В душу

Но тогда я не обладала этими познаниями и надеялась на лучшее. Мне хотелось быть хорошей, удобной девочкой, которая никому не приносит хлопоты. Оказалось, что о хороших девочек вытирают ноги, а тех, кто не боится отстоять свои границы — уважают.

— Все еще думаешь о Захаре? — Алена сочувствующе посмотрела на меня.

Живот свело от отвращения. Я мысленно сплюнула. Противно даже слышать имя этого человека.

— У меня нет к нему чувств. Просто я не могу простить себя за то, что была такой наивной. — Я монотонно помешивала глинтвейн и наблюдала, как фрукты плавают по кругу.

— Все мы через это проходили и искали себе принцев. — Губы Алены приподнялись в мягкой, понимающей улыбке. Она ободряюще похлопала меня по плечу.

— Знаю, но от этого легче не становится. — Я нахмурилась. — Я ведь была уверена, что легко смогу распознать бабника.

Мой бывший еще какой бабник. Через общих знакомых я узнала о его многочисленных изменах. Кроме того, он растрепал всем, что это, якобы, я его бросила, хотя он старался сделать для меня все. Интересно, что он имел в виду под «все»? Заявил, что нам нужно поставить отношения на паузу из-за моих истерик после папиной смерти? Не приехал ко мне, так как добираться до моего родного города очень долго, в то время как я вытаскивала полуживую сестру из квартиры, полной наркоманов? Подарил курсы для похудения, потому что у меня есть лишний вес? Да уж, я действительно плохая, раз оправдывала его поступки и копалась в себе!

— Рит, а тебе не кажется, что ты считаешь себя особенной? — осторожно предположила Алена. — Почему другим можно ошибаться, а тебе нет?

Я тяжело вздохнула. Алена абсолютно права. Когда папа болел, Лиза пропадала в зависимости, а мама балансировала на грани нервного срыва, я стала для них опорой, отказавшись от детской беззаботности.

Во мне вдруг пробудилось сочувствие к маленькой Рите, которая подстраивалась подо всех, игнорируя собственные чувства. На этот раз я не подавила их и позволила им вырваться наружу со слезами. Я быстро протерла щеки и отвернулась от Алены. Она, конечно же, заметила мое подавленное состояние.

— Ну что ты, Рит, я же наоборот хочу, чтобы у тебя все было хорошо. — Подруга нежно обняла меня. Я почувствовала аромат ее сладких духов — манго и персика.

— Иногда я думаю, что со мной что-то не то. Все вокруг уже женятся, рожают детей, а мне всегда попадаются странные кадры. — Я шмыгнула носом и закусила нижнюю губу.

— Ты еще не встретила своего человека. Он точно существует и не один. Парни с тиндера — это еще не показатель. Здесь нужна большая удача и много времени, чтобы отобрать кого-то поприличнее. Когда идешь на свидание, не пытайся предугадать, сложится что-то или нет. Обычно все происходит совершенно неожиданно. Ты встречаешь своего человека тогда, когда занята собой и своей жизнью. Кроме того, мы с Машей пока не планируем заводить детей, так что ты укладываешься в сроки. — Алена отстранилась от меня и весело подмигнула.

— Можно, пожалуйста, хотя бы в этой квартире не говорить про детей, — вдруг услышали мы сердитый голос Маши. Она зашла на кухню и воинственно уперла руки в бока.

Маша работает воспитательницей в детском саду и очень любит детей, но пока не готова стать мамой. Ей хватает той нагрузки, которая у нее уже есть на работе. Ее парень Андрей думает иначе. Он безумно хочет ребенка и, несмотря на протесты Маши, каждую неделю поднимает эту тему. Масло в огонь подливают их родители, собравшие деньги на свадьбу и рождение внуков. Предложение Андрей, кстати, уже делал, но Маша заявила, что не собирается вешать себе на шею камень. Она будет жить так, как решит сама, и устранит все преграды на своем пути. Даже расстанется с Андреем, если он не прекратит давить на нее.

— Извини, Маш, просто Рита тут хандрит. — Алена положила руку мне на плечо.

— Из-за чего? — поинтересовалась Маша.

— Да как обычно. Надоело уже ходить на бесполезные свидания, — вздохнула я, сжав Аленину руку в знак благодарности.

— Так не ходи.

— Согласна. Если тебе не хочется, пока отдохни от них, — посоветовала Алена.

— На концерте как раз расслабишься. Как только увидишь Леона, тут же зарядишь батарейку.

— Только успей вставить ее в нужное место, — усмехнулась Алена.

Мы громко рассмеялись.

— Надо не забыть прихватить с собой бинокль, чтобы разглядеть его лицо, — хихикнула я.

— Лицо можно представить и отдаться голосу. — Губы Маши расплылись в блаженной улыбке. Она плавно подвигала головой, видимо, в такт воображаемой музыке.

Еще бы я помнила, как он выглядит. Несмотря на то, что плакаты Леона развешаны по всей комнате, я никогда не вглядывалась в них. Зачесанные назад темные волосы, чисто выбритое лицо, подтянутая фигура — типичный популярный певец. Мне сложно отличать их друг от друга. Для меня все они — одно размытое пятно.

По кухне разлился густой аромат красного вина и цитрусов. Я с наслаждением поглубже вдохнула его. Очки запотели, а лицо обдало жаром. На дне кастрюли скопились пузыри, а к потолку тонкой струйкой потянулся пар. Я выключила глинтвейн, чтобы он не закипел. Пока я разливала его, Алена разложила стейки по тарелкам, украсила их веточкой розмарина и дополнила рисом. Он немного слипся, но в сочетании с сочным мясом казался аппетитным.

***

— Как фе фкусно! — Я медленно пережевала нежный кусочек стейка и запила его глинтвейном. Жареное мясо перемешалось на языке с теплой корицей и превратилось в изумительную вкусовую комбинацию. Я не удержалась от довольного мычания.

Мы решили посмотреть «Черного лебедя» режиссера Даррена Аронофски, про девушку, которая хотела отбить у соперницы роль черного лебедя в балетной партии. Хореограф не видел ее в этом образе, потому что она была слишком скована. Девушка пыталась раскрыть в себе сексуальность и освободиться от симбиоза с матерью. Мне показалось, что у меня с героиней есть схожие черты. Я так же, как и она, поддаюсь чужому мнению, не принимаю свое тело и стараюсь быть хорошей.

За четыре часа до концерта Маша начала подбирать наряд и подстегивала нас сделать то же самое. Мы с Аленой лежали на диване, пили чай и вспоминали школьные годы. Нарушать идиллию не хотелось.

В большинстве случаев Маша опаздывает без зазрения совести, но перед концертом ненаглядного Леона забегалась как хомяк в колесе. В комнате было темно из-за плотно задвинутых штор, но Маша словно позабыла об этом и копошилась в слабом мерцании свечей.

Я даже позавидовала ее перевозбуждению. Последний раз я испытывала такое воодушевление, когда влюбилась в бывшего. Потом меня накрыла волна тяжелых событий, и я замкнулась в собственных переживаниях. С тех пор прошел год, но пустота внутри не затянулась. Я могу радоваться жизни, но иногда все кажется каким-то однообразным и бессмысленным. От этого хочется лезть на стенку и выть волком. Возможно, мне стоит обратиться к психологу, но по неизвестной причине я откладываю это.

— А если самые лучшие места на танцполе будут заняты?! — Маша выгребла из шкафа всю одежду, включая мою, и начала просматривать каждую вещь.

— Тогда запрыгнем на сцену к Леону.

— А лучше сразу на Леона, — подхватила Алена. Мы зашлись в диком хохоте. Давно я так много не смеялась.

Алена пожалела Машу и поднялась, чтобы распахнуть шторы и впустить в комнату солнечный свет.

— И будем изображать его львиц. — Я игриво порычала.

Маша вздохнула и с тихим бурчанием продолжила свое занятие.

Через час я все же пощадила ее и присоединилась к сборам. Алена решила еще немного полежать. Я не планировала утруждать себя выбором наряда, поэтому достала из шкафа любимые джинсы-клеш, серую просторную футболку и черную толстовку.

Маша покрутилась перед зеркалом, поправляя выпрямленные волосы, и накрасила губы блеском. Обычно она носит юбки в пол с футболками природных оттенков, но ради концерта принарядилась в короткую кожаную юбку с серебряной пряжкой, белый топ и черные колготки в горох. Смотрелось очень стильно. Я залюбовалась Машей и даже захотела выглядеть так же, но только в своих мечтах. На моем толстом теле обтягивающие вещи выглядят нелепо.

— Ален, а ты чего не одеваешься? — Маша надела бомбер и недовольно скрестила руки на груди.

Только сейчас я заметила, что щеки Алены побледнели, а на лбу выступили капельки пота. Она лежала на боку, согнувшись пополам и прижав руки к животу. Ее грудная клетка тяжело поднималась и медленно опускалась.

— Девочки, мне кажется, я не смогу пойти с вами, — тихо проговорила она напряженным голосом.

— Что с тобой? — Маша округлила глаза.

Я присела на колени возле Алены.

— Ж-живот болит… Думала, что пройд-дет, но стало только х-хуже. – Ее лицо исказила гримаса боли.

Маша принесла активированный уголь и большой стакан воды. Я помогла Алене выпить лекарство. Еще недавно ее руки были теплыми, но сейчас стали ледяными. Трясущимися руками Алена выпила уголь, чуть не расплескав воду, и обессилено рухнула на диван. Я придержала ее за плечи и укрыла пледом, подвернув его у нее под ногами.

— Идите без меня. — Алена улыбнулась вымученной улыбкой.

— Не оставим же мы тебя одну. — Маша присела на край дивана, поджав губы.

— Нет, правда Маш… Я знаю, как сильно ты мечтала попасть на концерт. Повеселитесь там и за меня тоже.

— А вдруг тебе хуже станет? Нет.

Я молчала. Алену я одну оставлять не собиралась, а Машу было очень жалко. Она несколько месяцев ждала этого дня.

— Не станет. У меня в последнее время на нервной почве часто живот болит. Скоро отпустит.

Маша не двинулась с места и погладила Алену по плечу.

— Мне будет обидно, если мы все останемся дома. Я и так не особо хотела идти на этот концерт. Отдохну у вас, а потом вы поделитесь впечатлениями.

Маша была непреклонна. Но Алена не отступала и, в конце концов, уговорила нас ехать. Мы еще немного понаблюдали за ее состоянием, принесли в комнату кувшин с водой и дополнительные лекарства и отправились в путь.

Маша выставила билет Алены на продажу. Покупательница нашлась сразу же. Всю дорогу Маша поджимала губы и поглядывала в телефон, на котором высвечивался контакт Алены. Я старалась развеселить ее и убедить, что Алена никогда не стала бы действовать себе в ущерб и вызвала бы скорую при острой боли. Все-таки она окончила медицинский колледж и разбирается в симптомах заболеваний. Маша немного успокоилась, но все равно выглядела виноватой.

Когда мы прибыли на место, ее состояние переменилось: дыхание сбилось, глаза широко распахнулись, щеки порозовели, а уголки губ задергались. От входа в здание тянулась длинная змейка фанатов. Мы встали в конец очереди. Небо заполонили тучи, загородив солнце. Температура резко упала. Подул ледяной ветер. Я обняла себя, дрожа от холода, и пожалела, что не взяла с собой куртку.

Вскоре нас наконец-то впустили внутрь. Я чуть ли не запищала от счастья, оказавшись в теплом помещении. Мы протиснулись ближе к сцене, и позади нас тут же образовалась тесная толпа.

Алена отписалась, что ей полегчало. Мы кое-как сфотографировались и переслали ей снимок. Она отправила нам «класс».

Чем меньше времени оставалось до выступления, тем энергичнее становилась толпа. Я прикрыла уши, чтобы защититься от пронзительного визга.

Свежий воздух быстро закончился, и стало душно. Через пять минут я мечтала убраться отсюда поскорее: пот стекал градом, между лопаток намечался синяк, а голова слегка кружилась.

Ровно в двадцать ноль-ноль на сцену вышел Леон. Надо же, певцы часто задерживаются, а этот пунктуальный. Удивительно. Маша схватила меня за руку и с силой потрясла, чуть не вывихнув сустав. Я заслонила очки, чтобы слетевшие с катушек фанатки не разбили их. Леон поприветствовал зал и запел. Машин локоть атаковал мой бок.

Через некоторое время мне надоело стоять столбом и уворачиваться от ударов, так что я сфокусировалась на музыке и нерешительно задвигалась ей в такт, пробуя ее на вкус. Голос Леона оказался очень приятным: мягкий, убаюкивающий тембр, с небольшой хрипотцой. Даже у меня перехватило дыхание, а по телу пробежали мурашки. Вживую он звучал намного глубже и выше, чем из динамиков Машиного телефона.

Алена написала, что живот почти прошел, и мы окончательно расслабились и перестали проверять групповой чат.

— Ну что, Рит, как тебе?! — спросила Маша после концерта, с надеждой посмотрев на меня.

— Знаешь, на удивление, мне понравилось. — Я натянула толстовку, опасаясь простуды.

— Вот видишь! — Маша чуть не запрыгала от счастья. — Я же говорила, что он классный!

Я настроилась слушать впечатления от концерта, но Маша захотела в туалет и вернулась в здание. Ее долго не было, поэтому я успела остыть и замерзнуть. Мне попалась на глаза кофейня через дорогу, и я решила взять себе капучино, чтобы согреться.

Прошло минут тридцать. Кофе уже остыл. Я выпила остатки и выбросила стаканчик в урну. Бедная Маша. Как она терпит в такой огромной очереди?

Еще через полчаса я все-таки не выдержала и позвонила Маше, но звонок не прошел. Я тяжело вздохнула и вернулась в здание. Маши не оказалось в туалете, и я решила, что она пошла в мужской. Я вернулась на улицу, открыла электронную книгу и потеряла счет времени.

Спустя час мне показалось, подозрительным, что из здания практически никто не выходил. Когда я уже решила зайти внутрь, вышел охранник и запер двери. Я тут же подбежала к нему.

— Подождите! Там еще моя подруга!

— В здании никого нет, — сухо отозвался мужчина, даже не повернув ко мне лица.

— Я два часа жду ее. Она не появлялась!

— Девушка, мы перед закрытием проверяем все здание. Там никого нет. Позвоните своей подруге. — Он сунул ключи в карман и ушел.

Я некоторое время стояла на месте и смотрела ему вслед. Где же Маша? Не могла же она поехать домой без меня! Я еще раз позвонила ей, но автоответчик перебросил меня на голосовую почту. Страх сковал сердце. А вдруг она потеряла сознание в туалете, и никто не обратил внимания на это? Что же делать? Может, обратиться в скорую или полицию? Надо было остановить того охранника! Что же я замешкалась?

— Оп-п-па! Какая с-симпатич-чная булочка! Хе-хе!

Я вздрогнула, обернулась и увидела приближающегося ко мне пьяного мужчину. В одной руке он держал бутылку пива, а в другой пачку сигарет, содержимое которой вываливалось наружу. По его белой рубашке расползлось коричневое пятно с прилипшими к нему кусочками еды. Я попятилась и огляделась в поисках помощи. Вокруг не было ни души. Пока я читала книгу, даже не заметила, как улица опустела. Только из некоторых магазинов через дорогу горел свет. Нужно добраться до них.

— Чего с-стоим? К-кого ждем? — мужик взмахнул рукой, и оставшиеся сигареты посыпались на асфальт. От него дико несло алкоголем и рвотой. Я поморщилась от отвращения.

Ненавижу пьяных людей. Раньше мне постоянно приходилось доставать Лизу из сомнительных мест, поэтому я сталкивалась с такими типами. Один раз меня даже чуть не изнасиловали.

От неприятных воспоминаний в сердце поселилась тревога. Обкуренные подростки, запах алкоголя, мочи и пота замелькали перед глазами и переплелись с реальностью. Я видела перед собой пошатывающегося тучного пьянчугу, а воспринимала ситуацию так, как будто переместилась в подвал к невменяемым наркоманам.

— Ну ч-что, булочка? Ты с к-орицей или с маком? — мужик рыгнул, и у него по подбородку потекла тонкая полоска рвоты. Он втянул ее в рот и облизал блестящие губы, похожие на две жирные сосиски.

Живот сжался в тугой узел. Хорошо, что я ничего не ела. Иначе меня бы вывернуло рядом с ним.

Я развернулась на трясущихся ногах, но не успела рвануть вперед, так как уткнулась в твердую мужскую грудь. Все внутри меня похолодело, а сердце бешено заколотилось в груди. Неужели второй мужик подкрался сзади?

— Малышка, давно ждешь? — услышала я приятный голос и ощутила легкое прикосновение к плечу. Звучал он вполне трезво, отчего мне стало еще страшнее. Пьяница не управляет своим поведением, а вот человек в сознании способен продумывать шаги наперед.

Я сжала руки в кулаки.

— О, б-брат, так она с тобой? Тогда из-звини. — Пьяный мужик икнул и на заплетающихся ногах пошел прочь.

Так они не вместе? Тут что ли очередь из насильников выстроилась?

— Ты в порядке? — обратился ко мне незнакомец.

Я боязливо подняла голову и посмотрела на его лицо. Он был в больших черных очках и синей кепке, прикрывающей лоб. На вид незнакомец выглядел чуть старше меня. Его рука все еще покоилась на моем плече.

— Руку убрал! — Я мысленно похвалила себя за храбрость. Наконец-то мне удалось хоть что-то предпринять. Все мое тело напружинилось, готовое к побегу.

Парень тут же выполнил мое требование, отступил на шаг и выставил руки перед собой в примирительном жесте.

— Я только хотел тебе помочь.

— Спасибо. Извини. — Я нервно сцепила пальцы, стыдясь своей импульсивности. — Я уже собиралась атаковать тебя.

— Значит, я был на волоске от гибели. — Его губы растянулись в игривой усмешке. — Зачем ты стоишь здесь одна? — Он вдруг резко посерьезнел.

— Я ждала подругу, и теперь ее заперли в этом здании, — я кивнула в сторону закрытых дверей.

— Ты уверена? Перед закрытием охрана всегда тщательно осматривает помещение, прежде чем поставить сигнализацию. Может быть, твоя подруга уже ушла?

— Она не могла уйти без меня, — твердо возразила я. Если продолжу мямлить так же, как и при охраннике, то не выясню, куда же пропала Маша.

Тут вдруг мой телефон завибрировал в руке. Я быстро взглянула на него. На дисплее отображалось имя Машиного парня. Я тут же взяла трубку.

— Рит, извини! Бабушка Андрея упала — инсульт. — Это оказалась Маша. —Пришлось срочно ехать. Все на нервах. Я выбежала на улицу, а тебя не было. На телефоне, как назло, села батарейка, когда я добежала до метро. Вот сейчас добралась до Андрея, звоню с его телефона. — Она тяжело дышала, видимо, пытаясь восстановить дыхание.

— Хорошо, что с тобой все в порядке! Я так волновалась! Думала, где ты. Напишешь потом, как у вас там обстановка! Здоровья бабушке!

— Спасибо, Ритуль! На связи! Сообщи сама, как будешь дома!

— Окей. — Я нажала «отбой» и убрала телефон в сумку.

— Ну что, подруга жива-здорова? Двери выламывать не придется? — снова заговорил незнакомец.

— Не придется, — я вяло улыбнулась, размышляя о бабушке Андрея. Мысли о чьей-то болезни всегда приводят меня в беспокойство и заставляют вспоминать о папе.

Повисла минута молчания.

— Раз ты недавно вышла из этого здания, значит ходила ко мне на концерт? — нарушил тишину незнакомец.

— То есть?

Парень усмехнулся, а потом снял очки и кепку. У меня тут же округлились глаза.

— Это ты! — воскликнула я.

Глава 4

Рома

Весь день прошел в репетициях. Я полностью сосредоточился на предстоящем концерте и не думал ни о чем другом. Музыка всегда была для меня единственным способом проживания эмоций, так как я не мог открыто делиться ими с окружающими. Однако текст песен не отображал моего состояния. Я исполнял то, что соответствовало трендам, а личные строчки предпочитал хранить в дальнем ящике стола под горой бумаг подальше от посторонних глаз.

— Хм, мне кажется, или у тебя сегодня не такое паршивое настроение? — Мой менеджер Антон внимательно всматривался в мое лицо.

Антон — один из немногих людей, осведомленных в моих слабостях. Я познакомился ним задолго до начала карьеры. Мы жили в одном доме, но в разных подъездах. Он всегда помогал мне спускать коляску сестры, когда я шел с ней гулять, и даже иногда сопровождал нас. Антон рассказывал Алисе забавные истории из жизни, а она радостно смеялась в ответ.

Пока мои знакомые строили кучу грандиозных планов на свое будущее, мы с Антоном активно работали над их реализацией. Никто не верил, что у нас что-то получится, но мы продолжали двигаться к своим целям. Антон мечтал стать радиоведущим и создать такую увлекательную программу, которую будут слушать, открыв рты, миллионы человек. Но в итоге он применил свой талант красноречия в продвижении моего творчества. Мы договорились содействовать друг другу на первых этапах работы, однако Антон привязался к своей должности и нашел в ней то, что хотел увидеть в радиовещании — возможность вести диалог с людьми и быть интересным. Только теперь он коммуницировал с людьми через мой сценический образ и считал мои достижения нашими совместными. Я солидарен с ним.

— Да, все верно, — я кивнул. — Вчера первый раз смог предотвратить паническую атаку.

— Ого, Ром, молодец! — Антон похлопал меня по плечу.

Обычно я ждал, когда паническая атака сама пройдет, и даже не пытался разобраться, как с ней бороться. Простые советы незнакомки оказались полезными.

Пара зеленых глаз. Полночи я вспоминал о них, но потом сместил внимание на репетиции. Новостей о моей панической атаке не появилось, так что я перестал думать о той ситуации, хотя небольшой осадок все же сверлил изнутри. Мне было неприятно, что незнакомый человек увидел мою слабость.

Когда наступило время концерта, и я услышал призывающие кличи фанатов, то почувствовал, как сильно скучал по выступлениям. Хоть я не в восторге от своих песен, их успех помогает мне чувствовать себя профессионалом своего дела.

Только после окончания концерта чары разрушились, и я ощутил дикую усталость. Хотелось лечь в кровать и не вставать ближайшую неделю. Команда поздравила меня с началом тура. Гример Давид даже вручил красные розы.

— Лео, солнышко, присядь пока и отдохни, я сниму макияж, — Давид указал жестом на кресло.

Я рухнул в него, как мешок с картошкой, и закрыл глаза. Давид занялся моим лицом. Золотые браслеты на его руке звенели при каждом мимолетном движении. Мне стало приятно от прикосновения чужих мягких пальцев к моей вспотевшей коже. Я не встречал ни у одной женщины таких бархатных рук, как у Давида. Он — самый чуткий и женственный член нашей команды. У нас есть три девушки в команде, но даже они могут позавидовать грациозной походке, игривой манере общения и идеальному макияжу Давида. Сперва можно подумать, что Давид гей, но это не так. У него есть девушка Эмма, она не менее эксцентрична, чем он — носит кричащие яркие наряды, не следит за языком, увлекается странными хобби. Например, резьбой по мылу, ездой на велосипеде по болоту в маске с трубкой или надеванием пчел. Я даже не интересовался, зачем она занимается такой ерундой.

Женя — ассистент Антона — принес мне холодную колу. Я сделал пару глотков, а потом расслабился под гибкими пальцами Давида. После снятия макияжа он всегда делал мне легкий массаж с увлажняющим кремом. Ни одна женщина, кроме мамы, не дарила мне столько же заботы, сколько я получал от него.

— Спасибо, друг, — сказал я, когда Давид закончил свою работу.

— Все для тебя, Лео. — Давид собрал чемодан с косметикой и кистями и остановился возле двери. — Я больше не нужен? — Я помотал головой. — Хорошо, поеду забирать Эмму из аэропорта. Пока, мой хороший. — Давид удалился.

Я отпустил остальную команду и растянулся в уютном кресле.

— Ро-оом, вставай, — внезапно донесся до меня голос Антона. Оказывается, я задремал. — Нам пора на выход.

— Иди, Антон, я следом за тобой.

Я сунул ключи от машины в карман брюк и пошел к выходу из здания. Свежий ночной воздух пробудил меня и добавил каплю энергии — надеюсь, ее хватит, чтобы без происшествий добраться до дома.

Когда я проходил мимо главного входа, то заметил, что какой-то пьяный мужик пристает к девушке. Она застыла и прижала руки к груди. Я поправил очки и кепку и отправился на помощь. Девушка дала деру и врезалась прямо в меня.

Когда она подняла голову, я был очень удивлен и некоторое время не мог прийти в себя. На меня смотрела та самая пара очаровательных больших зеленых глаз! Сердце пропустило несколько бешеных ударов. Я так долго вглядывался в незнакомку и даже не заметил, как пьяница исчез.

Оказалось, что она потеряла свою подругу и разбиралась, куда та пропала. Хоть я и предполагал, что незнакомка моя фанатка, но все же удивился, что она была на моем концерте. Невероятное совпадение. А вдруг она специально высматривала меня, а подруга лишь выдумка?