Отец подруги одержим мной

– Алина... – я дернула подругу за руку и дождалась, пока она на меня посмотрит. – Я лучше поеду...

– Нет! – отрезала она. – Теперь это дело принципа! Я не собираюсь уступать, это и мой дом тоже!

– Алина...

– Мне надо ехать, – холодно произнёс Владислав Александрович, убрав мобильный. – Надеюсь, к моему возвращению посторонних в доме не будет, – мужчина развернулся и пошел к двери.

– Кажется, ты забыл, что это и мой дом, – Алина с вызовом посмотрела на отца.

Он остановился и усмехнулся, но не повернулся к нам.

– Ты не заработала в своей жизни ни копейки, – с издевкой в голосе произнёс мужчина и открыл дверь.

– Достаточно того, что я тебя всё еще называю отцом, хотя отец из тебя так себе.

От перепалки между отцом и дочерью мне стало не по себе. Я сжала руку Алины, чтобы та успокоилась, но она даже не посмотрела на меня и продолжала сверлить взглядом спину отца.

– Ты всегда тащила всякую дрянь домой, – тихо ответил Владислав Александрович. – То котенка, то щенка. С возрастом твои питомцы выросли.

Алина набрала полную грудь воздуха, чтобы что-то сказать, но мужчина не стал продолжать разговор и вышел из кабинета.

– Алина, я лучше поеду...

– Теперь это не обсуждается, – отрезала подруга. – Ты остаешься здесь!

– Нет, пожалуйста, – я поджала губы и опустила глаза. – Лучше мне уехать, – но подурга похоже совсем меня не слышала. – Алина! – прикрикнула я, чтобы подруга пришла в себя и осознала ситуацию. – Твой отец против того, чтобы я была тут!

– И что? – усмехнулась она и пожала плечами. – Он против, а я за.

– Я не хочу проблем.

– Проблем не будет, я тебе это обещаю! – улыбка Алины не предвещала ничего хорошего. – Во-первых, я этого не позволю, а во-вторых, его и правда почти не бывает дома. Знаешь, когда я здесь жила, я видела его раз в пару недель, – голос Алины дрогнул, и я поняла, что это ее обижает до сих пор. Скорее всего, ее побег из дома был всего лишь попыткой привлечь внимание, а не сбежать от тирана отца. И похоже, что она собирается использовать меня для этой цели.

– Алина, на самом деле…

– Всё-ё-ё-ё, – закричала подруга и потащила меня из кабинета. – Никаких возражений. Между прочим, дом записан на меня! Так что я в нем хозяйка, и мне решать, кто здесь будет жить!

Алина вытащила меня обратно в холл и повела по лестнице наверх.

– Маргарита Михайловна, – прокричала она.

– Да, милая, – женщина наклонилась к нам через перила.

– Комната для Кристины готова?

– Да, почти всё готово.

– Отлично, пойдем, покажу тебе твою комнату!

Алина потянула меня наверх, я запрокинула голову и, шумно выдохнув, поплелась за подругой. В таком настрое с ней было бесполезно спорить, и я решила немного подождать, чтобы дать ей время остыть.

Мы зашли в комнату, и я удивленно подняла брови. Это было просторное помещение, наполненное большим количеством солнечного света. Кровать размером почти как наша комната в общаге стояла в центре комнаты. Маргарита Михайловна как раз заправляла ее, разглаживая последние складочки на бежевом покрывале.

– Опять покусалась с отцом? – весело спросила женщина.

– Он сам виноват! – Алина нервно прохаживалась по комнате.

– Он любит тебя, – мягко произнесла Маргарита Михайловна и, подойдя к Алине, погладила ее по спине. – Просто не умеет это выражать.

– Мне всё равно, – подруга посмотрела в окно. – Даже сейчас, когда я приехала домой, он уже уезжает. Работа для него всегда была на первом месте.

Мне было неловко стоять посередине комнаты и наблюдать за разговором Алины и Маргаритой Михайловны. Хоть подруга и старалась выглядеть безразличной, грусть слышалась в ее голосе и была видна во взгляде.

– Ладно, – встрепенулась Алина и повернулась ко мне. – Располагайся. Я в соседней комнате за стенкой. Будет скучно, можешь просто постучать по стенке.

Она направилась к выходу.

– Алина… – я попыталась остановить ее, чтобы успокоить, но подруга быстро выскочила из комнаты.

– Не переживай, – подошла ко мне Маргарита Михайловна. – Ей просто нужно побыть немного одной, – я улыбнулась и понимающе кивнула. – Располагайся и спускайся вниз на завтрак.

– Хорошо, – согласилась я, и Маргарита Михайловна вышла из комнаты.

Я стала осматриваться, было настолько неуютно находиться здесь, что по коже пробегали мурашки. На улице плюс тридцать, а мне зябко в комнате. Мне было страшно к чему-то прикасаться, всё выглядело как на картинке и стерильно как в больнице.

Классические светлые тона разбавляло горчичного цвета кресло, на котором стояла моя сумка с вещами. Я подошла к ней и, расстегнув, посмотрела внутрь. Вещи были скиданы как попало, и превратились в мятые тряпки. Нужно было бы их разобрать, но мне бы не хотелось здесь задерживаться. Решив, что, возможно, Алина уже отошла от ссоры с отцом и отпустит меня, оставив сумку, я направилась в комнату к подруге.

Дверь была приоткрыта, и я увидела, как Алина сидит на кровати и рассматривает какой-то большой альбом с печальным видом. Я осторожно постучалась и, заметив, что подруга посмотрела на меня, открыла дверь.

– Можно?

– Конечно, – выдохнула Алина и грустно улыбнулась.

Я вошла в комнату, залезла рядом с подругой на кровать и стала смотреть альбом вместе с ней.

– Это твоя мама? – спросила я, увидев на фотографиях светловолосую красивую девушку.

– Да, – Алина грустно усмехнулась. – Маргарита Михайловна говорила, что мой отец ее очень любил, но, когда я смотрю на него, мне кажется, что он вообще не умеет любить.

– Может, он просто прячется, закрылся в себе и боится вновь открыться?

– Я его дочь, – обиженно проговорила подруга, ее голос дрожал, казалось, что она вот-вот заплачет. Алина начала смотреть то на меня, то на фото и непонимающе улыбаться. – Знаешь, мне кажется, вы очень похоже с моей матерью.

– Думаешь? – я всмотрелась в фото. – Она очень красивая, так что я не против, – усмехнулась я.

– Нет, серьезно, – настроение Алины заметно улучшилось. – Наверно, поэтому ты мне так понравилась. На подсознании я увидела что-то знакомое, – засмеялась она и перевернула страницу. – О, смотри, – Алина тыкнула пальцем в одно из фото. – Платье почти как у тебя, на этом фото вы почти как сестры.

Я улыбнулась, но наше сходство действительно было неоспоримо, и это даже пугало. Алина же, наоборот, была впечатлена этим и радовалась как ребенок. Я не посмела нарушить такой хрупкий момент счастья подруги и решила подождать немного с переездом.

5

Мы спустились вниз и, перекусив, отправились к бассейну. Приятно оказалось окунуться в прохладную воду. Алина выглядела непринужденной, такой как обычно. Вскоре я и сама немного расслабилась и стала получать удовольствие.

Несколько часов мы провели у бассейна, никуда не торопясь, спокойно попивая безалкогольные напитки, которые нам приносила Маргарита Михайловна. Это всё было похоже на какой–то другой мир, мир комфорта и удовольствия.

– Я могу и привыкнуть к такому, – усмехнулась я, развалившись на лежаке возле бассейна. Солнце уже опустилось, но всё еще ощущалось его тепло на теле.

– Рада, что тебе понравилось, – усмехнулась Алина и протянула свой бокал, чтобы стукнуться со мной.

– Потом не выгонишь меня отсюда, – засмеялась я и поддержала подругу.

– А я впервые чувствую себя здесь так хорошо, – голос Алины немного дрогнул. Лишь на секунду она дала себе слабину и погрустнела, но тут же взяла себя в руки и улыбнулась. – Я рада, что ты тут со мной.

– Разве в этом доме можно грустить?

– Ты даже не представляешь, насколько он холодный. Этот дом больше похож на склеп, чем на семейный дом.

Я заметила, как настроение подруги портится, и решила больше не развивать эту тему.

– Что говорит Ванька? – перевела тему я. Вопросы о новом парне всегда поднимали настроение Алины.

– А, точно! – воскликнула Алина и села на лежаке. – Он приглашает нас сегодня на день рождения своего друга. Небольшая вечеринка в клубе, обещают безудержное веселье.

– Тащится опять в город, в эту духоту, сразу после того, как я познала рай… – я блаженно закрыла глаза.

Сейчас я действительно чувствовала себя хорошо, несмотря на столь холодный прием. Мне даже шевелиться не хотелось в отличие от подруги, она уже немного пританцовывала, сидя на лежаке, явно входя в кураж.

– Нет, это мы не пропустим, – Алина вскочила на ноги и, схватив меня за руку0 потянула на себя. – А ну вставай, лентяйка!

– Давай еще пять минуточек, – жалобно простонала я.

Я понимала, что как только выйду из этого рая, то точно больше сюда не вернусь, и хотелось хоть немного еще понежиться здесь.

Как ни странно, Алина отступилась и куда-то пошла. Я, довольная, проводила ее взглядом до края бассейна и блаженно закрыла глаза. Но уже через несколько секунд на меня обрушилась струя холодной воды.

– А-а-а, – заорала я во все горло и вскочила с лежака, но даже это не остановило подругу, она продолжала поливать меня, пока я крутилась, пытаясь увернуться от воды. – Алина, перестань, пожалуйста, – смеясь, просила я.

– Взбодрилась? – Алина отключила воду и наклонилась, заливаясь звонким смехом.

– Ты чокнутая! – я стряхнула с себя капли воды руками.

– Согласись, стало намного лучше?

– Сейчас проверишь! – крикнула я, бросилась к Алине и попыталась выхватить шланг.

Подруга крепко вцепилась двумя руками в оружие, но мне все же удалось направить его на неё и включить воду. Алина громко завизжала. Через несколько секунд мы были обе полностью мокрые, но все еще перегибали шланг, пытаясь направить его друг на друга.

– Да что вы творите! – послышался рядом голос Маргариты Михайловны. – А ну перестаньте!

Мы тут же послушались женщину и, выключив напор воды, развернулись к ней, стараясь принять серьезный вид, но все еще давясь от смеха.

– Что вы тут устроили? – генеральским голосом спросила Маргарита Михайловна.

Эта женщина, хоть и не внушала страха, как отец Алины, но все-таки ослушаться почему-то мы ее не могли, и обе стояли по стойке смирно. Она словно мама, которой подчиняешься, чтобы не расстраивать.

– Да мы просто веселились, – отозвалась Алина.

– Ты посмотри, всё кругом мокрое! – развела руками женщина. – Поскользнётесь же!

– Не переживай, мы уже уходим, – Алина взяла меня за руку и потащила в сторону дома.

Все же Маргарита Михайловна была права, и я поскользнулась на влажной плитке и, почувствовав острую боль в лодыжке, громко закричала. От падения меня спасла Алина, успев подержать меня под руку.

– Что случилось? – встревожилась подруга.

Я поджала ногу и схватилась за нее руками, зажмурив глаза от боли.

– Черт, как же больно!

– Ну-ка отойди, – Маргарита Михайловна легонько оттолкнула Алину и наклонилась к моей ноге, – Убери руку, я посмотрю!

Я, пошатываясь на одной ноге, морщась от боли, убрала руку. Женщина уверенно, со знанием дела стала осматривать место ушиба, понемногу покручивая ногу и нажимая на разные места.

– Так больно? – каждый раз спрашивала она.

Почти всё время было терпимо, пака наконец Маргарита Михайловна не сделала что-то, отчего у меня в глазах от боли потемнело.

Я громко вскрикнула и попыталась отдернуть ногу.

– Так, обопрись на меня, – Маргарита Михайловна подошла ко мне и обняла за талию. – Перелома вроде нет, но лучше, чтобы осмотрел врач.

Я положила руку на плечо женщины, и мы похромали к дому. Алина прыгала рядом и постоянно спрашивала, как я себя чувствую. Я старалась улыбаться и кивала, что всё нормально, хотя даже наступать на ногу было больно.

Маргарита Михайловна вместе с Алиной завели меня в дом и усадили на диван. Женщина позвонила врачу, а подруга села рядом и обеспокоенно смотрела на меня, держа за руку.

– Прости, – голос Алины звучал виновато, казалось, она вот-вот заплачет. Она опустила глаза в пол. – Я не хотела.

– Ты не виновата, – успокоила я ее. – Это я неуклюжая.

– Блин, надеюсь, все не так страшно…

– Алина, – скомандовала Маргарита Михайловна. – Врач велел обеспечить покой и сделать холодный компресс. Сам приедет через минут двадцать.

– Хорошо, – закивала подруга и вскочила с дивана. – Ложись.

– Да всё нормально, – отмахнулась я, чувствуя небольшое облегчение и, чтобы доказать это, я попыталась подняться на ноги, но стоило мне немного надавить на пострадавшую ногу, как ее вновь пронзила сильная боль, и я вскрикнула.

– Вижу, как всё нормально, – Алина взяла меня за руку и помогла лечь на диван.

– Я за льдом, – Маргарита Михайловна недовольно посмотрела на меня. – Больше не вставай, просто лежи! – скомандовала она и вышла из комнаты.

– Лучше слушаться, – усмехнулась Алина присев рядом со мной.

– Я ее толком не знаю, но это я поняла сразу, – поддержала я.

Через пару минут вернулась Маргарита Михайловна, держа в руке сверток со льдом. Она подвинула Алину и сев на ее место приложила к ноге сверток, я тут же почувствовала холод и зажмурилась.

– Ничего, скоро станет лучше, – успокаивающе произнесла она и по-доброму улыбнулась.

Боль я почти не чувствовала, а вот холод от свертка… Вскоре в комнате появился врач, немолодой мужчина лет пятидесяти, он вежливо поздоровался и приступил к осмотру. Все его движения были очень аккуратны и осторожны. Он задавал вопросы и старался по-доброму пошутить, чтобы снять напряжение вокруг.

– Ну что, девушка, – улыбаясь, произнёс врач, убирая от меня руку. – Могу вас обрадовать, вы не умираете!

– Очень приятно слышать, – усмехнулась я.

– Но нужно наложить повязку и пару дней полежать, чтобы не тревожить ногу, – мужчина достал из сумки эластичный бинт и стал фиксировать ногу.

– Я нормально себя чувствую, – возразила я. – Ничего страшного.

– Растяжение не значительное, но чтобы избежать повторного растяжения, нужно хотя бы пару дней не нагружать ногу, а повязку нужно носить около пяти дней. Я приеду через два дня и проверю, как проходит восстановление, а пока советую вам больше отдыхать!

Слова врача дали мне понять, что в этом доме мне придётся задержаться, но я этого совсем не хотела.

– Может, я лучше сама приеду к вам в клинику?

–Это что ещё за новости? – возмутилась Маргарита Михайловна. – Врач сказал, что ногу нельзя нагружать!

– Да, но мне лучше будет, если я поеду в общежитие...

– Что? Ты с ума сошла? – вмешалась Алина – Воды нет, кухня общая. Ты там точно не отдохнешь и загремишь в больницу. Здесь Маргарита присмотрит за тобой...

– Конечно! – грозно произнесла женщина. – Всё, это не обсуждается! Ты остаёшься здесь!

– Но... Владислав Александрович не особо рад меня видеть...

– Ничего, – усмехнулась Маргарита Михайловна. – Побухтит-побухтит и перестанет, он хороший человек, просто не любит ничего нового.

– Мне уже пора, – врач закончил накладывать повязку. Он встал и взял свой чемоданчик.

– Не переживайте, я за ней присмотрю!

– Маргарита Михайловна, в вас я не сомневаюсь, – он посмотрел на меня. – Отдыхайте и поправляйтесь.

Мужчина кивнул и вышел из комнаты, Маргарита Михайловна последовала за ним, чтобы проводить. Мы остались вдвоём с Алиной, я чувствовала себя не ловко из-за того, что мне теперь придётся здесь задержаться.

– Жаль, что мы не попадём на вечеринку, – выдохнула Алина. – Я хотела тебя кое с кем познакомить, да и Ванька обещал какой-то сюрприз устроить.

– А что тебе мешает сходить? – нахмурилась я.

– Не оставлю же я тебя одну!

– Ну, я тут не одна, со мной Маргарита Михайловна, – напомнила я. – Она-то уж точно проследит, чтобы со мной всё было в порядке!

– Да, но… Это всё из-за меня, и я должна быть рядом. Вдруг тебе что-то понадобится.

– Это случайность! От того, что ты будешь сидеть рядом со мной, легче мне не станет. Я поём и лягу спать, пусть хоть кто-то из нас повеселится. Помоги мне встать, – я протянула руку подруги.

– Куда встать? – тут же послышался сердитый голос Маргариты Михайловны.

– Я хочу подняться в комнату.

– Сейчас поешь, и я попрошу охранников помочь тебе. Ты слышала, что сказал врач? Не нагружать ногу.

Я шумно выдохнула и легла обратно. Даже толком не зная женщину, я уже поняла, что спорить с ней бесполезно, а убежать теперь не было возможности.

Убедившись, что я никуда не собираюсь, Маргарита Михайловна вышла из комнаты.

– Ты правда не против, если я пойду на вечеринку?

– Конечно!

Алина тут же достала телефон и посмотрела время.

– Блин, уже много времени… – она задумчиво закусила губу.

– Беги, собирайся, я никуда не денусь, – усмехнулась я.

Подруга радостно чмокнула меня в щеку и побежала к себе в комнату, а я легла и погрузилась в свои мысли. Мне совсем не хотелось задерживаться в этом доме, да и встречаться с мрачным отцом подруги тоже больше не хотелось, но ноющая боль в ноге говорила что я тут надолго.

Алине требовалось, как всегда, много времени чтобы собраться.

Маргарита Михайловна принесла мне чай, от которого меня совсем разморило. Я погрузилась в дурман. Когда подруга уходила, мне хотелось попрощаться с ней, но я так удобно устроилась, и веки были тяжелыми, что я продолжила погружаться в приятный сон.

6

Влад

Весь день я только и мог думать об этой странной девчонке. Меня всего разрывало на части, я ненавидел ее за то что она так похожа на Киру, но в тоже время так сильно желал. Совещания, встречи – всё проходило как в тумане, и как только у меня закончились все встречи, я тут же поехал домой. Я хотел, чтобы она исчезла из дома, и в тоже время этого боялся, мне хотелось увидеть ее еще раз. Просто чтобы понять, что она совсем не похожа на Киру.

Я уже давно не возвращался из офиса так рано, да я даже не помню, когда это было. Я старался проводить как можно больше времени вне дома. Это уже давно был не дом, а склеп с садом.

– Ой, – Маргарита испуганно схватилась за грудь. – Что–то случилось?

– Нет, – я пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённо.

Я быстро осмотрелся, чтобы понять, успел я приехать до того, как это девчонка уедет или нет. Все выглядело как обычно, никакого шума или вещей дочери. Если бы Алина все еще была здесь, то в доме бы царила совсем другая атмосфера. Я испытал сильное разочарование, мне даже захотелось вновь уйти, ведь мне больше нечего было делать в этом доме.

– Я не ждала вас так рано, – призналась домработница. – Вы голодны? Я сейчас что-нибудь приготовлю! Есть какие-то пожелания?

– Нет, не стоит, – я попытался улыбнуться, хоть внутри меня все горело огнем разочарования. – У меня была встреча в ресторане, так что я сыт. Я вымоюсь и пойду в сад.

Маргарита понимающе улыбнулась и отошла, пропуская меня к лестнице.

Я направился в свою комнату на второй этаж, но всё же остановился и повернулся к женщине.

– Где Алина? – я задал вопрос, и во мне вновь загорелась легкая искра надежды, что дочь, как всегда, меня не послушалась.

– Она… она уехала.

– Уехала… – разочарованно усмехнулся я и, тихонько ударив по перилам, пошел в комнату.

Я словно лев в клетке бродил из угла в угол. Я не понимал, что со мной происходит.

«Может, поехать к дочери в общагу? И что я скажу? Бред какой-то…»

Я остановился возле прикроватной тумбочки и взял фотографию своей жены. В груди сразу защемило, я почувствовал себя предателем. Провел пальцами по ее красивому лицу.

«Как же я скучаю… Она не ты, кто угодно, но не ты»

Я убеждал себя, как мог, пытался справиться с этим наваждением, но мысли всё равно возвращали меня в сегодняшнее утро. Мне нужно было забыться, занять чем то руки. Переодевшись в футболку и спортивные штаны, я спустился, чтобы отвлечься в саду. Работа в нем помогала мне не думать ни о чем. Дверь в гостиную была немного приоткрыта, и я заметил, что на диване кто-то лежит. Я не видел, кто, но внутри всё напряглось, и дыхание стало прерывистым. Я осторожно толкнул дверь, боясь увидеть картину целиком.

Внутренние чутье не подвело, на диване действительно лежала Кристина, она была одета в белую майку, шорты и слегка прикрыта покрывалом, которое наверняка принесла Маргарита, когда та уснула. Ноги сами меня повели к ней, казалось, что я больше не владею своим телом.

Девушка выглядела такой беззащитной и милой, но чем больше я смотрел на нее, тем больше путался в себе. Мне хотелось поцеловать её, безумное влечение затуманивало мне разум. Я опустился рядом с ней на колени и убрал прядь светлых волос, которая падала ей на лицо. Но стоило мне приблизиться к ней всего на пару сантиметров, как мной начала завладевать ярость. Грудь сдавило, руки затряслись, я тяжело задышал и, резко встав на ноги, закрыл лицо.

«Как может обычная девчонка вызывать столько эмоций? Я хочу овладеть ею и в тоже время придушить».

Я выдохнул и сделал шаг назад, лучше мне держаться подальше от нее. Как можно дальше.

– Владислав Александрович, – раздался тихий голос Маргариты.

– Да, – отозвался я и, сжав руки в кулаки, постаравшись принять невозмутимый вид, повернулся к женщине. – Что она тут делает?

– Кристина? – улыбнулась женщина. – Она ногу подвернула, небольшое растяжение. Врач сказал, нужен покой на пару дней.

– Ты же сказала, что Алина уехала, – напомнил я.

– Да, Алина уехала к другу у них какая-то встреча и она вот буквально перед вами уехала.

Я наклонил голову и выдохнул.

– Почему она спит в гостиной?

– Я хотела покормить Кристину, а потом попросить кого нибудь из охранников помочь ей подняться, но девушка уснула, – Маргарита с нежность посмотрела на Кристину. – Правда, она милая?

– Ей здесь не место! – я стиснул зубы и посмотрел на девушку на диване.

В этот момент веки девушки стали подергиваться, она открыла глаза и испуганно уставилась на меня.

– Да, я понимаю… Но она так сладко спит, что я не решилась ее тревожить, а сама она не в состоянии подняться.

Я уже с трудом слышал, что говорит Маргарита, а смотрел в глаза девчонки и словно утопал в них. Внезапно Кристина дернулась, словно ее ударило током, и села на диване.

– Я сейчас уйду! – отчеканила она.

– Да ты что, милая, я позову кого-нибудь и тебе помогу.

– Все нормально, мне уже лучше. Нога почти не болит.

Я не собирался слушать перепалку между ними и решил сбежать. Но стоило мне сделать шаг в сторону, как за спиной раздался душераздирающий стон девушки, я машинально бросился к ней и обнял за талию.

– Где больно? – обеспокоенно выпалил я, но тут же опомнился и грубо фыркнул. – Тебе сказали лежать, что ты скачешь!

– Я просто…

Я не дал закончить ей, и в одно движение поднял ее на руки и понес в комнату. Я старался даже не дышать, чтобы не потерять контроль над собой.

7

Кристина

Меня разбудили какие–то голоса. Я открыла глаза. Прямо передо мной стоял тот, кого я бы не хотела видеть. Алина говорила, что его почти не бывает дома, что она с отцом может встретиться всего пару раз за неделю. Так почему я с ним встречаюсь уже второй раз меньше чем за сутки?

Владислав Александрович стоял рядом и смотрел на меня, его серые глаза сейчас казались черными как ночь. На нём была чёрная футболка, которая открывала его накачанные крепкие руки и подчёркивала спортивное тело. Взгляд словно испепелял меня, уничтожал, говорил, что я ничтожество. Даже нос немного дернулся от отвращения.

Где–то вдалеке я слышала голос Маргариты Михайловны, не понимала, что она говорит, но понимала, что Владислав Александрович недоволен тем, что я здесь.

Я резко села на диване и опустила глаза в пол.

– Я сейчас уйду! – выпалила я.

– Да ты что милая, я позову кого-нибудь и тебе помогу, – Маргарита Михайловна была позади отца Алины.

– Все нормально, мне уже лучше. Нога почти не болит, – успокоила я женщину и попыталась встать.

Я оперлась на перевязанную ногу, как тут же почувствовала острую боль. Я уже позабыла, насколько она сильная, и чтобы не закричать, я стиснула зубы и закрыла глаза, но все равно у меня вырвался стон.

– Где больно? – послышался голос Владислава Александровича, и я почувствовала, как он прикоснулся к моей ноге. Я была удивлена и, не веря, открыла глаза, взгляд мужчины выглядел встревоженным, но уже через секунду он стал таким, как и обычно: грозным и холодным. – Тебе сказали лежать, что ты скачешь!

– Я просто… – попыталась я оправдаться, но мужчина не дал мне договорить, резко подкинул меня, и я оказалась у него на руках.

Я закинула одну руку Владиславу Александровичу на плечи, а второй вцепилась в ворот футболки. Я чувствовала, как каждая мышца на теле мужчины напряжена, он был словно каменная глыба. Я случайно прикоснулась к его коже кончиками пальцев, и меня словно ударило током. Я лишилась дара речи и уставилась на отца Алины. Он смотрел прямо перед собой, и я могла рассмотреть его грубые черты лица. Меня что-то привлекало в нём, манило и заставляло чувствовать себя неловко.