Мёртвый дозор: Код «Гниль»

Рой Гаммер

Мёртвый дозор: Код «Гниль»

Глава 1. Последний наряд

Дождь колотил по крыше старого Шевроле, превращая неоновые вывески ночного Детройта в размытые цветные пятна. Детектив Джон Маршалл ненавидел ночные дежурства, плохой кофе из автомата и заброшенные склады у доков. Но больше всего он ненавидел, когда предчувствие пониже спины так настойчиво кричало об опасности.

— Джексон, — Джон бросил пустой бумажный стаканчик на панель автомобиля и проверил затвор своего Глока. — Ты уверен, что наш информатор не соврал? Сталкер — тертый калач. Он не стал бы прятаться в месте, где всего один сквозной выход.

Его напарник, детектив Джексон Вэнс, сидел развалившись на пассажирском сиденье. Он лениво крутил в руках массивную зажигалку Zippo, ловя блики уличных фонарей. На его лице блуждала странная, едва заметная ухмылка, которая весь вечер не давала Джону покоя.

— Расслабься, Джонни, — отозвался Джексон, убирая зажигалку в карман куртки. — Сталкер на мели. Ему некуда бежать. Зажмем его на третьем этаже, оформим арест, а завтра шеф выпишет нам по медали. Ты же хочешь получить капитанские нашивки до сорока лет?

— Я хочу дожить до сорока лет, — буркнул Джон, открывая массивную дверь машины. — Пошли. Работаем быстро, без фокусов.

Здание старой текстильной фабрики встретило их гробовой тишиной и запахом сырости. Окна первого этажа были заколочены досками, сквозь которые едва пробивался лунный свет. Лучи тактических фонарей напарников разрезали густую темноту, выхватывая из мрака ржавые остовы станков и горы строительного мусора.

Они двигались синхронно, как и положено напарникам, отработавшим вместе пять лет. Джон шел первым, прикрывая правый сектор. Джексон следовал чуть позади, контролируя тыл. Шаги эхом отдавали под высокими сводами.

— Наверх, — шепнул Джексон, кивнув на полуразрушенную бетонную лестницу.

Где-то на третьем этаже глухо скрипнула половица. Джон замер, подняв кулак. Джексон согласно кивнул. Преступник был здесь.

Они поднялись на последний ярус. Пространство здесь было более открытым — огромный цех с колоннами. В самом конце зала, у разбитого панорамного окна, спиной к ним стоял высокий силуэт в длинном плаще.

— Полиция Детройта! Руки за голову, лицом к стене! — рявкнул Джон, целясь мужчине в затылок.

Сталкер не шелохнулся. Он медленно, как-то неестественно повернул голову. Из-под капюшона донесся странный звук — не то тихий смех, не то клокотание воды в горле.

— Вы опоздали, детективы, — прохрипел Сталкер. Его голос звучал так, словно связки мужчины были забиты сухим песком. — Меня уже... аннулировали.

Джон сделал шаг вперед, но в этот момент за его спиной раздался сухой, леденящий душу щелчок. Щелчок взводимого курка. Но не оружия Сталкера.

Джон застыл. Луч его фонаря продолжал дрожать на спине преступника, но всё внимание теперь было приковано к холодному металлу, который уперся ему точно между лопаток.

— Джексон?.. — тихо, почти беззвучно произнес Джон. — Что ты творишь?

— Извини, Джонни, — голос напарника, всегда такой уверенный и дружеский, сейчас звучал абсолютно равнодушно. — Ничего личного. Сталкер заплатил мне столько, что хватит на три жизни. Но ты ведь у нас честный коп. Ты бы никогда не взял долю. Пришлось импровизировать. Официально — Сталкер застрелил тебя при исполнении, а я героически ликвидировал его в ответ. Красивый финал для твоей карьеры.

— Джексон, не надо...

Грохот выстрела разорвал ночную тишину фабрики. Ударная волна толкнула Джона вперед. Он не почувствовал боли — только внезапный, парализующий холод, который мгновенно разлился по груди. Мир вокруг резко потерял краски, став серым и неестественно тихим. Джон упал на колени, а затем повалился на бок, глядя на то, как его собственная кровь медленно растекается по грязному бетонному полу.

Над его телом стоял Джексон, хладнокровно пряча пистолет в кобуру. Но самое странное было не это.

Джон понял, что он всё еще видит. И более того — он начинает медленно подниматься вверх, оставляя свое неподвижное тело лежать на полу.

Глава 2. Отдел кадров Того Света

Вспышка была такой яркой, что Джону показалось, будто ему в глаза плеснули жидким солнцем. На секунду его охватило ощущение свободного падения, словно он летел в бездонную шахту лифта.

А затем всё резко прекратилось.

Джон зажмурился, кашлянул от странного, слишком стерильного воздуха и открыл глаза. Никакой заброшенной фабрики. Никакого дождя, крови и предателя-напарника.

Он сидел на неудобном пластиковом стуле перед массивным столом из белого кварца. Вокруг раскинулся гигантский, уходящий в бесконечность офис-опенспейс. Потолка не было видно — вместо него на огромной высоте клубились мягкие сиреневые облака. Тысячи людей (или тех, кто ими раньше был) в строгих костюмах суетились между рядами столов, стучали по клавиатурам и перебирали стопки светящихся бумаг.

— Маршалл, Джон. Тридцать два года. Детектив убойного отдела Детройта. Причина смерти — предательский свинец в спину. Грустно, банально, неоригинально, — раздался вкрадчивый женский голос.

Джон резко повернул голову. По ту сторону стола сидела девушка. На вид ей было не больше двадцати пяти: идеальное каре цвета спелой вишни, очки в строгой роговой оправе и безупречный серый жакет. Она со скучающим видом листала папку, страницы которой мерцали неоновым светом, и лениво жевала мятную жвачку. Перед ней стояла табличка: «Сьюзи. Главный проктор Сектора 4».

— Какого хрена… — Джон вскочил со стула, инстинктивно потянувшись к кобуре. Кобуры не было. — Где я? Где Джексон?! Меня только что…

— Застрелили, — Сьюзи даже не подняла глаз, перевернув страницу. — Смирись с этим, Джонни. Твое земное тело сейчас пакуют в пластиковый мешок под вой сирен. Ты мертв. Физически, окончательно и бесповоротно. Садись обратно, у меня плотный график, а Небесный Суд не любит, когда я задерживаю отчеты.

Джон замер, глядя на свои руки. Они были полупрозрачными и слегка светились по контуру. На груди, прямо напротив сердца, красовалось аккуратное, идеально круглое светящееся отверстие. Не было ни боли, ни паники — только странное, звенящее онемение.

— Значит… ад или рай? — Джон медленно опустился на стул. — И куда меня?

Сьюзи наконец оторвала взгляд от бумаг. Её глаза оказались абсолютно черными, без белков и зрачков, но в них читался вековой опыт и легкая ирония.

— Скажем так: твоё личное дело кричит о том, что ты был чертовски хорошим копом. Честным, упрямым и принципиальным. Как раз такие нам и нужны. Добро пожаловать в ЗДБ — Загробный Департамент Безопасности.

— Я не нанимался в небесную полицию, — отрезал Джон. — Я хочу вернуться. Там Джексон. Он предатель, он подставил меня, он…

— …он живой. А живые — не наша юрисдикция, — Сьюзи хлопнула папкой по столу, и та растворилась в воздухе. — Наша юрисдикция — это «дохляки». Мертвецы, которые обманули систему. Они не явились на распределение, остались на Земле и гниют заживо, маскируясь под обычных людей. Из-за них мир живых разваливается на части. Ты подписываешь контракт на сто лет службы в ЗДБ — и мы даем тебе значок, пушку и право возвращаться на Землю. Отслужишь — получишь VIP-пропуск в Рай. Откажешься — прямо сейчас отправишься на общий конвейер душ. И поверь, очередь там на пару веков вперед.

Джон сжал кулаки. Сто лет охоты на призраков звучали как безумие. Но это был его единственный шанс. Шанс снова оказаться на улицах Детройта. Шанс посмотреть в глаза Джексону, пусть даже в качестве призрачного копа.

— И что, я смогу навалять своему напарнику? — прищурился Джон.

Сьюзи тяжело вздохнула и выудила из ящика стола массивный серебряный жетон, на котором была выгравирована аббревиатура «З.Д.Б.».

— По уставу — нет. Живых трогать запрещено под страхом развоплощения в Бездну. Но… — Сьюзи хитро улыбнулась, обнажив идеальные белые зубы. — Если твой Джексон как-то связан со Сталкером, то у меня для тебя плохие новости. Сталкер мертв уже три года. И то, что ты видел на фабрике — это не человек. Это дохляк высшего класса. Так что твой бывший напарник по уши залез в наши дела.

Она швырнула жетон через стол. Он со звоном упал прямо перед Джоном.

— Бери значок, Маршалл. Твой напарник — точнее, уже бывший — ждет тебя на подземной парковке. И постарайся не разнести город в первый же день.

Глава 3. Джекил по прозвищу Хайд

Лифт Загробного Департамента Безопасности опускался так быстро, что у Джона заложило уши, хотя физически ушей у него больше не было. Стеклянная кабина пролетела сквозь несколько слоев облаков и с глухим стуком замерла на уровне «Минус 50. Автопарк».