Книга Локи. Древние руны

Также я заметил, что моя форма, как форма некого «фитиля» стала несколько меняться. Я, будучи в огне, не очень мог эту форму видеть, да и само выражение этой формы было вторично, это было нечто подобное тому, как мы в физическом мире воспринимаем тень. Но также, как мы замечаем изменение формы тени, так и тут я заметил изменение формы «фитиля». Этот «фитиль» стал принимать форму, как нечто среднее между формой человека и саламандры, форму такого человека-ящура. Возможно это был некий переходный вариант, переходная форма, которая плавно обеспечивает переход к форме саламандры. В этом я тоже увидел некий путь, путь определенной трансформации. Ибо нельзя было остаться и Жить в Муспельхейме в прежнем виде.

В этом новом понимании, в том числе и в понимании себя, я увидел Локи. Локи в огне. Он всегда в Огне. Под влиянием Локи я стал думать о природе Огня, вернее о питании Огня. Ибо любой огонь надо питать. Я увидел Муспельхейм, как гигантскую топку, в которой… сгорает Вода! Впрочем, тут нет ничего необъяснимого и странного, это лишь странно на первый взгляд. Вода разлагается на водород и кислород и далее происходит процесс горения водорода, процесс окисления водорода кислородом. В результате образуется вода, которая… Которая вновь разлагается на водород и кислород и снова водород сгорает, соединяясь с кислородом. Круговорот воды, вихрь.

Непосвященному кажется, что мы лишь видим перед собой гладь воды, или текущую воду, или мчащийся поток воды, но на самом деле, мы видим вселенский вихрь вселенского Муспельхейма. И в зависимости от этого вихря вода или образует тихую заводь, или течет, или мчится бурным потоком. И это все с точки зрения обычного физического пространства находится в одной точке. Стихия Воды, как носитель и стихия Огня, как постоянный трансформирующий фактор этого носителя. Причем стихия Воды постоянно переходит в стихию Огня и наоборот. Но вот процесс почему-то затихает и из Воды формируется Лед. Кристаллизация Воды, кристаллизация процессов. И это все тоже в одной точке пространства. Муспельхейм и его противоположность Нифельхейм, как Царство Льда, находятся в одной точке пространства и там же находится Мидгард, как средняя точка, как Царство Воды.

При понятии «Лед» Локи поморщился. Больше я не стал думать вместе с ним об этом. Да, я не говорил с Локи, я думал вместе с ним. Такая форма диалога, беседы.

Но вода не обязательно будет чистой и тем более не будет идеально чистой. В ней много чего есть. Даже с физической точки зрения. Соли металлов, какие-то примеси и так далее. Но это лишь физический план. Если мы возьмем тонкий план, то вода — это густо «заселенная» материя. В принципе это бульон. Любая вода есть бульон, даже самая на наш взгляд чистая. Просто концентрация этого физического бульона очень мала и кажется, что это «кристально чистая» вода. Ибо тонкий план мы не видим. Но концентрация физических «присадок» может быть большой и вот перед нами уже, или бульон из нашей кастрюли, или некий раствор, применяемый в той или другой цели, в частности кровь, да, кровь, или просто грязная вода после мыться полов. И существо с тонкоматериальным зрением нечто подобное, только тонкоматериальное, может видеть в воде, видеть ее как тонкоматериальный бульон.

И вот вода, разлагаясь и сгорая в Муспельхейме, и потом вновь образуясь в воду, в себя саму, становится девственно чистой, стерильной. Чистейшая вода. Самоочищение воды, скажет кто-то, но это не самоочищение, а очищение Муспельхеймом. Все же вещества бульона, и в первую очередь, сейчас нам нужно подумать о тонкоматериальной субстанции или сгорают, давая дополнительную силу Огню, или «падают» «вниз», как «шлак». Происходит сепарация, разделение. И все получают свое. Это фраза обозначает очень много…

Вода, круговорот воды, движущаяся вода, а тут именно происходит колоссальное движение воды. Да, руна Laguz. И вот эта руна перед мной. Она постоянно мерцает, то всеми красками огня, то красками воды. Огонь, всепоглощающий огонь, на первый взгляд виден только он, но потом… И прямая руна Laguz выражает низвергающийся поток чистой, абсолютно чистой воды, а зеркальная руна Laguz выражает поднимающийся (восходящий) поток воды, движущийся разложиться на водород и кислород и сгореть в Муспельхейме.

И тут я увидел перед собой вязь:

Тут была руна Fehu, руна Fe, как зеркальная руна Fehu, руна Laguz и зеркальная руна Laguz, руна Perthro и руна Gebo. Да, руна Gebo, подобно рунам Gebo Альфхейма здесь формируется «ветками» рун Fehu и Fe. Это партнерство и это исключительно деловое партнерство творческого замысла нового цикла, нового дела или идеи руны Fehu и ресурса руны Fe, который обеспечит реализацию цикла, дела, идеи. А вот о руне Perthro разговор будет позже.

И тут была руна Raidho! Вот она руна Raidho. Это руна дорог, эта руна путей. Это и путь сепарации, разделения, сортировки. Это и путь подъема вверх, в частности — мой подъем в Альфхейм. И это путь сгустков «шлака» или меня как «шлака» в целом вниз. И это просто множество путей и дорог, как выражение путей и дорог движущейся воды.

Тут я немного отвлекся от путей и дорог. Я вспомнил свою вспышку и дальнейший подъем в Альфхейм. Да, это же выражение Феникса! Сгорающий Феникс, который перерождается в свет. И потом будет новый Феникс, который также сгорит и переродится. Да, это руна Perthro, но здесь она в отличие от руны Perthro Альфхейма не обеспечивает воплощение, как путь души в физическое тело рождающегося человека, путь в Мидгард, а путь в Альфхейм, это путь души, возвращающейся Домой, где она сольется со своим Духом. Или это путь человека, ставшего духом и который уже становится Духом и возвращается Домой.

Но нужно было вернуться к руне Raidho, к выражению дорог и путей. И эти пути, а также Пути и есть некая решетка нашего бытия и Бытия вообще. Да, это решетка, но она уже есть, и она соткана Норнами. Это Полотно Мира. Но можно пройти по ней вот так, а можно вот эдак.

Локи долго и внимательно посмотрел на меня, и я наполнился неким Знанием, обсуждать которое в своих мыслях сейчас не следовало.

Я проснулся на этот раз наяву. Меня тряс за плечо какой-то негр.

— Господин, вставайте господин, уже 11 часов утра, — бормотал негр.

Тут распахнулась дверь, в комнату влетела повар Ирина и стала лупить тряпкой негра, ругая его. Негр выскочил из комнаты.

— Ну посмотрите, что твориться-то, — сказала она, — Константин, зараза, достал где-то резиновую маску негра, натянул черные перчатки и развел меня дуру по полной.

Махая тряпкой, она удалилась. Да, возможно над розыгрышем Константина можно было повеселиться и узнать, как он разыграл Ирину, но времени на это не было. Мне надо было «собираться в кучу» и ехать на занятие. Тем более до занятия было еще пара дел.

Начало занятия пришло перенести на час. Люди задерживались, звонили, извинялись, просили подождать их. Дороги, дороги… Пути… Наконец все собрались.

Я стал говорить про руну Raidho.

— Руны Fehu, Fe и прямая руна Laguz формируют прямую руну Raidho. Прямая руна Laguz, как выражение чистой Воды и дает Путь Raidho, как Путь чистой Воды. Это выражение развития, это движение по Руническому Кругу, это, если высказаться высокопарно, — Путь Правды. Да, мы понимаем, что правда у каждого одна, а иногда, как в одном советском анекдоте, это вообще оказывается не «Правда», а «Известия». Но если говорить серьезно, что здесь понятие Правды тут обозначает Путь Эволюции.

Руны Fehu, Fe и зеркальная руна Laguz формируют зеркальную руну Raidho. Зеркальная руна Laguz, как выражение воды, идущей к своему очищению, но в тоже время являющейся выражением потенциальной энергии дает путь Raidho, как путь житейской, или бытийной мудрости. На самом деле, в этой воде много чего есть, в том числе собран гигантский опыт бытия. Как говорится, — «здесь дворами пропетляем, но без „пробок“ мухой долетим». Хорошо, когда «мухой». Но вот некий Вася мебель разгружает и все, — нет проезда по двору… И это надолго. «По пробкам» быстрее бы получилось, ибо дорога там прямая как стрела, почти как «путь к светлому будущему». Кто знает, кто знает… Но варианты есть. Если же говорить «по-народному», так это путь некой Кривды. Это путь инволюции, которая, как не странно, иногда приводит к Эволюции.

Дороги, которые мы выбираем… Почти по О’Генри. Да, есть матрица, или решетка Норн, как некий Глобальный Аттрактор, в пределах которого мы можем сделать выбор. Но насколько мы сами самостоятельны в этом выборе?

Я вспомнил долгий взгляд Локи и продолжил.

— Оставим же пока этот вопрос и рассмотрим этап руны Raidho. После этапа Божественного Одобрения сделанного, а иногда, и по большей части, внесения определенных корректив, на этапе руны Raidho начинается стремительное, я подчеркиваю стремительное раскручивание вихря, «набираются обороты» Рунического Круга. Вперед, вперед, только вперед! Это явно, очевидно и конкретно выражено. Говорить об этом в деталях смысла нет, нужно просто показать, сам масштаб, саму глобальность действа.

Но за всем этим совершенно не виден факт, что все это следует определенному маршруту, мало того, тщательно выверенному маршруту. Поехали и махнули рукой, или сначала махнули, а потом поехали. Важнейший вопрос! Что было сначала… А куда поехали-то? Так, поехали же, у… как… красиво! Не просто красиво, завораживающе. Представьте огромнейший вихрь, до звезд, и ты в этом вихре… Все остальное не важно.

Вот он — важнейший момент данного этапа, которого никто просто не видит. Не виден маршрут, не виден путь. А теперь посмотрим: Локи инициировал руну Fehu, начало нового Рунического Круга, на этапе руны Fehu. Да, сценарий был известен Богам, и они принимали непосредственное и активнейшее участие в разработке этого сценария и утвердили этот сценарий. Но инициация то произошла неожиданного для Богов. Игроки никогда не знают в какое мгновение будет вброшена шайба. И сейчас, на этом этапе все опять в руках Локи (вернее в его голове). Мы сели в маршрутку, следующую от пункта А до пункта Б, но не знаем какой дорогой нас повезут. «Так мы не той дорогой едем». «А там ремонт дороги, поэтому едем в объезд». Мы не знаем какой дорогой нас везут. И Боги не знают! Таковы правила игры, Большой Игры.

Нет, естественно, здесь нет никакого хаоса и состав вместо Калиниграда на Камчатку не отправляют и поезд из Саратова в Москву через Сочи не идет, но детального маршрута никто не знает. Кроме Локи, конечно.

Если мы вернемся к нам, к нашим скромным персонам, то у каждого из нас есть своя частица Локи, а у кого и сам Локи, и только он сам или его частица знает конкретную дорогу.

— Теперь, — сказал я, — перейдем к применению данной руны.

— Поставим данную руну после руны Uruz в нашей вязи? — предложил Юрий, мужчина с бородкой.

— Как вариант, — ответил я, — здесь мы как бы неким вихрем открываем себе дорогу, путь. Если ничего не ставить после данной руны, мы просто открываем себе, как птице окно в…

И я характерно развел руками.

— Либо мы должны за этой руной поставить руну, которая конкретизирует целевую точку этой дороги.

— Тогда зачем ставить после руны Uruz руну Raidho? — спросила девушка, всегда сидящая рядом с молодым человеком, ее звали Светлана, — можно стразу поставить эту целевую точку.

— Да, ответил я, — чем меньше рун в вязи, тем лучше. Но в определенной ситуации наличие руны Raidho после руны Uruz и перед завершающей руной в вязи оправдано. Это оправдано в том, случае если вы хотите акцентировать не одномоментный результат от вязи, а делаете акцент на формировании длительного процесса, некого пути, который приведет и далее будет приводить к обозначенной цели.

— Мы пришли всерьез и надолго, — добавила Наталья.

— Да, верно, — согласился я.

— Также мы можем использовать данную руну, просто как одну руну, в случае открытия дорог, формирования динамики развития ситуации, процессов и так далее. Мы также можем дать данной руной защиту в дороге, в путешествии, защитить транспортное средство формулой Algiz — Raidho — Algiz.

Нужно понять, что мы сейчас формируем другой подход к Рунам и Руническому Искусству, подход с позиций Древнейших Рун и поэтому с этих позиций мы должны каждую уже известную формулу заново переосмысливать.

На том мы закончили. И все разошлись, разъехались. Разными дорогами, но путь-то сейчас у всех, или во всяком случае у многих из нас, кто был здесь сегодня, один, — путь нынешнего рунического вихря.

Глава 6. Руна Kenaz

Я поехал дамой на такси. Мой автомобиль нуждался в ремонте, и водитель поехал на нем в автосервис. Я хотел вызвать автомобиль по приложению в смартфоне, но смартфон почему-то разрядился, хотя я заряжал его до поездки в Москву. Я вышел из здания и решил «поймать» такси старым способом, тем способом, которым мы пользовались, когда мобильных телефонов не было. Впрочем, это было излишним, так как такси уже стояло возле входа из здания. Я быстро договорился с таксистом о поездке и о ее стоимости и сел на заднее сидение.

Проехав некоторое время, таксист включил радио, ища при этом какую-то определенную радиостанцию. Через некоторое время в салоне раздался хриплый голос Эдит Пиаф. Таксист оставил радио в покое и сосредоточился на вождении автомобиля. Песня закончилась, но тут же началась новая. Видимо передавали концерт певицы. Мы ехали молча. Это молчание, этот концерт, который мало ли кого мог заинтересовать, атмосфера и энергетика вообще…

Встреча со старыми знакомыми может не сулить ничего хорошего, — подумал я. Но суетиться смысла не было, адрес я уже назвал, да и такси тут стояло не просто так. Да, никогда не надо садиться в первое такси, старое же правило. Впрочем, сейчас такси вызывают по-другому, поэтому это правило сейчас уже не актуально. Но вот сегодня… Мы молчали. Проехав еще какое-то время, таксист сказал:

— Alte Melodien erfreuen das Gehör.

— Sie haben wie immer Recht, mein Freund, — ответил я.

— Давайте лучше по-русски, — сказал таксист, — у Вас ужасный акцент.

— Хорошо, — сказал я, — давайте по-русски.

— Гюнтер сегодня прилетел, но он улетает завтра рано утром, — произнес таксист.

— Хорошо, — ответил я, — как я понимаю, я сейчас увижу его.

— Да, — сказал таксист и остановил машину.

Такси стояло возле сквера, через который можно было пройти на параллельную улицу. Я вышел из машины и пошел через сквер.

В сквере было пустынно, очень пустынно для этого времени. Как будто все прохожие избегали его и шли обходными маршрутами. На скамейке сидел мужчина. Понятно, что это был Гюнтер.

Я подошел и сел рядом.

— Добрый вечер, — сказал Гюнтер.

— Добрый, — ответил я, — надеюсь Ваша поездка была и будет успешной.

— Благодарю, — сказал Гюнтер, — я должен передать Вам небольшую посылку. Откроете, когда будете дома.

Гюнтер положил небольшой сверток между нами.

— До свидания, — сказал он.

— До свидания, — ответил я.

Гюнтер встал и пошел через сквер на параллельную улицу.

Я посидел еще немного, взял сверток и вернулся к такси. Таксист сразу тронулся с места. Доехали мы довольно быстро. Возле моего дома таксист остановился, я расплатился, и мы попрощались.

Зайдя в дом, я первым делом, поднялся в кабинет, положил сверток в сейф и только потом спустился к ужину.

Константин рассказывал, как он разыграл меня и Ирину, водитель хохотал, Ирина ходила вокруг них и возмущалась. Я приступил к трапезе, смотря на них какими странными глазами. Это «смотрение», если так выразиться, началось, когда я взял сверток. В этом «смотрении» не было ничего особенного, ничего не изменилось, у водителя не выросли вторые уши, а нос Константина не увеличился (впрочем, он и так всегда был большим). Просто я смотрел на них на всех, как удав смотрит на кролика. Откуда я знал, как удав смотрит на кролика я не знал, но четко знал, как удав смотрит на кролика. Игра слов, каламбур. Но этот каламбур был явью.

После ужина я поднялся к себе в кабинет. За окном было уже темно. Было тихо. Но эта тишина была даже какой-то напряженной, ожидающей, если так можно выразиться. Я достал сверток и распаковал его. Сверток был небольшой, а когда я удалил упаковку, то там вообще была лишь маленькая коробочка. Я выкинул упаковку и поставил коробочку на стол, заранее освобожденный от всего и накрытый скатертью. Я зажег свечу и погасил свет в кабинете. Свет свечи «выхватывал» из пространства, а теперь это уже был не кабинет, это была не комната, это было пространство, лишь коробочку, стоящую на полотне скатерти.

Тишина стала еще более напряженной. Я открыл коробочку, там лежало яйцо, обычное куриное яйцо. Правда штампа, который обычно ставят птицефабрики на нем не было. Мое ехидство, даже в этой ситуации не сдержалось от своего обычно стеба. Я убрал большую верхнюю часть коробочки, оставив маленькую нижнюю часть, и поставил туда яйцо, как на подставку. Потом я сел в кресло и стал ждать. Мне больше ничего и не оставалось, инструкций-то никаких приложено не было.

Через некоторое время раздался телефонный звонок. Номер был германский. Я ответил на звонок. Голос звонившего, вернее звонившей, был мне знаком. Это была та дама из Германии, которая попала в беду, и которую мы с Львом вывезли из Германии, и с которой я здесь, в этом доме, проводил ритуал. Во время ритуала она превратилась в ящерицу вернее, и скорее всего, она физически, в своем физическом теле не превращалась в ящерицу, но в своих тонких телах и в моем восприятии этих тонких тел, это превращение было. Женщина — ящерица, я так ее теперь называл. Или коротко «Ящер». Думаю, это было именно ее древнее имя, вернее не имя, а обозначение ее сути. Социальных имен у нее было много, она и сама их все, наверное, и не помнила. Само же древнее имя мне было неизвестно.