Поцелуй Вечности

A. Valeyv

Поцелуй Вечности

Случайная встреча

Вы задумывались когда-нибудь: Почему Любовь бывает зла? И зло ли это? Никогда не знаешь, кого полюбишь. Карен было всего 35 лет. Еще в детстве она решила стать журналистом и писать, творить, креативить. А где-то годам к 25 Карен планировала выйти замуж за красивого, умного и сильного мужчину. В ее мечтах появлялись то иностранцы, то полисмены, то борцы за свободу. Все красивы, умны, сильны и безумно любят ее, а она их. Жизнь быстро ставит все на свои места. В 17 лет Карен забыла про журналистику и пошла учиться на инженера. Ведь это стабильнее, так ей говорили. Так разрушилась ее первая мечта. Теперь в свои 35 она работала делопроизводителем на одном (вернее единственном) большом предприятии своего маленького города. Замужем эта симпатичная брюнетка тоже была, у нее родился ребенок. Теперь Карен жила в разводе. И ребенок стал единственной радостью. Да, замуж она выходила за симпатичного, неглупого, обычного парня. И случилось это в 26, так как она забеременела от него.

Почему так произошло? Что стало с мечтами? Нет, она не жалеет. Но хочет большего. Она знает, что способна достичь высот несмотря на то, что каждый день становится чуть старше. Может Карен сознательно занижает планку? Ничего она не занижает. Она делает как все, просто «живет» по течению. У нее даже появился любовник на какое-то время: привлекательный, умный и… женатый. Как она, такая дамочка, интеллектуалка, скатилась до женатого любовника? Но не зря говорят: «бойтесь своих желаний». Карен спасло только одно: она вовремя спохватилась и подумала. Да, она работала на нелюбимой, унылой работе. Но также по утрам Карен писала свой блог на темы подсознания и психики, массового программирования, вечера проводила с ребенком. С любовником встречалась всего год раз в месяц, и прекратила свои отношения с ним. В тот момент она выросла в своих глазах. Это дало свои плоды и добавило ей уверенности.

***

Это утро было таким же, как и другие: рабочим. Карен вовремя пришла в офис, присела за свой компьютер и с отвращением посмотрела на длинноволосую женщину за компьютером впереди себя. Та все время смеялась, была сплетницей и подлизой. Все пыталась похудеть вместе со своими подружками. Их у нее было две, и они не только работали в этом же офисе, но даже их столы с компьютерами находились рядом. Они тоже раздражали Карен. И вообще ее сегодня все бесило.

Худеющие уже с утра уплетали трубочки со сгущенкой и запивали чаем. Карен обвела глазами большой отдел, где работало около 40 человек. Все женщины и только 7 мужчин на руководящих должностях. Мужчинами их назвать было сложно, так как они постоянно опускались до сплетен. Кто-то уже сидел за своим компьютером. На работу пришли еще не все сотрудники. Но большая часть людей уже была в офисе. Карен решила выйти в туалет.

Она шла по длинному коридору и думала: «Я хочу быть креативной, нужно как можно больше развиваться, чтобы уйти с этой работы. И не сводить концы с концами, жить не от зарплаты до зарплаты, а жить. Тем более скоро надо будет платить за учебу сыну. Я должна, у меня получиться».

Карен подошла к умывальнику и посмотрела на свое отражение. Из зеркала на нее смотрела миловидная брюнетка с короткой стрижкой, длиной челкой, которая игриво свисала на левый бок. Карие глаза были очень аккуратно подкрашены, а коралловые губы дополняли ее образ. Ее бледно-розовая кофточка и синие обтягивающие джинсы достойно подчёркивали стройную фигуру. Карен всегда себе нравилась, но иногда прямо очень. Сегодня – прямо особенно. Определенно, Судьба ее к чему-то готовила.

Женщина вздохнула и пошагала в отдел.

Вот на уже подошла к двери отдела и потянула за ручку. Сначала запах: порох, или что-то горящее. Карен слегка уловила это и открыла дверь. В доли секунды к ней подлетел парень лет 25 в белой футболке и тугих бледно-синих джинсах:

- Я закрою, - произнес он и улыбнулся, но его улыбка была похожа больше на оскал. Потом он добавил уже грубее - проходим, не толпимся.

Карен посмотрела вглубь отдела и обалдела. Она сразу почувствовала это. Но прежде ее глаза увидели людей, ее коллег, которых согнали на середину офиса. Столы были сдвинуты сбоку. А перед почти 15ью сотрудниками стояли несколько мужчин с винтовками на перевес. Один из них рыжеволосый с бородой уселся за компьютер у окна и вставил какую-то флешку. Двое других встали с двух сторон от заложников. Один стоял у окна. Ну а пятый? Карен подошла к заложникам, и этот пятый, видимо, главный, жестом остановил ее с правого края:

- Вставай здесь, милая. Будешь радовать мои глаза.

Тот, что закрыл дверь за Карен, прошел чуть дальше и присел на край стола напротив людей, держа свое ружье или винтовку (Карен не разбиралась в оружии) в руках.

Сначала Карен показалось, что они все молодчики, но теперь ясно видела, что кому-то 30 или даже 40.

Их главный подошел к ней и сказал, глядя ей в глаза:

- Для тех, кто не слышал. Мы никого не тронем, если нам не будут мешать.

«Черт, - пронеслось у нее в голове, - симпатичный».

- Мэрс, - крикнул парень за компьютером. Мужчина отошел от женщины и подошел к рыжеволосому. Они о чем-то пошептались. После чего Мэрс потер ладони и улыбнулся.

- Ну, вот, у нас всего час и все разойдутся по домам.

- Мы…, - начал было лысоватый начальник офиса.

- А если все будут держать рот закрытым, - гаркнул Мэрс, надвигаясь на него – то будет вообще классно.

- Но, - не унимался тот.

- Тихо, - Мэрс поднял угрожающе брови.

- Вы, - продолжал тот.

Мэрс мгновенно подскочил к нему и схватил его за горло.

- Ты что дурак? Лучше замолчи. Знаешь, фразу, - он отпустил его и произнес: - «Лучше помалкивать и быть дураком, чем открыть рот и окончательно доказать это» Классная фраза. Не помню, кто ее сказал, - Мэрс задумался.

- Фразу приписывают Линкольну или Марку, - Карен запнулась, так как Мэрс посмотрел на нее, - Твену, - она сглотнула и прижалась к стене позади себя. Мэрс направился к ней. Он неспешно подошел близко и посмотрел ей прямо в глаза. Синева его томных глаз покорила Карен. Она не могла отвести взгляд. И Мэрс это почувствовал. Бывает же такое. Случай один на сто тысяч. Он приблизился еще.

- Точно Марк Твен, - Мэрс дал ей больше личного пространства. Карен невольно скользнула глазами по крепкой шее мужчины. И задержала взгляд на его татуировке. Вернее, на той ее части, что вырисовывалась на шее и была видна из-под легкой белой футболки.

- Ты смотришь на тату или на меня, - улыбнулся Мэрс краешком рта.

- Это, это скорпион, - нерешительно сказала Карен.

- Да, верно, у нас у всех такие, - ответил парень у окна. Двое около заложников даже не среагировали. Как роботы. Рыжеволосый за компьютером тоже не пошевелился. Вообще самым живым казался только Мэрс.

- Я думала, что «скорпионы» добрые ребята. - Она посмотрела в темно-синие глаза Мэрса, - я читала о вас в интернете. Вы, вроде как, отряд за справедливость.

Мэрс усмехнулся и впился в нее взглядом:

- Как тебя зовут?

- Карен.

- И что ты тут делаешь, Карен?

- Работаю вообще-то, - она смотрела на Мэрса волнительно, - заношу документы, проверяю документы, потом…

- Понятно, - остановил ее Мэрс, - а чем ты живешь, Карен? И не говори, что этим. Это интересно?

- Скучно, - честно призналась она.

- Так что ты тут делаешь? – не унимался он.

- Я, я… плыву.

- Плывешь? Знаешь, Карен, что меня удивило, когда ты только вошла в эту дверь, - Мэрс снова подошел к ней.

Она вдохнула его запах и почувствовала его дыхание. Ей нравилось, как этот крепкий парень-мужчина, наверное, ему было также как и ей около 35, по имени Мэрс, смотрел на нее. Самое странное, что она чувствовала взаимную связь. Такого в ее жизни еще не случалось.

- Ты отличаешься от них, ото всех, - Мэрс медленно моргнул, - ты не боишься, как будто тебе все равно. Ты смотришь на меня по-другому. Не так, как они, - он указал на заложников, ее коллег, рукой.

«Эти губы сведут меня с ума, - пронеслось у него в голове, - фак, как же меня тянет к ней. С виду простая, но что-то в ней есть».

- Мне нравится.

- Что тебе нравится? – не поняла Карен.

- Много всего. Красивая одежда. Комфорт. Правда. Ты, - он улыбался. Карен не удержалась и тоже слегка улыбнулась ему.

- Все готово, - прохрипел рыжеволосый, - файлы у нас, можем перенаправить.

Мэрс неохотно отошел от Карен и подошел к рыжему парню, который уже упаковывал флешку и свой ноутбук. А Мэрс быстро наклонился к столу на минуту, потом резко расправил плечи и сказал:

- Дамы и господа, вы свободны. Молодцы. Вели себя хорошо. И, действительно, люди стояли целый час, боясь пошевелиться.

Мэрс подошел очень близко к Карен и наклонился к ее уху, громко произнес:

- Нужно работу выбирать по душе, милая, - он улыбнулся и отправил ей воздушный поцелуй.

Их группа из 5 человек удалилась. Только в руке Карен после слов Мэрса остался маленький скомканный клочок бумаги, который станет самым дорогим ее сердцу предметом.

Примерно через часа 2 после всех вопросов полиции и обсуждений, люди начали расходиться по домам.

Она, наконец, смогла выйти из кабинета в коридор, где никого не было и развернуть скомканный листочек. На нем мелко было написано: «Гостиница «Рояль», 1555 комната и 13.00. Карен, изменить можно все. Только тебе решать».

***

Карен в светлом платье немного ниже колен и чуть завитым каре, в изящных босоножках на низком каблуке, стояла у входа в гостиницу «Рояль». О чем она думала? Входить или нет? Нет. Она думала совсем о другом. Она – хозяйка своей Жизни. Ни общество, ни законы, ни морали. Она. Сейчас Карен увидит Мерса. И то, что почувствует, навсегда определит ее судьбу, и судьбу ее ребенка. Самое интересное то, что страха не было. Она действовала по интуиции, которая никогда не подводит.

Вот она уже поднялась на указанный этаж и постучала в номер. Кровь пульсировала в висках, сердце колотилось, дыхание участилось. Дверь открылась. Мэрс стоял перед ней в синих джинсах, босой, а на голове свисало белое гостиничное полотенце. Он стянул полотенце с головы и улыбнулся, протянул руку Карен. Она сделала шаг и дверь за ней захлопнулась. Карен очутилась в уютном гостиничном номере.

- Зачем ты позвал меня, Мэрс?

- А зачем ты пришла, Карен? – Мэрс подошел к ней ближе и быстро прикоснулся своим лбом к ее. Одежда с них слетела мгновенно. Мэрс целовал Карен страстно. Она отвечала ему также страстно. Два человека, кто застрял в рутине своей жизни, выпустили чувства в мир. После всплеска и выплеска всех горячих эмоций, они оба ублаженные лежали в обнимку долго, не говоря ни слова. А потом Мэрс сказал: