Истинная Любовь

– Света, ты мне не веришь. Но я сказала тебе правду. Между мной и Луговым никогда и ничего не было, – обманывала её, но это была ложь во спасение.

Со временем обязательно расскажу ей правду, но пока это неуместно, я лишь ещё сильнее оттолкну её, потому что что-либо ей объяснять бесполезно.

Девушка лениво наклонила голову.

– Ты меня за дуру принимаешь? Думаешь, что я тебе поверю?

– А почему нет, Света? Я твоя мать, но веришь всем подряд, только не мне.

Сожаление мелькнуло в её глазах.

– Мать, говоришь. Очень интересное заявление, Эмма. Только спорное. Ты всем своим поведением доказываешь, что не мать ты мне, а мачеха, – озлобленно прорычала она.

Больно слышать такое от родного человека, — неспешно прикрыла веки и неторопливо кивнула.

– Света, ты меня ненавидишь. Но я прошу тебя дать мне возможность, всё тебе рассказать. Я могу пояснить, почему сказала, что виновата в смерти твоего отца. Просто выслушай меня. Ты же ничего не теряешь.

Света демонстративно взмахнула рукой и, указав на циферблат часов, сурово проговорила, – у тебя пятнадцать минут. Потом я приму душ и уеду.

Озадаченно усмехнулась.

– Уедешь? А куда ты уезжаешь?

Светлана гордо выпрямилась.

– А это не твоё дело. Моя жизнь тебя не касается.

Не стала более развивать данную тему, понимая, что если стану настаивать, то упущу возможность поговорить со Светой.

– Хорошо. Мне вполне хватит пятнадцати минут, – пропуская мимо ушей её неуважительное отношение, вполне сдержанно и тактично проговорила.

Зайдя в особняк, предложила Светлане пройти в кабинет, там вполне тихо и спокойно. Параллельно попросила Алевтину Ивановну принести нам кофе. Хотела создать максимально уютную атмосферу, хотя знала, что никаким чаем и кофе Светлану не смягчить. Ей нужна правда…

– Говори, Эмма. Я тебя слушаю, – скомандовала девушка, вальяжно присаживаясь в кресло Александра, откровенно демонстрируя, что именно она хозяйка в доме, а я лишь бесплатное приложение, которое она вынуждена терпеть.

– Моя вина состоит в том, что я оказалась слишком наивной, – прошептала, неспешно прикрывая деревянную дверь. – Луговой меня обманул. Заманил в ловушку. Он меня поцеловал, а потом начал шантажировать.

Светлана поморщилась.

Не верит.

– Луговой требовал, чтобы я шпионила за собственным мужем и докладывала о каждом шаге Саши. Я же отказалась. И всё рассказала твоему отцу, – замолчала, позволяя Светлане осмыслить мои слова.

Светлана заинтересованно сузила глаза и, немного подавшись вперёд, скрестив руки, сухо проговорила, – продолжай. Я слушаю. И что же сделал отец?

– Он мне поверил, Света. Поехал к Луговому и на деле доказал ему, что никому не позволит шантажировать его супругу.

Света приглушённо хохотнула. Она плавно приподняла брови, улыбка недоверия блеснула на губах.

– И я должна тебе верить.

Непринуждённо пожала плечами и, совершенно спокойно опустив ладони на дубовый, огромный стол, проговорила, – это твоё дело, Света. Ты можешь мне не верить. Можешь верить Луговому. Только потом не пожалей.

Манипулировала чувствами дочери, но делала это ради её безопасности, не могла допустить, чтобы она выскочила замуж за Михаила Лугового и прямиком угодила в логово опасного хищника, который терпеливо дожидается свою жертву.

***

Несколько лет назад…

Внезапный звонок Петра переполошил меня. Не теряя времени, направилась в его дом, ожидая, что он сообщит мне какую-то сокрушительную новость, которая полностью изменит мою жизнь.

И каково же было моё удивление, когда обнаружила шикарно одетого Лугового, он непринуждённо сидел за накрытым столом.

С негодованием обвела взором сервированный стол.

– И что это значит?

– Ничего особенного, – пояснил он. – Просто захотелось с тобой поужинать.

В гостиной звучала незатейливая музыка, в воздухе витала романтика. И чего же он добивается?

Пётр медленно встал и протянул мне руку.

– Давай потанцуем.

Вздохнула.

– Зачем я здесь? – Медленно двигаясь под музыку, прошептала я.

– Ты сама всё понимаешь, Эмма. Всё ты знаешь, – его шаловливая рука скользнула по моей талии.

Чувствовала его тепло, запах дорогого парфюма, смешанного с чем-то терпким, по-настоящему мужским.

– Ты красивая, Эмма. Очень красивая, прошептал он мне на ухо. – Давно хотел тебе сказать. Дорогая, ты невероятная женщина достойного всего самого лучшего.

Мне следовало оттолкнуть его, но вместо этого сильнее прижалась к нему, моё тело действовало вопреки моей воли, подавляя доводы совести, да и разума заодно. Чувствовала, что его рука неотвратимо скользит ниже, к бедру, и я его не остановила. Пётр смотрел на меня и его взгляд тяжелел, он томно водил по мне глазами, неспешно превращаясь в голодного зверя.

– Прости. Я не могу, – предприняла слабую попытку, оттолкнуть его, но Луговой лишь усилил свою хватку.

– Прекрати, Эмма. Это просто танец. И ничего более.

Это был переломный момент. Ощущала, как внутри всё сжимается от смеси страха и возбуждения.

В конце концов, Маринин мне тоже изменяет, вынуждая сомневаться в собственной привлекательности. А я многого не желала, хотела лишь вновь ощутить себя слабой, беззащитной, любимой женщиной.

Пётр, воспользовавшись моим замешательством, максимально близко притянул к себе и жарко поцеловал, да так грубо и жадно, словно желал этого больше всего на Свете.

Ответила, не думая ни о чём, приняла его. Машинально обняла мужчину за шею, удовлетворённо чувствуя, как его член твердеет через штаны и это только разжигало меня. Вновь ощутила себя желанной…

И пусть хотя бы временно, но опять испытаю наслаждение. И пусть потом буду горько сожалеть. Но это будет после, а сначала сказочное, фантастическое удовольствие.

– Эмма, ты уверена? – С придыханием спросил Пётр, в его голосе не было протеста, только странная, почти болезненная мольба.

– Да, – сладострастно выдохнула, не отрываясь от мужчины. – Я хочу.

– Отлично, девочка. Потому что я так долго тебя ждал, что церемониться не буду, – он грубо толкнул меня, вынуждая упасть на диван. Мой сарафан мгновенно задрался, откровенно демонстрируя влажные трусики, но я даже не пыталась это скрыть.

Пётр плотоядно усмехнулся.

– А ты, малышка, подготовилась. Знала же, зачем я тебе позвонил, – победно провозгласил мой любовник и быстрым движением, стянул их одним движением. – Какая ты аппетитная, – Пётр провокационно и ласково провёл пальцами по моей плоти, заставляя меня приглушённо застонать.

Горячее дыхание становилось тяжелее с каждым вздохом, глаза блестели.

– Малышка, ты лучшая. Просто невероятная, – восторженно проговорил он, растягивая штаны.

Его член вырвался наружу – большой, толстый, с набухшими венами.

Невольно облизала опухшие губы.

Пётр, заметив мой похотливый, вожделенный взгляд, ликующе ухмыльнулся.

– Хочешь его, да?

Безмолвно кивнула, не в силах говорить. Мужчина непринуждённо потянул меня к себе…

Хорошо зная, что делать, обхватила его член губами и принялась жадно сосать, делала минет медленно, смакуя, когда он заполнял мой рот.

– Умница, девочка. Сегодня я покажу, как нужно любить такую невероятную женщину, как ты, – провозгласил он, стремительно хватая меня за волосы, заставляя отстраниться от него. – А теперь, моя сладкая и долгожданная девочка, я хочу трахнуть тебя. Грубо. Нежно. Так как никто в этой жизни.

Пётр ворвался в меня стремительно, одним резким движением, закатила от удовольствия глаза и с наслаждением закричала.

Луговой брал меня сильно, глубоко, его крепкие руки сжимали мои бёдра, я же лишь громогласно стонала, совершенно не сдерживаясь.

– Эмма, ты течёшь, как сучка. Моя сучка. Только моя. Запомни это навсегда, – прорычал он, ускоряя темп.

Чувствовала, как оргазм подкатывает волной. Кричала, вцепившись в диван, пока Пётр не кончил. Он покинул меня, учащённо дыша, дрожа от оргазма.

И когда уже думала, что лучше быть не может, Пётр опустился на колени, внезапно он прижался к моей женской плоти. Попыталась протестовать, опустила ослабленные руки на его голову.

– Не смей, Эмма, – скомандовал Пётр. – Сегодня ты получишь сказочное удовольствие, моя королева. И никто не посмеет меня остановить, даже ты, моя сладенькая проказница.

– Это было…

– Превосходно, – промурлыкал Пётр.

Мужчина моментально встал и, застегнув ширинку, объявил, – как прежде, больше не будет, Эмма. Бросай своего рогоносца и приходи ко мне.

Нервно сглотнула и, поправив платье, придерживая руку Лугового, который мне предусмотрительно протянул Луговой, встала.

– Глупостей не говори. Это лишь маленькая интрижка. И очень надеюсь, что наш секрет никто не узнает.

Пётр кивнул…Но не отказался от своей идеи.

– Зачем он тебе, Эмма? Я моложе Маринина. Люблю тебя. Со мной ты можешь создать настоящую семью.

– У меня есть семья.

Луговой широко распахнул глаза.

– Тебе же нужна семья.

– У меня есть семья.

Пётр снисходительно ухмыльнулся.

– Нет, Эмма. У тебя лишь видимость. Мираж. Ты достойная обыкновенного женского счастья. Я могу подарить тебе долгожданного ребёнка. Твоего ребёнка. Он будет твой и мой.

Выдохнула.

– У меня есть ребёнок. Дочь. И зовёт её Светлана, – отчаянно парировала.

– А вот теперь ты говоришь глупости, моя сладкая девочка. В жилах Светы течёт кровь её матери. А Карина была редкостной дрянью.

Надменно усмехнулась.

–Правда? Не удивлюсь, что спустя время ты и меня будешь называть редкостной дрянью. Ты же всех своих любовниц так называешь?

Пётр улыбнулся.

– Ты неправа, Эмма. Ты для меня вовсе не блажь, – он походкой плотоядного, опасного хищника подошёл ко мне и, присев на диван, так нежно и ласково провёл пальцами по растрёпанным волосам. – Милая, ты достойна большего. Маринин не сможет сделать тебя счастливой.

Ехидно усмехнулась, не отрывая взора от своего любовника…

Боже, даже само слово «любовник» звучит так грязно и пошло.

– А ты меня можешь сделать счастливой?

Луговой моментально сжал моё лицо сильными, крепкими руками.

– Могу, дорогая. Могу. Даже не сомневайся. Бросай этого идиота. Тем более что ему недолго осталось.

Шокировано округлила глаза.

– В смысле? – На одном дыхании выпалила я, улавливая ужасный намёк. – Что значит, «ему недолго осталось».

Лицо Петра оставалось непроницаемым, он равнодушно развёл руками.

– Милая, это образное выражение. Не придирайся к словам. Хорошо?

– Нет. Нехорошо, – прикрикнула я, яростно вскакивая на ноги. – Ничего не хорошо. Мне совершенно не нравятся подобного рода образные выражения, – суетливо пробубнила, слишком поздно понимая, что совершила роковой шаг.

Дурман рассеивался, наступало горькое разочарование.

Спазмы подступали к горлу, лихорадочно водила глазами.

– Детка, ты чего? – С отвратительной слащавостью, с фальшивой заботой, прошептал Луговой, неторопливо покидая диван. – Эмма, ты сама ко мне пришла. Я тебя ни к чему не принуждал.

– Ты прав, – призирая себя, призналась. – И страшно за это себя ненавижу. Это был лишь временный порыв. За который мне страшно стыдно.

Луговой надменно хохотнул, ловко обхватывая меня за подбородок, вынуждая смотреть в его лукавое и прекрасное лицо.

– Эмма, тебе не следует стыдиться. Маринин – ничтожество. Он недостоин такой женщины, как ты.

Ухмыльнулась. Такой женщины, как я…А как я женщина…?

Грязная, лицемерная, грязная и похотливая.

– Эмма, ты очаровательная. И ты мне очень нравишься, – его трепетные пальцы, скользнули по моим губам. – Ты очень красивая. Умная. Смелая. Хрупкая. Ранимая, – с особым ликованием проговорил он, искушаю мою душу, подавляя инстинкты, дурманя разум. – Родная, ты сделала свой выбор. И назад пути нет.

Вспыхнула и моментально отскочила от Лугового.

– Нет, Пётр, ты неправ. Я совершила ошибку, но играть по твоим правилам не собираюсь.

Пётр усмехнулся и, вальяжно опустив руки в карманы, издевательски приподнял брови.

– Правда? – Иронично проговорил. – неожиданное заявление. И что же ты будешь делать, девочка моя? Неужели побежишь к своему мужу и расскажешь ему, как весело проводила со мной время?

В его недружелюбном вопросе затаилась угроза.

– Думаю, что нам нужно забыть про этот вечер. Пожалуйста. Ты же настоящий мужчина.

Луговой снисходительно ухмыльнулся.

– Милая, как же я могу забыть про самый прекрасный, невероятный вечер, – он театрально прижал ладонь к груди. – Это был просто сказочный вечер. Твой аромат навсегда заполнил мои лёгкие. Твой шёпот плотно зафиксировался в ушах. И я уж молчу про…

– Хватит, – разгневанно и стыдливо прокричала. – Пётр, повторяю, что совершила ошибку и ничего подобного более не повторится.

Не глядя на своего любовника, схватила сумку и решительным, торопливым шагом, направилась на выход.

– Стоять. Я тебя не отпускал, – озлобленно прорычал Луговой.

Остановилась. Неспешно повернулась и, глядя прямо в полыхающие глаза Лугового, холодно — требовательно проговорила, – не смей командовать мной, Луговой. Не забывайся. Я не твоя верная собачонка.

Дьявольская, самодовольная улыбка отразилась на хищной морде Лугового.

– А вот здесь ты очень ошибаешься, моя наивная девочка. С этого дня ты моя верная собачонка. Самая настоящая сучка, которая по щелчку пальцев будет выполнять любую команду.

Глава 5. Эмма

– Прошу, дорогая, – Алексей медленно передал мне стакан с виски, предусмотрительно разбавив его колой и, добавив пару кусочков льда.

– Ты помнишь.

– Конечно, милая. Я всё помню, что связано с тобой.

Очаровательно взмахнула пушистыми ресницами.

– И что же ты помнишь?

Мужчина удовлетворённо пробежался по мне томным взглядом.

– Ну, например, – с изысканной хрипотцой, пролепетал мой сладкий мальчик. – Я помню, как ты пленительно смеёшься, как любишь гулять по ночному городу и часами глядеть на звёздное небо, размышляя о том, что там скрыта самая настоящая тайна.

Монотонно помотала головой.

– А тебе это всегда страшно бесило, но ради меня ты безропотно сидел и «таращился» на небо.

Улыбнулась любимому и, сделав пару глотков, попыталась отстраниться от своих проблем.

Плавно перевела глаза на Власова. Нет, мне от проблем не убежать. По крайней мере, стаканом виски точно. Проблемы можно лишь решить. И сейчас передо мной стоит сильный, уверенный в себе мужчина, который обещал, что закроет меня от всех невзгод. И я ему верила…

Однажды взяв меня за руку, он её уже никогда не отпустит. А вот я отпустила. И не просто отпустила, но и безжалостно оттолкнула его от себя.

Власов игриво подмигнул мне и, опустившись на колени, бережно обвёл руками меня за талию и, слегка надавив на спину, вынудил податься вперёд.

Пристально глядя в его глаза, виновато проговорила, – прости меня, Лёша. Я вычеркнула тебя из жизни. А ты всё это время помнил меня.

– Я никогда тебя не забывал. Даже если бы безумно захотел, – трепетно провозгласил мужчина, крепче сжима моё тело, – а я хотел. Но всё равно не смог.

Моё сердце ликовало и трепетно кричало: «Любимый мой, я тут подумала, что давно не говорила тебе комплиментов. Хотя самой приятно, когда слышу их от тебя. Благодарю тебя за них! Я люблю тебя. Хочу сказать, что ты ласковый, нежный, заботливый, храбрый, отзывчивый, добрый. А ещё ты самый главный человек в моей жизни! Пусть твои глаза и дальше продолжают смотреть на меня с любовью, а улыбка пусть будет такой же очаровательной и сексуальной…».

– Спасибо, – вместо признания в любви, лаконично проговорила.

Не знала, что ждёт нас в будущем, боялась давать себе ложную надежду.

– Родная, всё будет хорошо. Света обязательно согласится работать на меня, – моментально уловив моё угнетённое состояние, уверенно проговорил Алексей. – Я выясню все её планы. И не позволю совершить роковых ошибок.

Усмехнулась. Нисколько не сомневалась в обаятельном, харизматичном Власове, который может убедить любую девушку лишь одной фирменной улыбкой.

Невольно ревность кольнула моё трепетное сердце. А что если их отношения зайдут дальше…Нет! Это мысли настоящего параноика. Алексей и Светлана, как лёд и пламя. Власов никогда не обратит внимание на маленькую, капризную девочку.

Власов не способен на измену, а Светлана и подавно. Хотя, то же самое другие люди могут сказать и обо мне. Но внешний вид слишком обманчивый, никто не может проникнуть в душу человека. Мне ли не знать, каким сильным и непреодолимым бывает соблазн. Мы люди, а значит, ничего человеческое нам не чуждо.

Глупости. И какие только бредовые мысли не посещают мою голову.

– Если честно, я думала, что она примет твоё предложение, – немного уязвила самомнение Власова, игриво ударила по его самолюбию.

Алексей усмехнулся, явно давая понять, что это лишь временное поражение.

– Она согласится. Вот увидишь, любимая.

– Почему? – Продолжала провоцировать Алексея.

Власов подмигнул мне.

– Родная, я мало знаю Светлану. Но она очень амбициозная девушка. Ей страшно хочется доказать тебе, что она способна на большее. А я дам ей такой шанс. Воспользуюсь её тщеславием.

Лукаво покривила уголки губ.

– Ты только границы не переходи. За рамки тщеславия случайно не переступи, – без доли веселья, весьма грозно, прошипела.

На секунду его глаза застыли, я словно попала в самую запретную, но такую кровоточащую точку.

– Детка, – давясь от смеха, проговорил он. – Угомони свою буйную фантазию. Я всё это делаю лишь ради тебя. И никак иначе.

Немного прикусила губу, а затем, приподняв стакан, вновь сделала пару глотков.

– А на моём тщеславии ты тоже играл?

Власов сексуально растянул свои обворожительные, прекрасные губы.

– Люди забираются наверх по двум причинам: одни – чтобы лучше видеть, другие – чтобы лучше видели их. Ты никогда не была позёркой. А вот Света слишком любит внимание. Ей жизненно необходимо, чтобы окружающие смотрели на неё и восхищались.

Кивнула.

– Возможно. Но где гарантии, что ты сможешь её расположить к себе? Света, довольно закрытая девушка. Даже если она согласиться помогать тебе, то очень сомнительно, что будет тебе «душу открывать».

Власов хищно ухмыльнулся.

Лукавые очи наполнились демонической, гипнотизирующей темнотой.

– А ты во мне сомневаешься, детка?

Непринуждённо перевела пальцы на его галантный галстук бордового цвета.

– Не сомневаюсь, Лёша, – демонстративно сдавила его шею, – но предупреждаю. Света – моя дочь. Даже не думай с ней флиртовать. Ты же сам сказал, что слишком хорошо меня помнишь. А это значит, знаешь, что я могу оторвать тебе известное место и повестить его вот на этом самом галстуке.

– Эмма, меня мало волнуют смазливые девочки. Гораздо больше люблю их мамочек.

Власов плавно выпрямился, невольно опустила глаза и мгновенно уловила его возбуждение.

– Горячих мамочек, которые готовы выполнить любое моё требование.

Внизу живота становилось жарко. Невероятно жарко. Любимый пробуждал во мне все самые грязные, пошлые пороки.

Огненная страсть кипела в моей душе. Ни один мужчина не мог утолить мой голод. Только он. Мой любимый. Единственный. Неповторимый.

Возможно, слабое оправдание. Но, вероятно, я изменила Маринину только потому, что, вновь желала испытать то самое чувство, которое безгранично дарил мне Власов. Но жестоко ошиблась. Никто и никогда мне не заменит Алексея. Он неповторим.

– А сейчас я хочу, – его шаловливый палец требовательно прошёлся по моим влажным, сомкнутым губам, – чтобы ты задрала свою юбку. Оголила шикарную грудь. Сегодня ты выглядишь так, будто знаешь какой-то секрет. Мне интересно, что ты скрываешь под этой одеждой? Хочу разгадать тебя медленно, без спешки.

Откровенный флирт возбуждал меня. Ничего подобного мне никогда не говорил Маринин. А даже если бы и сказал, то они бы не нашили отзыв в моей душе.

Его набухший член вздрагивал, манил меня. Никогда не любила делать минет, но только не Алексею. Он был такой красивый, спокойный и в то же время властный, при всём желании, я не смогла бы ему отказать.

– Я совершенно не против. Но сейчас у меня есть куда более интересное предложение, – уверенно стянула с него штаны и, не отводя вожделенного взгляда от его хищных глаз, нежно провела языком по багровой головке и с жадностью обхватила член губами. Его глухой стон завëл меня ещё сильнее и мои пальчики шаловливо отодвинули трусики и начали ласкать влажную плоть.

Боже, если бы кто-то зашёл в его кабинет, то увидел бы столь развратную и невероятно пошлую картину. Но мне было плевать.Красавчик глухо стонал, крепко схватив меня за волосы и не позволяя шевелиться, Власов прикрыл глаза, наслаждаясь удовольствием.

Только рядом с ним ощущала себя любимой развратницей. Не стыдилась своих желаний. Не опасалась осуждения.

Испытывала сладостное и стыдливое удовольствие от происходящего. На секунду я задумалась, что в любой момент, кто-нибудь может войти в кабинет и увидеть практически голую меня, стоящую на коленях и жадно сосущую огромный член. Эта мысль заставила адреналину выброситься в кровь…

Алексей шумно вздохнул, и я почувствовала, как на мой затылок легла сильная рука. Напор был сильный, требовательный, находилась в полной его власти. И мне это чертовски нравилось…

– Детка, твой ротик творит чудеса, – удовлетворённо простонал любимый, придавая мне уверенности. – Но я хочу тебя полностью. Всю без ограничений.

Не откладывая дела в долгий ящик, Лёша властно развернул меня и усадил на край стола. Инстинктивно сжала бёдра. Но не тут-то было.

– Нет, малышка. Я не потерплю никаких отказов. Ты моя. Всегда моя.Мне нравится, как ты пахнешь. У тебя приятный вкус. Я пьянею от твоего запаха. Кайфую, когда слушаю тебя, – не запинаясь, лишь интенсивно поглощая воздух, хрипел любимый. – Обожаю, когда ты так вздыхаешь. Хочу увидеть твой оргазм и чувствовать каждый толчок.

Судороги желания сводили с ума, но всё-таки разума я пока ещё не лишилась…

– Лёша, вдруг кто-нибудь зайдёт, – робко запротестовала, испуганно глядя на дверь.

Алексей лукаво усмехнулся и, подхватив мою ногу, положил себе на плечо, а вторую прижал так, что согнутое колено коснулось поверхности стола, при этом мне пришлось откинуться назад и улечься на стол.

– Малышка, расслабься. У меня всё под контролем. Без моего разрешения даже муха не пролетит.

Мужские властные и требовательные руки скользнули по моему телу…

Алексей наклонился и поцеловал меня.

Так горячо и нежно!

– Моя невероятная девочка. Никогда и ничего не бойся рядом со мной. Я уберегу тебя. Спасу.

– Мой прекрасный принц.

Власов огорчённо помотал головой.

– К сожалению, любимая, я далеко не принц. Но моя любовь к тебе безгранична. Ты же мне веришь?

– Верю, – уверенно прошептала. – Разве может быть по-другому. У меня нет никаких оснований сомневаться в тебе, любимый. Ты меня не предавал, а вот я…, – Алексей молниеносно прижал ладонь к моим губам.

– Ты правильно поступила. Кто знает, как сложилась бы наша жизнь. Но теперь пришло время дать нам шанс. Посмотрит, что из этого выйдет, – Алексей слегка наклонил голову, более плотоядно рассматривая моё полуобнажённое тело. – И пока меня всё устраивает. Вид просто потрясающий. И кто бы мог подумать, что достопочтенная Эмма Эдуардовна - такая развратница.

Власов эротично улыбнулся.

– Но мне так нравится, что ты такая развратная и похотливая. Но только лишь для меня. Больше ни один мужик даже взгляда похотливого не посмеет на тебя бросить.

Непринуждённо выгнула бровь.

– А ты собственник, господин Алексей Владимирович.

– Ты даже не представляешь до какой степени. Каждый сантиметр твоего горячего тела принадлежит лишь мне. Только я имею права прикасаться к этому сокровищу. И любому другому руки обломаю.

В жизни каждого есть такой человек, который не поддается логике, законам и принципам. Ты отлично понимаешь, что нет с ним будущего, семьи, счастья. Только боль, бесконечные разговоры и приступы какой-то неконтролируемой животной страсти. Ты гадаешь, любовь ли это, дружба, просто привычка. Отпускаешь. Думаешь, что забыла, удаляешь всё номера, смски и фотографии… А потом какой-то глупый сон, ночное смс или просто наступающий на пятки апрель — и ты уже думаешь о нем, вспоминаешь эти короткометражные моменты вашего «мы», но еще борешься. Так отчаянно и старательно, будто Брестская крепость где-то внутри тебя и никак нельзя сдаваться…Почему-то, когда он звонит, ты бросаешь все — и в омут. В этот запах еле уловимый, в эти руки с тонкими пальцами, в эти усталые карие вечно лгущие глаза, сообщения в контакте и ночные пьяные звонки, время на твоих часах — его, целуешь в висок, знаешь, что еще чуть-чуть и все. Но тем не менее, идешь до конца, до последнего шага.