Истинная заноза генерала драконов

– Да, ваше величество, – хором проговорили Марилена и Орхман и с торопливым поклоном покинули императорские покои.

***

7 Орхман

Спорить с Дхар Арисом Орхман не стал.

Во-первых, с императором не спорят. Даже если он твой давний друг.

Во-вторых, Орхман боялся наговорить лишнего. Не Арису, разумеется, а Марилене. Кажется, он и так уже слегка перегнул. Обычно генерал не был столь резок и легко находил общий язык, тем более с женщинами. Но с лорой Алин в очередной раз зашёл в тупик.

Самое смешное, что он вовсе не хотел её обидеть или разозлить, лишь уберечь от опасностей, которых точно не избежать во время поисков. Но эта неблагодарная гордячка, как обычно, не оценила его заботу. Более того, ясно дала понять, что не нуждается ни в его защите, ни в помощи.

«Я и сама справлюсь!»

Орхман едва не зарычал, когда услышал это. Фраза, так любимая упрямой драконицей, разжигала в его крови неуправляемый огонь гнева. Ярость опаляла изнутри, заглушая голос рассудка. В такие мгновения Орхман забывал, что он вообще-то ледяной дракон. Вот сейчас генералу казалось, что он превратился в пульсирующий сгусток пламени, алый, как крылья той самой злючки Марилены. И скажи генерал хоть слово, это смертоносная огненная сила грозила вырваться наружу.

Потому Орхман молчал. Угрюмо, зло, напряжённо, мрачно, отстранённо.

Молча шагал вперёд по каменным галереям дворца, не заботясь о том, поспевала ли за ним Марилена.

Но, надо заметить, упрямая драконица не отставала. Орхман невольно покосился на свою спутницу.

Ещё бы! С такими длинными ногами и лёгкой походкой, удивительно, как она вообще его ещё не обогнала.

Марилена тоже молчала, поджав губы и вздёрнув нос. И даже не смотрела в его сторону, будто они шли не вместе.

Прекрасно! Если их совместные поиски будут проходить в полной тишине, то Орхмана это точно не опечалит. Когда лора Алин держит свой прелестный рот закрытым, она поистине очаровательна.

Однако, так или иначе, говорить всё-таки придётся…

– Лора Марилена, мне нужно наведаться в казармы и отобрать тех, кто отправиться с нами на поиски. Предлагаю вам пока прогуляться по саду.

– Вот ещё! – тут же фыркнула, как кошка, эта несносная девица. – Думаете, мне сейчас есть дело до красот императорского сада, лод Вин? У меня брат пропал, между прочим. Я пойду с вами.

Орхман шумно вздохнул, пытаясь удержать себя в руках.

– В казармы запрещено пускать...

– Женщин? – язвительно перебила его драконица.

– Посторонних, – скривившись, процедил сквозь зубы Орхман. – Так что вам всё-таки придётся подождать меня где-нибудь в другом месте.

– Хорошо, – генералу показалось, что Марилена немного смутилась. Жаль, что только показалось. – Тогда я зайду в лекарню – поздороваюсь с лорой Кайей, а потом отправлюсь в сад.

Орхман одобрительно кивнул, но прежде чем он успел отправиться дальше, в спину колко долетело:

– Надеюсь, вы обо мне не забудете. А то ведь с вас станется отправиться на поиски одному, без никчёмной обузы…

Орхман обернулся, окинул лору Алин холодным взглядом и ухмыльнулся:

– Рад бы забыть, да не привык нарушать приказы своего императора. Так что придётся мне вас терпеть, хоть это не так-то просто. Однако имейте в виду, если я вас где-нибудь ненароком потеряю, чтобы случайно не придушить, его величество меня поймёт и простит. Лучше не испытывайте моё терпение, лора Марилена!

– Ах, как страшно! – закатила северянка свои прекрасные очи. – А вы не испытывайте моё терпение! И поторопитесь, лод Вин! Каждый час дорог. А то я одна отправлюсь брата спасать.

Орхман мог бы сказать ей в ответ ещё много добрых слов, но время действительно подгоняло, и, больше не оглядываясь на драконицу, он отправился к стражам.

Выбрать десяток самых надёжных и опытных из своих ищеек для генерала не составило труда. Он знал здесь всех, некоторых много лет, так что понимал, кому можно поручить такую непростую задачу.

Старшим над поисками назначил Дархана – велел подготовиться быстро, но тщательно. Затем сразу же отправляться в Зуб Дракона.

Дархан во владениях лодов Алин уже бывал. Во время вторжения в Каринэль, даже защищал стены замка. Так что мог открыть портал и доставить остальных к воротам северного бастиона.

А сам Орхман тем временем собирался хорошенько отсмотреть покои Рейнара и Галии, а заодно и библиотеку – он всё-таки надеялся отыскать какие-то следы, хотя бы намёк на то, что произошло накануне. Ну и, разумеется, прежде чем отправляться неизвестно куда, стоило внимательно изучить карту и те немногие пояснения к ней, которые оставила лора Марисандра своим детям.

Лора Алин беспокойно расхаживала по одной из тенистых дорожек сада, куда знойное южное солнце почти не добиралось. На её безупречном, пусть и немного бледном лице сейчас лежала тень тревоги, но даже это не могло его испортить.

Орхман против воли залюбовался прекрасным обликом северянки. Ах, если бы ещё нрав этой строптивой гордячки был столь же чудесен!

– Лора Марилена, – окликнул он драконицу, – мы можем отправляться.

– А ваши…

– Догонят. Сами же сказали – надо торопиться, – напомнил он без упрёка, вполне миролюбиво. – Пока посмотрю записи вашей матери.

Драконица, видно, тоже успела немного остыть, пока его ждала – не сказала ничего ядовитого, беспрекословно кивнула и пошла следом.

Они вышли на придворцовую площадь и уже здесь открыли портал, который привёл их сразу в гостевой зал Зуба Дракона. Благо, хозяйка замка могла себе это позволить. А вот своих драконов Орхману придётся встречать у ворот. Однако о них генерал пока мог не беспокоиться, сейчас нужно было решать другие задачи.

Навстречу хозяйке уже спешила Грея, пожилая служанка, которую Орхман неплохо знал. Глаза у неё покраснели и опухли от слёз.

Она открыла было рот для приветствия, но Марилена её опередила:

– Не вернулись?

И столько в этом вопросе было затаённой надежды и горького отчаяния, что Орхману вдруг стало совестно за всё, что он сегодня наговорил. Так захотелось обнять эту гордую, колючую красавицу, прижать к сердцу, утешить, заверить, что они непременно найдут и её брата, и Галию, и всё будет хорошо.

Грея с тяжким вздохом покачала головой и горестно всхлипнула.

Марилене понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки.

Затем она обернулась к генералу и почти спокойно уточнила:

– В библиотеку?

– Да, начнём с неё, – кивнул Орхман. – Вы ведь там их последний раз видели?

– Слышала, – поправила Марилена. – Я не стала входить, но слышала голоса брата и Галии. Может быть, я зря не вмешалась в их ссору…

– Ну… этого нам знать не дано, – Орхман вздохнул. – А вот что же там потом произошло, попробуем выяснить.

***

8 Галия

Замок Зуб Дракона, накануне

Ключ Завесы ей был не нужен.

Нет, Галия, конечно, прекрасно осознавала его ценность. Поизучав записи покойной лоры Марисандры, она понимала, пусть и не в полной мере, на что способен этот артефакт. Любой маг мечтал бы заполучить в своё владение такую вещицу, обрести незаурядные возможности, усилить свой Дар, покорить само Пространство и Время.

Но Галия не жаждала всемогущества и власти. Для неё было важнее другое. Её вполне устраивала обыденная спокойная жизнь в замке Алин.

Разумеется, она не отказалась бы подержать древний артефакт в руках и даже испытать его. Но тут ею двигало скорее любопытство, а вовсе не желание подчинить себе эту могущественную силу.

Если уж говорить честно, предстоящие поиски влекли Галию куда сильнее, чем сам Ключ Завесы, ведь обещали неизведанные места и новые приключения.

А самое главное – возможность проводить больше времени с Рейнаром. Вдвоём.

Галия, конечно, и так видела наставника каждый день и постоянно находилась подле него. Но в замке было слишком много обитателей, им вечно кто-то мешал, появляясь в самый неподходящий момент. По крайней мере, так ей порой казалось…

Иногда во время обучения Рею, чтобы объяснить ей что-нибудь, приходилось подойти до неприличия близко, прикоснуться. В такие мгновения у Галии сердце норовило выскочить из груди. Но всё же она успевала замечать и то, как сбивалось его дыхание, и голос звучал иначе, а ещё менялся взгляд.

Он и без того обладал весьма необычными для дракона глазами – тёмными, угольного оттенка. Когда же Галия заглядывала в них с близкого расстояния, они и вовсе превращались в бездонные омуты.

В эти редкие моменты Галия была почти уверена, что Рея непреодолимо тянуло к ней. Мерещилось, что она улавливала кожей жар его желания. Сама едва сдерживалась – так хотелось дотянуться и коснуться любимых губ. Хотя бы раз…

Казалось, ещё мгновение, и Рей наконец-то решится на то, что делал не единожды в самых прекрасных, в самых невероятных снах Галии.

Но всякий раз, когда вот-вот должно было случиться долгожданное чудо, либо неожиданно появлялся кто-то из слуг, либо приходила Марилена, либо сам Рейнар вдруг резко отступал и начинал говорить совсем не о любви, а о магии. А то и вовсе торопливо уходил, сославшись на срочные дела.

А вместе с ним словно уходило с небосвода и без того неяркое северное солнце, и на душе становилось так тоскливо, мрачно и стыло, как бывало в прежние самые чёрные дни её жизни. Сразу вспоминалось, как она бродяжничала в одиночестве, прячась в сырых гротах на побережье или разорённых пустых домах, коих после войны на севере оставалось достаточно.

За пару лет, проведённых в Каринэле, она привыкла к своей новой жизни – к достатку, сытости, теплу и заботе. Но порой ей казалось, что всё это лишь зыбкий сон, иллюзия. Такая же, как любовь Рейнара, которую она придумала себе в утешение.

В такие тяжёлые моменты она, ещё мгновение назад твёрдо верившая, что Рейнар разделяет её тайные чувства, вдруг столь же яростно начинала уверять себя в обратном. В том, что она просто дура, поверившая в невозможное.

Для Рейнара она лишь ученица, подопечная, заботу о которой на него взвалила сама императрица. Вот и приходиться бедному магу тратить на неё время и силы. А он ведь привык всё делать как должно.

Вот и всё! Вот ответ. Рейнар просто делает то, что велит ему долг.

А всё остальное ей лишь мерещилось. Просто ей хотелось верить в то, что она ему нужна. Но это просто грёзы влюблённой дурочки.

Иногда вечерами Галия даже тихонько плакала в подушку над несправедливостью жизни и холодностью северного лода. А ведь думала, что давно растеряла все слёзы… Ещё тогда, скитаясь сначала по южной границе, потом по холмам Ивии, оплакивая жестоко убитых родителей и свою никчёмную жизнь. Но оказалось, что нет – слёз ещё достаточно.

И всё-таки, несмотря ни на что, Галия верила, что всё можно изменить.

Когда она нашла эти проклятые записи о древнем артефакте, вначале безумно обрадовалась. Галия была уверена, что это и есть тот самый шанс.

Она уже предвидела, как всё сложится. Рейнар непременно захочет довести до конца дело своей матери и отыскать эту волшебную штуковину. А чтобы искать магический артефакт непременно нужно обладать магическим Даром. То есть, лучшей помощницы, чем его собственная ученица, лоду Алин не найти.

Галия успела себе вообразить, как они вместе отправятся на поиски, как будут сообща разгадывать тайные послания лоры Марисандры, бродить по далёкому неведомому ущелью, оберегать друг друга от опасностей, вечерами сидеть у костра обнявшись, а спать под одним одеялом. На этом месте своих мечтаний Галия обычно краснела от макушки до пяток, но тут же убеждала себя, что так просто теплее.

Галия поможет Рею отыскать столь желанный Ключ Завесы. И в этих странствиях, когда все радости и тяготы пути они будут делить лишь друг с другом, он непременно прозреет и поймёт, что никто в целом мире не будет любить его так сильно и беззаветно, как она.

Но всё пошло совсем не так, как ей хотелось.

Рейнар наотрез отказался брать её с собой, ссылаясь на то, что не станет рисковать своей подопечной. Мол, он за неё отвечает и не имеет на это права. Слово Галия дитя и не в состоянии сама за себя решить, что ей делать.

Никакие уговоры на него не действовали. И вот тогда Галия пожалела, что она вообще нашла и отдала магу эту тетрадь с записями почившей лоры Алин. Она всерьёз испугалась, что Рей на самом деле отправиться на поиски один, рискуя жизнью. Идея с поисками загадочного артефакта больше не казалась ни увлекательной, ни заманчивой. Галия ни за что не желала отпускать Рейнара в это опасное путешествие.

Ещё одна попытка уговорить упрямца провалилась с треском.

И тогда в отчаянии Галия решила сделать всё по-своему – опередить Рейнара, а заодно и доказать ему, чего она стоит. Найти и принести ему этот проклятый артефакт!

Может, тогда он наконец-то осознает, что она ради него готова на всё. Может, тогда он наконец-то откроет глаза и увидит, что она давно не ребёнок, которого нужно опекать и баловать.

Решительно стерев слёзы, Галия вернулась к себе. Заперла дверь, чтобы кто-нибудь не вошёл случайно и не застал её за сборами. Нужно было продумать, что взять с собой.

Она никогда не бывала в далёком ущелье Саанхари на южной границе Дхариана. Однако могла предположить, что там должно быть жарко, как и в тех краях, где Галия родилась и выросла. Так что тёплые вещи в походе особо не понадобятся. Зато непременно нужна вода, еда, огонь, оружие, кое-что из целительных зелий.

Галия надеялась вернуться раньше, чем её всерьёз хватятся. Но кто его знает, как сложатся поиски…

Страха не было. Она была уверена в том, что сможет за себя постоять. Но на всякий случай надела защитный амулет, который они с Реем некогда создали собственноручно. Галия не сомневалась, что при столкновении с опасностью лицом к лицу, способна защититься. Но ведь враг может напасть издалека или со спины. Так что амулет лишним не будет.

Наконец дорожный мешок был упакован, а сама она переоделась в более подходящую для похода одежду и обувь.

Теперь дело за малым – добраться до нужного места. К счастью, удивительный магический Дар Галии позволял ей открывать порталы даже туда, где она не бывала прежде. В этом было её преимущество перед Крылатыми. Она могла бы открыть портал прямо отсюда, из собственной комнаты.

Но для успешного похода за Ключом Завесы требовалась ещё и карта. Галия успела неплохо её изучить и запомнить, но это ей сейчас так казалось. А как знать, вспомнит ли она всё точно, оказавшись в незнакомом месте.

Галия решила пробраться в библиотеку и на всякий случай сделать магическую копию тетради лоры Марисандры. Такое она уже творила с лёгкостью.

Оставалось дождаться, когда Рейнар уйдёт к себе, и незаметно проникнуть туда, где хранилась карта.

***

9 Рейнар

Замок Зуб Дракона, накануне

Рейнар не жалел о том, что сказал.

Он искренне считал, что прав во всём. Не место Галии в походе за Ключом Завесы. Она должна остаться дома, в безопасности.

Да, она могла бы помочь, с её-то невероятным Даром. О такой спутнице в этом опасном странствии можно было только мечтать. Но Рей не имел права рисковать ещё и её жизнью.

Хватит и того, что собирался рискнуть собственной головой. Его затея была опасна и в чём-то даже безрассудна. Обычно лод Алин был куда более осторожен и осмотрителен, а столь неоправданных рисков старательно избегал.

Но в этот раз дело оказалось слишком личным. Загадочный артефакт когда-то мечтала найти его мать, более того – считала это своим долгом.

А ещё Рейнару, а потом и Марилене пришло в голову, что преждевременная гибель их родителей тоже могла быть связана с этим таинственным Ключом. Вот почему Рей не смог остаться в стороне.

Однако он не собирался вовлекать в это кого-то ещё: ни Галию, ни сестру, ни даже своих самых надёжных воинов.

Во-первых, чем меньше людей будет знать об артефакте, тем безопаснее. У Рея в окружении были те, на кого можно положиться, кто служил ему не первый год. Но в тайну артефакта посвящать он не хотел даже таких. Ради их же благополучия.

Во-вторых, он до сих пор не совсем понимал принципы действия Ключа Завесы. А значит, пока с этим не разберётся, лучше никого близко не подпускать. Об ущелье Саанхари не просто так ходили самые невероятные слухи. Возможно, спрятанный там магический кристалл (или что там из себя представляла эта древняя штуковина) влиял и на местность вокруг.

Поэтому Алин и решил отправиться один. Меньше всего Рею хотелось сложить там голову, но лучше уж он, чем кто-то ещё.

Рей, конечно, не забывал про свою ответственность – в конце концов, он ещё и лод Каринэля. От него зависело благополучие земли и подданных.

Впрочем, на это счёт Рейнар был спокоен. Если он погибнет, пытаясь добраться до артефакта, о людях позаботится Марилена. Она поняла и приняла его решение, пусть и не сразу. Согласилась с тем, что вместе идти нельзя. Кто-то должен остаться.

А вот Галия…

Галия мириться с тем, что он не брал её с собой, никак не желала. Отказывалась понимать такую простую и понятную вещь – он просто не мог ею рисковать, не мог.

Да, Рею уже приходилось это делать – тут её упрёк был справедлив. Но тогда выбора не было. Они сражались за жизнь, не только свою, не только любимых и близких – за жизнь каждого в Дхариане. И выбора просто не было.

Однако даже в те страшные дни, пока шла война, всякий раз, когда эта дерзкая и до безрассудства отважная девчонка оказывалась в шаге от опасности, у Рея замирало сердце.

В такие мгновения он понимал своего отца, понимал всех тех драконов, которые не смогли жить после гибели своей истинной, ушли следом за любимой женщиной.

Пусть Галия и не была егоженщиной, пусть их не связывала магия истинности, но Рейнар отчётливо понимал, что не переживёт, если с ней что-то случится. Жизнь потеряет всякий смысл, если из мира исчезнет эта упрямая смелая непоседа с глазами тёмными, как северная ночь, с улыбкой ярче весеннего солнца.

С тех пор, как Галия появилась в Зубе Дракона, суровый замок на окраине Дхариана будто стал теплее, светлее, воздушнее. Столько было в ней жизни: резвости, пытливости, любопытства, столько искренности и простодушия.

Нет, хитрить и осторожничать Галия тоже умела. Жизнь научила выкручиваться. Иначе она бы не дотянула до семнадцати лет, оставшись сиротой. Да ещё и магически одарённой сиротой. Но всё же от природы она была в большей мере склонна к честности и прямолинейности.

Вот и сейчас выпалила ему в лицо всё, что думала.

И он тоже хорош – не сдержался.

Рей знал, что он прав. Прав во всём.

И да, он не жалел ни о своём решении, ни о том, что сказал. А вот о том, какон это сказал, о том, как они расстались… пожалел в тот же миг, едва за Галией захлопнулась дверь.

Первый порыв был броситься следом. Но сейчас это было бесполезно. Она ещё не остыла и попросту не стала бы его слушать. Меньше всего Рей хотел ссориться с ней теперь, когда он вот-вот должен был покинуть Зуб Дракона. Но именно так и вышло.

Может, оно и к лучшему… Меньше будет скучать и волноваться за него.

Рей твёрдо решил, что откладывать хватит – завтра соберётся в дорогу, отдаст нужные распоряжения, проститься с Мариленой, а послезавтра на рассвете отправится в Саанхари.

В самом ущелье ему бывать не доводилось, а вот рядом с ним, на границе пустыни Сухэри, не раз. Значит, порталом – туда, а дальше уж – на собственных крыльях.

Сейчас же, пока ещё есть время, нужно получше изучить записи мамы.

Рейнар до сих пор не был уверен, что стоит брать с собой дневник с картой. С одной стороны, всё это может пригодиться – на память он не жаловался, но… С другой стороны, если вдруг… он не вернётся, карта не сгинет вместе с ним.

Рей пытался сосредоточиться на ровных строчках маминого почерка, но всё плыло перед глазами. В груди неприятно свербело, душа тоскливо сжималась.

Мысли снова и снова возвращались к их ссоре с Галией. Меньше всего он хотел её обидеть, довести до слёз. Сам не понял, как это вышло, чего она так разозлилась.

В конце концов, Рейнару надоело впустую тратить время. Убрав дневник на место – в тайный ящичек, о котором в замке знали лишь трое: он сам, Марилена и Галия, Рейнар решительно направился к комнате своей ученицы.

Нет, решения он так и не изменил, но помириться и попросить прощения ему самому было необходимо.

Однако смелости хватило лишь до двери. Он так и не постучал. Уже по тому, как плотно она была прикрыта, догадался, что Галия заперлась изнутри, а значит, никого не желала видеть. Никого– это его.

Постояв немного у порога, прислушиваясь к тихим шорохам с той стороны, Рейнар так и не осмелился окликнуть её. А вскоре развернулся и, понуро глядя под ноги, ушёл к себе.

«Утром. Поговорю с ней утром», – убеждал дракон сам себя, устало падая на постель.

Но сон не шёл. Сердце гудело внутри, будто набат. Горечь досады постепенно перерастала в пугающую его самого тревогу.

Вечерний замок давно затих, и в этом безмолвии ещё сильнее ощущалось странное беспокойство.

В конце концов, Рейнар не выдержал и снова направился к комнате Галии.

Время, конечно, уже позднее. Скорее всего она давно спит. И, наверное, зря он…

Додумать Рей не успел. Мощный всплеск магии он ощутил в нескольких шагах от её двери. Та, кстати, в этот раз была приоткрыта. И в щель пробивался слепящий молочно-белый свет.

Рейнар метнулся вперёд, ворвался в комнату. И увидел, как Галия, явно одетая по-походному, с дорожным мешком за плечами, шагнула в сияющий круг портала.

Ещё даже не успев осознать до конца, что же натворила эта несносная девчонка, Рей понял одно – нельзя терять ни мгновения: сейчас портал захлопнется, и он потеряет её след.

Рейнар молниеносно бросился вперёд. Портал уже опасно побледнел и сузился, но в самый последний миг дракон успел скользнуть в зыбкую молочно-серебристую дымку.

***

10 Рейнар

Портал беспощадно вышвырнул Рея прямиком на острые камни. Приложил так жёстко, что на мгновение выбил из груди весь воздух. Маг сдавленно охнул, зажмурился от боли.

Но, видно, безжалостной судьбе и этого показалось мало…

Рейнар очутился на самой краю скалистого обрыва. От мощного удара изъеденная ветрами порода пошла трещинами и тут же осыпалась, увлекая за собой по склону и невезучего