Огненное задание ледяного босса

– Наш Дед Мороз смущается. Ему нужна Снегурочка. Кажется, он ее нашел. Поаплодируем ей! Наша горячая Галина Огонёк!

Зал кричит от восторга. Галя смотрит на меня, как на предателя, пока я маню ее пальчиком.

Злится до румянца в милых щечках. Ну, давай милая, сожги меня своим костром страсти.

Мне совершенно все равно, что на нее смотрят сейчас. Я рядом. И она моя. Осталось испытать несколько минут позора и свалить отсюда как можно скорее. А потом я разберусь с ней. Надеюсь. Если не спалим друг друга.

Ведущий вытаскивает ее на сцену.

Я поворачиваюсь спиной к зрителям и лицом к Галине.

– Я тебя убью, – цедит рыжая сквозь зубы. Пока она отвлечена на меня, я развязываю пояс ее халатика и скидываю его на пол.

М-м-м. Кайфовая какая вся! Чтобы на нее так резко не смотрели, я раскрываю свой камзол и закрываю собой прелестное тело, на котором бюстгальтера, к сожалению, нет. Блин!

Она же явно поглощена моим торсом и трусами.

– Стразики переливаются, – как завороженная говорит мне сквозь музыку.

Виляю бедрами перед ней и плавлюсь от ее взгляда.

Не только плавлюсь, но и прихожу в очевидную готовность.

Она пожирает меня глазами. Сама бы запрыгнула сейчас на меня, будь обстановка более располагающая.

– Ну, же! Дед Мороз! Покажи не только Гале свою прелесть, – хохочет девушка ведущая.

Они и публика решили, что это комедийное представление и шоу. Что ж, так даже легче. На шесте хоть не заставят крутиться. Надеюсь.

Сбрасываю с себя камзол, оставшись только в стрингах, ботинках. Голову и лицо закрывают колпак и борода. К счастью. Не хватает, чтобы меня запомнили таким.

– Вау! – орет ведущая.

– Довольна? – спрашиваю у Сахары, и поворачиваюсь к ней задом, продолжая ее собой закрывать.

– Оу! Вы только посмотрите, что между ними творится! Они сейчас подожгут эту сцену! – поддакивает ведущий.

Галина обхватывает меня со спины, пряча мои булки от чужих взглядов. Прижимается ко мне грудью. Кожей ощущаю ее мягкость и… блять. Как унять свой неуместный стояк?

Дамы видят мое состояние и приличного размера член в трусах и свистят.

Странное ощущение.

Мне и стремно пиздец как. И в то же время самолюбие в ударе. Но оно ликует не только от реакции толпы. Скорее я в экстазе от малыхи, прижимающейся всем телом ко мне.

Диджей, видимо, решает нас всех довести до эйфории. По этому включает медляк, подходящий больше для уединенной обстановки с Галиной, а не танцам в трусах на сцене.

С неохотой отлепив руки Сахары от себя, я поворачиваюсь к ней лицом. Нежно беру ее ладони в свои и притягиваю к себе.

– Этот позор ты разделишь со мной, детка, – обещаю, наклонившись к ее уху.

– Да пошёл ты, – вроде грубит. Вроде должно звучать резко. Но нет. Мой член совершенно определённо упирается в ее живот. И я хочу конкретно ее. Она это понимает. Улавливаю по вибрации в ее теле.

– Сейчас толпа народа лицезреет мои булки. Ничего страшного, если ты позволишь мне и другим оценить твои шикарные сиськи, – хмыкаю. – И потанцуешь со мной. Потом запьём это дело нормальным коньяком. И забудем навсегда. Это приказ, Сахара-Мотылёк.

Она смотрит мне в глаза.

А я…

А я?

Меня уносит от неё нахрен! От ее шикарных припухших после моих поцелуев губ, ее зелёных колдовских глаз, россыпи веснушек на носу и роскошной, просто умопомрачительной фигуры. Сочная везде – как я люблю! Мягкая, но не слишком.

Ее волосы двигаются в такт с ней, касаясь моих рук. Не выдерживаю. Знаю, что глупо здесь в клубе, что-то почувствовать.

Но я наклоняюсь и вдыхаю лето с ее волос.

Веду ее в танце, забыв что я вообще-то обнаженный. С маскировкой на лице как-то проще.

А вот с Галиной нифига не просто!

Особенно, когда она начинает двигаться пластичнее и эротичнее, выгибаясь в моих руках.

Ярик, кажется, вот он конец твоей холостяцкой жизни!

Очевидный.

Рыжий.

Детка, ты даже не представляешь, во что сейчас играешь!!

Глава 9. Галина

НЕ-НА-ВИ-ЖУ!

Весь танец я молюсь, чтобы песня поскорее закончилась.

Ярослав провоцирует меня, соблазняя до дрожи в коленках. Да и как перед таким устоять? Я же не железная, в конце концов!

И потому не сразу соображаю, когда музыка заканчивается.

– Итак, поаплодируем горячей парочке – Гале Огонёк и… – ведущий наклоняется к нам, прикрыв микрофон, чтобы узнать творческий псевдоним Ярослава. Я подсказываю. – И Ледяной Босс-Мороз!

Женщины кидают на сцену трусики и деньги.

Меня это веселит до колик в животе.

Мой босс хватает меня в подмышку и с почти голой задницей и колпаком на голове покидает сцену.

– Отшлепаю, от души отшлепаю! – бубнит себе под нос, пока я отбиваюсь от его рук за кулисами.

– Только попробуй!

Кто-то из ассистентов приносит нам нашу “верхнюю” одежду – шубу деда мороза и мой халат.

– Гали-и-на! Вот это ты и правда огонек! Зажгла нашего дедушку, – нарисовывается Офелия. Покачивая бедрами подходит к Ярославу и вешается на него. – Красавчик, а со мной потанцуешь?

– Рыженькие больше нравятся, – отмазывается Ярослав, но рукой шлепает легонько по заднице Офелии. Урод! Похотливая скотина! – Киса, мы с Мотыльком уединимся в мужской гримерке.

– Мур-мур!

Я вначале горю желанием отхлестать обоих, а потом замечаю кошачьи белые пушистые ушки на голове Офелии. Ярослав специально дразнит меня! Или, не дразнит? Может, он тот еще, простите, блядун?

– Я сохраню ваш пошлый секретик, – смеется Офелия и прикладывает палец к губам. – Ноль процентов осуждения, – подмигивает она мне.

Я краснею до ушей.

Хватит мне уже на сегодня уединений с этим ледяным сооружением.

Он быстро накидывает на себя шубу и тащит меня в гримерку неподалеку. Внутри мы оказываемся не одни – с нами еще двое мужчин. Один приклеивает бороду, другой наносит автозагар на тело.

– Зачем ты сюда меня притащил! – шиплю на обладателя красных стрингов со стразами.

– Трахаться будем, но не здесь и не сейчас, – весело сообщает он. Ага! Надейся и жди! – А сейчас ты будешь слепо подчиняться. Ясно тебе?

Он говорит тихо, зажав меня в углу. С виду будто он заигрывает со мной.

– Да пошел ты!

– Тогда оставайся здесь и обслуживай настоящих бандюков, – кажется, он начинает злиться.

– Я тебя не прощу за эти танцы!

– Сахара, кажется, я не объяснил тебе правила работы со мной. Если ты вздумаешь мне мстить еще за что-либо, то тебе мгновенно прилетит ответочка. Тебе понятно?

Не знаю, что творится со мной. У меня невольно надувается и выпячивается нижняя губа, а от обиды текут слезы.

А этот бесчувственный кусок льда сверлит меня взглядом.

– Все понятно, – тихо отвечаю.

– Так точно, капитан Ларионов, – тихо добавляет. Нагибает.

– Так точно, член Ларионов, – «соглашаюсь» с ним.

Опасный блеск в его глазах не сулит мне ничего хорошего.

– Мы с тобой позже поговорим. Выбираться надо.

Я сама не понимаю себя. Зачем я это делаю? Злю? Подставляю?

Я знаю, что в органах карьерный путь мне теперь заказан, и как бы терять уже нечего. Достаточно того, что я бесстыдно отдалась этому верзиле. Было хорошо, да, но это не повод вести себя, как ведет себя он! Совершенно не по-джентельменски.

Двое стриптизеров покидают гримерку.

Один из них противно насвистывает.

– Давай Ярик, не подведи, – второй хлопает его по плечу.

Я прикрываю глаза. Ладно, никто не знает, кто я. Они думают, что я девушка легкого поведения. Но унизительно – жесть!

– Расслабься, Мотылёк. У меня есть план, – как только дверь за стриптизерами закрывается, Ларионов отходит от меня и ищет что-по гримерке.

Этим что-то оказывается еще одна шуба деда мороза и фальшивая борода с колпаком.

– У тебя кроме халата и тапочек есть какая-то одежда? – он снова скидывает с себя шубу.

– Все в общежитии, в которое меня не пустят, пока Давид не даст команду.

– Что еще за Давид?

– Администратор или менеджер стриптиз-клуба. Он напрямую управляет девочками.

– А почему он тебя не пустит? – хмурится Ярослав, расшнуровывая ботинки. Нашел время для раздевания!

– Потому что я отказалась танцевать и обслуживать гостей, – по сути так и было. Я знаю, что просто танцами мое выступление бы не закончилось сегодня. Иначе зачем им понадобилась рыжая стриптизерша сегодня? – Поэтому должна дождаться других девочек.

– Хм… – он немногословен, но о чем он думает я выяснять не хочу. – Покажешь мне его потом пальцем. На, держи, – он снимает с себя носки и дает мне.

– Ты охренел?! – вот это вообще ни в какие ворота!

– Надевай! – рявкает на меня. Кажется, милота и доброта это не про него.

– Я не буду надевать твои носки! – спятил, идиота кусок. – То, что твой член побывал во мне не означает, что я настолько пропащая!

– Галина, – он произносит мое имя с ТАКИМ холодом, что я мигом втягиваю голову в плечи и пячусь назад. – Ты будешь делать то, что я тебе приказываю. Тебе понятно?

Киваю быстро-быстро. Все понятно. Забираю его носки – надеюсь они не сильно поношенные.

– Я чист и не заразен. Здоров как бык, можешь у Красина мою медицинскую карточку запросить. Скажешь, что я разрешил. Это первое.

Сглатываю.

– Второе. Сахара, я тебя так накажу – охренеешь у меня. И за язык свой поганый, и за подставу. И за субординацию, естественно.

У меня уже трясутся руки от его тона. Вот почему – Лёд. Он лишь одним взглядом и интонацией может заморозить и в страх вогнать.

– Третье – меня, конечно, заботит, что ты заморозишься в одних тапках ночью по лесу идти. Но и выйти нам нужно с маскировкой, чтобы твой педикюр с блестками лишних вопросов не вызвал. Тебе все понятно?

– Да, товарищ капитан, – чеканю и послушно натягиваю на свои ножки его черные носки. Они мне большие и напоминают гольфы, но особого выбора у меня нет.

Остается смириться и получить свое наказание.

Затем в меня летят его черная рубашка и пиджак.

– Сними халат и надень это.

Сбрасываю с себя шелк и просовываю в огромную рубашку руки. Застегиваю дрожащими пальцами пуговицы. Тем временем Ларионов натягивает на себя брюки и ботинки – обратно. Но на мгновение застывает, наблюдая за мной.

Он с шумом втягивает воздух. Что я такого опять делаю? Не хочу знать. Запихиваюсь в его дорогой итальянский пиджак, стараясь не вдыхать сексапильный аромат его парфюма и… его одежда пахнет самим Ярославом. Слишком шикарно. Для такой, как я – СЛИШКОМ!

Ларионов что-то ворчит неразборчиво, но подходит ко мне и помогает надеть шубу одного из дедов морозов. Она красная и объемная, а я в пиджаке не по размеру совсем неповоротливая.

Руки этого невыносимого мужика сводят меня с ума. Мне страшно. И чего он тут стоит передо мной с обнаженным торсом? Я стараюсь не смотреть, но только стараюсь, на деле – бессовестно заливаю свою дед морозовскую шубу слюнями. Ярослав словно не замечает моего состояния, и спокойно приклеивает мне на лицо седые брови и бороду.

– Я на двусторонний скотч посадил. Будет больно отрывать, – предупреждает меня и вдруг широко улыбается. – Самая горячая бородатая женщина в моей жизни.

Любопытство меня одолевает и я таращусь на себя в зеркало в полный рост.

Перед собой вижу гнома! Борода, широкие плечи – как полагается благодаря пиджаку Ларионова. С худенькими ножками в носках и тапках! Я богиня секса, не иначе!

– Дай сфоткать на память, – просит меня Ларионов, пока я перегружаю свой телефон из кармана халата в свою новую шубу.

– Снимай штаны и иди на сцену. Сниму твое выступление на бис! – огрызаюсь опять. Бесит он меня! Бе-сит!

– Только после тебя, Сахара моя.

Он прямо на голый торс – ведь часть одежды он отдал мне, надевает свою шубу и застегивает до самого горла.

– Мы в этих шубах очень интересно смотримся. Прямо команда мечты, – не могу удержаться и прыскаю со смеху.

– Не шубы, а камзолы, – Ярослав умничает, но тоже хохочет и, нежно притянув к своему боку фоткает нас двоих в зеркале.

– Зачем это? – смущаюсь, выбираясь из его слишком уж личных объятий.

– Буду показывать нашим детям, как мы познакомились и с чего начались наши отношения. Скажу, что это был конкурс дедов морозов. А то стриптиз и секс как-то не очень прилично. Как думаешь?

– Нашим детям? – блею я. Он точно вменяемый?

– Ага. Пошли, Мотылёк. Надо сваливать отсюда.

Глава 10. Ярослав

Галина меня, конечно, поражает. Нервная вся, за языком своим не следит. Но милая и смешная. Веснушки ее на носу – это что-то. Остальное все скрыто массивным камзолом и накладной бородой и усами.

Не знаю, как такой цирк удастся у нас на выходе. Но попытаемся.

Крайний случай – навалять всем, это я всегда успею. Но Красин просил работать тихо, чтобы важных шишек не спугнуть. Именно сегодня кто-то лишится своей политической карьеры. И новости завтра будут интересные. Благодаря работе Сахары, много голов полетит. Это место похоти и разврата, по-хорошему, прикрывать нужно.

Но цель сейчас – вытащить Галину без ущерба для ее сладких прелестей. Как представлю, что ее хотели подложить кому-то, кроме меня, в узел все от ярости скручивает. Ну, я позже найду этого Давида и расскажу ему кое-что про уважение к женщинам.

– Так, мы сейчас выйдем. Ты молчи, поняла? А то нас вмиг выкупят.

Она кивает, только зелеными глазищами своими моргает. Ух, какая девица-то! Даже с бородой шикарная.

Не представляю даже, чего ей стоит молчать и не пререкаться со мной, но я благодарен ей за это. Когда идем по служебным коридорам клуба, Галина опускает голову и семенит рядом со мной.

Внезапно нас останавливает какой-то мужик в черном костюме и рубашке, но с красным галстуком, завязанным по воротнику. Он ниже меня, хлюпик на деле. Но строит из себя бандитскую рожу. По ряду признаков понимаю, что всего лишь наемный служащий у владельцев. Но почему-то считает себя здесь главным.

– Шоу еще не окончено. Куда собрались? – он косится в сторону моего младшего помощника – гнома в красном камзоле. – И что это?

– Да дебила кусок, забыл в моей машине реквизит и ботинки, – указываю на тонкие ножки Галины в моих носках.

– Вай, что это? Мы стриптизеров заказывали, а не шоу уродов! – брезгливо морщится администратор.

– Плечи и бицуха что надо, а день ног постоянно пропускает. Он мелкий, но в штанах у него, что надо. Ваши дамочки будут в восторге. У вас же особенный клуб, – подмигиваю этому ушлепку.

Слышу хрюк возле себя. Нормальный такой. Сахара, блин! Если заржет, я ее лично придушу.

И отшлепаю. По-всякому.

Хотя и так отшлепаю.

– Смотри, я ваше шоу все за ноги подвешу, если на вас хоть кто-то пожалуется, – предупреждает меня администратор. – Ты же знаешь, кто я?

– Да, вы Давид, главный здесь, – предполагаю и по расплывшейся довольной ухмылке ублюдка понимаю, что попадаю в точку.

Ну, все. Жди моего возвращения, Давидушка, по свою душу.

– Хорошо. Ладно. Прикройте этот срам, – фыркает Давид и дает команду охране пропустить нас к машине.

Улица, а если быть точными – гектары леса по кругу от элитного развлекательного комплекса, встречает нас сильным ветром и метелью, неизвестно откуда взявшейся. Все украшено по-новогоднему, и завтра, судя по программе, здесь будет настоящее шоу для богатых и успешных. Эх, жаль меня не будет на нем. Хочу посмотреть на их «счастливые» лица.

Галя в своих тапках подскальзывается и хватается за меня. Взвизгивает, слишком высоко и поэтому подозрительно для окружающих.

– Мизинчиком ударился, – поясняю я для одного из охранников. О, как раз тот, кто меня выкидывал отсюда несколькими часами ранее. – Бедолаге с генетикой не повезло.

Получаю тычок в бок. Придется потом наглядно демонстрировать Галине, что конкретно ее генетика меня очень даже устраивает.

Подталкиваю ее вперед. Семенит, как пингвин, переваливаясь с ноги на ногу. Бедняжка сейчас совсем околеет.

Все шло хорошо, пока я не замечаю охранника на выезде.

Да твою ж мать!

– Сахара, придется еще пару минут померзнуть, – предупреждаю ее. – Надеюсь, ты не заболеешь. Стой здесь.

Я ей указываю на место возле моей машины. Хорошо, что автозапуск работает. В теплый салон сядем. Потом надо будет хорошенько свою Сахару отогревать. И увлажнять. Сил нет, как хочу с ней уединиться в нормальной обстановке.

Наверное, поэтому я злой.

А еще потому что она – мой стажер. Я в ответе за нее. Но я лишь думаю о том, как и в каких позах и что именно я буду с ней делать. Ненормальный!

– Эй, мужик, помоги пожалуйста, – зову охранника.

– Зачем?

– У меня аккумулятор сел. Свет нужен, чтобы реквизит найти. Посвети фонариком.

Охранник, видимо, умом не блещет. Потому что моя машина весело подмигивает поворотниками и заводится. Но он все равно идет ко мне с намерением помочь. Мне даже как-то совестно.

Я быстро его вырубаю, рассчитав угол направленных на выезд камер. Место элитное, люди беспокоятся о своей конфединциальности, поэтому щедро натыканных камерами углов здесь нет. Одна или две на всю парковку.

Комплекс расположен достаточно далеко от населенных пунктов. Если не знать об этом месте, то никогда его не найдешь и не заедешь для развлечения. Бюджет на охрану места минимальный.

Прикапываю мужика чуть в сугроб, надеясь, что он очнется сам, минут через десять. Забираю у него рацию.

– Ты его убил? – переживает Галина, когда я открываю ей пассажирскую дверь своего внедорожника.

– Вырубил. Скоро придет в себя. А так он бы нас сдал, – даю ей рацию в руки и захлопываю дверь.

Сам быстро обегаю машину и сажусь за руль. Выезжаю с выключенными фарами. Врубаю обогреватель на полную мощность, потому что Галя трясется как листик на ветру.

– Пол-л-уч-ч-илось? – спрашивает она меня.

– Пока не знаю, – гляжу в зеркало заднего вида. Пока никто не преследует. – Надеюсь.

Управляя машиной, достаю из кармана сотовый телефон, набираю номер Красина и ставлю на громкую связь.

– Ну? – майор, бедолага, не спит, пока мы с Галиной развлекаемся вовсю. Лучше ему не знать, конечно.

– Сахару забрал. Движемся по заснеженной дороге в сторону шоссе. Далее будем ехать в сторону Москвы. Неплохо, если бы нас кто-нибудь прикрыл на случай преследования.

– Ты зачем нашего спеца в сугроб закопал? – наезжает на меня Красин.

– Спеца? Он повелся на мой бред.

– Ты просил его тебе помочь. И что за Сахара?

– Галина Скворцова, которая. Позывной ее, – нахожу, что ответить. Галя стучит маленьким кулачком по моему плечу, угрожая мне расправой. – Предупреждать надо, что мы не одни.

– Я не мог пропустить ваши танцы, Ларионов, – ржет Красин.

Ох, эти глаза Мотылька! Огромные, зеленые! Аж за дорогой забываю следить. Включаю фары на всякий случай.

– Только не говори, что ты там был.

– Никого из агентуры там не было, а вот кое-кто из моих друзей это не пропустил.

– И видео есть, да?

– Конечно!

Закатываю глаза. Красин в своем репертуаре. И его люди есть везде.

– Так, в Москву вам нельзя, – внезапно переключается с веселого тона майор. – Далеко твоя деревня, Ларионов?

– Час езды отсюда, – прикидываю. Вроде все верно. Единственное, можно задержаться на полчаса из-за снега.

– Тогда отправляйтесь туда и ждите моей команды.

– Но Василий Константинович, – вставляет вдруг слово Галина. – Мне домой надо.

– Живой хочешь приехать? Или обрадуешься, когда тебя кто-то в Москве по наводке найдет? Время нужно для зачистки. Вы и так посветили в клубе всем, чем только можно.

– Э-э. А как же Новый год?

– С Ларионовым отметишь. Потанцуйте. У вас неплохо получается. Конец связи.

В машине наступает тишина, а Галина отворачивается к окну.

– Ладно, Сахара, справимся как-нибудь. Я вообще Новый год терпеть не могу и… – пытаюсь ее успокоить.

– А я могу! Я люблю Новый год! И никакая я тебе не Сахара! Верзила ты проклятый! Все из-за тебя!

– Согласен. Встретив тебя, решил, что Красин мне подарок на Новый год сделал в таком виде. Я был счастлив его получить.

– Это – не твое! – орет на меня бородатая женщина. – Я не подарок, я тебе вообще никто!

– Не знаю, кончила ты очень даже по-настоящему.

– Я симулировала! – издевается лживо негодяйка.

– Тогда, как приедем, проверим еще раз.

– Только попробуй! – верещит Галина так, что у меня уши закладывает. Эх, если бы не руль, я бы ее зацеловал и затрахал так, что все свои слова грязные назад бы взяла. – Лучший агент! Так напортачить! Даже своего вырубил!

– Могу тебя отвезти обратно? – предлагаю и резко торможу.

– Да чего мелочиться. Отправь меня сразу в сугроб в одних трусах! – и тут Галина разражается потоком слез. Воет вдогонку. – Я не просила такое задание. Я не хотела. Мне домой надо. Домой.

– Будешь дома, завтра. Первого числа. Праздник же – первого! Вот и отметишь!

Но Галина смотрит в окно, в непроглядную темень и снег.

А вдруг она замужем?

Да не, разве замужняя отправилась бы на такое задание? Да и сама ведь сказала, что два года секса у нее не было.

Но червячок сомнений все равно одолевает. У меня патологическая тяга к женщинам, которые быть со мной категорически не могут.

– Поехали дальше. Толку мне сейчас страдать. Предупрежу, что вернусь первого января, – вытерев слезы и нос рукавом камзола, Галя достает свой маленький кнопочный телефон и старательно строчит кому-то смску.

Вот только вопрос – кого она хочет предупредить?

– У меня борода намокла, – обиженно сообщает Галина. – А отодрать не могу.

– Я отдеру, как только приедем, – обещаю я многозначительно и давлю на газ.

В этот раз Мотыльку нечего мне возразить.

Глава 11. Галина

Отдерет он, конечно! Пусть только распустит свои руки. Горячие и сильные, к слову. И такие сексуальные… Галина! Из-за него ты попасть домой не можешь!

Сказать по правде, он вообще не виноват во всей этой сомнительной ситуации. Кто принял приглашение на работу? Красин предупреждал, что будет опасно и сложно. Кто не смог держать свои трусы при себе и ерзал на коленях шикарного мужика? Тоже я. Кто налажал с нашей «эвакуацией» и отомстил этому сексуальному Боссу Льду?

Я. И еще раз я.

Извиняться не буду! Пусть лучше уволит, чем я буду извиняться за то, что устоять перед ним не смогла. Я ж не знала, в самом деле, что он мой босс и наставник?

Хорош наставник, однако…

Я пишу маме сообщение на своем кнопочном способе связи, что не успею вернуться завтра домой.

Она долго не отвечает – связь в дороге из-за снега и неизвестной местности очень плохая.