Полная версия
– Если бы не лимрих, – опять не сдержал переполняющего меня презрения, вызванного словами мерзавки, – я бы никогда на тебя не позарился! Так что не смей обвинять меня в своём же преступлении! Ты опоила меня!
Шалара замолчала. Но хуже всего то, что в её взгляде я узнал жалость.
Она жалела меня!
«Просто немыслимо!» – это наблюдение безумно разозлило.
– Нет! Даже не думай, что я поведусь на это! Больше нет! Не после того, как ты пыталась отравить меня после медового месяца, но уже ядом! И не после того, как организовала пару неудачных покушений. А уж то, как вы со своим отцом решили, что ребёнок от меня – это прекрасный план, чтобы манипулировать мной через него…
– Что?! – охнула Шалара. Её глаза испуганно увеличились. Взгляд забегал. – Но у нас нет ребёнка!!
– Конечно, нет, – я нахмурился, снова прищуриваясь. Шала опять вела себя так, будто потеряла память. – Я же выставил тебя вон, а потом сослал в крепость Шиани.
Нагиня с облегчением выдохнула, окончательно путая мои мысли:
– Ну, и молодец… эээ… В смысле: я рада, ты рад – что нас ещё в этой комнате держит? Давай расходиться с миром, а? И так от ночи остались какие-то жалкие два часа. Может, поспим? В смысле… ты у себя, а я у себя? Ну, чтоб коварный план… «отца», – Шалара поморщилась, – точно не удался. Дразнить магическую привязку не самая хорошая идея. Тебе так не кажется?
Я был полностью дезориентирован. Совсем перестал понимать эту женщину.
– Отвернись, хотя бы, – умоляюще попросила она.
В её глазах было столько чистых эмоций, что я послушно отвернулся, только через мгновение понимая, что подставил подлой гадюке свою спину.
Хотел уже дёрнуться и переиграть момент, но в зеркале увидел, как Шалара потянулась руками за бортик, а потом по ступеням вышла из купели.
Я стоял, едва дыша, и через зеркало наблюдал, как Шалара выходит из купели, окутанная пеной, словно богиня, сошедшая с небес. Её кожа сияла, влажная и нежная, капли воды скатывались по изгибам тела, обнажая каждую линию совершенства.
Красота её была настолько ослепительна, что я чувствовал, как от неё накатывает сладкая, едва уловимая интоксикация – словно зелье лимриха опять попало в мою кровь. Нет. Не так! Словно я вдыхал яд, который одновременно опьянял и сжигал изнутри!
Желание обладать женщиной разгоралось во мне с неукротимой силой, и я понимал: на свете скоро не останется ни одной силы, что могла бы удержать меня от того, чтобы приблизиться и сделать её своей.
Я задержать дыхание, чувствуя, как манящее притяжения опять берёт верх надо мной.
«Странно… Основная интоксикация уже давно снята по средством течения времени. Что происходит?!» – во мне как будто что-то дрожало, нервируя на каком-то глубинном уровне своим давлением.
Я не мог отвести глаз от зеркала, словно заколдованный, и каждый миг, проведённый в этом тайном наблюдении, лишь усиливал пламя в груди.
Шалара, не ведая о моём взгляде, двигалась с грацией, которая сводила с ума, и я ощущал, как разум мой теряет ясность, уступая место жгучему желанию.
Вытершись полотенцем, она поморщилась, недовольно разглядывая ночной пеньюар, такой же чёрный, как её душа.
Пеньюар выглядел вполне обычно – новомодный лоскут кружев, который сейчас пользовался бешенным спросом у женщин Шиатарской империи, но, когда Шала натянула его на себя, мне стало ещё хуже.
Чтобы не натворить дел, я резко сорвался с места, покидая ванную комнату своей презираемой жены.
«Ненавижу её! Ненавижу!» – рычал мысленно, пытаясь подавить порыв тела.
Ворвавшись в свои покои через смежную дверь, ударил кулаком по столбику кровати.
Дерево треснуло и надломилось, роняя на постель один край тёмно-синего полога.
– Проклятье! — вырвалось у меня сквозь сжатые зубы.
Внутри меня бушевала буря — смесь ярости, желания и бессилия. Она была рядом, и в то же время так недосягаема. И чем сильнее я пытался оттолкнуть эти чувства, тем сильнее они меня сжигали изнутри.
– И чего приходил, спрашивается? – донеслось до моего обострившегося слуха девичье ворчание.
Шалара опасно близко подошла до нашей общей двери, недовольно повздыхала, а дальше… кажется, она подпёрла стулом ручку двери.
«Дурочка, – горько усмехнулся я, чувствуя, как разум ускользает, оставляя место только для жгучего желания и раздражения. Вся эта смесь эмоций сводила с ума, и я не мог понять, где заканчивается ненависть и начинается что-то гораздо более опасное – страсть, которую я не в силах контролировать. – Будто это меня остановит, если я поддамся магической привязке!»
Зажмурившись, сжал до хруста второй столбик, и вот навес уже полностью упал на постель.
Больше не испытывая своё терпение на прочность, я покинул спальню, чтобы провести оставшиеся часы перед рассветом на ристалище, с мечом в руке.
____________
ЗЛОДЕЙКА № 4
Жестокий развод с ректором.
Беги, Дракон!
https://litnet.com/shrt/dcvK
Аннотация:
– Я устал от тебя. – Вот что я услышала от сурового мужа-дракона, едва оказавшись в новом мире.
Но мало того что муж хочет со мной развестись, так меня обвиняют в убийстве его любовницы, адептки магической академии.
Моя жизнь на волоске, а муж не спешит защищать, надеясь таким образом избавиться от ненужной супруги.
Вот только дракон не знает одного.
Я – попаданка, а не его жена. А еще я следователь со стажем. Так что, подставить себя не дам, дракон!
В тексте есть:
Властный дракон;
Противостояние характеров;
Умная героиня. Королева расследований!
Обязательный ХЭ.
Глава 6. Столица змеиной империи
«До чего странный тип!» – с трудом сдержав дрожь, я отвернулась к окну.
Над горизонтом Севиры занимался рассвет.
Наш экипаж только поднялся в воздух, позволяя окинуть необъятные красоты магического мира моим когда-то скептичным взором.
И мне хотелось восхититься просторами северного материка Элерона, да только «кое-что» мешало!
Шахрияр сидел напротив, на сидении, оббитом мягким бархатом, и не сводил глаз с меня.
И главное, выражение такое мрачное на лице! Просто жуть! Как будто это я не давала ему уснуть жалкие остатки ночи, колотя под его окнами бедное деревянное чучело, а не он мне!
После его странного появления посреди водных процедур, мои планы запутались ещё больше.
«Вот что ему надо? Зачем стоял на пороге и таращился? Нравлюсь? Вряд ли! – размышляла я, любуясь раскинувшимся внизу хвойным лесом. – Шах с таким отвращением поджимал губы, что ни о какой симпатии речи быть не может! Да и воспоминания Шалары отчётливо дали понять, что даже приворот бессилен перед лютой ненавистью этого нага… то есть человека… то есть… Хэх! Как всё сложно!»
«Но всё же он пришёл…» – тихо шепнуло подсознание.
Я улыбнулась краешком рта.
«Да. Верно. И это значит, что у меня есть шанс убедить Шиариса в своём искреннем желании помочь ему. Пусть маленький, но всё же шанс! Нужно показать ему, что с "Шаларой" что-то не то! Что она изменилась и больше совершенно не похожа на себя! Продемонстрировать, что я – не Шалара! И тогда не придётся голову ломать над планом, как подгадать момент для открытия портала, ведь я совершенно не против помочь Шаху обрести вторую ипостась и магию. Хватит того, что она забита мыслями, касательно сбора необходимых ингредиентов!»
Из дневника матери Шахрияра, который я читала, пока Шиарис рубил в щепки манекена под моим окном, узнала, что конкретно мне потребуется. И если с божественной искрой история понятна, да и зеркало искать не нужно – оно стоит в мрачной башне крепости Шанти, то откуда чёрную магия брать – большой вопрос! Это Шалара обладала стихией тьмы. У меня же в крови бродили лишь крупицы магии, и они брали природу от лимриха.
«И то это лишь временно! Скоро эти крупицы канут в лету, так что останусь я в теле прожжённой злодейки «человек-человеком»!»
Вздохнув, я прижалась к окну, и взгляд мой упал вниз, срывая восклицание изумления с губ.
Не было больше хвойного леса!
Под нами раскинулся огромный фантастический город, словно ожившая сказка.
Внизу, среди извилистых улиц и широких площадей, росли стройные пальмы. А ведь десять минут назад я осень!
Зелёные кроны пальм мягко колыхались на лёгком ветру. На площадях били фонтаны, охватывая размером целую аллею! Брызги воды играли на солнце, создавая радужные блики, а прохожие неспешно прогуливались, наслаждаясь утренней прохладой.
В самом центре этой великолепной столицы нагов, Шаллы, возвышался императорский замок. Его белокаменные стены сияли в лучах медленно поднимающегося солнца, словно вырезанные из самого света. Башни и купола дворца были украшены изящными узорами и золотыми вставками, напоминая сказочный дворец из детских историй. Внезапно в памяти всплыла картинка из диснеевской сказки об Алладине – дворец Агробы, такой же волшебный и недосягаемый.
Шалла казалась живой, дышащей, полной тайн и загадок. И я даже поймала себя на мысли, что мне здесь безумно нравится! Да, путь домой предстоит нелёгкий, но нельзя не признать, что окружающая красота дворцов и людей, живущих в них, на улицах родного города мне точно не встретится!
Когда крылатые кони пошли на снижение, я вцепилась в сидение кресла.
– Хм! С каких пор ты боишься высоты? – наконец, подал признаки жизни Шахрияр.
– С этих самых, – я постаралась улыбнуться как можно шире, демонстрируя милую натуру подобревшей «жены». – Так бывает… Люди меняются.
– Мы – не люди, Шала.
– Ну, зверолюди. Сути это не меняет, дорогой муж.
Шиарис помрачнел ещё сильнее, сводя брови почти к переносице… а потом выскочил из экипажа до того, как он приземлился.
У меня чуть сердце не выпрыгнуло от страха из-за этого идиота!
Конечно, до брусчатки оставался какой-то метр, но всё равно! Это было страшно!
– Дурак… – прошептала я, выдыхая, когда Шах с невероятной лёгкостью оказался на мягком газоне длинной дворцовой аллеи и быстро пошёл в направлении спешащих к нему мужчин и женщин.
Не задерживаясь, наместник прошёл сквозь толпу, вынужденную затормозить и распасться на две стороны дорожки, а я… я осталась одна с небольшим саквояжем в руках. Без горничной и экипажа, быстро укатившего на «задний двор» императорского дворца.
– Эм… и что дальше?
Потоптавшись на месте пару секунд, я решила действовать – догнать хотя бы толпу придворных Шахрияра.
«Уж они точно выведут меня куда нужно! А там поймаю какого-нибудь прислужника. Пусть покажет, где мои комнаты. Точнее просто «проведёт», я же типа знаю здесь всё…»
На самом деле так и было. Пусть смутно, но я помнила из воспоминаний Шалары, как та бродила в компании говорливых полуголых нагинь, наследниц великих родов Шиатара, по этой аллее. Где-то за дворцом они гуляли в парковом лабиринте, где живая изгородь росла под три метра. Там ещё было большое озеро и белая беседка… Там же брат Шалары, Морлан, сорвал когда-то лимрих – редкий цветок, зелье из которого было признано самым сильным приворотом для зверолюдов, а Шала тихо выкрала его из бочки компоста.
Собственно, поэтому я довольно быстро успокоилась, натыкаясь взглядом на якобы знакомые места. И притормозила с желанием догнать толпу.
Некоторые её индивидуумы стали поворачиваться в мою сторону и подозрительно гадко хихикать, так что желание что-либо спрашивать у этих лизоблюдов резко пропало.
Особенно, когда из стайки женщин «отбилась» пара-тройка гусынь. Они явно остановились, чтобы меня дождаться. Хихикали, переглядывались между собой… разве только в меня пальцами не тыкали.
С огромным трудом, но я подавила в себе желание обойти их по дуге. А всё потому, что мне не нравилось общаться с женской половиной человечества.
Да! Несмотря на то, что я – одна из них, девочки лично для меня в категории «друзья-знакомые» просто не существуют.
Я выросла с парнями. У меня три старших брата, и естественно, что под предлогом «присмотра» они всегда были вынуждены таскать меня за собой в свои мальчишеские компании. Немудрено, что выросла я – «свой парень в доску». Нет, женского во мне тоже было много. Тут «спасибо» надо сказать нежной и заботливой маме, которая меня растила, как самую долгожданную принцессу, но в формировании круга общения родители, как правило, при всём желании не могут влиять на выбор своих детей. Пытаются, но у них это обычно плохо получается, потому что улицы всегда диктуют свои правила, а повзрослевший ребёнок выстраивает личные границы.
Так что, подходя к девицам ближе, я мысленно сражалась с желанием сделать фейспалм.
Я смотрела на с виду дружелюбные улыбки трёх девушек, но ни на грамм не верила в их искренность. Шалару никто не любил в гареме императора. Напоминаю: «гарем» у нагов имел исключительно политическое значение. Никто ни с кем не кувыркался! На блуд общественность закрывала глаза только после брачных клятв, что как по мне куда мерзопакостнее, чем свободные отношения до брака.
– Сира Шалара…
– Не «сира»! – зашипела на брюнетку симпатичная нагиня с такими же длинными кудрями, как у меня, только светло-золотого цвета. – Шалара – жена наместника, а значит, тоже «Светлость»!
– Пф! Регина, какая ты дотошная! Аж с души воротит…
Блондинка чуть не задохнулась от возмущения.
– Хватит, – остановила я разгорающийся скандал, успев сделать определённые выводы. Из всех трёх одна блонди казалась более-менее адекватной. Третья, с почти белоснежными волосами, вообще с ненавистью изучала мою фигуру. Так и хотелось скрыться с её горизонта видимости. Особенно, если вспомнить, что у этих девиц внутри живёт змеиная ипостась! – Регина, проводи меня в мои покои.
– Но я не знаю, куда тебя… вас поселили, Ваше Сиятельство! Ваш статус больше не позволяет вам жить на женской половине дворца.
– Спросим по дороге у прислуги. Идём.
– Не так быстро! – красотка с пепельными волосами заступила мне дорогу, вырастая на пути. Прищурившись, она недобро окинула меня злым ледяным взглядом и угрожающе зашипела. – Даже не рассчитывай, что задержишься здесь надолго! Шахрияр – мой!
Волна чувствительной агрессии пробирала до самого позвоночника, особенно, когда лицо нагини заострилось, а её клыки значительно удлинились, как будто она – вампир.
Мне понадобилась вся выдержка, чтобы не струхнуть перед таким угрожающим предупреждением.
Глубоко вздохнув, крепче сжала ручку саквояжа, думая, что в случае более активной угрозы, я без зазрения совести забью это «пепельницу» сумкой по морде, ибо нех… на меня свои клыки скалить!
– Всё сказала? А теперь будь хорошей девочкой и освободи мне дорогу… пока я добрая.
Не знаю, что там на моём лице эта девица увидела, но в сторону сдвинулась. Пусть всего на полшага.
Пройти ровно не представлялось возможным, но я не стала уступать.
Задела девицу плечом, показательно демонстрируя, что со мной шутки плохи.
«Долбанный серпентарий!»
Девица возмущённо воскликнула. Хотела сказать что-то, явно гадость, но неожиданно передумала, наигранно всхлипнув.
– Зачем вы так, Ваше Сиятельство?!
Я даже притормозила, мягко говоря, удивляясь столь резким переменам.
Повернула голову и сразу поняла, по какой причине «костры горят». Со стороны аллеи к нам приближался небольшой отряд высоких воинов, во главе которых выделялся брутальный наг с огненно-рыжими косами и небольшой бородкой.
– Генерал Шайтар…
Регина и брюнетка, имя которой я пока не знала, изящно расправили платья и присели.
«Пепельница» продолжила всхлипывать, играя на публику.
Мне ничего другого не осталось, как просто кивнуть статному красавцу нагу. И я точно знала, что этикет не нарушила. Мой муж – ровня этому образчику идеального мужчины. Такой же генерал. А из воспоминаний Шалы я помнила, что она довольно свободно общалась со всеми друзьями принца Альтаира, за которым так неудачно гонялась. Шахрияр и Шайтар были как раз из этого окружения.
– Шалара, – цокнул мужчина, презрительно поморщившись, как будто не я перед ним стою, а просто… «накакано». – Ты в своём репертуаре.
– А что тогда в твоём репертуаре, Шай? – рискнула огрызнуться я, позабыв, что весь полёт настраивала себя быть доброй. – Развешивать ярлыки, не разобравшись в ситуации?
– М… – брови мужчины изогнулись от удивления.
– Идём, Регина. – Гордо вскинув подбородок, я не стала развивать диалог. – Я устала.
___________________
ЗЛОДЕЙКА № 5
Злодейка во власти дракона
https://litnet.com/shrt/gxMI
Аннотация:
Я очнулась в теле злодейки любовного романа – ровно в тот миг, когда покушалась на самого императора-дракона.
Но это было только начало.
Он уверен, что я виновна в убийстве его брата и жаждет мести. Хочет видеть меня сломленной, на коленях, полностью в его власти. Альтернатива еще страшнее – казнь.
Но я не для того попала в этот мир, чтобы умирать. И уж точно не склоню перед ним голову, даже если он – главный герой романа.
Что победит в драконе – обжигающая ненависть, или запретное чувство к той, кого он поклялся уничтожить?
Глава 7. «Любящая семейка» великого рода Хасис
«Я – хорошая… Я – хорошая… Я – очень хорошая Шалара! Фу! Как же это имя бесит!» – и в этом не было ни капли преувеличения. Всё на новом месте, начиная от имени, заканчивая полной человеческой депривацией, меня жутко раздражало.
Нет, я всё-таки нашла новые апартаменты в императорском дворце. Они находились по соседству с покоями генерала Шиариса и выглядели просто потрясающе, как из сказки о принцессе, то есть полностью соответствовали статусу жены наместника. К тому же с моим появлением в гостиную, прилегающую к спальне, мгновенно набежал целый штат слуг, чтобы услужить мне в любой просьбе, но…
Это вездесущее «НО»!
Все, от мала до велика, смотрели на Шалару с исключительно негативными чувствами. Придворные, которым их статус застилал разум, с презрением, а слуги – с опаской, словно я в любой момент могу впасть в ярость и накинуться на них.
И если последних я могла понять, так как прекрасно помню, как себя вела Шалара, то поведение представителей высшего змеиного сословия меня немного ставило в ступор, ведь до ссылки нагини знать буквально стелилась перед Шалой, считая её своей будущей императрицей, пока Альтаир не выкинул фортель с женитьбой по сильфидским обычаям на человеческой герцогине.
К тому же Шалара, как минимум, была и есть дочь советника Хасиса! Неважно, какие страсти творились внутри семейства, на публику всегда всё выглядело чинно и благородно!
«Наверное, всё дело в лимрихе, – предположила я, следя за работой бледной девушки, которую я выбрала в свои камеристки. Бедная Элейн дрожала, как осиновый лист на ветру, разбирая мой скромный саквояж. – Шалара преступила закон! Если бы на месте Шахрияра оказался кто-то другой, менее значимый в Шиатарской империи, её наверняка казнили бы. Даже папенькины возможности не смогли бы помочь, ведь приворожить змея – страшное табу! Грех, который карается самими храмовниками. Но у Шаха змея нет, да и он сам не выдвинул обвинения, поэтому жрецы остались не у дел… но не придворные! Этому серпентарию не нужна команда «ату»! Они, почуяв кровь, сами бросаются на жертву, как свора голодных собак!»
И теперь с этой сворой разбираться мне… Это пугало.
– Ваша Светлость, к вам советник Хасис с женой.
– А? – вздрогнула я, испуганно вскидывая голову.
– Ваши родители, госпожа Шалара.
Сразу вспомнились все ужасные наказания маленькой Шалы, приказы хладнокровного отца и приступы ярости бездушной матери.
Внутри всё сжалось от страха.
Пришлось себе напомнить, что эти моральные уроды – не мои родители. Особенно, когда в комнату вошла сира Альяни и, поморщившись, визгливо потребовала Элейн оставить нас наедине.
«Я – хорошая… Я – хорошая… Я – очень хорошая Шалара! Фу! Как же это имя бесит! Звучит, как "шалава". Просто кошмар какой-то!»
Элейн удивила:
– Простите, сира Альяни, не положено.
– Что?! Что у тебя там не положено, идиотка?! Ноги в руки – и исчезни, пока я не приказала распорядительнице гарема проучить тебя палками!
«И вроде ж не моя мать, но почему мне так стыдно за эту дуру?» – я оторопело моргнула, удивляясь, как робкая горничная стоически гнёт свою линию перед избалованной женой советника.
Пока мать Шалары демонстрировала отнюдь не самые положительные черты своего характера, следом за леди, то есть «сирой» Хасис вошёл лорд Хасис.
Высокий, худощавый, с приличной чёрной бородкой, этот мужчина смотрел слишком властно и хлёстко. Карие глаза с голубыми вертикальными зрачками казались какой-то дикостью. Линз такого вида мне никогда не приходилось видеть. Кажется, их не существовало.
У меня от этого дядечки мороз поднимал на коже легионы мурашек от самого позвоночника. Я совершенно точно не желала оставаться с этой парочкой наедине, хотя до этого момента страх перед старшим поколением мне был не ведом!
– Простите, сира Альяни, – ещё раз извинилась горничная, присев ещё ниже. – Как раз сира Шайла приказала мне не спускать глаз с Её Светлости.
– ЧТО?! Да как она смела! За моей дочерью приказала следить?! Кто ей…
– А сире Шайле приказ отдал лично Его Светлость наместник Шахрияр Шиарис.
– Вот под…
– Тц! – шикнул на женщину Хасис, с ленцой, очень медленно окидывая заинтересованным взглядом малышку Элейн. – Ты – новенькая? Не видел тебя раньше на мужской половине дворца.
– Ддда, сир Хасис, – чуть заикаясь, Элейн снова исполнила книксен. Вот теперь она по-настоящему испугалась, белея на глазах.
«Вот это гад! Он же клеит… этого ребёнка!! При чём при жене и дочери!» – у меня никак не находилось слов, чтобы поприветствовать эту мерзопакосную парочку. Возмущение и шок отобрали способность к разговору.
Сира Альяни осклабилась, ловя интерес мужа к горничной.
Она рыпнулась, чтобы оборвать зрительный контакт лорда и его юной жертвы, но тут я ожила, испугавшись за Элейн.
Заступила «матери года» дорогу и весьма слабенько в театральном смысле изобразила улыбку.
– Матушка, отец… Предлагаю пройтись по императорскому парку... Элейн и стражи будут сопровождать нас на расстоянии, и мы сможем спокойно поговорить.
– Хорошая идея, дорогая дочь, – советник мягко улыбнулся, но я не обманывалась. Эта улыбка ни на градус не коснулась ледяных глаз главы рода Хасис.
Но дыхание смогла перевести, выходя вслед за отцом Шалары и её недовольной матерью.
«Хоть не придётся оставаться наедине с парочкой мерзавцев, называющих себя родителями Шалы! Уж не знаю, с какой целью Шахрияр распорядился не спускать с меня глаз, но сейчас я ему очень благодарна за это!»
Наша недовольная процессия покинула второй этаж мужской половины дворца и спустилась в компании трёх стражей и с облегчением выдохнувшей Элейн в холл, выходя во двор фонтанов. Именно за ним следовала парковая аллея и высокий живой лабиринт.
Далеко идти не стали, замерев у одного из фонтанов.
Советник махнул рукой, и стражи отошли на приличное расстояние, прихватывая с собой Элейн. Горничная явно была против, но влияние Хасиса в рядах бойцов оказалось куда сильнее, чем я предполагала.
Из воспоминаний Шалары формировались совсем другие выводы. Мне казалось, что у Шахрияра давно нарыт компромат на отца Шалы. Он не пускает обвинение в ход только потому, что ему забавно наблюдать, как Шалара начинает дрожать от одного упоминания имени отца и матери. Они – как рычаг давления на девушку, которая иногда впадала в истерики, жутко раздражая Шиариса.
По крайней мере, других причин я не видела.
Пока мы шли, сира и сир Хасис смотрели на меня с таким надменным пренебрежением, что даже я начинала чувствовать себя всего лишь пешкой в их холодной игре. Чего уж говорить о воспитанной им дочери?!
Глаза этой парочки были холодны и оценивающи, а слова – резки и безапелляционны, словно приговор.
– Ты должна влюбить в себя наместника Севиры, – холодно зашипела сира Альяни, как только мы оказались наедине. – Сделай так, чтобы он забыл обо всех других женщинах! Я же тебе говорила! Ты обязана забеременеть от него! Это укрепит наш род и обеспечит власть на долгие годы!
Я сжала губы, пытаясь скрыть дрожь, которая подступала изнутри. Даже слушать это было мерзко!
Но дамочка на этом не остановилась.
– А потом… — сира оглянулся по сторонам. Убедившись, что горничная и стражи стоят далеко, продолжила. – Как только убедишься в беременности, выжди шесть месяцев и…
– Ты должна отравить Шахрияра Шиариса, – закончил Дашал Хасис, мягко улыбаясь, как будто спрашивал о моём настроении. Просто брррр! – Естественно, никто не должен знать, что это была ты.
Советник кивнул, и его жёнушка выступила вперёд, якобы приобнимая меня.
