Великие игры драконов

На миг мне показалось, что Жади сейчас набросится на госпожу аир Шенье, но нет. Кудрявая брюнетка взяла свободный кубок и залпом осушила его, откидываясь на мягкие подушки паланкина.

Дрожащей рукой Мадира потянулась к своему кубку.

– Вот и умницы, – прокомментировала Велма с самодовольной улыбкой на лице и вдруг посмотрела на меня. – А теперь с тобой… Криста Хинваль… – услышав своё имя и род, я напряглась всем телом. – Радя говорил, что ты весьма строптива, что тебя больше других необходимо учить покорности, но прошедшие две недели ты вела себя прилежнее других. Что это? Попытка меня перехитрить или невероятное здравомыслие?

Экипаж качнулся и остановился.

– Ладно, – хмыкнула драконица, отмахиваясь от какой-то мысли. – Оставим это, раз ты не даёшь повода.

Плотоядная улыбка расплылась на губах Велмы. Было видно, что за этой неправильной радостью последует что-то ужасное.

А я уже вся подобралась, слыша шум рынка. Мимо экипажа спешили по своим делам свободные сарисийцы. Сквозь разрыв между вуалями паланкина я увидела знакомую до боли ратушу отца, рыночную площадь и большой фонтан посреди неё.

Ступни зудели, готовясь бежать на свободу. Приходилось себя одёргивать, чтобы не выдать никакой подозрительной эмоции.

Конечно, ни к месту чрезмерная радость хозяйки рынка рабов, заставила меня поумерить ретивость.

– У нас другая задача – нарядить вас в лучшие шелка Сариса, – мягкая улыбка Велмы никак не вязалась с её ядовитым взглядом. – Сейчас мы выходим… но так как я о вас очень волнуюсь… – усмешка драконицы промурашила до позвоночника, – наденьте вот это.

Велма откинула крышку сундука, в сторону которого я косилась в начале нашей поездки, и Жади, кажется, зарычала.

Заклинание в тот же миг сорвалось с пальцев аир Шенье. Жади замерла, оглушённая боевым плетением сильной магички.

– Вот об этом я и говорила, – с деланным сожалением вздохнула драконица.

Лёгким движением руки Велма достала из сундука три железные маски с цепями, которые крепились на шее и запястьях ридайцев, и бросила их на наши колени.

– Одевайтесь сами… и Жади помогите. Мне некогда возиться с вами. Живее, иначе мне придётся просить стражей помочь вам… – угрожающая улыбка не заставила себя ждать. – Сейчас они помогут с маской, а вечером – с ещё одним уроком послушания!

Мадира всхлипнула и первой схватилась за маску, быстро застёгивая ремни на своей голове, шее и руках.

Ненавидя аир Шенье всей душой, я повторила за тихо роняющей слёзы блондинкой, понимая:

«Не сегодня…»

_______________

* Ридайцы (ридайки) – рабы для утех.

НАША КРИСТА БЕЗ МАСКИ... И ЗЛАЯ, КАК ТЫСЯЧА ЧЕРТЕЙ...

Глава 4. Распределение

Честно? Очень хотелось плакать. А точнее рыдать. Чтоб в захлёб. Чтоб все эмоции наружу, потому как дальше сдерживать их у себя внутри, у меня уже не было никаких сил!

Аир Шенье упивалась нашим отчаянием, приговаривая тихо, что сегодня вечером Жади ждёт то самое наказание, которое пережила вчера бедняжка Мадира. Такое чувство, как будто эти мерзкие поползновения к невинным девочкам возбуждают эту трёхсотлетнюю драконицу-садистку! И от этих мыслей становилось горько и тошно.

Погрузиться в невесёлые мысли нам не дали стражи Велмы.

Тычками выстроив всех в ряд, нас повели, как на заклание, по центральной улочке рынка.

Прохожие пялились нам вслед, а некоторые даже тыкали пальцами. Мужчины искоса провожали сальными взглядами, а женщины прикрывали своим детям глаза, будто нас вели голыми!

Но нашим «хозяевам» было плевать на наши унижения.

Велма не жалела никого! Даже всхлипывающую Жади, с которой стражи сняли заклинание остолбенения и подтолкнули к нам.

Брюнетка вела себя странно. Спотыкаясь, она царапала до крови шею, скулы и кисти рук, повреждая изящные пальчики – так сильно она старалась снять с себя железную маску рабыни для утех. Видимо, маска ридайки означала для Жади что-то совсем уж личное. И это личное сводило её с ума.

Пока истерику девушки не заметили, Жади успела обломать больше пяти ноготков. А потом девушку скрутили и отвели обратно в паланкин.

– Будет ходить голая, раз шёлковые платья ей не нужны, – отмахнулась Велма, лёгкой летящей походкой проходя мимо нас в сопровождении десяти стражей.

– Ненавижу, – зашипела едва слышно Мадира, обнимая себя за хрупкие плечи. Блондинка дрожала всем телом.

– Двигай, давай, – сально усмехнулся огромный сарисиец, один из тех, кто участвовал во вчерашнем «уроке послушания» Мади. – Хотя… если так открыто жаждешь снова встретиться с моими ребятами, я настаивать и торопить тебя не стану. Больше скажу, считай нас теми постоянными клиентами, которые возвысят тебя, красотка, в течение твоего первого месяца…

Мадира сорвалась с места в тот же миг, знатно повеселив этим проклятую рабовладелицу и её гогочущих элитных воинов.

– Ефрей, ты как всегда прямолинеен. Но на эту снежинку рот не разевай. Лорд Хант уже купил её первую ночь. Хм! Только поэтому она получила неполный урок послушания.

Страж, доспехи которого выделялись на фоне остальных, лишь безразлично пожал плечами и пригладил бородку:

– Что мне её первая ночь? Я рассчитываю получить все остальные.

– Это пожалуйста, – хохотнула черноглазая драконица, подходя к лавке с красивым названием «Лазурита». – Это сколько угодно. Заводите, мальчики, моих очаровательных ридаек. Пора им получить свой аванс!

Стражи подхватили каждую из нас под локоть, неотвратимо затащили в элитный салон, где семь швей трудились над разноцветными отрезами, и после этого вышли прочь. Слушая громкие приказы старшего Ефрея, я поняла, что он выстаивает охрану вокруг здания.

«Обложили демоны!»

Увидев Велму, самая взрослая среди других мастериц подскочила на стуле и ринулась к драконице, лебезя: «Что госпожа желает? Да продлят Боги-драконы годы великой аир Шенье», и так далее в подобном ключе.

Я не удержалась и скривилась в моменте, когда стало слишком тошно от словесной приторности портнихи.

Высокомерно изъяснившись, зачем приехала, Велма отошла к напиткам и деликатесам, а нас в тот же миг обступили портнихи.

Примерки длились не меньше часа! Кое-что нам выдали сразу, нарядив в шаровары и короткие топы, а всё остальное, приняв заказ Велмы, обещали довезти уже завтра.

– Чтоб без опозданий! – поморщилась аир Шенье. – У меня слишком серьёзные гости, чтобы выставлять малышек в простых морнах.

Уловив мой прямой взгляд, полный яростного неверия, драконица усмехнулась. Подошла ближе и сжала мой подбородок своими цепкими пальцами:

– А вот и оно… Строптивость во всём своём проявлении. Только тебе нечего бояться, малышка. У меня на тебя уже есть планы. Ты не пойдёшь на завтрашний аукцион, после которого уважаемые драконы воспользуются моим гостеприимством и уединятся с твоими сёстрами по несчастью прямо в поместье Шенье. И ты не уедешь на следующий день в дома утех, куда я распределила этих птичек. Нет… конечно, для тебя тоже приготовлен новый дом. Но он будет максимально далеко от Наидаля… далеко от Радимира! Я не позволю тебе туманить его мысли и дальше! – губы драконицы скривились в презрительной улыбке. Она резко отпустила мой подбородок и развернулась, хлестнув по лицу своими длинными патлами. – Можно было бы, конечно, оставить тебя для аукциона и уже потом отправить за стену, но нет… Там, в Негрэше, где твои волосы сведут с ума всех ледяных драконов, за тебя заплатят в тысячу раз дороже, а я не привыкла терять выгоду… даже когда эмоции захлёстывают через край. – Велма прошлась вдоль шеренги перепуганных невольниц и остановилась напротив Мадиры. – Верно я говорю? Шагай! – рыкнула аир Шенье, толкая блондинку к открывшейся двери.

Среагировавший на рык хозяйки Ефрей, тут же поймал споткнувшуюся девушку в голубых шароварах и белом топе.

– Не трогай меня! – испуганно взвизгнула Мади. – Не трогай!

Велма, проходя мимо, растянула губы в торжествующей улыбке:

– Ефрей, захватишь на урок послушания и её…

– Нет! НЕТ!!!

Опустив глаза в пол, наша дрожащая кучка вернулась обратно в паланкин. И в этот раз меня посадили к госпоже Далиле, чему я была безумно рада.

«Вот как?! Велме приглянулся мой гнусный родственничек? "Весело"… Значит, мне тогда, в гостиной драконицы, не показалось. Она была зла, когда он сказал, что заглянет ко мне позже, когда меня научат покорности. Уроды моральные! Тем не менее, радует то, что жадность Шенье масштабнее её ревности. Негрэш… добираться до провинции ледяных драконов не одну неделю. Процент на успех поднимается!»

К моменту, когда паланкин вернулся на территорию поместья аир Шенье, я уже была максимально спокойна, выстраивая будущий план действий.

Глава 5. План Б

Остаток дня мы провели в классе, со слезами на глазах познавая чувственные зоны драконов по рисункам жрицы Салтанаты. Велма настояла, сославшись на то, что первыми покупателями станут именно они – «уважаемые» лорды.

Жади и Мадира пропустили урок… естественно не по своей воле. Аир Шенье велела сразу забрать их на «урок послушания», чтобы вечером девочки получили все необходимые процедуры и выглядели к завтрашнему аукциону, цитирую, «принцессами».

Сказав это, Велма долго ещё смеялась вслед своим стражам и упирающимся девушкам. Было видно, что возбуждение драконицы зашкаливает, поэтому мы молча поплелись за жрицей любви, опустив головы, пока и для нас что-нибудь мерзкое не придумала эта паскуда.

Глядя на лица сестёр по несчастью, я лихорадочно думала, как же сделать так, чтобы нам всем спастись?! Возможно ли это вообще? И, если да, то чем придётся пожертвовать, чтобы получить хотя бы мизерный шанс на свободу?

После того, как Велма громко заявила, что меня ждёт депортация в дом утех Негрэша, я не один раз поймала пущенный в мою сторону завистливый взгляд. Стало даже немного обидно. Так-то я тоже, как и все остальные, фигурально выражаясь, уже стою одной ногой на постели извращенца! Не суть какого. Мы все в одной упряжке – вот, что важно! И вместо того, чтобы сдружиться и что-нибудь придумать, каждая из этих тетёх предпочитает предаваться жалости к себе любимой!

«Даже Жади с Мадирой…» – я вздохнула, когда нас отпустили, приказывая возвращаться в комнаты.

Не останавливаясь, прошла в ванную и повернула артефакт, жутко желая отмыться.

Камень зашипел, и в белую купель, встроенную в пол, полилась тёплая вода.

В ушах до сих пор стояли крики Мадиры: «Вы не имеете права! Я – Мадира сейш Доран! Мой отец – советник генерала сейш Хильсадара! Он будет меня искать! А, когда найдёт, убьёт вас всех!!!»

«Зря Велма смеялась… – подумала я, гладя повлажневший от тёплой воды артефакт. – Превращать дочь визиря другой империи в рабыню опрометчиво…»

Отец упоминал на одном из моих уроков, что наш архонт поднимал вопрос об отмене рабства ещё в его, папиной, юности… Получилось весьма коряво, так как власть над Сарисом принадлежала и принадлежит не только повелителю Даэрону Тар-Минастир. Совет из глав пяти родов выступает голосом пяти городов-оазисов!

Вот и получилось, что в одних оазисах дарки и драконы приняли указ властителя Тар-Минастира и отказались от рабства, а вот в других (и тут, к моему стыду, надо признаться, что родной Наидаль подкачал!), наместники и их гнёзда не захотели менять свой уклад жизни, прикрывая свой выбор традициями.

Папа сказал, что архонт не стал конфликтовать с наместниками. Из пяти, их было трое, а это значит, что силового сопротивления не избежать, поэтому властитель оставил всё, как есть. Только одно он подправил в пакте о рабовладении – нельзя брать в плен жителей Дарийской империи! А Мадира, если принимать её крики на веру, как раз и есть дарийка! Значит, Велма нарушила соглашение, а нарушителей наш архонт и его янычары страшно не любят!

Не успела я раздеться, как в мою комнату, без стука, вломилась госпожа Далила:

– Идём со мной!

– Куда?

Женщина поморщилась, поправляя на голове без того идеально застёгнутую химару.

– Всё поместье гудит! Госпожа велела столько всего приготовить… Нам все предстоит потрудиться, чтобы гости аукциона остались довольны! Леди Велма приказала ридаек отправить отдыхать после косметических процедур… Их вклад без лишних слов понятен, – скривилась женщина, зыркнув на меня исподлобья. – Но ты-то в аукционе участия не принимаешь! Поэтому леди аир Шенье разрешила взять тебя помощницей на кухню. Тебе предстоит отработать свой гардероб! А завтра в дороге выспишься…

– Когда я уезжаю?

– После полудня. Отъезд запланирован на без десяти четыре. Перед тем, как начнут съезжаться гости госпожи. Поднимайся! Идём. Почистишь картошку на три казана с азу…

Я молча поплелась за надзирательницей, слова против не проронив.

«Труд – самое то. Работа руками помогает мне лучше думать, а сейчас это чуть ли не самое главное! Нельзя оставлять драконицу почивать на лаврах! Надо как-то дать понять городской страже или дарийскому посольству, что происходит в поместье аир Шенье! Желательно сразу всем и чтоб побольше людей узнало о возмутительном нарушении инферналихи! У меня как раз будет шанс, ведь дорога из города одна, и как раз на ней размещены обе организации! Только вот как это провернуть, чтоб меня боевики Ефрея не застукали?!»

– Ну? – фыркнула Далила, когда я замерла посреди огромной кухни, куда она меня привела. – Чего встала? Мешки с картошкой там. Бери нож… и чтобы без глупостей мне, если не хочешь побывать на «уроке послушания»!

Кивнув, взяла маленький нож, который мне протянул нервный поварёнок, и поплелась в указанную сторону, мысленно продолжая штурмовать свои извилины.

Кухня гудела.

Поварята шустро занимались резкой мяса, овощей и фруктов, чисткой рыбы и жаркой всего, что должно подвергнуться обработке огнём. Женщины постарше работали с тестом, красиво заворачивая одни куски в ровные дюрюмы, а вторые раскатывая в тонкий лаваш.

Всё это великолепие густо приправляли, поэтому запах в кухне аир Шенье стоял сногсшибательным! Даже у меня, уже перекусившей в комнате, червячок ожил, требуя добавки.

Картину суеты дополнял низкий дородный мужик с гладко выбритым подбородком и весьма неприятным выражением на лице.

Старший повар ходил вдоль столов, размахивал руками и отчитывал всех нерасторопных. Даже мне пару раз прилетело. На словах, конечно. Замахнуться затрещиной на ридайку своей госпожи этот пузырь не посмел.

Не знаю, сколько прошло времени, но к первым лучам солнца я успела перечистить девять мешков картошки несмотря на то, что вообще-то была любимой дочерью уважаемого ратмана!

Всё дело в том, что в детстве, когда мне дружить особо было не с кем (не с Радимиром же или наложницами отца?!), я часто убегала в крыло слуг, где жили дети – Хафиза, почти моя одногодка, и Леон, карапуз, который сейчас уже вымахал до шестнадцатилетнего красавца.

Так как их родители считали, что дети должны активно приучаться к труду, который обязательно пригодится им в будущей жизни, я часто помогала друзьям, чтобы поскорее освободить их и успеть поиграть перед очередным заданием от взрослых.

И что я скажу? Тётя Рута и дядя Закир оказались правы! Навыки работы сейчас здорово меня выручали! Я не только справилась с выполнением приказа довольно неприятных личностей: Далилы и повара Хафеса, но и под шумок сумела экспроприировать очень важные для моего плана камешки – артефакты огня.

Под плитой печи аир Шенье их было аж шестнадцать.

Я смогла умыкнуть пять камней, ибо фундамент моего коварного плана без них никак не мог обойтись!

Пока незаметно пыталась их достать, заработала несколько водянок на пальцах, но по итогу была весьма довольна собой!

– Ступай, – поджав губы, махнула госпожа Далила, пристально изучая каждый клубень, любовно очищенный мною. – Быстро справилась. Отдохни перед дорогой. Еду прикажу тебе подать ближе к обеду, как проснётся миледи Велма. Сама видишь, завтрак для тебя готовить некогда. Иди… Провожать тебя тоже некогда. Но заруби себе на носу – везде стражи! Сбежать даже не думай!

Стараясь, чтобы мои губы не растянулись в довольной улыбке, поклонилась и, контролируя каждый шаг, чтобы не сорваться на бег, медленно выплыла в коридор.

«Фух! Почти получилось! – ликовала внутри себя, чувствуя, как стражи провожают меня пристальными взглядами. – Осталось только слямзить столько же артефактов воды и можно смело готовить большой бум…»

Артефакторику я любила с детства. Несмотря на то, что магией Всеединый меня не наделил, я обожала ковыряться с драгоценными камнями или полезными породами, которые могли как усилить артефакт, так его и обесценить, если умело прикрепить их к конструкции!

Моя личная библиотека вся состояла из трудов великих артефакторов Уграса, а не глупых девичьих романов, и это говорило о многом!

То, что соединять между собой артефакт воды и огня очень опасно, я узнала ещё в восемь лет. Сама по себе конструкция не представляла угрозы, но если на неё капнуть чистой воды или бросить искру… получался очень мощный бум, который мог разнести полкомнаты! Поэтому, учитывая размеры поместья, таких конструкций для своей задумки я собиралась сделать шесть!

Долго решала, как и когда взрывать, и чистка картофеля очень мне помогла в моих размышлениях.

Вернувшись в комнату, я ловко распорола тёмно-коричневые шаровары и, прикрывшись одеялом, быстро наметала шесть мешочков. Чисто визуальных мешочков.

Когда всё было готово, бесшумно юркнула в ванную комнату, чтобы растянуть бечевку и заложить подклад под чехол чистоты, который я наполнила водой. Эти средства контрацепции для мужчин были раскиданы во всех комнатах! Как будто поместье Шенье не перевалочный пункт для невольниц, а полноценный дом утех! Хотя… если вспомнить, что ждёт ридаек через несколько часов, чехлы чистоты полностью оправдывают своё наличие…

– Чтоб ей пусто было! – ругнулась сквозь зубы, подвязывая первый снаряд.

Зажигать свечку под бечевкой, смотанной из несколько десятков нитей, пока было рано. Учитывая, что до первого пункта моих анонимных донесений минут десять пути на паланкине, то поджигать фитиль предстояло перед самим выходом! Поэтому я плотно прикрыла двери и оделась в дорожную форму, которую привезли из лавки модисток вместе с другим моим «приданым» для дома утех, пока я работала.

Подумав, второй мешочек положила возле кувшина с водой. Взрыв в ванной комнате спровоцирует скачок температуры… и чтобы не терять линию атаки, в моей комнате тоже должен быто свой запал.

Остальные четыре мешочка я рассовала по карманам, планируя избавиться от них, пока буду покидать этот рассадник разврата и похоти.

За жертвы не переживала.

Аукцион готовили в левом крыле, а женская половина находилась в правой части поместья. На момент подрыва там либо никого не будет, либо останутся одни стражи Ефрея… а их, прости меня Всеединый, после всех тех «уроков послушания» мне вообще не жалко! Они заслужили то, что получат!

Кто-то спросит: «Зачем тогда все эти взрывы?!», и я охотно отвечу! Для диверсии!

Чтобы с помощью пращи метнуть в административные здания камни с записками-анонимками, мне необходимо избавиться хотя бы от половины своего сопровождения! Учитывая, как смотрит Ефрей на Велму, он заберёт с собой большую часть отряда, когда услышит взрывы и увидит дым со стороны поместья… и тогда мои шансы на незаметную провокацию на порядок повысятся!

К тому же, взрывы остановят мероприятие. Пусть не совсем, лишь на время. Всё-таки радиус взрыва от артефактов совсем небольшой. А ушлая Велма не упустит возможность такой крупной наживы! Но этого должно хватить, чтобы городские стражи и весьма грозные боевики дарийского посольства успели приехать к особняку аир Шенье и зафиксировать преступное нарушение пакта о рабовладении…

Довольная собой, я принялась выбирать из цветочных горшков камешки – мои будущие снаряды. Затем села за стол и написала сразу двадцать анонимок. Примотала получившиеся полосы бумаги на камни, проверила ещё раз пращу и принялась ждать.

Смысла спать уже не было. Подготовка к диверсии заняла всё моё свободное время. Я прервалась только один раз, когда шустрый поварёнок принёс мне обед. Как только всё было готово, часы показывали начало четвёртого, а значит, совсем скоро за мной придут.

Как в воду глядела!

Не успела даже понервничать в ожидании, как в дверь громко стукнули, после чего в комнату вошёл Ефрей.

– Подъём! – раздражённо скомандовал начальник стражи, пропуская двух рабов вперёд, чтобы они взяли саквояжи с непристойными нарядами.

Когда Ефрей вышел следом за расторопными слугами, я с облегчением выдохнула.

«Был бы провал, иди он рядом или позади! А так у меня есть шанс незаметно раскидать мешочки с артефактами, чтобы расширить радиус взрыва…»

Тревожно озираясь по сторонам, чтобы не только Ефрей, но и стражи, стоящие на постах каждых десяти метров, меня не заподозрили в странности, бесшумно роняла мешочки то в высокие плошки с пальмами, то в декорированные чаши, которые зажигали вечерами.

План медленно привела в исполнение, тихо радуясь, что начальник стражи не стал проверять ванную комнату после того, как я выпросила разрешение быстро удовлетворить свои естественные потребности перед длительной дорогой.

Свеча исправно горела, когда я плотно закрывала за собой дверь, к тому же радости добавил тот факт, что комнату, как только мы всей компанией вышли в коридор, неприметная служанка закрыла на ключ.

«У меня примерно десять-пятнадцать минут! Спасибо, Великий!» – я не переставала воздавать слова благодарности Всеединому, который будто решил лично поддержать меня, помогая в моём праведном стремлении «воздать каждому по делам его»!

Так как меня вели к заднему входу, Велму и её несчастный «товар» мы не встретили, но я отчётливо слышала красивую мелодию и шумные голоса. Значит, леди аир Шенье уже встречала первых покупателей, что не могло не радовать меня!

Камешки с анонимками тихо тёрлись друг о друга в кармах, грея душу, но никто, кроме меня это не находил подозрительным, потому как я ещё в комнате дальновидно накинула поверх шаровар пояс с монетками.

Забравшись в паланкин, оглянулась на поместье.

«Ну… инферналиха, готовься принимать гостей!»

Коварно усмехнувшись, принялась считать стражей, которые по свисту Ефрея вскочили на своих дархари.

Глава 6. Месть

Верховые Ефрея окружили мой паланкин, и возничий звонко пристукнул вожжами запряжённого дархари по крупу, заставляя того сорваться с места.

Центральная дорога к моей досаде сегодня была совсем свободна, поэтому погонщик задал слишком большой темп.

Я чуть не поседела от страха, что мой план вот-вот скатиться коту под хвост! Первая городская управа была упущена… Но в целом, на пути к воротам Наидаля встретится ещё три управы, включая мостовую, поэтому я мысленно постаралась отпустить этот прокол. Однако дарийское посольство было в единственном экземпляре! И пропустить его никак нельзя!

Не придумала ничего лучше, как ногой спихнуть один из саквояжей.

Сумка слетела на брусчатку, звучно упала и распахнулась, вылетая содержимым под ноги четырём всадникам.

Ефрей громко выругался, остановил всю процессию и приказал быстро собрать багаж обратно.

Когда всё было готово, начальник стражи Велмы подошёл к моему паланкину, нагнулся и резко схватил меня за горло:

– Тебе здесь никто не поможет, – едва сдерживаясь, прошептал мужчина. – Эта часть города наша… Но, если ты выкинешь что-нибудь на воротах города, я обещаю, что сам выкуплю тебя… И, клянусь, после ночи со мной, ты, маленькая сучка, будешь вздрагивать при взгляде на каждого мужчину. Поняла меня?

– Поняла, – я опустила глаза, затаив дыхание.

Вот-вот должно было случиться моё заветное «бум».

Одна секунда, вторая…

БАБАХ!

Ефрей резко дёрнул головой, поворачивая взгляд в сторону чёрного дыма, поднимающегося в небо в нескольких кварталах от нас.

– Что это? – нервно сглотнул боевик, отпуская меня.

– Господин? – к нам приблизился молодой страж на чёрном дархари. – Это поместье леди Велмы горит? Нападение?!

– Дда, кажется, – побледнел Ефрей, подтверждая мои догадки – Велма ему дорога! – Сафир, Дарт – двигаетесь дальше, к городским воротам. Леди Аэлин уже должна ждать эту ридайку на выходе из города. Она та ещё стерва… не хочу подводить госпожу. Все остальные – за мной!!

Отряд разделился, и я выдохнула с облегчением, когда приставленные ко мне стражи объехали паланкин и прилипли к его правой стороне, где находилась дверь. Просто окошко в паланкине было настолько маленьким, что пролезть в него не смогла бы даже моя голова, не говоря о попе.

Но вся прелесть была в том, что правая сторона дороги мне была совсем не нужна! Управы и посольство находились слева, что не могло не радовать!