Моя. Твой. Наши

- Мебель? – спросила я, отчего-то чувствуя, что начала краснеть. А ещё начала хаотичным взглядом бегать по комнате и всё сильнее осознавать, какой у меня здесь бардак. Да и сама я выгляжу как-то не очень: протёртые лосины в лохматый катышек, растянутая футболка, которой я всё планирую начать мыть полы, но каждый раз вместо швабры надеваю на себя. – Знаешь, у меня тут остались мелочи. Думаю, я сама справлюсь.

- Я уже взял из машины ящик с инструментами, и мы со Стасяном стоим на улице, ждём ваш с Алисой точный адрес, - добродушно, но с нажимом произнес Никита.

Я опустила руку с инструкцией. Вновь посмотрела на кривой недокомод, разбросанные вещи, коробки в углу, поняла, что рано или поздно в мою квартиру наведаются родители, и сокрушенно выдохнула…

Выдохнула свой точный адрес.

И вдохнула, чтобы издать тихий писк паники с нотками истерики. Хаос и бардак вокруг меня стали казаться в тысячи раз ужаснее после осознания того, что сейчас в мою квартиру придёт кто-то, кроме меня, дочки и Алёнки.

Но что я могу сделать? Расставить коробки с одеждой и посудой аккуратнее? Навести порядок на стуле, который используется мной в качестве шкафа? Это, пожалуй, можно сделать. Хотя бы убрать с его спинки бюстгальтеры – не лишнее точно.

- Мама, ты куда? – спросила Алиса, заметив мои метания по квартире и переодевание в джинсы и футболку поприличнее.

- Я никуда, милая, а вот к нам идут гости.

Запинаясь о свои же ноги, я кое-как нашла расческу и начала на ходу причесываться, бегло оглядывая квартиру на наличие того, что может показаться отвратительным.

- Гости? Алёна?

- Нет, зайка, не Алёна. Помнишь, Никиту и Стасика?

- Они придут к нам? – округлились глаза дочери. – А мы потом опять к ним пойдём?

- Не знаю… Нет, наверное. Скорее всего, нет, Алиса. Никита просто поможет нам собрать мебель.

- А мы что поможем ему сделать? – задала вполне резонный вопрос дочка, при этом поставив меня в тупик.

А действительно, что мы поможем ему сделать? Поставить клизму ребенку – не такая уж большая помощь. Никита сам бы до этого дошёл, если бы не с моей помощью, то с помощью педиатра или любой другой мамочки.

- А мы… А мы поможем ему собрать нашу мебель. Ну, или ещё чем-нибудь поможем, если он попросит, - ответила я Алисе, терпеливо ждущей моего ответа.

- Чайник включить? – поинтересовалась дочка.

- Если в нём больше половины воды, то включи.

- Хорошо.

Едва дочка убежала на кухню, раздался звонок в дверь. Поправив напоследок, к счастью, причесанные волосы, я открыла дверь гостям и впустила их внутрь квартиры.

- Привет, - радушно улыбнулся мне Никита. В одной его руке был Стасик, а в другой небольшая сумка, похоже, с инструментами.

- Привет, - ответила я, смущенно улыбнувшись. – Привет, Стасик. Иди ко мне, - я аккуратно взяла малыша на руки, чтобы Никита мог снять косуху, надетую поверх толстовки, и кроссовки.

- Полку для обуви тоже нужно собрать? – спросил Никита, указав взглядом в угол прихожей, где стояла коробка с этой самой полкой.

Кстати, её собиралась собрать сразу после комода. Наивная…

- У меня, на самом деле, много чего нужно собрать, но для начала хотя бы комод в комнате дочери. Чтобы хоть у неё в вещах был порядок.

- Понял, - кивнул Никита и, прихватив сумку с инструментами, прошёл дальше в квартиру, где его встретила Алиса.

- Здравствуйте! – встретила она радостно нового гостя. – Ты чай или кофе будешь?

- Чай. Но только чуть попозже, хорошо?

- А что ты будешь делать? – спросила дочка с легким прищуром, будто в чем-то начала подозревать мужчину.

- Я пришёл, чтобы собрать мебель в твоей комнате, Алиса. Покажешь, где твоя комната?

- Да! – дочка бросила пакетик с чаем рядом с чайником и, лавируя между коробками, понеслась в свою комнату, из которой я через секунду услышала. – Вот, смотри, как у мамы ничего не получилось.

Спасибо, доча. Спасибо!

В комнате начались работы, немного гремела мебель и что-то двигалось с места на место.

Алиса активно помогала Никите, давая ему какие-то «штучки», на которые он, похоже, показывал пальцем. Дочка постоянно о чем-то его спрашивала и говорила без умолку, знакомя мужчину со своими игрушками.

- А мы что с тобой будем делать, Стасик, м? – обратилась я к мальчишке, с которого уже сняла верхнюю одежду. Он отлично освоился на моих руках и норовил дотянуться ручками до всего, мимо чего мы проходили. – А давай-ка приготовим тебе кабачковое пюре, да? Не зря же родители мне их с дачи привезли и хвастали, какие они у них уродились в этом году? Приготовим? – я подмигнула малышу, который очень внимательно разглядывал моё лицо, пока я говорила. Даже рот приоткрыл. А затем, когда я привычно, как бывало с маленькой Алисой, потерлась о его щечку носом, Стасик рассмеялся и уже сам подставил мне своё личико, притянув моё за нос. – Будем считать, что ты на всё согласен.

Периодически во время готовки мне хотелось отвлечь Алису на себя, чтобы она не мешала Никите собирать мебель. Хотя, если смотреть со стороны, то Алиса, похоже ему вовсе не мешала. Да, она подсовывала игрушки, постоянно что-то говорила, спрашивала, показывала, но, кажется, Никита до прихода в мою квартиру успел искупаться в цистерне с глицином, потому что в любой ситуации оставался совершенно невозмутимым. Даже когда Алиса начала раскладывать свои игрушки в ещё недособранный комод, Никита не сказал ей ни слова, а лишь молча двигал игрушки из стороны в сторону, чтобы докрутить полки и прикрутить дверцы.

В комнату Алисы меня позвали только для того, чтобы я показала, где должен стоять комод. Что дочка, что Никита – оба в блестящих коронах на головах – просто ждали, когда я ткну пальцем в нужное место у стены.

- Я помогу, - спохватилась я, решив помочь Никите сдвинуть с места комод, который показался мне большим.

- Я сам, - коротко бросил мужчина и молча поставил комод, куда было показано.

Вены на руках с закатанными рукавами толстовки стали выпуклыми и четко очерченными от усилия, с которым он поднимал комод.

Это так… мужественно, что ли. И даже красиво.

- Ура! У меня теперь есть домик для игрушек! – запрыгала Алиса на месте.

- И для одежды, зайка, - робко дополнила я, чтобы затем не было конфликтов, если дочка откроет комод и обнаружит, что вместо её игрушек там лежат её костюмчики и платья.

- Да, и для одежды, - кивнула Алиса и, поправив корону на своей голове и на голове Никиты, который, судя по взгляду, о ней забыл или вообще не подозревал, спросила. – А ещё что мы соберём?

- А что ты ещё хочешь собрать? – спросил Никита, но глянул на меня, намекая на то, что решение за мной.

- Давай в маминой комнате что-нибудь соберём, - предложила дочка и для убедительности взяла в руки отвертку.

- У мамы есть что собрать в комнате? – спросил Никита, обращаясь ко мне.

- Там большой шкаф и полки надо повесить. Но мне, кажется, что один ты вряд ли справишься. Да и для того, чтобы полки повесить нужен перфоратор, а у меня этого нет. Обычными гвоздями и молотком не получится. Я пробовала.

- Тогда сделаем так… - выронил Никита и чуть нахмурился, о чём-то задумавшись. – Завтра я приду с братом и перфоратором. Завтра тебе будет удобно?

- Вечером, - кивнула я слегка растерянно.

- Завтра вечером мы придём и всё сделаем. А сейчас я соберу, что ещё есть по-мелочи.

- Хорошо, - согласилась я автоматически. Никита так уверенно и чётко говорил, что не согласиться с ним оказалось просто невозможно. – О! И я хотела спросить, как у Стасика с животиком? Всё хорошо?

- Всё хорошо, - кажется, я услышала выдох величайшего облегчения от Никиты. – Делаю всё, как ты говорила: вода, выкладывание, велосипед, не перекармливаю. Короче, вроде всё норм. Если не считать ночных истерик по поводу зубов.

- Понимаю, - подняла я брови и выпучила глаза, чтобы передать мимикой, чего мне стоили первые зубки Алисы. – И сколько ты ему сейчас даёшь прикорма?

- Три чайные ложки. Плюс-минус. Брокколи, кабачок… Короче, всё, что воняет на всю квартиру в процессе поедания и после – в подгузнике, - поморщился Никита. Болезненные воспоминания.

- Хорошо. Поняла.

Пришлось вновь оставить Алису и Никиту одних и вернуться к Стасику, который нашёл развлечение в покусывании разноцветных колечек от старой пирамидки моей дочки.

- Вкусная кака? – присела я рядом с мальчишкой. – А пюре кабачковое ещё вкуснее будет, когда остынет.

Услышав мой голос, Стасик вскинул голову и посмотрел на меня своими большими темными глазищами. Что-то невнятно выдохнул на своём младенческом и потянул ко мне ручки, выбросив цветные кольца.

- Понравилось у меня на руках сидеть? – хохотнула я, взяв мальчишку на руки. Вместе с ним села на пол, вытянула ноги и рассмеялась, когда Стасик прикусил мой подбородок. – Что, дёсны об пластик не так интересно чесать, как об тётю, да? Ну, давай, немного почешемся и пойдём готовить ужин. Наших сборщиков мебели ведь нужно будет покормить.

Глава 6. Никита

- Давай, я тебе помогу, - Алиса настойчиво крутилась рядом и не оставляла меня ни на секунду.

Помогать мне было не нужно, но я делал вид, что помощь маленькой королевы – как величала себя сама Алиса – мне необходима. Поэтому просил её держать то, что на самом деле уже было прикручено или, в принципе, не нуждалось в поддержке. Профита никакого, зато девчонке приятно быть полезной.

А ещё она очень много болтает. Очень. Я думал, что болтливее моего младшего братца на свете нет никого, но оказалось, показалось. Алиса побила все рекорды, как по скорости речи, так и по скорости, с которой она скакала по темам. Иногда я едва мог сообразить, о чём она спрашивает, из-за чего приходилось неясно кивать или уточнять.

С мелкой мы собрали всю мелочевку, которая была в доме. Но, кажется, девчонка была готова со мной хоть дом построить себе, маме и всем своим игрушкам, у каждой из которых были имена (к сожалению, я ни одно не запомнил).

Кода мы закончили, я и Алиса пошли на кухню, в которой Лера со Стасиком, сидящим у неё на одной руке, умудрялась одной свободной рукой готовить ужин и ещё играть с малым. Не помню, чтобы Стасик улыбался настолько долго. За вечер, что он попадался мне на глаза, на его личике постоянно присутствовала улыбка.

- Товарищ помощник, а теперь мне нужна ваша большая ложка, - Лера ласково обратилась к Стасику и мягко забрала из его руки ложку, похоже, силиконовую, которую он, как и всё другое, что попадалось ему в руки, пробовал на зубок. – Смотри, Стасик, почти всё готово. Пора звать Алису и папку, да? Ух! Ну, что за сладкий пирожочек такой? Так бы и съела!

Я беззвучно усмехнулся, наблюдая за тем, как Лера нацеловала щечки моему сыну, который тихонько посмеивался, явно балдея от того, что ему перепало столько женского внимания впервые за почти семь месяцев его жизни.

Я и Данька Стасика вниманием тоже не обделяем, но разница между тем, как он балдеет от моих поцелуев и от Лериных слишком велика. Он даже на голос девушки реагирует как зачарованный и заглядывает ей в рот.

Выключив плиту, Лера крутанулась на месте и увидела, что они с моим сыном давно на кухне не одни.

- Я помыла руки, - вышла из ванной комнаты моя мелкая помощница и обратилась ко мне. – Теперь твоя очередь, Никита.

А вот у нас с малой сложились чисто деловые дипломатические отношения. Никто никого в пухлые щёчки целовать не собирается: Алиса для этого слишком серьёзна и независима, а меня за это могут и посадить, если кто-то что-то неправильно поймёт.

- Ужин готов, - сказала Лера и подала Алисе корзинку с хлебом, которая та поставила в центр стола.

- А тарелочек сколько, мам?

- Три. Для меня, тебя и Никиты. А у Стасика своя тарелка…

Они ещё что-то обсуждали, когда я уходил мыть руки, а, вернувшись, забрал у Леры Стасика, который этому, похоже, не обрадовался, начиная выворачиваться из моих рук и тянуться к Лере каждый раз, когда она проходила мимо нас.

- Подожди минутку, малыш. Я сейчас закончу накрывать на стол и покормлю тебя. Папа не будет против? – обратилась ко мне Лера, заглянув в глаза.

- Не буду, - качнул я головой и тут же добавил. – Но это необязательно. Я про ужин.

- Ещё слово… - строго посмотрела на меня Лера.

- …и ты у зубного, - добавила тут же Алиса, раскладывая у каждой тарелки по ложке.

- Понял, - капитулировал я мгновенно.

Похоже, в этом доме с женщинами лучше не спорить.

Стасику на ужин было кабачковое пюре, и мы тоже ели тушеные кабачки. Но, к счастью, помимо кабачков было полно других овощей и мяса, так что вышло вкусно. Точно вкуснее макарон с сосисками, «дошика» и пельменей, которыми мы с братом питались ежедневно.

- Ам! – кормила Лера малого.

- Вкусно, Стасян? – спросил я, видя, как он уминал за обе щеки пюре и по ним же его и размазывал кулачками.

- Попробуешь? – Лера подчерпнула ложечкой кабачковое пюре и поднесла её к моим губам. Я рефлекторно открыл рот и съел то, что мне было предложена.

- Как маленькому! – выронила Алиса и заливисто рассмеялась, передразнивая, как я всё съел. – Ам-ам!

Смех девочки оказался заразным, я и Лера тоже рассмеялись. Один только Стасян был не в курсе того, что происходит, но ему было, в общем-то, всё равно – он балдел у Леры на коленях и с аппетитом причмокивал.

После ужина я одел Стасика и снова отдал его в руки Лере, чему они оба были только рады. Алиса держала в руках сумку с моими инструментами и ждала, когда я оденусь, категорически отказываясь поставить тяжесть на пол.

- Завтра часов в семь вечера? – уточнил я напоследок.

- Если что созвонимся. Но, да, часов в семь будет нормально, - кивнула Лера.

- Тогда до завтра. Спасибо, - улыбнулся я мелкой, забрав из её рук тяжелую для неё сумку.

- До свидания, - сказала она в ответ и отошла к Лере, приобняв ее ногу.

- Пока, - бросил я ещё раз и открыл дверь, выходя из квартиры.

- Ничего не забыл? – догнал меня вопрос Леры.

Я слегка растерялся и осмотрел себя.

- Пюре взял, - поднял я контейнер с домашним кабачковым пюре, который мне дала с собой Лера.

- А потребителя пюре забрать не хочешь? – улыбнулась девушка, явно сдерживая смех.

- Блин! – хохотнул я. – Вы так смотритесь, я думал, это твой.

Смеясь, Лера отдала мне Стасика и, помахав напоследок рукой, закрыла за нами дверь.

- Что, Стасян, набалделся? – спросил я у сына, пока мы ехали в лифте вниз. – Повезёт, так завтра ещё порция прилетит.

Глава 7. Лера

Кайф – разложить хоть часть вещей по полочкам и выбросить коробки, наконец, ставшие ненужными.

Когда я переезжала в эту квартиру, чтобы начать жить отдельно от родителей, я была уверена, что моих и Алисиных вещей хватит только на одну комнату, как было в квартире родителей. Но мою самостоятельность поддержали не только родители, но и очень много наших родственников.

Пока я, подписываясь на ипотеку, мысленно прикидывала, где и как смогу заработать дополнительные деньги на мебель и прочее, родственники объединились и подарили мне на новоселье конверты с деньгами, каждый из которых был подписан «шкаф», «кухня», «прихожая», «ванная». Один из папиных братьев к конверту приложил тюбик, на котором сменил этикетку, подписав его «вазелин ипотечный». Сразу видно, что взрослые люди знают толк в подарках.

В общем, на новоселье я плакала от счастья примерно так же, как плакала в роддоме, когда впервые смогла подержать свою дочку на руках.

Мой маленький комочек счастья.

А теперь этот лохматый комочек счастья носится по квартире с расческой в руке и возмущается тому, что её любимые розовые резиночки для волос куда-то пропали. А ведь скоро придёт Никита со Стасиком, и некрасивой быть нельзя.

- Алис, может зеленые резиночки подойдут к твоему розовому платью? Смотри, какие красивые, - я протянула на ладони две зеленые резинки дочки и получила лишь осуждающий взгляд модной деловой колбасы.

- Я хочу, чтобы всё было розовое, - менторским тоном бросила дочка и утопала обратно в свою комнату.

- Господи, - вздохнула я, подняв взгляд на потолок. – Когда закончатся эти пятьдесят оттенков розового?

Пока дочка шуршала своими коробочками и пакетики в поисках самых розовых резинок на свете, в дверь позвонили. Машинально глянув на часы, я поняла, что до прихода Никиты, его брата и Стасика ещё около двух часов.

Незваный гость? Едва ли. Без приглашения или договоренности заранее ко мне приходит только Алёнка, потому что чувствует себя как дома везде, где есть я.

- Привет, - открыв дверь подруге, я мягко её приобняла и отошла чуть в сторону, чтобы она могла снять плащ и сапожки.

- Привет-привет! – раздевалась та активно и внезапно застыла, увидев у стены собранную полку для обуви. – Это что? Это то, о чём я думаю? Подожди-подожди! Ничего не говори… - Алёнка вскинула голову и шумно втянула носом воздух. – Точно! Мужиком в доме запахло. Этот запах ни с чем не перепутаешь.

- Ты-то откуда знаешь? – хохотнула я. – У тебя ж дома только айтишником пахнет, как ты говоришь.

- Кто ж знал, что эти айтишники умеют мимикрировать первое время под нормального мужика?

- Проходи давай, - кивнул я в сторону кухни и пошла в неё первой. Включила чайник, достала кружки и ждала, когда меня нагонит подруга.

- Я смотрю, процесс идёт полным ходом, - едва не присвистнула Алёнка, увидев собранные верхние ящики кухонного гарнитура. Нормально собранные. – Он здесь? – прошипела она вдруг тихо, будто боялась спугнуть.

- Часа через два придут.

- Придут? Их будет несколько? А ты разошлась, подруга, - Аленка поиграла бровями и села за стол. – Ну, собственно, за пять лет холостой жизни у меня бы тоже резьбу конкретно сорвало.

- Ой, заткнись, а! – бросила я, пряча улыбку. – Придут Никита, его брат и сын. И перфоратор.

- Ой, как соседи будут рады такому воскресному вечеру…

- Там немного дырок нужно сделать. Надеюсь, много не нашумят.

- Как сказал один мудрец: если при ковырянии дырок было мало шума – значит, плохо ковыряли».

- Ты же только что это придумала, - посмотрела я на неё скептически.

- А чем я не мудрец?

Глава 8. Лера

Оставшееся после чаепития время мы потратили на то, чтобы распихать по углам вещи и коробки, которые могут помешать мужчинам собрать остатки мебели.

Только Алиса старалась сильно ничего не касаться, так как боялась замарать розовое платье и растрепать хвостики с розовыми резиночками.

Как и обещал Никита, в семь вечера раздался звонок. Быстрыми шагами я оказалась в прихожей и открыла мужчинам дверь. Одного из них – самого маленького – мне сразу доверительно отдали в руки.

- Привет! – улыбнулась я Никите и Дане, которые снимали куртки, оставив инструменты в углу прихожей.

- Привет! – почти хором ответили братья.

Сняв куртку, Никита потянулся к Стасику, чтобы забрать его из моих рук и снять верхнюю одежду.

- Мы, похоже, сами, - хохотнула я, когда Стасик наотрез отказался идти к отцу на руки, для чего спрятал своё личико в сгибе моей шеи.

- Я попозже поревную, - нарочито пригрозил Никита.

- Кого к кому? – появилась Алёнка в прихожей и хитро ухмыльнулась.

- Привет, - расплылся Даня в улыбке, который до этой секунды выглядел так, будто его в мою квартиру притащили силой. Зачем-то сняв ещё и толстовку, парень расправил плечи, чтобы все могли оценить их рельеф. – Одна здесь отдыхаешь? – подкатил он к моей подруге.

- Отдохну я здесь тогда, когда будет собрана вся мебель, - Алёнка демонстративно закатила глаза я, виляя задницей, вернулась в кухню, из которой выскочила Алиса.

- Привет, Никита! – крикнула она радостно. По движению её рук мне стало понятно, что она хотела его ещё и обнять, но что-то её от этого удержало. – О! Привет, Даня! – подпрыгнула она на месте и именно Даню предпочла обнять.

Стоит отметить, что парень и сам был не против обнимашек с моей дочерью. Охотно подхватил её на руки и занес в кухню.

- Чё, малая? Как сама? – завёл Даня с Алисой разговор, пока мы, переглянувшись с Никитой, понесли Стасика в гостиную, где вместе сняли с него верхнюю одежду. – Я, кстати, люблю мелких, а мелкие любят меня, как видишь, - пафосно изрёк Даня, обращаясь к Алёнке.

- Парень… - вздохнула Алёнка скучающе. - …такой речью ты рискуешь покорить только тех молодых мамашу и папашу, но не меня, - указала она на нас с Никитой.

- Это я готовлю тебя к будущему, Алёна, - не унимался комнатный обольститель. – Ты же понимаешь, что рано или поздно мы придём к детям? Так что можно начать готовиться уже сейчас.

- Господи! – шумно выдохнула Алёнка и закатила глаза. Вышла из кухонной зоны и подошла ко мне и Стасику в гостиную.

- Пошли, малой, за инструментом. Поработаем для начал перфоратором, пока не поздно, - строго сказал Никита. И оба брата, вместе с Алисой, пошли в прихожую за инструментом.

- Кажется, на тебя кое-кто запал, - произнесла я заговорщицки.

- Когда кажется, нужно самой присмотреться, кто на тебя запал.

- А кто на меня запал? – вскинула я удивленно брови.

- Папа Ник, например. Или он просто так тебе с порога своего киндера сует? Пока только киндера…

- Это просто доверие, - фыркнула я. – Просто я спасла его сына от запора. Что, кстати, не так уж и сложно.

- Ну, да, - цокнула подруга. – А-то эти сердечки в его темных глазах просто так появляются только при взгляде на тебя? Как у того придурка пубертатного, который на меня смотрит.

- Да ладно тебе. Вроде, хороший парень. Ну, чуток перегибает с напором, но не совсем придурок же. У тебя и хуже парни были…

- Вот спасибо! – прыснула Алёнка. – И, кстати, напоминаю тебе о том, что на данный момент у меня всё ещё есть парень.

- Айтишник? – повела я бровью. – Думаешь, он придушит Даню шнуром от мышки из-за ревности?

- У него беспроводная мышь.

- Значит, у него нет шансов.

- У кого? – посмотрела на меня Алёнка.

- Ну… это тебе решать, - хитро улыбнулась я.

Парни занялись делом, а мы с Алёнкой и детьми на время закрылись в комнате, чтобы Стасик не испугался звука перфоратора.

Алиса уже слышала его работу у дедушки, поэтому была спокойна, а вот Стасик крупно вздрогнул, очень напрягся и округлил темные глаза, едва инструмент за стеной заработал. Мы отвлекали его разговорами и игрушками Алисы. Алёнка осмелела настолько, что взяла его на руки и попыталась потанцевать, но Стасик начал выкручиваться из её рук как шурупчик, потому что упорно не хотел терять меня из виду, а ещё настойчиво желал вернуться в мои руки.

- Иди ко мне, Стасик, - позвала я его ласково, и мальчишка охотно перекочевал ко мне на руки, тут же вцепившись в ворот футболки.

- Смотри-ка, знает, к кому тянуться, - ухмыльнулась Алёнка.

- Я тоже хочу, - Алиса перекрыла мне путь, вытянула губки и потянулась ко мне на руки, тоже желая оказаться на моих руках.

- Ты ж моя ревнулька, - улыбнулась я и присела на край кровати. Усадила Стасика на одно колено, а Алису пригласила на второе.

Всё ещё сохраняя выражение обиды на личике, Алиса присела на мое колено, обхватила меня одной рукой за шею и посмотрела на Стасика так, будто всем своим видом пыталась дать понять, что ему здесь не место.

- Пусть он сам походит, - указала дочка пальчиком на пол.

- Алиса, Стас ещё не умеет ходить. Он ведь ещё совсем малыш, - я мягко поглаживала дочку по спине и волосам, и между делом давала Алёнке взглядом понять, что ей тоже пора бы включиться. – Ты тоже когда-то была такой же маленькой. Помнишь? Я тебя на руках носила, и у тебя был такой коврик с жирафами и слонами, на котором ты играла, когда ещё не умела ходить, как Стасик сейчас.

- Блин! Да где же?... – Алёнка в панике пыталась быстро найти видео или фотографии этого коврика и Алисы в галереи моего телефона. – Вот, нашла!