Только сияй

По идее, меня должен встретить кто-то другой (не Кан) и как можно дальше от всемирно известной группы. Потому что толпы фанатов с плакатами уже проносились мимо, желая проводить своих любимцев в Лос-Анджелес. И очень сомневаюсь, что планы менеджера включали и моё присутствие среди «звёзд» тоже. Страшно представить реакцию публики, если я и Шейн окажемся рядом.

Звуки аэропорта больше не возрождали во мне трепетных чувств, как в прошлый раз. В прошлый раз я летела на встречу со своей мечтой, а в этот раз мне хочется мчаться со всех ног в обратном направлении. Но я уже всё решила. И моё решение твёрдо, как сталь. Потому что я буду не я, если не покончу с этой историей раз и навсегда.

Огляделась, ища безопасный путь к нужному терминалу. Только вот путь был один, и толпы фанаток прямо сейчас прокладывали к нему дорогу.

Тяжело вздохнула, натянула шапочку на лоб, поправила тёмные очки, чувствуя себя нелепо до невозможности, вернула на место съезжающего с плеча Гибсона, подхватила чемодан за ручку и потащилась на встречу с неизбежностью.

Сложно понять свои ощущения. Ещё недавно в этом самом аэропорту состоялась моя первая встреча с FB. Встреча с Шейном и Калебом. Кажется, что с тех пор прошла целая вечность, а не чуть больше четырёх месяцев. Помню, как фанаты понесли меня прямо к ним, а потом я налетела на Шейна и вдавила его в пол… Чёрные радужки, полные ярости, зловещие тени под глазами, и перекошенное от злости лицо. В тот момент, когда он раздавил мой телефон, я решила, что буду до конца жизни ненавидеть этого парня. А сейчас… сейчас воспоминание об этом вызывает улыбку на устах. И кто бы мог подумать…

Я не простила Шейну его поступки. Вряд ли простила. И дело даже не в уничтожении моего имущества… Гадости, что он говорил, унижение, что заставлял испытывать, ненависть в глазах непонятно за что… Такое сложно простить, а понять ещё сложнее, но почему-то больше не чувствую злости. Ведь как оказалось, это была война не со мной – Шейн противостоял самому себе.

Чувствую себя слабой в то время, когда нужны все силы… И чем ближе подхожу ко второму терминалу, тем хуже себя начинаю чувствовать.

– FB! FB! FB! – кричат фанатки.

Ощущение полнейшего дежавю.

Охрана в чёрных костюмах. Репортёры. Фанаты. Всё как тогда.

Я застыла, точно зная, что произойдёт дальше. Вот и оно: оглушительный визг и полёт плюшевых игрушек в воздух безоговорочно сообщили о появлении идолов.

Джаред и Патрик шли впереди, широко улыбались фанатам и активно махали руками. Ин Хо выглядел то ли устало, то ли просто раздражённо. На голове большие наушники; несколько раз помахал фанатам и уткнулся взглядом в мобильный. Калеб, в серой вязаной шапочке, шёл следом, и на этот раз улыбки на его лице не было, взгляд мрачнее тучи, смотрит ровно перед собой и будто не замечает толпы, пришедшей их проводить.

А вот и Шейн.

Сердце трижды сделало сальто и подпрыгнуло к самому горлу, так и застряв в нём, преградив дорогу кислороду. Даже визги больше не звучали так громко, потому что кровь бурлила в ушах, как огненная лава в кратере вулкана. Я стала этим вулканом.

Весь в чёрном. За плечами гитара. А в волосах больше нет серебра. Шейн брюнет, практически жгуче-чёрный брюнет. Волосы кажутся растрёпанными, виски не выбриты, как раньше, а рваные пряди от чёлки слегка падают на глаза. Идеальный беспорядок в стиле рок-звезды, но даже в нём отчётливо видна работа стилистов. Это не Шейн выглядит как уличный рокер, потому что ему так захотелось, – это новый образ, придуманный для него кем-то из агентства.

И как же чертовски этот образ ему идёт!

Шейн кажется взрослее, мужественнее, серьёзней.

Сексуальней.

Только вряд ли и характер изменился в ту же сторону.

Глаза кажутся ещё темнее. Ещё опасней. Бледная кожа и яркие губы, которые умеют оставлять ожоги на коже…

Шейн снял со шлевки джинсов чёрную кепку и надел козырьком вперёд, так что глаз почти не стало видно.

А мне срочно нужно сделать хоть что-то, чтобы оторвать ноги от пола.

Кожа болит, внутри живота покалывает, а сердце всё не хочет замедлять свой ритм – так и стучит в самом горле, вынуждая задыхаться.

«Давай, Тейт, ты ведь сильная девочка. Оживай. Приходи в себя. Это всего лишь Шейн. Всего лишь твой бывший враг. И статус ваших отношений не далеко продвинулся после твоего побега. Так что жди новых гадостей и будь готова».

FB и их сопровождающие остановились.

Менеджер Кан кружился на месте, явно кого-то высматривая. Меня, например.

Фанаты продолжали сходить с ума.

А я сняла очки и сделала свои первые нерешительные шаги навстречу суровой реальности.

И я не знаю, что происходит. Не знаю, что было в планах у менеджера, но, судя по всему, больше меня никто не стесняется демонстрировать публике.

– ТЕЙТ!!! – Громкий возглас менеджера Кана, как пушечный выстрел, разорвал наэлектризованный воздух пополам, и азиат, блистая широкой улыбкой, быстрыми шагами двинулся ко мне.

Надо было это видеть.

Нет, серьёзно.

Все до единой головы участников FB как по команде развернулись в мою сторону, но ни одному из лиц я так и не успела дать определение. Фанаты завопили так, что я уже практически сорвалась с места в попытке побега! Честное слово! Я почти сделала это! Почти развернулась и бросилась к выходу из аэропорта. По крайней мере, мысленно я уже трижды так поступила. Думала, фанаты сейчас накинутся всей толпой и сотрут меня в порошок прямо на глазах у всех присутствующих!

Но дела обстояли совсем по-другому.

Вспышки ослепляли. Визги и крики звучали громче. Девочки-фанатки прыгали, как на пружинах, и выкрикивали МОЁ имя… вместе с именем Шейна. Знаете, как это звучало?.. «ШТ» – Шейн и Тейт.

Ну я вроде бы уже не раз говорила о том, что мир спятил?..

И – о боже! – моё имя на плакатах! Один, два, три… Штук пять точно наберётся. Плакаты с МОИМ (???) и Шейна именами!

Кажется, они в этой своей виртуальной реальности нас уже наконец поженили.

Может быть, даже имена будущим детям придумали. И страшно представить какие.

Менеджер Кан в сопровождении двух качков, что отгораживали нас от фанаток, подхватил меня под руку и потащил к FB.

А у меня даже челюсти от напряжения свело.

А у Калеба, кажется, свело не только челюсти, но и все остальные мышцы в теле. Его точно бетоном залили в самый неподходящий жизненный момент. Стоял и смотрел на меня огромными глазами, как будто ему мозг заклинило и никак не отпускает.

– Тейт, перейдём к более неформальному виду общения? – прошептал мне на ухо менеджер Кан.

Тупо кивнула.

– Ты приняла правильное решение, – улыбнулся Кан, поднял руку и лёгким движением снял с моей головы шапочку.

Красные пряди россыпью упали на плечи.

Новый взрыв толпы, вспышки фотокамер.

Мама, роди меня обратно!

Почему это происходит? Что вообще происходит? Как можно выкрикивать имя той, о ком они ничего не знают? Для них я не певица, не музыкант, вообще никто! Аватар! Интернет-девушка Шейна, каковой они меня сами же провозгласили!

И они сходят из-за этого с ума…

– Фанаты должны увидеть твой новый стиль, – сказал мне на ухо Кан, улыбаясь.

– Чьи фанаты? – произнесла, с недоумением глядя на толпу.

Боже, что я здесь делаю?..

Это сон… Я сплю…

– Фанаты FB! Они и тебя любят! – улыбался на камеры менеджер.

– С каких это пор? Они не меня любят, а ту, что сами себе нафантазировали… Что вообще происходит? – выдохнула, чувствуя себя расчленённой лягушкой на уроке биологии. – Что вы здесь устроили?

Взглянула на менеджера потрясёнными глазами, но тот лишь давился улыбкой и слабо хлопал меня по плечу.

– Отдай охране свои вещи, – протянул руку за сумкой и гитарой.

Сумку отдала, гитару нет.

Да и сумку не должна была.

Я должна бежать отсюда со всех ног!

Только вот ноги – как два мешка с цементом.

Они ведь только что подкинули всем этим безумным фанатам новый материал для выдуманных историй! Вот что они сделали! Меня решили показать! Достать меня из Интернета и продемонстрировать на публику! Оживить мой персонаж!

Вот попала! Не-е-ет, надо проваливать, пока ещё не поздно.

Круто развернулась. Не знаю зачем. Не знаю, что собиралась сделать, просто не могла больше смотреть на эту толпу и слышать своё имя! Даже не знаю, куда бежать собралась, но, так или иначе, попытка не удалась: врезалась всем телом в Шейна и едва не потеряла равновесие, но менеджер Кан вовремя подхватил под руки, вернув меня в прямостоящее положение.

А чёрные глаза смотрели в мои. Такие пустые, такие равнодушные. Тяжёлые веки слегка опущены, словно и нет меня перед Шейном. Словно я призрак и он смотрит сквозь меня. Челюсти расслаблены – он даже не злится. Руки спрятаны в карманы джинсов, лицо застыло в идеальном безразличии. Ни одна мышца не казалась напряжённой. С таким же успехом я в вон ту стенку могла влететь, реакция была бы та же.

Зато вот толпа не смогла проигнорировать этот инцидент.

– Целуй! Целуй! Целуй! – вот что они заскандировали.

Менеджер Кан тут же принялся призывать их к спокойствию, что-то втирая о том, что мы не можем делать это на публике.

Чёрт возьми! Да это подстава! Самая большая подстава в моей жизни!

– Целуй! Целуй! Целуй!

– Прошу вас, не стоит просить их об этом! – кричал менеджер.

А мы с Шейном всё это время смотрели друг другу в глаза. Без капли радушия и огня между нами. Пламя замёрзло, один лёгкий удар – и оно рассыплется на мелкие хрусталики льда. И больше никогда не загорится. Всё пропало. Ничего не осталось. Ни от него. Ни от меня. Ни от того, что между нами было. И всё это я вижу в его карих глазах.

Захотелось рассмеяться собственной глупости. А чего я ждала? Радушной встречи?

Я знала, что так будет. Он никогда не повзрослеет. До конца своих дней будет жить в мире иллюзий, где всё происходит по его прихоти. Где Шейн – суперзвезда, а все остальные его просто не понимают. Все остальные его бросают. Так же, как сделала это я…

Он так и смотрел на меня, не отрывая глаз: пустым, безразличным взглядом. Даже обиды в нём не было – маска. Новая маска на лице. Только на этот раз непробиваемая.

– Ну всё. Достаточно! – Менеджер Кан подтолкнул меня в спину и тем самым заставил шевелить ногами, так что я первая отвела взгляд от лица Шейна.

На Калеба посмотреть не успела – меня толкали на регистрацию. Но Патрик и Джаред обступили с обеих сторон.

Джаред улыбался. И так искренне!

– Тейт! Я рад тебя видеть, детка! – воскликнул он, достал из кармана мобильный и включил камеру: – Селфи? Ты вроде как сейчас популярна. Запостим в Твиттере?

– Отвали от неё, Джаред. Тут и без тебя камер хватает. Дай ей выдохнуть, – вступился Патрик, слегка неловко мне улыбаясь и почёсывая гриву пшеничных волос.

Обернулась. Калеб шёл следом и прожигал меня огромными глазами, с лицом человека, у которого бурный поток слов рвётся из нутра, а ему приходится им давиться. Лишь вопросительно дёрнул бровями, в стиле: «Какого чёрта происходит?» Но я не знала, как ему ответить, да и что ответить?

А Шейн всё ещё стоял на месте и провожал меня взглядом. Только с такого расстояния я уже не могла видеть, что творится в его глазах.

О да… Вот и начинается новый этап моего противостояния. Толпе фанатов, своему ожившему интернет-персонажу, директору Соку, Шейну… И самой себе.

ГЛАВА 8

– ЧТО вы мне предлагаете?! – переспросила удивлённо.

Лос-Анджелес. Главное здание Victory Records. Сижу в кожаном кресле в кабинете мистера Тура, а передо мной с важным видом расхаживает директор Сок. В чёрном выглаженном костюмчике и до блеска начищенных туфлях.

Знаю, что прилетел он всего несколько часов назад и, услышав о моём приезде, даже отложил дела и пригласил пройти в кабинет для разговора.

Светлый кабинет мистера Тура – генерального директора Victory Records – мне нравится. Тот, кто сейчас по нему расхаживает, мельтеша перед глазами, – определённо нет.

Сок остановился передо мной, завёл руки за спину и со всей своей наигранной любезностью мелодично повторил:

– Я предлагаю вам сольную карьеру рок-певицы.

Прокрутите, пожалуйста, ещё раз.

Мне плакать или смеяться в голос от этой новости?

– А сейчас вы скажете, что меня разыгрываете! Где скрытая камера? – бросила с усмешкой.

Мистер Сок натянуто улыбнулся и сделал ещё шаг в мою сторону:

– Мисс Миллер, на подобного рода розыгрыши у меня совершенно нет времени. Если бы вы знали, сколько дел я отложил ради встречи с вами, непременно перестали бы сомневаться.

Ещё минут десять он втирал мне, что это не розыгрыш! Потому что эта новость оказалось слишком сложной для моего восприятия. А всё потому, что подобные предложения таким, как я, без подвоха не поступают.

Сок в сотый раз взглянул на часы и терпеливо вздохнул:

– Перейдём к сути, мисс Миллер. – Протянул мне несколько скреплённых между собой листов бумаги и выпрямился: – Это контракт. Прошу ознакомиться со всеми пунктами и в самое ближайшее время сообщить о своём решении. Если не найдёте меня, обращайтесь к мистеру Вонгу или менеджеру Кану.

Неуверенно приняла бумаги, но смотреть продолжала на директора Сока.

– Что ж, раз уж мы перешли к сути, выкладывайте, в чём подвох.

– Мисс Миллер… Тейт… – Терпеливо вздохнул. – Разве я должен вам что-то рассказывать? Вы ведь и так прекрасно осведомлены о том, что происходит. Я и сам, признаться, не мог и подумать, что предыдущий скандал обернётся для всех нас подобным образом, но давайте будем честными – и для вас, и для Шейна, и для агентства это пошло на пользу.

– Так в чём польза-то? – продолжала насмехаться я, не удостоив контракт своим вниманием.

Новый вздох и новый взгляд на часы.

– Послушайте, неужели вы не в курсе того, какая всего несколько месяцев назад у Шейна была репутация? Сколько было скандалов, сколько заявлений было сделано от моего имени… Этому конца и края не было видно! А потом вдруг появились вы – очаровательная девушка с необычного цвета волосами, и Шейна будто подменили!

И снова смеха не сдержать!

Так вот кто я теперь?! Очаровательная девушка?! Кто бы мог подумать!

– После вашего уже всемирно известного поцелуя, – продолжал директор, будто не замечая моего поведения, – ещё не произошло ни одного инцидента касательно лидера группы, вызвавшего бы у фанатов недовольства! Что вы с ним сделали, позвольте поинтересоваться?

– Ничего, – тупо протянула я, пожимая плечами и продолжая по-идиотски улыбаться.

– Ни-че-го, – по слогам повторил директор Сок и медленно закивал. Вновь взглянул на меня: – Это бизнес, Тейт, поэтому мне нет смысла скрывать от вас то, что вы и так рано или поздно узнаете. Или поймёте. Мы просто не имели права упустить такого человека, как вы. Агентству даже особых усилий не надо прилагать, чтобы вас раскручивать. Ваше имя и так на слуху! Фанаты Шейна всё сделали за нас – в благодарность вам, разумеется, за то, что Шейн, так сказать, встал на правильную дорожку. А всё, что осталось сделать нам, – это показать им вас, Тейт! Только не как звезду Интернета и неофициальную девушку Шейна, а как талантливого музыканта и певицу… Вы хоть представляете, какая слава вас ожидает?

– А что, если им не понравится моя музыка?

– Тейт, – директор миленько улыбнулся, – разве вы уже забыли, сколько людей проголосовало за ваш талант на шоу?

Сок ещё некоторое время сверлил меня решительным взглядом, затем тяжело вздохнул и вновь зашагал по кабинету:

– Вами займутся стилисты, для вас напишут песню, придумают сценический образ. Вашу музыку услышат миллионы, разве не этого вы хотели?

Резко подняла на него глаза:

– Я не хотела становиться интернет-девушкой Шейна и добиться всего этого лишь благодаря ему!

– Но это уже случилось! – повысил голос Сок, невесело усмехнулся и всплеснул руками. – Уже! Примите как должное! Вы просто родились под счастливой звездой удачи.

Я выглядела всё более и более недовольно. Поёрзала в кресле, которое вдруг стало казаться дико неудобным, и решила выяснить детали:

– Звучит так, будто вы меня уговариваете, а не ставите условия. В то время, когда и выбора у меня особого нет, не так ли?

Сок замер напротив стола, некоторое время стоял ко мне спиной, видимо, проглатывая раздражение от моего упрямства, затем вновь развернулся и нацепил на лицо деловитую улыбку:

– Условие и вправду есть, но вы ведь и так догадываетесь, что к чему, верно, мисс Миллер?

Я сузила глаза:

– Если я не подпишу контракт, то придётся выплатить штраф.

– Именно, – милейше улыбнулся директор. Какой душка.

– И всё?

– И всё. – Сок развёл руки в стороны. – На данном этапе это всё, чего мы хотим, и всё, что вы должны сделать.

Значит, они не собираются активно рекламировать меня как девушку Шейна? Что-то с трудом верится…

– Что тогда за цирк был в аэропорту? – спросила с вызовом. – О, только не говорите, что не в курсе. Это ведь были ваши указания, директор?

Сок коротко пожал плечами в стиле «что может быть проще» и ответил:

– Мы решили показать вас публике рядом с такими знаменитостями, как FB. Это добавило вам несколько плюсов перед фанатами, можете поверить. Я давно варюсь в этом мире лоска и скандалов. И точно знаю, что делаю. Никакого скрытого подтекста в моих распоряжениях не было, мисс Миллер.

– Меня все восприняли как девушку Шейна! – Я даже на ноги вскочила от услышанного бреда. – Никакого скрытого подтекста, говорите, не было?! Да вы в открытую меня прорекламировали, даже не получив от меня никакого согласия на это!

– Зато теперь все убедились в том, что вы не миф, выдуманный поклонниками, и имеете прямое отношение к FB, к R.Q. Entertainment и к Шейну соответственно. Но официального заявления о ваших с ним отношениях от агентства не поступало, об этом можете не волноваться. Всё, что мы сделали, – это подогрели интерес фанатов к вашей персоне. И вашей сольной карьере; в том случае, если вы подпишете контракт, это очень пойдёт на пользу.

Я вновь не сдержала абсурдного смешка:

– А вы уверены в себе, директор. А как же заявление Шейна на пресс-конференции? Ну, то, которое вы приказали ему сделать. О том, что я вроде как психованная фанатка.

Сок расплылся в ленивой улыбке:

– Да, но он не выполнил моих указаний, Тейт. Заявление Шейна прозвучало двусмысленно, за что в первую очередь и зацепились корейские фанаты. Им лишь повод дай, знаете ли, чтобы начать развивать любовную линию между двумя симпатизирующими друг другу людьми.

«Симпатизирующими…»

Гневно прищурила глаза:

– Так вот откуда это всё пошло? Из Кореи? Это там был придуман наш… альянс?

– Именно, – пожал плечами директор. – Сначала фан-клуб бушевал, как и его американские аналоги, а потом… через пару месяцев, когда все заметили, как Шейн изменился, – Сок победно взмахнул руками, – будто взрыв случился! Из сумасшедшей фанатки вы вдруг выросли до уровня девушки, благодаря которой Шейн повзрослел, отказался от ночных похождений и девушек на один раз.

– Он не повзрослел! – с уверенностью прошипела я и, скрестив руки на груди, отвела взгляд в сторону.

Раздались шаги директора по паркетному полу, и его высокий силуэт остановился в паре метров от меня. Выразительно приподнял брови:

– Вы уже успели пообщаться?

Наградила его тяжёлым взглядом:

– Нет. И вряд ли вы этого дождётесь.

– Так вы не ладите?

– А должны?!

– Это не мне решать, – улыбался Сок.

– А-а… так теперь не вам, да?! – цинично усмехнулась я и вплеснула руками. – Теперь для нас горит зелёный свет! Ура!

Глаза Сока недобро сверкнули, но фальшивая улыбка так и продолжила растягиваться на устах:

– То, чем занимаются фанаты, – их дело, мисс Миллер, и мы не вправе отбирать у них это. Но мы не можем упустить возможность для продвижения новой звезды, когда на горизонте такие перспективы.

– Потому что это выгодно для агентства!

– В первую очередь это выгодно для вас! Разумеется, в том случае, если вы подпишете контракт.

– И что будет потом? Продолжите сталкивать нас с Шейном лбами?

Мистер Сок поджал губы и медленно выдохнул через нос:

– Я же сказал: на данном этапе лишь одно условие. Становитесь моей подопечной, и я в считаные месяцы сотворю из вас кумира миллионов, либо выплачиваете штраф и возвращаетесь домой.

Чёртов шантажист!

– Потому что я – это живые деньги для агентства! – выплюнула с презрением. – Разве не так? Вам даже напрягаться особо не надо. Да я просто золотой жилой стала благодаря фанатам Шейна!

– Пусть так, – с потрясающим спокойствием согласился директор, пожав плечами. – Только не врите мне, мисс Миллер, и не говорите, что не рады такому предложению.

Тишина.

Сердце больно колотилось о рёбра, умоляя не совершать глупостей и сперва хорошенько над всем поразмыслить. Щёки пылали огнём, а ладони уже давно были сжаты в кулаки, будто мне и вправду хватит смелости врезать по этой гадкой роже. Может, и хватит… Кто его знает?

Ведь меня хотят использовать, вот что! На моём интернет-персонаже собираются зарабатывать огромные деньги! Кто бы мог подумать, что тот злосчастный поцелуй на поле в итоге выльется в… это.

Но Сок прав: я буду законченной лгуньей, если скажу, что не мечтала об этом. О том, что буду исполнять свою музыку на большой сцене, петь для миллионов, дарить им это чувство невесомости и блаженства, когда музыка и слова проникают в самое сердце.

Этого я хотела.

И сейчас именно это мне и предлагают.

И почему должна отказываться?.. Из-за кого? Из-за чего? Из-за какой-то там нелепости, придуманной фанатами Шейна в Интернете? Да чёрт с ней! Однажды это всё забудется как страшный сон. Про нас с Шейном забудут. А я останусь на сцене. Я и моя музыка. Да и не заставляют ведь меня реально с ним встречаться.

Впрочем, даже и выбора особого у меня нет. Откажусь, и придётся выплачивать штраф, а таких денег у меня не имеется, придётся судиться, ну или что ещё делать?.. Не на органы ведь себя распродавать.

Чёрт! Дал бы мне сейчас кто-нибудь дельный совет.

– Где мистер Тур? – поинтересовалась я, опускаясь обратно в кресло.

– Уехал по делам, будет через несколько дней.

– И к чьему агентству я буду относиться?

А вот теперь это напоминает деловые переговоры.

Сок кивнул на бумаги в моих руках:

– В контракте всё прописано. Сейчас многие агентства так поступают. В рамках продвижения группы или сольного исполнителя в других странах, в данном случае в США, мой лейбл активно сотрудничает с агентством мистера Тура. Так что, пока вы находитесь в Штатах, вас представляет Victory Records. Как только мы вернёмся в Сеул, продвижение по Азии будет происходить при поддержке R.Q. Entertainment. Всё просто.