Эротические рассказы в жанре фэнтези

Возможно, это мой шанс? Мужчина вряд ли станет сопротивляться. Состояние здоровья не позволит. И мне не так стыдно будет общаться с полутрупом. Не зря же звезды в такую даль привели.

Отчаянно вздыхаю. Жму на рычаг открытия двери. На цыпочках проскальзываю в комнату. Подпрыгиваю от стука вставшей на место настенной панели. Задуваю свечи в канделябре. Ставлю тяжелый аксессуар на пол. Крадусь к постели.

Колени подгибаются от страха. Держусь из последних сил. Чувствую, что любой посторонний шорох прогонит наглую вторженку прочь. Задуманное находится за гранью приличий. Я собираюсь повторить ранее увиденное в исполнении Аниры действо. Только она развратничала с попустительства наследника. А я намерена изнасиловать беспомощного двуликого. Если получиться, конечно. Но состояние его органа похоже на то, что было у принца в самом начале. Надо только напрячься и вспомнить последовательность процедур по реабилитации.

Прикусываю от волнения губу и спешно разоблачаюсь. Руки трясутся. Живот подводит от ужаса. Резко разворачиваюсь и бегу в ванную. В зеркале отражается насмерть перепуганная юная маркиза Элли Ясси. Ах, мама, мама. На что толкаешь глупенькую дочь.

Умываюсь холодной водой. Вспоминаю о важном и смачиваю салфетку. Наверное, нужно протереть драконье достоинство. На всякий случай. Хотя слуги наверняка хорошо заботятся о теле.

Встряхиваю серебристыми волосами. Выкидываю тревожные мысли из головы и приступаю к делу. Протираю влажной тканью лицо, шею, грудь, живот. Максимально щадяще дотрагиваюсь ТАМ. Внимательно разглядываю. Не в силах противиться любопытству.

Ну вот и все. Хватит тянуть. Или я добьюсь успеха, или вернусь в комнату и буду вечно скорбеть и задыхаться под тяжестью несмываемого позора. И рожать сыновей законному супругу, который когда-нибудь появится.

Медленно опускаю голову. Веду языком от основания к кончику. Принюхиваюсь. Пахнет чистотой. И немного душистым мылом. На вкус обычная часть тела. Кожа приятная. Смуглая. Бархатистая. От неторопливых движений венки немного набухают. Перекладываю член вверх, на лобок. Нежно поглаживаю пальчиками. Пытаюсь полизывать и посасывать. Забираю в рот. Стараюсь повторить ранее увиденное. У меня преимущество. Никто не жмет на макушку. Не вынуждает захватывать больше, чем получается. Не подгоняет.

Тянусь правой рукой к своим нижним складочкам. Нащупываю холмик. Повторяю запомненные стимулирующие движения. И мычу от удовольствия. Меня окутывает томная нега. Врожденные инстинкты твердят, что все делаю правильно.

Игрушка постепенно увеличивается и превращается в жезл. По-другому и не назовешь. От размера испытываю легкий шок. У тонкокостного эльфа, кажется, поменьше.

Бросаю косой взгляд на свой таз. Примериваюсь. Размышляю. Надеюсь, не обязательно погружать ЕГО в целомудренное лоно полностью. Да оно и не растянется настолько. Сразу успокаиваюсь. С упоением вожу ладошкой то вверх, то вниз. Полизываю самый кончик. Чувствую нарастающее напряжение внизу живота. Похоже, пора взбираться на вожделенного героя. Иначе случится конфуз и семя окажется на лице, а не в надлежащем месте. Если уж опытная камер-фрейлина опростоволосилась, то мне – невинной малышке – ни в коем случае нельзя такого транжирства допускать.

Взбираюсь на Викториана. Любуюсь прекрасным лицом. Не выдерживаю. Целую веки. Кончик прямого носа. Прикасаюсь к уголкам мягких пухлых губ. К ямочке на подбородке. К выемке у основания шеи. Улыбаюсь. Настоящая ведьма. Веду себя как матерая насильница.

Но сколько не откладываю самый главный момент, понимаю, что дольше тянуть нельзя. Впереди вторая часть миссии. Самая важная.

Приставляю к запретному входу раздраконенный орган. Чуть надавливаю. Ой, мамочки. Больно. Глубоко дышу. Настраиваюсь. Уговариваю себя потерпеть. Резко насаживаюсь.

Ору со всей мочи. Кажется, окна звенят. А все потому, что тело словно магнитом притягивает. Нанизывает на восставший корень до самого основания. Магия будто сходит с ума. Вливается мощным потоком из окружающего мира. Спускается к точке соития. Перетекает в искалеченного партнера. Процесс совершенно неконтролируемый. Необратимый. Невероятно болезненный.

С трудом выныриваю из туманящего океана боли. Вспоминаю прочитанные в детстве легенды. Случается, что одна ведьма из тысячи рождается особенной. В момент инициации девушка принимает силу древнего магического источника. И щедро делится со второй половинкой.

Вот такие дела. А родительница считала, что от людей родятся слабые потомки. Наверное, папа ее очень любил, раз подарил необыкновенную дочь.

Что-то я размякла. Отвлеклась. Ударилась в философские размышления. Нужно скорее завершить начатое. Неизвестно, как проведенный ритуал подействует на невольного подопытного.

Начинаю усиленно гладить потайное местечко и одновременно с этим скользить на взбудораженном стволе. Напряжение неумолимо нарастает. Грудь зудит. Розовые горошины сосков требуют ласки.

Краснею. Стыжусь. Нанизываюсь. Чуть виляю бедрами. Оглаживаю холмик снизу и сочные полушария сверху. Стону от наслаждения. Иногда кажется, что мой герой тяжело дышит и утробно урчит.

Откидываю голову назад. Из горла рвется хрип. Взлетаю на пик и растворяюсь в волнах экстаза. Дрожу от восторга. Неземного блаженства. Чувствую, как в невинное лоно хлещет горячая сперма. Запястья почему-то жжет. Но я не могу думать. Испытываю запредельное удовольствие. Сознание плывет. И уплывает. Падаю на грудь изнасилованного красавчика и отключаюсь.

Просыпаюсь от невыносимого жара и тяжести мускулистого тела. Каким-то неведомым образом лорд Терри перевернулся во сне… Вместе со мной. Лежу под ним. Поза до ужаса развратная. Ножки разведены. Колени бесстыдно прижаты к крепким бедрам. Чуть обмякший член по-прежнему внутри. Левое ухо щекочет чужое размеренное дыхание.

Какой кошмар. До чего докатилась прилично воспитанная строгим папенькой девица. Сопит в объятиях ни в чем не повинного мужчины.

Прислушиваюсь к себе. Магия все еще поступает в инициированное тело. Ровным насыщенным потоком. И частично передается через настырную пятую конечность нахальному партнеру. Вот же хитрый драконище. Запустил хоботок в кувшинчик. Присосался и радостно впитывает.

Ой, Элли, Элли. Тебе ли возмущаться. Викториан помог лишиться девственности. Возможно, подарил дочь. Неужели жалко поделиться льющейся через край силой? Не так уж и сложно полежать на спинке, отдохнуть и разрешить попользоваться тайным местечком во благо. В конце концов сама же его туда и запустила. Хорошо, что командор об этом никогда не узнает. Стыдно до ужаса за устроенное бесчинство.

Но пора браться за ум и выбираться из двусмысленной ситуации. Начинаю ерзать. Предпринимаю попытки выскользнуть из-под огромного бугая. Но безрезультатно. Зато неловкие метания посылают по телу волны жара. Разгоняют кровь. Видимо, не только у меня. Застрявший в опороченном лоне орган удивительным образом растет и твердеет.

Понимаю, что теперь не смогу убраться восвояси. Он обмякнет только после завершения любовного акта. Наверное. Не слишком сильна в мужской физиологии. Целомудренным девам не положено знать непристойности. Что же делать?

Устраиваюсь поудобнее. Упираюсь пятками в матрац. Робко вскидываю бедра. Один раз. Второй. Третий. Все во мне откликается. Тянет. Зовет. Манит. Требует продолжения.

Теряюсь в нахлынувших ощущениях. Хочется еще и еще. Пройти путь до конца. До прошивающего волшебными молниями мгновения. Чтобы снова парила душа. Вырастали эфемерные крылья. Мозг плавился от накатывающего удовольствия.

С остервенением насаживаюсь на дарящую запредельное наслаждение игрушку. Уже не смущает каменная твердость. Огромный размер. Внушительная толщина.

Конечности подрагивают от нахлынувшего предчувствия скорого освобождения. Оно рвется изнутри. Мечтает выплеснуться в экстазе. Я не умею. Не знаю, что нужно делать. Просто подчиняюсь инстинктам. Двигаюсь под барабанную дробь трепещущего сердца.

От безумных подпрыгиваний кровать поскрипывает. Возбужденно стону ей в такт. Партнер рычит. Но, скорее всего, мне это просто кажется. Не успеваю додумать мысль. Содрогаюсь в сумасшедшем оргазме. Вместо крови по венам несется раскаленная лава. Перед затуманенным негой взором вспыхивают звезды. Конвульсивно сжимаю поселившегося внутри вторженца. Ощущаю мощный поток исторгаемого семени. Надеюсь, после проявленного безрассудства разбухший жезл сможет уменьшиться? Позволит попавшей в силки добыче выскользнуть и убежать?

Вот только сил совсем не осталось. Даже на то, чтобы держать веки открытыми. Хорошо-то как. Полежу немного. Отдохну. Глубокая ночь на дворе. Еще успею уйти. И дракон подлечится. Впитает энергию источника. Ему можно. Столько радости подарил. Пусть и неосознанно.

Поворачиваю голову влево. Благодарно прикасаюсь к губам в очередной раз использованного мужчины.

- Спасибо. Исцеляйся, - шепчу проникновенно и отключаюсь.

Теряюсь на грани сна и яви. Чудится, что лежу на левом боку. Сзади прижимается крупное натренированное тело. Длинные ноги согнуты в коленях и повторяют контур моих. Одна мужская рука великодушно подложена под голову вместо подушки. Вторая покоится на моем лобке. Половые губки бессовестно раздвинуты. Клитор собственнически сжат нахальными пальцами. Возбужденный член в категоричной форме присвоил потайную норку и не собирается уступать ни пяди завоеванной территории.

Я ерзаю. Кручусь. Пытаюсь освободиться. Но невольно потираюсь ягодицами о крепкие бедра. Непроизвольно совершаю поступательные движения. Непреднамеренно подставляю захваченный холмик под ласки.

Истома вновь овладевает необученным девичьим телом. Лишает выдержки. Сносит преграды. Отправляет самоконтроль в бездну.

Не могу бороться с наваждением. Не умею. Не знаю, как противостоять разгорающемуся пожару.

Закидываю правую руку за голову. Обхватываю спящего Викториана за шею. Верчусь на его внушительном достоинстве. Тихонько попискиваю.

- Пожалуйста, - жалобно всхлипываю. – Еще хочу.

Он не услышит. Не поймет. Не сможет. Не отреагирует. Но я умоляю. Скулю.

Дикое неконтролируемое желание выжигает изнутри. Требует подчиниться зову природы. Взять все возможное от волшебной ночи. Сполна вкусить запретного наслаждения. Отдаться без остатка.

Крупная рука на интимном местечке вздрагивает. Скользит туда-сюда. Надавливает. Притискивает ближе. Еще ближе. Практически вдавливает. Поршень приходит в движение. Ненавязчиво. Еле заметно. Но вкупе с девичьими потугами получается весьма ощутимо.

Уже не скрываюсь. Стону в полный голос.

- Только не останавливайся. Ааа… Ах…

Левая конечность командора приходит в движение. Сгибается. Ложится на грудь. Гладит. Сжимает съеженный от возбуждения сосок. Посылает табун мурашек по млеющему от страсти телу.

Приподнимаю правую ножку. Откидываю ему на бедро. Раскрываюсь. Предоставляю полный доступ.

- Делай что хочешь, - томно шепчу. – Только дай мне ЭТО.

И он не подводит. Пленяет целиком и полностью. Согревает серебристую макушку учащенным дыханием. Трепетно поцеловывает изнутри недавно распечатанное для утех лоно. Уносит в пучину разврата и наслаждения. Довольно урчит.

Призывные вибрации от его груди передаются моей спине. Лавиной прокатываются по телу. Полностью подчиняют волю. Мы оба не в этом мире. Затерялись в королевстве грез. Вне пространства. Вне времени. Летим во вселенной. Достигаем точки невозврата. Содрогаемся от оргазма невероятной силы. Рассыпаемся мириадами звезд. Судорожно глотаем воздух, не в силах отдышаться.

Какой прекрасный сон. Пожалуй, еще подремлю. Сворачиваюсь клубочком. Он оплетает меня горячим телом. Красота. С такой грелкой и одеяло не нужно. На этой мысли сознание уплывает.

Пелена забвения отступает к концу волшебной ночи, освобождая скованный неутолимой жаждой разум. Неспешно открываю глаза. За окном разливаются предрассветные сумерки. Тускнеют небесные светила.

С трудом вспоминаю, кто я и где. Все произошедшее кажется наваждением. Полетом фантазии достигшей совершеннолетия девицы.

Вот только холодная реальность накатывает и вырывает из размягченного состояния. Я лежу спиной на мерно вздымающейся мужской груди. Ножки раздвинуты и безвольно свисают с внешней стороны чужих конечностей. Сочные холмики в плену крупных ладоней. В лоне безраздельно властвует раздраконенный жезл, находящийся в приподнятом настроении.

Прислушиваюсь к внутреннему источнику. Магия вливается тонкой струйкой и переливается в больного. Правильно. Ему нужнее. Мой резерв полон.

Боюсь пошевелиться. Помню, чем закончились прежние потуги. Приподнимаю руку. Прикрываю ладонью глаза и обреченно скулю.

- Привет! С чего вдруг такая тоскливая реакция, - раздается снизу вкрадчивый бархатный баритон.

Вздрагиваю. Напрягаюсь. Пытаюсь соскочить. Но властная лапища приземляется на лобок. И надежно фиксирует пойманную на горячем трепещущую распутницу.

- Я… Ммм… Мне пора, - шепчу пристыжено и зажмуриваюсь.

Нахальные пальцы разводят нижние складочки и без тени смущения играют с набухающим бугорком. Бедра подо мной приходят в движение. Готовый к новым победам жаждущий член отправляется в путешествие по стремительно увлажняющемуся сокровенному местечку.

Непроизвольно развожу колени. Дрожу от хлещущих наотмашь невероятных ощущений. Ой, мамочки. Я снова во власти дракона. Дыхание учащается. Мое. Его. Мурчим в унисон. Подчиняемся извечным природным инстинктам.

Нет места для разговоров. Терзаний. Сомнений. Претензий. Здесь и сейчас сливаются тела. Взлетают в упоении души. Синхронно бьются сердца. Танцует магия. Переплетается. Искрит.

Стыдливость отброшена в сторону. О потерянной невинности напоминают лишь брызги подсохшей крови. Рядом с ними соседствуют нескромные следы семени, не уместившегося в недрах девичьих глубин. Викториан невероятно щедр. Подарил возможность стать матерью. И, похоже, не собирается останавливаться на достигнутом.

Упоенно ласкает сочные холмики. Прикусывает мочку уха и вдохновенно фантазирует, как приникнет к вершинкам ртом. Обведет языком. Внимательно изучит. Залижет. Прикусит розовые горошинки. Оттянет. Пососет.

Дерзкие слова заводят. Кидают в пучину неконтролируемой похоти. Вынуждают дрожать. Сжиматься в предвкушении. Выпускать крылья. Взлетать на пик. Разлетаться на мелкие снежинки и кружить, кружить, кружить в вышине.

Соскальзываю с влажного тела. Падаю на кровать в изнеможении. Замираю с глупой улыбкой на устах.

Перевожу взгляд в окно. Занялся рассвет. Надо одеваться и уходить. Дар плещется в крови. Звенит. Весело бежит по венам. Но из-за ночного марафона нет сил вставать. Открывать потайной ход. Искать свою комнату.

Копошусь. Пытаюсь приподняться. Не выходит. Снова распластываюсь на ложе.

На удивление бодрый дракон тут же пристраивается сверху. Раздвигает коленями дрожащие ноги и с довольным стоном ныряет в облюбованное местечко.

- Ненасытный самец, - выдыхаю удивленно. – Древний магический источник поделился с тобой силой через эллинскую ведьму. Сеанс исцеления завершен.

- Ах, вот как называется то, что вытворяла маленькая искусница, - смеется с виду вполне здоровый Викториан. – Как тебя зовут?

- Элли Ясси, - краснею и опускаю взор.

- Спасибо, родная!

Ласково приникает к губам. Обводит языком. Уговаривает приоткрыть ротик. Дарит умопомрачительный поцелуй. Ооо… Как же он целуется. Все разумные мысли моментально вылетают из головы. Остаются лишь пронизанные нежностью бережные прикосновения, дарующие блаженство, восторг и ликование.

Он с хриплым рыком отрывается от облюбованного десерта и внимательно меня разглядывает. При этом не перестает тихонько двигать бедрами и покачивать пойманную птичку на волнах легкой эйфории.

- Знаешь, когда вливал весь резерв в печать на вратах бездны, не сомневался, что умру. Однако оказался прикованным к постели и практически потерял надежду на возвращение к нормальной жизни. Но тут откуда ни возьмись объявляется истинная пара. Дерзко раздевается. Творит сладеньким ротиком бесчинства. Развратные. Вызывающие. Жаркие. И безумно приятные. Нахально седлает обездвиженного суженого. Самолично лишается девственности. Объезжает меня как породистого скакуна. И без зазрения совести женит на себе. Моя проворная малышка. Озорная. Яркая. Раскрепощенная. Чувственная. Отзывчивая. Я везунчик!

- Что? – выдыхаю ошеломленно. Но продолжить фразу не успеваю.

Дракон властно затыкает рот глубоким захватническим поцелуем. Потом еще одним. И еще. Отрывается с утробным рычанием. Прижимает лицом к широкой груди. Увеличивает амплитуду проникновений.

- Сокровище! – стонет Викториан. Вкладывает все чувства и полыхающую страсть в слова и размашистые движения. – Только мое! Единственное и самое любимое. Никуда не отпущу.

- Эм… Но свадьбы не было, - шепчу недоуменно, выныривая из розового тумана. – Ты что-то путаешь.

- Взгляни на запястья, - радостно хмыкает и продолжает вторгаться, выбивая довольные судорожные вздохи. – Нас связала магия истинных.

Вскидываю руки и не верю своим глазам. На них татуированные золотые браслеты. Так вот почему невыносимо жгло в самый первый раз. Ничего себе. Звезды показали путь к предначертанному.

Дальше додумать не успеваю. Мой командир настойчив, порывист и неутомим. Прикладывает все усилия, чтобы молодая жена растворилась в радужной неге.

- Хватит, - шепчу с улыбкой. – Пощади. Не могу больше.

- Я тружусь на благо семьи, - смеется наглец. – Хочу сразу двух сыновей от моей красавицы.

- Ах, вот оно что, - хитро прищуриваюсь и выдаю секрет. – У нас родится дочь. Эллинская ведьма. После этого обещаю исправиться и радовать папочку исключительно мальчиками.

Шутливо спорим, но нас прерывает стук в дверь. Я судорожно натягиваю сорочку с пеньюаром. Муж сдергивает испачканную девственной кровью простыню и сооружает на себе подобие тоги.

В комнату входит королевский целитель. Резко останавливается. Потертый коричневый чемоданчик выпадает из ослабевших рук. Раскрывается. Содержимое катится по ковру. Но он не замечает.

- Но… Как? – недоуменно бормочет сухощавый старичок.

- Супруга мигом на ноги поставила, - заливисто смеется дракон. – Осмотрите, пожалуйста, сначала ее. Очень хочется узнать пол будущего ребенка.

- Маркиза, волшебница Вы наша, - топчется эскулап в восхищении. – Позволите?

Киваю и ложусь на кушетку. Доктор протягивает руки над животом. Делает мудреные пассы. Переводит недоуменный взгляд со вчерашнего больного на меня. Снова на него. Обратно.

Будущий отец напрягается. Подходит ближе.

- Что-то не так? – спрашивает нервно.

Подхватывает меня на руки. Крепко прижимает к груди. Мягко целует в лоб.

- Да Вы, лорд Терри, не только герой войны, но и в семейной жизни горазды на подвиги, - ошарашенно шепчет лекарь. – Умудрились за одну ночь выздороветь. Жениться на достойной девушке. Да еще и зачать трех дочерей. Браво!

5. Призыв

Скидываю шорты с майкой. Остаюсь в крохотном белом бикини. Призывно машу друзьям рукой.

- Анютка, торопыга ты наша, - смеются вслед. – Скоро догоним.

Разбегаюсь по деревянному мостику и прыгаю в реку. На дворе середина июля. Вода теплая, как парное молоко. Прелесть.

И вдруг окружающее пространство исчезает. Реальность невероятным образом меняется. Уже не плыву. Лежу животом на белом песке в позе звезды. Эм. Как так вышло?

Подтягиваю конечности. Встаю на четвереньки. Подо мной какие-то символы. Чертеж, похожий на пентаграмму. Это что еще за сеанс оккультизма?

Дальнейшее повергает в глубочайший транс. Сверху наваливается какой-то мужик. Молниеносно спускает трусики до колен. Ныряет внушительным членом между половых губок. Нагло скользит им вдоль промежности. Влажной. Но не от похоти. А после купания в водоеме. Стискивает девичьи ножки своими. Ставит руки перед хрупкими плечами. Практически подминает под себя… И цинично начинает выполнять недвусмысленные поступательные движения.

Моя макушка упирается в чужую шею. Или грудь. Сложно сказать что-то определенное в подобной ситуации. Смотрю на свой лобок и обалдеваю. С настойчивой периодичностью из-под него показывается крупная розовая головка.

Ой, мамочки. Меня просто нагло пользует какой-то псих. Сжимаюсь от страха и замираю. Я же девственница. Хорошо хоть снаружи резвится и ТУДА не рвется. Пока…

Дикарь что-то бормочет на напевном иностранном языке. Довольно урчит. Ускоряется. С наслаждением постукивает бедрами по моим ягодицам. Часто-часто задевает навершием ствола клитор. Идущая оттуда вибрация опутывает тело чудодейственной истомой.

Что-то во мне моментально отзывается. Позволяет распоясавшемуся самцу властвовать. Понуждает спокойно стоять со склоненной головой. Подчиняться. Доверять.

Чужак резко раздвигает колени. Выдергивает орудие. Рычит в экстазе. Выстреливает на мою поясницу семенем. И быстро отодвигается.

Освободившееся место незамедлительно занимает другой персонаж. Такой же огромный, но не столь напористый. Намерения незнакомца предельно ясны. Он что-то ласково мурлычет. Судя по тембру голоса утешает. Уговаривает не нервничать и потерпеть. Жезл неторопливо скользит вдоль губок. Услаждает. Искушает. Обещает блаженство.

Дрожу. То ли от страха, то ли от предвкушения. Живот подводит от совершенно противоположных чувств. Кровь шумит в ушах от развратного действа. Непроизвольно виляю тазом. Тоненько скулю.

Этот звук срывает самоконтроль нежного захватчика. Уносит за грань. Наглая ладонь с упоением гладит округлую попку. На спину вновь льется хорошо взбитый коктейль.

Секунда и очередной вторженец удобно размещается между ножек. Крупные ладони сжимают худенькие плечики. Вскоре понимаю для чего. Мужчина порывист и страстен. Нетерпелив. Необуздан. Устраивает нам дикие скачки.

Радужная истома в теле сменяется неудержимой лавиной возбуждения. Если бы член входил внутрь, потерялась в ощущениях от столь яростного напора. Хорошо, что действо происходит снаружи. Изгибаюсь. Кричу в голос. Внизу печет. Пылает. Горит. Прошивает электрическими разрядами. Заставляет конвульсивно сжиматься в предвкушении чего-то прекрасного.

Но, видно, не судьба. Вскоре танец огненной страсти заканчивается и на поясницу льется горячая сперма. Акт извержения сопровождается удовлетворенным урчанием.

Мой отдых недолог. Сзади тут же пристраивается четвертый наглец. Да сколько же их там? Куда я попала?

В этот раз мои колени раздвинуты. Жаждущий жезл медленно гуляет между намокшими нижними губками. Подрагивающие руки с намеком подталкивают вперед. Понуждают призывно прогнуться. Изобразить потягивающуюся кошечку. Выставить вверх аппетитный зад. Порадовать партнера. Надо же, какой эстет попался.

Он медленно и эротично скользит до клитора – обратно. Прижимает орудие снизу рукой. Чуть направляет. Пытается доставить удовольствие не только себе, но и мне. Вторая рука дерзко развязывает лиф купальника. Оглаживает грудь. Она небольшая. Скромная двоечка. Зато аккуратненькая и высокая. Под чуткими музыкальными пальцами сосочки стыдливо сжимаются. Их теребят. Оттягивают. Пощипывают.

Мужчина что-то восхищенно говорит. Слушала бы и слушала этот бархатный баритон. Страх неведомым образом отступает. На смену ему приходит всепоглощающая жажда. Безумно хочется настоящего соития. Так и манит познать значение слова разрядка. Испытать первый в жизни оргазм.

Но у незнакомца другие планы. Доводит меня до иссушающего рубежа. Отступает. И беспринципно изливается на ягодицы. А как же я?

Поворачиваю голову с твердым намерением высказать все, что думаю по поводу творящегося безобразия. Но замираю с открытым ртом. У меня и так глазки немаленькие, а тут и вовсе распахиваются от шока.

Сзади стоят четверо невероятных красавцев. Представители разных рас. Каких? Еще предстоит догадаться. Каждый хорош по-своему. Но есть в чертах нечто неуловимо общее.

Удивительно, но все смотрят на меня с безграничным восхищением и умилением. Как на величайшее сокровище, чудом попавшее в руки.

Делаю несчастную физиономию. Складываю бровки домиком, губки бантиком. Хлопаю невинно ресничками. Разочарованно стону. Они получили удовольствие, а я нет.

Парни тут же отмирают. Помогают подняться. Укладывают спиной на желтый камень. Эм. Что они еще задумали?

Испугаться не успеваю. Ложе начинает сиять молочно-белым светом, который окутывает теплом. Ластится. Гуляет вдоль тела. Проникает внутрь. Обещает защиту в мире Эрса. Дарует стихийную магию, знание местных языков, географии, истории, законодательства. Настраивает совместимость с противоположным полом для будущего деторождения.

Здесь мало женщин. Царит матриархат. Сыновья правительницы не захотели подчиняться местным истеричным стервам. С попустительства отцов провели ритуал и призвали суженую с Земли. Чистую. Добрую. Прекрасную душой и телом.

Когда-то короли так же перетащили их маму. Но совершили роковую ошибку. Изнасиловали целомудренную девушку, появившуюся в пентаграмме, чтобы выполнить основное условие древнего обряда: положить на алтарь иномирянку, испачканную семенем супругов. За что и поплатились. Она долго не могла простить суженых. Боялась. Отвергала. Ненавидела.