Шрека. – Извини, но у меня сейчас, даже ключей от квартиры нет.

И тут я хлопнул себя по лбу, сууука! Я же, даже не знаю, где живу! Ладно, прилетаем рано утром, сбегаем в опеку, попробуем понять обстановку. А за моей спиной, этот казанова, уже целовался с девчонками, попеременно, то с блондинкой, то с брюнеткой.

-Ты дурак? – Спросила Катя, глядя мне в глаза. – Какие деньги? Я столько зарабатываю за два часа работы. - И в этот момент я подзавис. – Я же на ЭкоФарм работаю. – А я впал в еще больший ступор, название мне ничего не говорило.

-Но это не отменяет того факта, что ты за меня платила, а я не люблю быть должным, - выкрутился я.

-Глупыш, - девушка приблизилась, неожиданно схватив меня за талию и впиваясь поцелуем. Сначала опешив, я расслабился, начав получать удовольствие, прижал ее за попку к себе, проталкивая свой язык в ее ротик. Когда мы оторвались, девушка тяжело дышала, фокусируя взгляд на мне.

-Я к тебе приеду в отпуск, - неожиданно хриплым голосом выдала она, - чего бы мне это не стоило!

Я непонимающе посмотрел на нее, чмокнул в губы, ухватил друга за плечо, потянул внутрь аэропорта не оглядываясь. Удивительно, но билет Антохе нам поменяли без проблем, даже разницу в четыре тысячи выдали, от чего мы оба охренели. Сели в зале ожидания, откинувшись в креслах. Наш внешний вид привлекал внимание многих женщин, но никто не стремился познакомиться с нами или начать разговор.

Я достал Коробку телефона и сим карту, распечатал, вставляя второе в первое, глядя на появляющиеся галочки уровня сигнала, и тут же прилетела смска: Привет! Это мой номер, запиши, и поставь себе Почтаря, Катя.

Хех, Зарегистрировавшись в местном аналоге плеймаркета, скачал приложение, зарегистрировался в нем, сразу же сделав селфи с дремлющим Антохой и подписью: блюжу сон друга, отправил Кате.

Катя – Как прилетите, обязательно отпишись! Я уже скучаю!

Я перечитал сообщение еще раз, а потом воззрился на двух женщин, вставших перед нами.

-Молодые люди, пройдите с нами, - бесцветным голосом бросила одна, вторая вообще, стояла с каменной мордой лица. Мне пофиг, ничего не делал, ничего не нарушал, поднялся, растолкав друга, который с непонимающей мосьеой поплелся за мной.

Завели нас в небольшую комнату, усадив на стулья перед металлическим столом. Через пару минут в дверях показалась женщина с папкой в руках. Она суетливо закрыла дверь, присаживаясь напротив и начиная выкладывать какие-то бумаги на стол.

-Мальчики, - наконец начала она, - буду честна, ваша участь быть подстилкой в колониях-поселениях ближайшие десять лет, если не будет чистосердечного, тогда год, потом удо и Условка. Что скажете?

Тоха непонимающе уставился на меня, я на него, перевел взгляд на следователя.

-Адвокат, - сказал, скрестив руки на груди.

-Значит, сотрудничать не хотим? – Женщина Начала собирать только что разразложенные бумаги, тяжело глядя на нас. Ну, это ей так казалось, а мы были настолько задолбаны, что готовы были вырубиться просто присев.

-Адвокат, - упрямо повторил я, - и телефонный звонок. – Добавил С уверенностью, но без особой надежды.

А вот следователь начала суетиться, что не укрылось от меня. Но, спустя пять минут, после ее ухода, дверь распахнулась, на пороге показалась охранница, положив передо мной телефон. Мой. Новенький. Я открыл браузер, набрал в поисковике: приемная президента телефон, и вуаля! Я через секунды я набирал бесплатную линию, через пару гудков на той стороне отозвались.

-Приемная президента Глушко Татьяны Ивановны, что у вас случилось?

-Дело срочное, меня зовут Илья, нас с другом, при попытке вылета из аэропорта задержали, угрожают сроками, адвоката не предоставляют, а утром мы только были возвращены из рабства. Прошу принять меры над данным произволом.

-Ожидайте, - в трубке что-то щелкнуло, видимо звонок перевели, а когда на том конце трубки ответили, повторно поведал историю нашего задержания. После чего прозвучало короткое: ожидайте.

Я откинулся на спинку, закидывая руки за голову, придремывая. Снилась мне какая-то чехарда, то я здесь, то я там, дописываю очередную главу, то опять здесь.

Резкий звук удара двери о стену вырвал меня из дремы, а громкий голос ворвавшейся и вовсе ввел в ступор.

-Сучки тупорылые, вас всех под трибунал! – Орала женщина, влетая в комнату для допросов. Ее военный мундир не скрывал объемной груди, к которой нас и прижали. – Мальчики, Малыши, тетя Зина тут, теперь вас никто не обидет!

Я пытался дышать, сквозь ткань кителя, но, кажется, бесполезно. Наконец-то нас отпустили, с каким-то умилением поглаживая наши грязные, отросшие волосы.

-Теть Зин, - обратился я к генерал-лейтенанту, - чо за нах тут творится?

-Уууу! Сучки тупорылые! – С места в алюр сорвалась военная, но быстро взяв себя в руки, посмотрела на часы, - два часа до рейса есть, - кивнула сама себе. – Девочки, Которые вас встретили, все вами сказанное, записали и выложили в сеть с пометками и комментариями, сами потом почитаете, а тут начинается пресс-конференция, на которой мальчиков начинают спрашивать, что, где, как, и почему их семь, а не девять. Вот тут и началось. Я как узнала, сразу вас искать, думаю, если что, билеты есть, значит в аэропорт поедут. А тут еще Татьяна Ивановна звонит, говорит, мальчиков прессуют в сб аэропорта, разберись. Ух, сучки! Президент даже в курсе!

Я малость в ахуе, Антоха… Посмотрел на друга, тоже. Тетка поднялась, подхватила нас под руки.

-А шаурму и телефон нам вернут? – Посмотрел щенячьими глазами на генеральшу, от чего в уголках ее глаз заблестели слезинки, а мой желудок утробно заурчал, а Тохин вторил.

-Бедненькие, голодненькие! – Спохватилась женщина, отпуская нас, яростной валькирией выскакивая в коридор и начиная орать, раздавать подзатыльники и пинки. Уже через минуту, перед нами лежали все наши вещи, включая деньги, коих, кажется, стало больше, протекшая шаурма, паспорта и билеты с телефонами.

Распихав всё по карманам армейских штанов, я подхватил пакет с шавухой, уже не очень презентабельной, но главное, съедобной, пошел за тетей Зиной на выход.

Мимо нас, заламывая руки в наручниках, провели следачку две военных в парадных мундирах. Это что, рота почетного караула? Или кремлевские гвардейки? Или кто вообще?

Выйдя в зал ожидания, тетя Зина развернулась и потащила нас в сторону ближайшей кафешки, усаживая за стол, вручая меню и требуя выбирать все, что захотим. Переглянувшись с другом, дружно сказали “Чай”, доставая шаурму. Умяли мы ее быстро, не смотря на лопнувший лаваш и постоянно выпадающую морковь, запили чаем, за который я попытался расплатиться сам, но тетя Зина стукнула по столу, сказав, чтобы не выдумывали, сама рассчиталась и, подхватив нас под белы рученьки, потащила на регистрацию.

Перелет запомнился плохо, вернее никак. Мы дрыхли, как два сурка и проснулись, только когда симпатичная бортпроводница не начала нас тормошить. Открыв глаза, обнаружил, что меня накрыли одеялом, как и Тоху, девушка же, стоящая над нами, так мило улыбалась, что я улыбнулся в ответ.

Начало мая в Москве и начало мая в Ебурге, это разные вещи. На улице +12, мелкий промозглый дождь, пробирающий до костей. Мы с другом стояли в зале прилета, глядя за окно в предрассветную тьму.

-Знаешь, дружище, - повернулся я к Антону, который периодически зябко ежился. – Если здесь тоже начнутся качели, предлагаю сменить локацию на более южную.

-Сочи? – Сразу же оживился он.

-Сочи, - кивнул я, Ставрополь, Пятигорск, Краснодар. Туда, где теплее, есть вузы и можно осесть нормально.

-Согласен. – Кивнул друг. – Только понять бы, куда нам сначала.

-В опеку, - грустно кивнул я, - у меня же даже ключей от квартиры нет.

-Как и самой квартиры. – Раздался голос сзади. Мы синхронно обернулись, уставившись на невысокую женщину, лет тридцати, в пуховике, джинсах и кроссовках. – Вам выделили новую и вчера все вещи перевезли в нее. Я ваш новый куратор из соцопеки.

-Хреновый куратор, - глядя ей в глаза прямо сказал. – Опоздали, даже вещей не привезли. – Я подергал себя за футболку. – Ключи дайте и адрес скажите, сами доберемся. – Требовательно протянул я руку. Женщина отступила на шаг, затравлено оглядываясь. – Ну ладно, - пожал я плечами, доставая визитку тети Зины и набирая ее номер.

-Алло, - раздался зычный голос генеральши в трубке.

-Теть Зин, это Илья, извините, что разбудил, мы прилетели в Ебург, но похоже, ситуация начинает повторяться.

- Подробнее, - голос женщины стал зычнее и сосредоточеннее.

- Похоже, что до квартиры мы не доедем... – При этих словах, женщина дернулась, начав озираться. – И сейчас произойдет одно из двух, либо нас попытаются силой вытащить из здания, или она сбежит. – Женщина стала отступать, я поднял телефон, включая камеру и делая пару снимков. Женщина что-то прошипела, развернулась, опрометью бросившись в двери на выход. – Сбежала, – констатировал я в трубку.

- Что, блять, происходит, в вашем Ебурге?! – Взревела трубка.

- Если бы я знал, теть Зин, если бы я знал... – Печально вздохнул. – Может, тогда, есть вариант, отправить нас куда-нибудь на юг? Пятигорск, Ставрополь, Сочи?

- Хм... Погоди, перезвоню, и не покидайте здание аэропорта. – Прорычала она, отключаясь. Мы с Тохой переглянулись, усаживаясь в кресла. Минут через десять к нам подошла полицейская, попросив наши документы, быстро проверила, вежливо попросила пройти с ней.

Пройдя за полицейской в зал ожидания вылета, она подвела нас к стойке регистрации, перекинувшись парой слов с девушкой за стойкой, передала наши паспорта, девушка быстро пробежалась по ним глазами, начав что-то быстро набирать на клавиатуре.

Полицейская же, стояла рядом с нами, разглядывая, но не говоря ни слова. Еще минут через пять нам вернули паспорта с вложенными в них бланками билетов. Я взял, вытягивая его из паспорта.

- Тоха, ты на кого поступать хотел? На филолога, вроде? Как думаешь, в Краснодаре сможем поступить?

- Ха! Уверен! – Поднял он ладонь, по которой я хлопнул.

Глава 3

Краснодар нас встречал, практически летним теплом. Стоило нам выйти из автобуса, доставившего нас от трапа самолета до зала прилета, как мы были подхвачены двумя женщинами средних лет в военной форме.

- Молодые люди, – с ходу начала одна с погонами майора. – Вам с нами. Зинаида Павловна приказала вас сопроводить по новому месту жительства. – По военному четко отрапортовала наша сопровождающая. От этого, мне захотелось вытянуться по струнке и приложив руку к виску рявкнуть «Есть!».

Город утопал в зелени, мы неслись по широкой трехполоске, куда-то в сторону центра на зеленом крузаке. Военные с интересом разглядывали нас и молчали, пока мы не встряли в пробку.

- Где вас держали, мальчики? – Решила нарушить тишину капитан.

- В пустыне, – горестно усмехнулся я.

- Далеко в пустыне, – добавил Тоха.

- Вас насиловали? – Участливо спросила все та же капитан. Мы с Тохой переглянулись.

- Угу, – кивнул он, – таблетку виагры засунут в рот, а потом скачут...

- И бьют при этом, – кивнул я, потирая щеку.

- И бьют, – тихо подтвердил друг.

- Бедненькие... – Тихо добавила майор с переднего сиденья, думая, что мы не услышим, но потом уже громче. – А к нам как вас отправили?

Мы с Антоном переглянулись, ну я и выдал все, от нашего «спасения», до появления здесь, не преминув рассказать о знакомстве с тетей Зиной. При моем рассказе вояки закипали все больше и больше, молодая сержантка за рулем, сначала всхлипывала, пока Антон рассказывал, как нам жилось в гареме, потом возмущалась, под конец начала рычать, что парней и так не хватает, а наши чиновницы еще и притесняют сирот.

Да, из всех девяти парней, мы с Антоном были сиротами. Остальных забрали их семьи, а нас предоставили самих себе. Мы медленно продвигались по широкой улице, глядя на то, как нас обгоняют полупустые трамваи, я начал задумываться о том, что может реально, стоит выйти и пройти пешком, но, на очередном светофоре мы проскочили небольшое дтп и дорога стала свободной.

Еще через пару сотен метров, машина свернула во двор пятиэтажки, паркуясь у первого подъезда.

- Мальчики, – ласково проговорила майор. – Сразу говорю, квартира ведомственная, Зинаида Пална закрепила ее за вами на время обучения. Документы по школам вашим мы уже запросили, когда будут, пока точно не скажу, но, надеюсь, в течении недели прибудут. Пойдемте.

Выйдя из машины я осмотрелся. Ну, тихий дворик типичной хрущевки из моего мира, молодые мамашки с детьми играют на детской площадке, с интересом поглядывая на нашу компанию. Безымянная майор подошла к металлической двери подъезда, прикладывая магнитный брелок, первой шагнула внутрь. Поднявшись на пятый этаж, остановилась у первой двери справа, звякнув ключами открыла массивную дверь.

- Проходите, – пропустила нас внутрь, проходя следом. – Мы тут немного вам перекусить закинули, там шмотки тоже, размеров не знали, поэтому со складов разных взяли. – Она потупила взгляд. – Там, как вам карты восстановят, пособие получите, тогда и одеться нормально сможете, но это через пару-тройку дней.

- Спасибо большое, товарищ майор, – как можно более мило улыбнулся женщине, заставив ту смутиться.

- Если что, вот, – она протянула мне картонный прямоугольник визитки, – это мой номер, звоните, поможем, чем сможем. – Уже собравшись уходить, остановилась, вспомнив нечто важное. – Из опеки придет девушка, это моя младшая сестра, ей можно доверять. Она позаботится о вас. – Оставив ключи от двери на полочке под зеркалом в прихожке, вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

- Кажись, добрались, – выдохнул я, разглядывая квартиру. Ну, обычная бабочка, из прихожки направо туалет с ванной, кухня, а дальше по коридору две комнаты, расходящиеся в разные стороны. – Чур моя с балконом! – сразу же попытался застолбить я.

- Та легко! - Отозвался друг, уже стягивая с себя опостылевшую одежду. – А я первый в душ! Гы!

В комнате слева оказался балкон, выходящий на улицу, по которой мы сюда и въехали. Справа за дверью стоял старенький шкаф, в котором ровными стопками лежали вещи. Кто бы сомневался, что там будет армейская форма, даже с уставными трусами. Благо, мужскими.

За все то время, что я нахожусь здесь, лишь несколько раз видел мужиков, да и то, мельком и я очень сомневался, что они служат в армии. Но, видимо, ошибся, раз имеются трусы. Порывшись, подобрал себе по размеру штаны, футболку, трусы и даже берцы, коих нашлось аж шесть пар. Открыв вторую часть шкафа, обнаружил постельное. Уставное. С синими печатями, ага.

При всем том, что вроде как это взято со складов, чувствуется, что к делу подошли с душой. Но по уставу. Хех. Даже носки уставные. Прошел на кухню, заглянул в холодильник, две палки колбасы, булка хлеба, а на столе десяток ИРП (индивидуальных рациона питания.) Еще по службе в армии моего мира, я помнил, что это такое. В принципе, неделю на этих ирп протянуть можно. А там, придумаем что-нибудь.

Из душа выполз разморенный Тоха, вытираясь вафельным полотенцем. Я окинул взглядом кухню еще раз, заглянул в шкафчики, мда, с посудой засада, как и с чайником, ложками-вилками. Тяжело вздохнул, разделся, топая в душ. Да, мыло тоже нашлось. Земляничное. Хорошенько помывшись, вылез из душа, посмотрел на себя в зеркало, из которого на меня смотрел милый зеленоглазый парень со светло-каштановыми волосами, довольно тонким носом и высоким лбом.

- Подстричься бы, – вытирая отросшую шевелюру пробормотал я, вытирая свои космы. Выйдя из душа, уставился на Антоху, доедающего ИРП, расчитанный на полтора дня. Ну да, организмы то молодые, прожорливые. Сел рядом, распечатывая пакет и выкладывая содержимое на стол.

Стоило поесть, как начало клонить в сон, поэтому постелившись, упал на диван, он же кровать, наглухо вырубаясь. Разбудила меня не прекращающаяся трель звонка. Открыв глаза, лежал, соображая, где я и что со мной, но звонки в дверь не прекращались. Поднявшись и кряхтя как старик, пошел к двери, открывая, и зевая на всю ширину.

- Вы почему не открываете?! – Раздалось из-за порога, я сонными глазами окинул гостью. Высокая, стройная, юбка карандаш, туфли на каблуках и стройные ножки, симпатичная мордашка и темные волосы собранные в пучок. – Ой! – Пискнула она, уставившись на меня в полотенце и то, что проснулось под ним вместе со мной.

- Ай, – махнул я рукой, проходя в кухню. Девушка зашла за мной не разуваясь, на что я посмотрел на нее со скепсисом, но заставив смутиться больше от моего вида, нежели взгляда. Усевшись на табуретку, девушка поставила сумку для документов на стол, я же опустился напротив, разглядывая ее.

- Меня зовут Яна Игоревна, я ваш куратор-опекун. – Расстегнув сумочку, достала удостоверение, раскрывая и выкладывая передо мной. – Я пришла узнать, чего вам не хватает и как вы устроились.

- Не хватает? – Спросони тупил жутко, оглядел кухню. – Посуды хоть какой-то, для начала. Компа. Интернета. Денег. – Девушка достав блокнот начала все это записывать. – Образования, одежды, счастья, телека, приставки, вечеринки со шлюхами и блэкджеком... – Не замечая подвоха, девушка все продолжала писать. – Контрацептивов...

- Они запрещены до возраста двадцати пяти лет при отсутствии детей... – на автомате поправила меня, поднимая взгляд, в котором начало появляться понимание, перечитала написанное, шумно выдохнула, но глядя в мою улыбающуюся рожу, тоже улыбнулась. – Ну, а если серьезно?

- А если серьезно, то посуды, для начала, ну и денег немного, одеться надо не по уставу, подстричься там, вещами нужными закупиться. – Развел я руками, показывая на пустую кухню.

- Ну, с посудой не проблема, это организуем, – отмахнулась она.

- Тоже уставная? – Улыбнулся я.

- Не исключено, – улыбнулась в ответ, глядя мне в глаза, в которых было что-то еще, помимо профессионального интереса. Сколько ей? На вид 22-25, не больше.

- Тогда, может подскажете, где можно заработать в ближайшее время? – Делая щенячьи глазки посмотрел на нее, заставив зарумяниться щеки и отвести взгляд.

- Вам же уже есть восемнадцать, – она достала еще какие-то бумаги, быстро их пролистывая. – Ага, точно, четыре дня назад исполнилось. С чем тебя и поздравляю, а Антону... Антону в марте стукнуло, ну отлично. Так о чем я? Ах да! Ну, если быстро заработать, то можно два раза в неделю сдавать мужской налог, даже вон, через дорогу в ГосЭко, по восемь тысяч за каждую сдачу. А там, если что, есть списки желающих на естественное, и там дороже. – При этих словах, Яна Игоревна покраснела, видимо сама состояла в этих самых, пресловутых списках. – Но там все равно, сначала анализы, и если все хорошо, то еще через три дня сдача.

- Хм, – задумался я, – ладно, три дня уж как-нибудь протянем. – С сомнением посмотрел на лежащие на столе сухпаи. – Возможно... – но по взвывшему желудку, понял, что не хватит нам оставшихся восьми штук. – Постараемся, но не уверен. – Добавил.

- Завтра мне должен поступить ответ из банков по состоянию ваших счетов, поэтому, может и не останетесь без денег, – с небольшим сомнением в голосе произнесла она. – Не может же наше государство оставить мальчиков без средств к существованию.

- Может, – уверено кивнул я. – Уж это мы поняли, когда прилетели, угу.

- Да, слышала я вашу историю. – Грустно усмехнулась девушка.

- Ну вот, тогда понимаете меня и мой скепсис?

Яна кивнула, задумчиво вертя в руках свое удостоверение, иногда бросая на меня задумчивые взгляды, потом решительно поднялась, собирая свои бумаги обратно в сумку.

- Предупредите меня, когда соберетесь на сдачу налога, я предупрежу клинику, чтобы сделали все быстро и качественно, – наконец выдала она, перед тем, как выйти.

- Так в эту и пойдем, которую вы назвали. Завтра, прямо с утра. Чего время терять? – Улыбнулся ей на прощанье, – Спокойной ночи.

Закрыв дверь, посмотрел на часы в телефоне, девять вечера, взъерошил свои волосы, падая обратно на диван и закрывая глаза, дав себе зарок, изменить свою жизнь прямо с утра. С этими мыслями я и провалился в сон. Странный, беспокойный, бредовый.

Проснувшись без будильника в половину шестого утра, сделал себе кофе из пакетика в ИРП и горячей воды из-под крана. Отвратительно, но пойдет, одел новые, армейские, камуфлированные штаны, такую же майку, оказавшуюся мне в обтяжку, зашнуровал берцы, и, выйдя из подъезда побежал вдоль по улице с названием Ставропольская.

Редкие прохожие девушки бросали на меня странные взгляды, на которые я старался не обращать внимания, через подземный переход миновал кольцо развязки, побежал дальше. Красота! Прохлада не давала сильно потеть, как, видимо, и прошедшая в пустыне акклиматизация, поэтому я бежал, наслаждаясь началом дня.

Пробежав сотню метров мимо высокого кованного забора, остановился, посмотрев на здание за ним: Кубанский государственный университет, гласила огромная вывеска. Ага, вот сюда-то нам и надо, подумал я, окидывая взглядом фасад. Полюбовавшись, развернулся, стартуя в сторону дома.