Влюбилась в Монстра!

Пролог!

Пролог

— Тумур, вы сильно заняты? — Алиса несмело переступила порог моего кабинета.

— Могу отвлечься. Что-то случилось?

— Смотря с какой стороны посмотреть, — девушка останавливается буквально в двух шагах от меня. — У Евы в следующую субботу день рождения, я предлагаю устроить ей праздник.

— У вас есть конкретные предложения? — я поднимаюсь со своего места и принимаюсь за распаковывание бумаг, что пришли по почте.

— Я сначала подумала пригласить аниматоров, но ваша дочь всё ещё боится посторонних. Поэтому предлагаю сводить её в парк и просто посвятить Еве полностью весь ваш день. Вы сможете на какое-то время отложить свои дела?

— Попробую, — я засмотрелся на красивое лицо Алисы и не заметил, как уколол себе палец острым ножом для бумаг. — О чёрт!

— Осторожней! — Алиса моментально оказывается рядом со мной и, обхватив мой указательный палец своими аппетитными пухлыми губками, втягивает его в себя, ещё и языком слизывая при этом с него капельку крови.

— О боги! Алиса, что же ты творишь? — мой голос охрип, а в штанах в одно мгновение стало невыносимо тесно.

Алиса немного стушевалась. Судя по лицу, она осознала двусмысленность ситуации. Девушка слегка разомкнула губы, очевидно, хотела отстраниться, но уже слишком поздно. Мой самоконтроль сорван окончательно и сдерживать себя я больше не в силах.

Я зажимаю подбородок девчонки и погружаю свой палец немного глубже в её бархатный ротик. Алиса не совсем уверенно, но всё же снова смыкает губы.

Слегка надавливаю на язык Алисы, и она всё правильно понимает! Девушка несмело начинает втягивать палец в себя, при этом вновь обводит фалангу моего пальца языком. Я делаю шумный вдох, и ещё больше сокращаю между нами расстояние!

— Алиса... — я хотел сказать, что мы сейчас играем с огнём, но при виде совсем недетского блеска возбуждения в глазах девушки, крупицы рассудка покинули мою голову окончательно!

1 Глава.

— Алиса, Алиса, подожди, — останавливаюсь у калитки и терпеливо жду, пока соседка тётя Люба дойдёт до меня.

— Ну что, Алиска, сдала?

— Да! Но результаты только завтра будут. Пойдёмте чаю попьём, бабуля вишнёвый пирог должна была испечь!

— Ой, айда, а то я с этим огородом совсем умаялась, — запричитала тучная женщина, — как старики, кстати?

— Бабуля сдала немного, — чуть понизила я голос, — но в целом неплохо.

— Сердце?

— Ну да!

— Ох, Алиса, умотаешь в город, старики твои совсем зачахнут без тебя.

— Да уж. Тоже думаю часто об этом. Сама как на иголках. Нужно ещё на лето работу найти. Не с бабушкиной же пенсии одежду покупать?! — открываю перед соседкой дверь, пропуская её вперёд.

— О, коробка пустая! — смотрит женщина под скамью, что стоит на веранде, — куда живность свою подевала?

— В райцентр увезла, всех пораздавала! — счастливо улыбаюсь, — добрых людей много. К тому же, котятки были очень красивые.

— Что, и бесхвостого забрали? — в глазах соседки искреннее удивление.

— Его в первую очередь, — ставлю чашки на стол, — и Мишкой сразу назвали!

Я очень люблю животных. Мы с дедушкой по весне мусор вывозили на свалку, там-то я и нашла в полиэтиленовом мешке пятерых котят. Один не выжил, к сожалению, а четверых мне удалось спасти. Правда, у одного котёнка хвост был обморожен, но всё равно, он был самым милым из всех, и его у меня первым и забрали.

— Чистота какая! — с восторгом в голосе произносит женщина. — И когда ты только успеваешь всё, Алиска? К Лисицыным тоже так и мотаешься.

— Конечно! Дядя Миша уже не встаёт совсем, да и баба Маша уже тоже с большим трудом ходит, — женщина осуждающе качает головой, усаживаясь на старенький табурет.

— Совести у Тамарки с Колькой нет. Сами укатили в город, живут там как буржуи, а приезжали за два года всего один раз. Считай, на тебя родителей спихнули. И хоть бы копейку какую заплатили бы. Вон Славику моему хвастал Николай — машину за миллион взял.

— Так он же кредит оформил, теперь выплачивает. Им и так с Томой тяжело. А мне совсем не сложно. Свои же люди.

— Погубит тебя твоя доброта, Алиска! — откусывая пирог, снова причитает тётя Люба. — Старики твои когда вернутся?

— Скоро уже, Марта не много молока утром дала, так что скоро уже приедут.

Раздался скрип калитки, и мы одновременно посмотрели в сторону открытой двери. Я улыбнулась, увидев на пороге сына Лисицыных.

— Ну ничего себе, какие люди! — соседка едва не выронила бокал из рук. — Ну здравствуй, Коля. Какими судьбами? Не поверишь, мы с Алисой только-только тебя вспоминали. И Тамара тоже приехала?

— Добрый день, тёть Люб. Нет. У Томки работа, да я, собственно, туда и обратно! — тётя Люба, всплеснув руками, начинает снова причитать.

— Коля, ну разве ж так можно? Родители сколько ждали вас, а ты приехал и тут же назад.

— Не бухти, тёть Люб.

Николай — высокий сухощавый мужчина тридцати восьми лет, весь в синих татуировках, трижды привлекался за грабёж, но умело уходил от справедливого наказания. Нет, я его не осуждаю, конечно же, это всё было по молодости, по глупости. А сейчас Николай нашёл хорошую работу. Он устроился в охрану к очень влиятельному бизнесмену.

— Алиска, я за тобой! — взяв со стола пирог, мужчина откусывает сразу половину пирога, а я едва не опрокинула на себя стакан с горячим чаем.

— Не совсем поняла. В каком смысле вы за мной, Николай?

— Так мать по телефону все уши мне прожужжала, что тебе нужна работа. Говорит, ты поступать в колледж собралась.

— Ну да, в колледж, — шокировано смотрю на мужчину.

— Ну, короче. Томка же в офигенном частном саду работает. Там на лето в отпуска уходят воспитатели и нянечки, вот она и возьмёт тебя помощницей воспитателя на оставшееся лето.

— Что, правда? — я с трудом сдерживала себя, чтобы не запрыгать от радости, ведь я просто обожаю детей. И они ко мне тянутся. Я два года подряд подрабатывала в летних лагерях и отлично ладила с дошколятами. И тогда же, кстати, я твёрдо решила, что буду поступать на педагогический.

— Правда! — довольно сухо произносит, но я не обижаюсь на его тон. У Коли с детства такой темперамент. Так тётя Маша говорит. — Только ты много вещей не бери, и это, вечером уже нужно выдвигаться, завтра уже приступаешь.

— Как, Коль, а как же я… — немного теряюсь, ведь не представляю, как эту новость воспримет бабуля с дедушкой.

— Так, Алиска, тебе нужна работа или нет?

— Нужна.

— Ну так…

— Не переживай, Алиса. Поезжай спокойно. Я за твоими присмотрю, если что, и Славик, если чего нужно будет, поможет.

— Ну вот видишь! Так давай, ты пока собирайся. Мне ещё кое-что сделать нужно. В восемь чтобы готова была.

— Подожди, а жить я где буду?

— Так это... — почесав затылок, Николай как-то странно на меня посмотрел. — С нами поживёшь, свет, вода по счетчикам. Пойдёт?

Я словно в ступоре, просто киваю головой. Даже не верится, что уже завтра смогу приступить к работе. Николай уходит, прихватив с собой ещё один большой кусок пирога.

— Подожди, Алиса, а бал выпускной? Мы же собирались за платьем ехать! — опомнилась женщина.

— Тёть Люб, ну какой выпускной?! Ничего страшного, обойдусь без выпускного бала.

— Алиса! Ты так его ждала! — тётя Люба качает головой.

Я на самом деле его очень сильно ждала. Но мне очень нужна эта работа.

***

Бабушка с дедушкой с рынка вернулись к четырём часам, и я их просто огорошила новостью о том, что уезжаю.

Они сначала не хотели меня отпускать, говорили, что отложенных денег хватит на одежду и так, на первое время. Но я так не могу.

— Ба, работа же хорошая?

— Хорошая!

— Ну чего ты тогда? — бабуля словно места себе не находит. Всё причитает и причитает! У калитки бабушка снова меня перекрестила, и с богом отпустила в город.

— Николай, у вас всё в порядке? — мы ехали уже полтора часа, и всё это время Коля курил одну за другой сигареты.

— Нормально всё! Через час будем в столице! — наконец Николай выбрасывает сигарету, я, честно говоря, с огромным трудом переношу табачный дым и сейчас меня спасало-то, что у Коли сломался кондиционер в машине и ему пришлось открыть окна. Несмотря на то, что вечер, начало июня выдалось очень жарким, а Коля не любит духоту. — Давно в Москве была?

— Да нет, по весне с дедушкой приезжали, колледж подыскивали!

— Ясно!

— В этом году у дяди Миши юбилей!

— Да? — Коля снова забыл про день рождения отца. В прошлом году даже не позвонили, чтобы поздравить его, а он очень ждал — я видела!

— Было бы хорошо, если бы у вас с Тамарой получилось приехать, хотя бы на пару дней.

— Да понимаешь, — чешет затылок, — работы полно.

— Да понимаю, конечно.

Ну, а как он вырвется? Тётя Маша рассказывала, что у Николая ненормированный рабочий день, и его могут выдернуть в любой момент. И у Тамары, наверняка, выходных мало.

— Но вы с Тамарой хотя бы звоните родителям почаще, они скучают.

— Мгу! — только и промычал Николай. И всё-таки он нервничает, может на работе проблемы?

Не стала больше донимать мужчину, так и доехали в полной тишине. Был уже двенадцатый час ночи, когда мы подъехали к высотному дому одного из спальных районов.

— Так, Алиска, ты у нас мелкая, в кухне на диванчике поспишь. Ничего?

Николай открыл для меня дверь своим ключом и пропустил вперёд.

— Конечно, — мне на самом деле не очень хочется их стеснять, бабушка таки сунула мне часть накопленных денег, так что я буквально пару деньков переночую и сниму себе какую-нибудь комнатушку.

Тамара не спала, она предложила мне чаю, но я отказалась. Поздно уже.

— Алиска, тебе точно восемнадцать есть? Ты совсем не изменилась, косы разве что свои длиннющие состригл,. — Тамара приветливо улыбается мне и проводит на кухню.

— Да, так вышло! — немного с грустью в голосе произношу.

— А, вспомнила. Мне мать что-то трещала о том, что тебе волос подпалила Танька Дёмина. За то, что Димка встречаться тебе предложил.

— У неё случайно это вышло. Я ведь Диме сразу сказала, что мне не до свиданий. Экзамены, поступление.

Тамара с Николаем как-то странно переглянулись и довольно глупо захихикали. Мне стало неприятно, но я постаралась этого не показывать.

Таня, правда, случайно это сделала. Она даже приходила к нам и извинилась передо мной. Я чуть позже сама уговорила бабушку с дедушкой забрать заявление из полиции. Да, Дёмина, конечно, ещё меня крепко поколотила тогда, но она просто с этими экзаменами совсем сама не своя стала. И её мама тоже так сказала. Да что уж там, я и сама вся издергалась, пока готовилась, всё учила. А портить жизнь Тани… Я-то как жить потом буду, если из-за меня у неё будет судимость, и она не поступит.

Тома выдала мне постельное бельё и ещё долго что-то обговаривала с Николаем в соседней комнате.

2 Глава

— Ничего себе, какие ароматы! — на кухню, потягиваясь, вошла заспанная Тамара в шёлковом халате.

Я проснулась, как только начало светать. И решила испечь оладьи на завтрак. Как-то же нужно отблагодарить Лисицыных за их доброту. Тем более, я привезла с собою домашнюю сметану и творог.

— Ничего, что я тут похозяйничала? — Тома лишь машет рукой.

— Да брось, Алиса, давай свои сырники, будем пробовать.

Я налила нам чай и решила быстренько спросить, в чём будет заключаться моя работа.

— Сегодня ты будешь помогать Полине Константиновне, она в младшей группе работает. Тебе же Колька говорил, что у нас не простой садик?

— Да! Как я поняла, он где-то за городом.

— Да, но это не совсем садик. У нас там богатенькие детки, чьи родители считают, что просто с нянями дома их чадам скучно, и им необходимо общение, — отпив из бокала чай, Тома продолжила. — Это один из олигархов недавно открыл дошкольное учреждение, куда ходят исключительно золотые детки, и ими занимается целый штат преподавателей. Там куча психологов, дефектологов и прочих умных лиц.

— А я что буду делать?

— А ты на подхвате, — Тома почему-то всё время отводила взгляд и часто смотрела на часы. — Что-то вроде нянечки.

— Хорошо! — может она переживает, что я не справлюсь?! Поэтому так нервничает.

***

У Тамары тоже очень хорошая дорогая машина. До места мы добираемся меньше чем за час! Я ожидала увидеть стандартное здание, но на деле это оказался настоящий дворец из стекла. Высокое светлое здание с затемнёнными окнами. Очень сильно напоминало сказочный дворец, разве что в современном стиле.

Тамара по-прежнему казалась мне излишне напряжённой, и в целом вела она себя немного странно! Почему-то её дружелюбность по отношению ко мне исчезла. Вернее, мне почему-то стало казаться, что она старательно пытается со мною быть любезной, причём, наверное, еще вчера.

Когда я к ним приехала, просто на эмоциях, я не смогла это сразу заметить.

«Да ну, нет! — мысленно машу на себя рукой. — Я просто накручиваю себя, вот и всё. Тамара с самого моего детства знает меня. Это когда я была маленькая, думала, что она меня недолюбливает. Мягко говоря».

Несмотря на то, что она старше меня почти на двадцать лет, Тома часто дразнила меня. Называла блаженной пигалицей! Меня это очень обижало, а она только смеялась надо мной. Но уже когда я повзрослела, она стала относиться ко мне иначе, особенно после того, как я стала помогать их с Николаем родителям.

Тамара чуть более подробно ввела меня в курс дела. Для начала я должна была немного помочь на кухне, но оказалось, что внезапно заболела одна из очень нужных нянечек.

— Алиса, ты же хорошо ладишь со сложными детьми?

— Ну, вроде да, неплохо. Но опять же, от малыша зависит!

— Зоя Антоновна заболела, а с Евой никто не может справиться, Антоновна как-то ещё более-менее... Девочка очень забитая и не идёт ни с кем на контакт.

— Ева — одна из воспитанниц. Я правильно понимаю?

— Да! Она очень нелюдима, — зачем-то снова поясняет мне Тома. — И у неё очень и очень влиятельный папа! Его все в нашем городе знают!

— Он политик?

— Не совсем! Но поверь, если ему нужно будет, он и там всё под себя подкорректирует. Он всегда с лёгкостью добивается того, чего хочет, — не понимаю, зачем мне Тамара всё это говорит? Совсем не важно, кто отец этой девочки, дети все равны и выделять кого-то конкретно нельзя.

Ещё будучи в коридоре, я услышала громкий, я бы даже сказала истеричный, плач ребёнка.

— Ой, Алиса, давай ты сама, а? А то я не могу слышать этот ор, — Тамара настолько стала раздражённой, что даже не смогла удержать лицо, скривилась, как от чего-то мерзкого и гадкого.

Работа нервная, конечно. Но вот всё-таки тут я не могу её оправдать.

Я прекрасно понимаю, что не все могут работать с детьми, это уже физиология человека. Но если ты не переносишь капризы и плач детей, тебе не место в детском саду. И пусть она тут не воспитатель, а заведующая, и мало общается с детьми. Всё равно, в детском учреждении на первом месте — дети.

Я вхожу в небольшую комнату, где всего четыре шкафчика, на полу в углу сидит и громко плачет черноволосая девочка, совсем-совсем ещё крошка. Ей точно не больше двух лет. Над ней склоняется женщина лет сорока, в бордовой блузке, что застёгнута под самое горло, и в черной юбке-карандаш. Она что-то ей бормочет. Вроде как ласково пытается уговорить девочку замолчать.

Тут все одеты очень строго. Только я хожу, словно «инородный предмет», почему-то Тамара позабыла сказать мне про то, как я должна одеваться. Я надела не слишком, но всё же короткий сарафан. И поверх накинула шерстяную кофту тонкой вязки.

— Здравствуйте! — из-за крика девочки меня не услышали.

Я подошла ближе к женщине и аккуратно положила руку ей на плечо.

— Можно я попробую?

— Здравствуй, ты у нас та самая новая уборщица? — наверное, меня женщина перепутала с кем-то. Очень странно посмотрела на меня. — Мне нагорит. Хотя… сил моих больше нет! — на выдохе произносит, машет рукой и не просто отходит в сторону, а вовсе выходит за дверь.

— Привет, котёнок! — потихоньку подхожу и сажусь на корточки перед девочкой. — Почему плачешь? Разве тебя кто-то обидел? — естественно, девочка никак не реагирует, и продолжает громко реветь. Но мне и не нужны её ответы, мне в целом нужно просто отвлечь её. — Может, пойдём, посмотрим, что нам зайка на завтрак принёс? — я очень аккуратно беру девочку за руку, и она поднимает на меня свои красивые, чёрные, раскосые глазки, что обрамлены густыми черными-пречёрными ресницами.

Девочка продолжает реветь, но с места поднимается и идёт вместе со мной. Тамара мне ничего не показала, и я шла больше наугад. Распахнула одну из дверей и не промахнулась. Вошла в группу, где должно быть, как я понимаю, четверо детей, но Ева почему-то сегодня одна!

Стол уже накрыт. От изумления, я ненадолго замираю. "Это же, как в ресторане", — проносится в моей голове. На столе белоснежные, красивые тарелки, а на них фаршированные блинчики с творогом, судя по аромату. А также клубника, малина и нарезка с фруктами. Из напитков чай, сок и просто вода.

— Обалдеть! — срывается с моих губ.

От удивления я пропустила момент, когда Ева прекратила плакать. Я улыбаюсь девочке, что сейчас внимательно меня изучает.

— Ну что! Кушать будем? — подвожу Еву к столу и, усадив её на маленький стульчик, отламываю для неё кусочек от блина ложкой. Хотя вилки тут тоже есть, и пусть они не острые и видно, что предназначены для детей, но всё же я их убираю в сторону.

Ева не сводит с меня глаз, но при этом послушно раскрывает ротик и тщательно пережёвывает пищу.

Девочка не съела и половины. Стала отворачиваться и махать ручками.

— Ева, но нам обязательно нужно скушать всё до конца, иначе у нас с тобой не будет сил играть в очень интересную игру.

Милашка смотрит на меня насупившись, но снова открывает рот. Всё она, конечно, не съедает, но блинчик и половинку банана мы осилили.

— Вот и умница! А теперь идём играть.

Я достала из коробки несколько кукол, и глядя на то, как Ева крутила их в руках, у меня мелькнула мысль, что играет она с ними довольно редко, если вообще играет!

Девочка увлеклась игрой с куклами, но всё же больше наблюдала за мной, и повторяла мои действия. Мы около часа играли с ними. Затем немного построили большой дом из кубиков, Ева очень смышленая девочка, только совсем не говорит, это немного усложняет мне задачу, конечно. Время как-то незаметно пролетело с этой малышкой.

— Алиса, — к нам зашла Тамара. — Вижу, вы поладили. Очень хорошо!

— Да, Ева замечательная девочка!

Тамара была довольно-таки взвинчена, она быстрым шагом подошла к окну и проговорила:

— Надо же, ты первая, кому это удалось.

— Просто к каждому ребёнку нужен свой подход, — я погладила девочку по голове, она уже начала сладко позёвывать, время близилось к дневному сну.

— Через час выведешь Еву за ворота, за ней приедет отец.

— А как же сон?

— Алиса, ты меня услышала? — я вздрогнула от гонора Томы. Не понимаю, что с ней творится, и почему она так странно себя ведёт.

Я кивнула в знак согласия и притянула вновь расплакавшуюся девочку к себе.

Ева заметно утомилась и хочет спать, а я вместо того, чтобы её укладывать, переодеваю девочку в чистое платье и выхожу с ней во двор.

Тишина полнейшая и это странно! Утром во дворе было много охраны, да и в коридорах ходили сотрудники частного сада. Мне как-то не по себе. Да и девочка всё теснее прижимается ко мне. Я замедляю шаг, за коваными воротами стоит огромный чёрный внедорожник. Почему-то сжимается сердце, а в голове словно набатом звенит: «Не отдавай её!»

— Чего застыла? — я резко поворачиваюсь на звук голоса. Тамара говорит негромко, но мне её прекрасно слышно. Она стоит за приоткрытым окном и её не видно, зато очень даже слышно. — Иди давай быстрее, времени нет!

Почему мне всё это так сильно не нравится? И почему отец девочки не подъехал ближе, а встал чуть в стороне?

3 Глава.

Неуверенным шагом подхожу к входным воротам и снова оборачиваюсь. Ева крепко прижимается ко мне, а я, сама трясясь от страха, пытаюсь её успокоить.

Сделав глубокий вдох, делаю ещё несколько неуверенных шагов в сторону автомобиля. Мне до жути не по себе. Почему отец Евы не только не зашёл за ней в группу, но и не выходит из машины?

Как только я подумала об этом, двери автомобиля открылись сразу с двух сторон, и ко мне навстречу идут двое достаточно крепких мужчин. Ни один из них не является отцом девочки — это совершенно точно!

Два огромных верзилы с каменными лицами довольно быстро идут к нам навстречу, я пугаюсь, хочу развернуться и убежать, но уже слишком поздно. Еву буквально вырвали из моих рук. Я резко дёрнулась за ней, но огромная рука одного из мужчин довольно сильно стиснула моё горло.

Кислород перестал поступать в лёгкие, в глазах потемнело и я уже мысленно прощалась со своими родными. Меня повалили на землю. И я услышала, как один из мужчин сказал: «На ней нельзя оставлять отметины!» Рука тут же исчезла с моего горла, я сделала большой глоток воздуха и закашлялась.

Я не понимала, что происходит, сознание плыло и в какой-то момент, от довольно сильного головокружения, мне и вовсе показалось, что мне это всё снится. Один из незнакомых мне мужчин всё так же крепко прижимал меня к земле, а второй… я не сразу поняла, в чём дело. Лишь спустя какое-то время осознала, что мне хотят сделать укол. Только зачем?

Возня на земле затянулась. Песок царапал мне кожу на ягодицах, так как мой сарафан здорово задрался. Мужчина не смог найти вену ни на одной, ни на другой руке, но оно и неудивительно. У меня вены плавающие, и иглой в них попасть даже в спокойной обстановке довольно сложно, а при таких условиях и подавно.

— Что делать будем? Я не могу попасть!

— Тащи сюда пакет. Сделаем, как Кулёк изначально предлагал!

— Точно! — мужчина отбегает, и я дёргаюсь, пытаясь вырваться, решив, что с одним я справлюсь, но за это лишь получаю болезненный шлепок по макушке.

Я от страха плохо соображаю, о себе не думаю сейчас, думаю только о Еве, которая всё это время слишком сильно кричала, а сейчас резко замолчала.

Вернулся мужчина с прозрачным мешком в руках, в котором был порошок, похожий на соду. Он очень быстро разорвал его прямо над моим лицом. Содержимое пакета попало мне в рот и нос.

— Нужно валить. Варан уже в курсе.

Меня скрутило пополам. Непонятные, совершенно невыносимые ощущения.

Больно? Нет! Совсем не больно. Скорее невыносимо неприятно, мой рот онемел и кожу на лице словно стягивает. Примерно то же происходит с ноздрями.

— Точно сдохнет? — слышу отдаляющейся голос.

— Конечно! Такая доза даже коня убьёт. Она вон, уже задыхается.

Не совсем уверена, но кажется, один из мужчин вернулся и за волосы оттащил меня немного в сторону. Небрежно бросил куда-то в кусты. Буквально через несколько секунд, от порошка слишком сильно защекотало в носу, от этого я начала чихать. После мне стало ещё в разы хуже, последнее, что я запомнила — брызги крови из моего носа.

***

Тумурзориг

Не хотел уезжать, да выбора не было. Необходимо было срочно вылететь за границу. Еву пришлось оставить брату. А куда мне деваться? Не с собой же тащить! Тем более, у дочери пошли кое-какие улучшения, а как на неё может повлиять перелёт, неизвестно.

Мне не просто далось решение отдать дочку в детский сад, но всё же решил довериться специалистам в этой области. Это в своем бизнесе я как рыба в воде, а вот что касается собственной дочери, тут я не справляюсь!

Мы за два с половиной года сменили не менее сотни специалистов, но нам так и не смогли помочь. Бесконечные истерики дочери в какой-то период переросли в совершенно непонятные приступы, которые, к счастью, со временем нам удалось купировать. И в целом дочка стала относительно поспокойнее.

Но при этом всём, Ева всё же совершенно нелюдима. Кроме меня, дочка признаёт буквально пару человек из моего окружения. Психолог на протяжении месяца пыталась убедить меня в том, что общение со сверстниками Еве необходимо, она уверила, что моего ребенка не удастся социализировать в стенах дома, и я решился на частный сад.

Сегодня с самого утра на смартфоне включил камеры в онлайн-режиме, в общем, я почти всегда так делаю. Дома у меня небольшой монитор стоит прямо на рабочем столе, и я, не отвлекаясь от рабочих моментов, поглядываю на него. Хочется, чтобы дочь на глазах была постоянно.

Установив телефон на специальную подставку, я так же, как и в своём домашнем офисе, просматривал бумаги и время от времени поглядывал на экран.

Первой из сотрудников в сад явилась новая заведующая! Не понимаю, на*уя Вершинин её поставил. Тра*ал бы так. Хотя, кого там. Там, наверное, уже никакая виагра не берёт.