Любовь сквозь время

Lina Bik

Любовь сквозь время

Любовь сквозь время. Пролог

Посвящается:

Времени, которое летит очень

быстро.

Особенно, рядом с любимыми людьми…

Уйти, чтобы все вернуть...

Гарри «Эйч» Блэквуд. 30 лет. 2000 года рождения.

2030 г. Настоящее

Сон был будто бы вещий.

Гарри знал это. Потому что для него это был не сон, а кошмар. Суровая реальность, которую ему предстояло изменить. Прошлое, с которым он никак не смог свыкнуться, потому что жизнь без любимого человека ему была больше не мила.

Любовь всей его жизни трагично погибла больше месяца назад, но на лице Гарри все еще ясно выражалась глубокая скорбь, усталость и боль от утраты. Казалось, он больше не выглядел 30-летним парнем, а стал настоящим 40-летним мужчиной, который пережил все муки мира.

Лицо его обросло режущей густой раздражающей кожу щетиной; глаза заметно впали внутрь, а под самими веками образовались темные круги словно он нормально не спал уже несколько суток; спина осунулась и сгорбилась так, как будто он много лет работал в усидчивом состоянии, а тело его и вовсе стало дряблым и появилась заметная худоба – он нормально не питался уже сколько? Около 2 недель? А может быть и все дни после трагедии.

И сам он стал нервным. Чересчур нервным: чуть ли не кидался на людей в порывах гнева и необузданной ярости. Но упрекнуть его в этом никто не мог – все, кто ему был дорог ушли.

И Гарри намеревался это исправить. Вернуть то, что у него забрали, так сурово и безжалостно отобрали.

Проект «Немо» - был его выходом. Ученый, который его придумал дал этому проекту такое глупое название не потому что оно что-то значило, а просто потому, что Оскар Гроу – так звали ученого – не смотря на свой гениальный ум в душе все еще был ребенком. И ему просто нравился одноименный мультфильм – по крайней мере так было указано в статье научного журнала, которую Гарри досконально изучил для дела. Но Гарри это не интересовало, ему было важно другое – сама суть проекта.

Оскар Гроу был ученым, инженером-исследователем, специализирующимся в области квантовой физики. И обучаясь у другого гениального ученого он настолько преисполнился в себе, что спустя всего несколько лет обучения выдал теорию, благодаря которой люди могли создать пространственно-временной тоннель, кротовую нору, которую в процессе немудрёнными и сложными для понимания технологиями смогли преобразовать в некое устройство. Иными словами: в машину времени.

Которая была просто идеей и чисто гипотетически не могла быть реальностью. Но вот наступил сегодняшний день и это машина теперь изучалась великими умами всей планеты в исследовательском центре посвященному работам Гроу. Куда и направлялся Гарри.

Путь был не близкий; территория центра хорошо охранялась; все секреты, чертежи, способ работы «машины» и его дальнейшее изучение и использование – держались в строжайшей тайне и были скрыты от простых глаз, но Гарри был непреклонен словно гора. Он все изучил. Он подготовился. Он достаточно натерпелся, чтобы оставить все как есть. Ему был дан шанс – и он его не упустит. По крайней мере попытается.

«Любопытство – однажды спасет жизнь» - гласила табличка около входа и Гарри лишь горько хмыкнул, мимолетом пройдясь по ней взглядом.

Именно это он и собирается сделать: спасти жизнь.

…

Гарри «Эйч» Блэквуд. 16 лет. 2000 года рождения.

2016 г. Настоящее (прошлое)

День не задался с самого начала. Гарри, а точнее Эйч – так ему нравилось почему-то больше - во время завтрака пролил на себя кофе, что было странным ведь он не пил кофе – как именно это произошло: до сих пор остается для него тайной; едва не проспал будильник; чуть не опоздал в школу и вновь столкнулся с задирой Эдди Дэнгером - хотя всячески пытался избежать встречи с ним хотя бы до обеда. Не получилось…

Оливия - Лив часто твердила, что ему пора дать отпор местному хулигану, но Гарри пропускал это сомнительное предложение мимо ушей, потому что кроме словесных перепалок и снижения IQ у одного из оппонентов посредством изысканий другого – эти встречи ничего из себя не представляли. Эйч оборонялся сарказмом, в то время как Эдди действовал грубой силой и несуразными шутками, от которых вязли уши и которых парень никогда не понимал, но благородно принимал на свой счет.

- Гарри, Гарри, Гарри… - протянул медленно Дэнгер ехидно ухмыляясь то ли тому, что сумел застать Гарри врасплох неожиданно появившись в поле его зрения или тому, что тот сидел на полу облитый водой из ведра для пола в то время, как над ним возвышались хищно оскалившиеся Эдди, его друг Крис Коллинз и еще полчища любопытных глаз из толпы собравшейся вокруг развернувшегося представления.

- Слышал ты не успел сегодня нормально позавтракать? Так что это мой тебе подарок, не благодари. Считай, даже бесплатный душ принял! Два в одном – ну не круто ли, а? – Эдди победно улыбнулся, а Крис, стоящий рядом смачно дал ему «пять». Гарри лишь закатил глаза на это действо и попытался встать.

- Тут не на что смотреть! Спасибо! – проговорил он, отгоняя толпу злым взглядом, а потом мило улыбнулся своему «лучшему врагу», – Рад, что ты заботишься о моем физиологическом состоянии, Эдди, дружище, но тебе правда не стоило так беспокоится. А-то я начинаю подозревать, что ты ко мне неровно дышишь, потому что даже моя сестра не настолько на мне замкнута, как ты…

Гарри не успел договорить так как был грубо взять за шкирку как нашкодивший кот и отдернут в сторону, а потом спиной почувствовал, как его насильно пригвоздили к тяжелой бетонной стене.

- Если я тебя не бью - то это не значит, что мне этого не хочется, Блэквуд! Знай, что руки у меня так и чешутся набить тебе морду…

- Что же, не отказывай себе в таком удовольствии, Дэнгер. Долго сдерживаться плохо – ты же знаешь.

Тяжелый кулак приземлился прямо возле уха Гарри, буквально в каком-то сантиметре от него, но Блэквуд даже не шелохнулся и не отвел взгляд с яростных глаз, устремленных прямо на него.

- Все шутки свои шутишь? – проговорил медленно Эдди, сжимая воротник Гарри сильнее в своих кулаках. Ноздри его тяжело вдыхали и выдыхали воздух прямо в лицо Гарри.

- Пытаюсь, но ты же знаешь: до тебя мне еще далеко.

- Именно! До меня тебе далеко, очень-очень далеко, Блэквуд. – выплюнул прямо в лицо желчью парень. – Идем, Крис. Нам здесь больше делать нечего. Представление окончено!

Эдди отпустил Гарри и, разогнав остатки толпы злым рыком, быстрым шагом скрылся где-то за поворотом. Гарри лишь проводил того тяжелым взглядом, а затем откопав на дне своей сумки салфетки - начал насухо вытирать ими свою одежду.

- Ты реально чудной, Блэквуд. Ты это знаешь? - хмыкнул Крис Коллинз откуда-то сбоку спустя секунду. Гарри удивился тому, что тот не ушел сразу же, как испарился Дэнгер.

- Сочту это за комплимент, Кристофер. – пренебрежительно бросил в ответ Гарри выкидывая салфетку в ближайшую урну и беря новую. Гарри специально назвал парня полным именем, потому что знал, что тот не любил, когда кто-то так делал. Что же, он любитель испытать судьбу на прочность. - Но знаешь, это взаимно. Подобное притягивается к подобному. – Гарри наконец-то закончил свое дело: не идеально, но сойдет и так, - и наконец-то посмотрел на собеседника прищурив глаза и скрестив руки в немом вопросе, а потом спустя секунду, немного поразмыслив все же озвучил: - Зачем ты вообще дружишь с Эдди, он же просто придурок?

- Ну-у… – парень сделал вид будто глубоко задумался, а потом вдруг широко улыбнувшись просто выдал небрежно, игриво подмигнув, - Я тоже! Подобное притягивает подобное, да?

Кристофер скрылся за тем же поворотом, что и Эдди ранее - вальяжно виляя тазом и подмигивая всем собравшимся девочкам по пути. А Гарри лишь тяжело вздохнул, оценивая свой внешний вид.

- Да уж.

Утреннее пятно от кофе смешалось с водой из-под ведра для пола, загрязненного осевшей вчерашним тяжелым днем пылью и следами от ботинок снующий из стороны в сторону людей в коридорах школы во время быстрых перемен.

- Лив меня убьет… - констатировал факт Гарри оставшись недовольным от своей толстовки, которую сестра подарила ему относительно недавно купив на свою первую зарплату и на которой сейчас не осталось живого места.

…

Гарри любил учится. Но лишь потому, что все предметы ему давались относительно легко, а не потому, что он был заучкой и местным ботаником. Боже упаси тратить свое драгоценное время и жизнь на что-то, что пригодится тебе от силы только для того, чтобы куда-то поступить. И тоже лишь для того, чтобы опять продолжить что-то изучать. И так по кругу.

Но конкретно сейчас Гарри больше хотел: не изучать историю человечества, о которой рассказывал увлеченно преподаватель, а наконец-то оказаться дома, потому что запах от его одежды начал выводить из себя не только его самого, но и окружающих его людей. Гарри понял это по презрительным взглядам направленных прямо на него и расстояния, которое те пытались соблюдать, находясь рядом с ним.

А еще мокрая одежда неприятно липла к коже и доставляла некий дискомфорт. Даже куча использованных салфеток и сушилка для рук, стоящая в сортире, не помогли справится с этим безобразием, которое устроил Эдди Дэнгер – будь он проклят! Настанет день, когда он получит то, что по-настоящему заслуживает и это будет грандиозное событие не столько для Эдди, но и для самого Гарри.

Спустя долгое и мучительное ожидание наконец-то звучит спасительный звонок и Гарри выходит из класса одним из первых, буквально вылетает с него как ошпаренный. Занятия на сегодня закончились, поэтому ему нужно было спешить домой: сестра велела приготовить ужин ему, потому что сама задержится на работе до полуночи. Опять.

Гарри не жаловался, ему и не на что было. Они с Лив справлялись как могли. Родителей не стало еще в прошлом году, поэтому ребята уже успели свыкнуться с тем стечением обстоятельств что легли на их хрупкие плечи. Лив сразу взяла на себя роль «родителя» и сама начала зарабатывать и следить за домом, в то время как Гарри пытался ей всячески помощь: готовя редкие ужины, когда та отсутствовала или просто физически не успевала; убираясь дома и практически не влезая в передряги - чаще всего связанные с одним конкретным человеком.

Картина их жизни была не идеальная, но явно стоила того, чтобы на нее обратили внимание. Они с Оливией были не безнадежны – об этом гласило то, что они оба по-прежнему были живы и выглядели вполне… сносно? Они пытались поддерживать друг друга всем чем могли и именно это держало их на плоту под названием «жизнь» не давая утонут в пучине отчаяния.

Гарри шмыгнул носом, прорываясь сквозь толпу к выходу из школы. Не хватало еще заболеть ко всему прочему.

Люди один за другим торопливо выходили из здания. И Гарри, подгоняемый этой плотной толпой, тоже наконец-то оказывается снаружи. Грудная клетка взметнулась и легкие тут же заполнились свежим воздухом - отчищаясь от духоты, затхлого запаха помещения и пота чужих тел.

До дома было не так далеко ехать, но парень решил пройтись пешком, чтобы немного привести мысли в порядок и расслабить тело после долгого сидения небольшой физической нагрузкой. А еще Гарри хотелось поскорее надеть наушники и погрузиться в мир музыки и приятных звуков, поэтому он торопливо нашаркал в кармане джинсов прибор и выбрав нужный ему плейлист нажал на кнопку «play». В ушах зазвучала медленная мелодичная музыка и Гарри на секунду прикрыл блаженно глаза, прислушиваясь к его ритму.

Любовь к музыке ему прибил отец, когда он был еще ребенком, а потом этот интерес подогрела еще и мама, купив ему гитару. Оба родителя были тесно связаны с музыкой: отец играл в группе, а мама пела в хоре в юности. Так они и познакомились.

Гарри любил слушать то, как они пели вместе по вечерам. Конечно годы семейной жизни оставили эти увлечения позади вместо них появились горы других вещей, но в те редкие моменты, когда мама пела им с Лив колыбельные по беспокойным ночам, а папа играл их любимые песни на гитаре по праздникам и выходным – запечатались в сердце Гарри навечно, как теплые воспоминания из счастливого и беззаботного детства.

Гарри тяжело вздохнул минутной заминке. Вспоминать детство было тяжело, поэтому парень торопливо отбросил эти мысли и попытался сфокусироваться на чем-то другом. Он напевал незамысловатый мотив песни группы 1D, которую любила Оливия и которая – что иронично – называлась именем девушки, когда в одном из переулков неожиданно заметил какую-то мельтешащуюся из стороны в сторону тень.

Гарри остановился моментально - будто под действием какой-то невидимой силы и пригляделся. Там, в самом углу, около мусорных баков и выброшенных отходов из ресторана, что был за углом – сидела девушка – обычная, невзрачная. Спина ее была сгорблена, длинные волосы прикрывали половину лица, а одежда выглядела хуже, чем сейчас толстовка самого парня. Гарри лишь хмыкнул, когда до его ушей дошло тихое и невнятное бормотание девушки. Слов было не разобрать, но то, что рядом больше никого не было – натолкнуло на мысль, что девушка разговаривала сама с собой. Гарри поежился и покрутив у виска - поспешил уйти с этого места. Накой черт он вообще сюда пришел!

- Чудачка. – выдохнул он, торопливо скрываясь с места происшествия. – В этом городе все какие-то странные, не иначе!

…

Дом встречает Гарри привычной тишиной. Лив оставила записку на дверце холодильника, что вернется поздно, но парень это уже знал, поэтому не придает этому большого значения. Он небрежно избавляется от обуви, кидает рюкзак куда-то в сторону и идет ставить чайник. Пустота дома больше его не тяготит. Лишь иногда, - в те редкие моменты, когда кошки скребут на душе –, Гарри жалеет, что их дом такой большой. Ведь в таком доме особенно ярко ощущается одиночество и гнетущая тишина. Но в остальных случаях он наслаждается таким времяпровождением.

Например, как сейчас: Гарри включает на всю громкость очередную песню и идет на кухню, чтобы приступить к домашним делам, а именно: к готовке.

- Так-с… Пасту мы ели позавчера, так что сегодня можно приготовить суп из фрикаделек. Звучит неплохо, но трудно – значит, пожарю картошку. Масло, соль, перец, картошка – и никаких заморочек!

Парень наклоняется к нижней полке, чтобы взять сковородку, когда слышит, как что-то на втором этаже глухо падает с характерным звуком. Гарри тут же останавливает музыку и замирает, прислушиваясь к окружающей среде. Где-то на улице лает собака; соседи сбоку шумно готовят шашлыки у себя во дворе и во всю орут несуразные песни: у них какой-то праздник; мимо проезжает пожарная машина с орущей на всю округу сиреной; дома гудит старый холодильник и кряхтит стиральная машинка в ванной и… что-то вновь шумит на втором этаже!

Скрип-скрип…

Парень тут же замирает и напрягает уши. Спустя секунду характерный скрип половицы, знакомый ему с детства, повторяется – не послышалось!

«Странно. Неужели Лив дома?»

- Лив, это ты?

Гарри крадется тихими шажками к подножию лестницы ведущей на второй этаж. Звуки стихают, но парня это не утешает. Он помнит, что в некоторых районах рядом с их кварталом недавно было несколько ограблений – и эта мысль внезапно бьет сильнее чего-либо еще и наводит дикий ужас, но парень упрямо повторяет надеясь, что это все-таки его сестра, а не какой-то мужик:

- Оливия? Если ты решила так надо мной пошутить – то у тебя это вышло! Мне пипец как страшно, поэтому выходи уже! Лив!

Внезапно кто-то, или что-то, задевает струны гитары, висящей прямо над лестницей на втором этаже, и по всему дому прокатывается глухой звук. Как в тех самых хоррор фильмах набитыми однотипными и тупыми клише.

Гарри тут же поспешно идет к этому звуку, потому что – да, умереть не хочется, но гитару, подаренную мамой, он никому не отдаст, даже потенциальному вору или маньяку: только через его труп!

Сердце ухает куда-то в пятки, когда он тихими, но торопливыми шагами поднимается по лестнице и… Гарри никого не видит. Гитара стоит на том же месте, что и всегда; ничего не пропало; следов взлома или грабежа – нет. Он уже думает о том, что ему все это просто послышалось, когда кто-то резко оказывается за его спиной и хватает за воротник кофты, удерживая на месте.

- Без резких движений… – медленно произносит таинственный голос выделяя каждое слово.

Гарри судорожно вздыхает, а затем задерживает дыхание боясь пошевелится хоть на миллиметр. Взгляд падает на дверцу его комнаты, где за ней должна стоять бита, но мужчина словно прочитав его мысли тихо, но уверенно выдает:

- Не советую, парень.

Руки Гарри трясутся, но он тоже не лыком шитый, поэтому менее уверенно, но все же строго произносит в ответ:

- Я ударю!

Мужчина за спиной усмехается. Гарри слышит это собственными ушами и чувствует затылком воздух, который тот издает при выдохе. Гордость парня немного задета - почему в него никто не верит?

- Ага. – только и говорит вор. Хватка на шее на секунду немного ослабевает – и это маленький, но успех для Гарри.

- Нет, правда ударю! Я хожу на каратэ и… на бейсбол!

- Да неужели? – мужчина за его спиной явно издевался над ним, но Гарри было все равно – он ждал удобного момента для решающего удара.

- Еще как!

- Что же, охотно верю. И бита, которую я подобрал из твоей комнаты – явное тому доказательство, да?

Гарри наконец-то решает сделать мощный рывок, чтобы освободиться, но мужчина вдруг сам отпускает его и разворачивает лицом к себе. Парень лишь удивленно ойкает и таращит глаза на представшее прямо перед ним лицо, покрытое большим количеством волос. Мужчина лишь шмыгает носом и теперь хватает парня за плечо, не давая вырваться:

- Вот только ты держал ее в руках от силы два раза за всю жизнь. И оба раза лишь для того, чтобы вытереть пыль за ней. – глаза парня удивленно хлопают, - Явно. – затем добавляет он со знанием в глазах. Гарри тут же хмурится и пыжится, надув обиженно щеки.

- Что? Неправда! Я намного чаще протираю пыль!

- Да, но не ту, что за битой. – соглашается мужчина, кивая, но в то же время неоднозначно пожимает плечами.

- Так ладно! Хватит! Кто ты? Как ты сюда попал? И откуда ты все это знаешь? И как ты вообще открыл входную дверь? Запасных ключей всего два…

Гарри внимательнее пригляделся к мужчине: на вид лет сорока; одет странно, но на грабителя не смахивает; борода – похожая на голубиный зоб; в руках бита – и, стойте, а вот это уже напрягает! -… и глаза: уставшие, печальные, но не злые – наоборот слишком какие-то добрые - и подозрительно напоминают глаза отца, а еще… его собственные.

Гарри вытянул рот буквой «о», когда его вдруг резко осенило.

- Ты…

- Нет! – тут же перебивает его мужчина, будто бы прочитав его мысли. Или, словно заранее знает, о чем тот хотел сказать.

- Ты потерянный брат папы?!

- Что?! – мужчина выпрямляется и с концами отпускает Гарри. И даже отступает на несколько шагов назад от абсурдности сложившейся ситуации, - Нет! Сказал же, что «нет»!

- Мой брат? – предположил Гарри сузив презрительно глаза и скептически посмотрел на мужчину.

- Не-ет! Что за идиотские мысли? Тебе что, шестнадцать? – Гарри поднял одну бровь в немом ответе, - А, точно. – тут же согласился мужчина – как он мог забыть, когда живое доказательство стояло прямо перед ним, - Мысли шире, Гарри.

- Откуда ты знаешь мое имя? – ахнул Гарри, театрально закрыв рот рукой.

- А ты как думаешь, умник? Боже, неужели я был настолько тупым в шестнадцать! – мужчина вскинул голову к потолку и устало обвел глаза, - Тоже… - затем почему-то добавил он.

Гарри упрямо не понимал, что от него вообще хотят. Не он влез кому-то в дом и втирал какую-то дичь сейчас! Он – жертва!

- Гарри, напряги извилины! - строго проговорил уставший человек, - Неужели ты их до конца растерял при разборках с Эдди? Как он мог это сделать с его-то однотипными подколками и тупыми шутками, а? Твой IQ сейчас точно не превышает его. А я очень старался, чтобы этого не произошло, знаешь ли. И вообще, Гарри…

- Эйч. – вдруг перебивает его парень. Мужчина замирает. А Гарри кажется кое-что осознает. И на этот раз правильно.

- Что?

- Мне больше по душе, когда меня зовут Эйч.

Мужчина резко становится серьезным и смотрит прямо в глаза парню. В глаза, которые он привык видеть в зеркале каждый день, но которые были забыты на долгие годы, потому что теперь в них не было той же искры, озорства, наивности и детской непосредственности, что и в глазах напротив.

Его искра потухла. Примерно полтора месяца назад… или же потухнет, но только через 14 лет.

- Знаю. – тихо произносит он, принимая положение, - Ведь я – это ты. Эйч.

Гарри из будущего тяжело вздохнул, не обращая внимание на ошарашенный вид его самого из прошлого. Его мини-версия мало волнует мужчину сейчас, главное для него это:

– А теперь ближе к сути. Где Эмили?