Полная версия
– Будьте добры. Деньги есть.
– Да при чём тут деньги! Это важно и для области. Вас могут даже бесплатно переместить, если будут резервы.
– У моей жены магический кризис?
– Сложно сказать. Может быть и так. В любом случае, судить об этом могут только специалисты-энергетики, доставьте её к ним скорее. А дальше о её состоянии нужно будет судить по итогу. – Чародей покачал головой и посмотрел на Вевею с сочувствием. – Полагаю, тут и действия рабовладельцев сказались. Будьте терпимее, вашей жене пришлось очень тяжело.
– Я понимаю.
– Могут быть вспышки ярости, раздражительности, даже обвинения. Вы, эскер Сверад, как мужчина должны понимать, в чём тут дело. Вашей супруге категорически противопоказаны вспышки эмоций и болезненные душевные переживания. Постарайтесь обеспечить жене покой.
– Постараюсь.
– Хорошо. Я оставлю вам настои, которые полезны в положении вашей жены…
– В положении?
– В том, когда чувства обострены. Будьте внимательны. Любое обострение может быть опасно.
– Понимаю. Усвоил.
Мужчины раскланялись. Азибул заметил, что жена опасливо следит за их жестами, и, когда они остались наедине, осторожно подсел на край кровати. Опасался, что это его движение женщину испугает, но, похоже, нет. Не испугалась. Всё с тем же сдержанным напряжением она ждала, что мужчина ей скажет, что сделает.
Он только сейчас её толком разглядел, и его изумил цвет её волос. Он раньше как-то мимоходом отмечал то, насколько она необычна, своеобразна, рыжеволоса. А сейчас, отмытая, отоспавшаяся, чуть-чуть пришедшая в себя, супруга его попросту поразила. Насколько яркие у неё локоны, какие чудесные глаза, а кожа такая белая и нежная, что страшно было её касаться! Даже в простенькой одежде она казалась настолько красивой, что перехватывало дух. Сверад почувствовал, как под ложечкой сжалось. «Вообразил себе невесть что! Да на черта ты ей нужен. Она уж точно даст тебе от ворот поворот, как только сообразит, что к чему».
Сжал челюсти. Отвратительное было ощущение. Но раз уж начал, придётся идти до конца, какой бы итог ни ждал его там.
Под взглядом мужа она, кажется, ещё сильнее напряглась.
– Что со мной такое?
– Всё хорошо, – поспешил он. – Просто целитель обеспокоен. Поскольку ты иномирянка, в любой момент в тебе может начаться пробуждение магической силы. В этот момент тебе потребуется помощь специалистов. А сильные переживания могут усугубить ситуацию или же ускорить пробуждение. Поэтому и рекомендовал тебе не волноваться.
– Ясно. И как выглядит это пробуждение?
– Я незнаю. – Бессильно развёл руками. – Невестка рассказывала, что чувствовала себя очень плохо. Так что мы постараемся побыстрее добраться до Сигри или Паратта – и там, и там найдутся знатоки энергетического развития, они смогут помочь. Я сейчас попробую договориться о том, чтоб нас допустили к переходу в Сигри. Тогда мы окажемся на месте уже сегодня вечером.
– Телепорт? – осторожно уточнила она.
– Я не владею языком этой сферы. Мы по-простому называем их переходами.
– А… Ими опасно пользоваться?
– Нет, что ты. Те переходы, которые привязаны к стабильным городским точкам, всегда проверены и устойчивы. Опасными могут быть те, которые открываются не очень опытными чародеями, можно так сказать, в чистом поле. Но тонкостей я не знаю. Откуда мне знать. Я не маг.
– А кто ты по профессии?
– Я наёмник. Мы с семьёй выполняем самые разные поручения – ищем пропавших, охраняем товары в пути или людей, которые нуждаются в сопровождении, иногда добываем сведения. Но это реже. Да и в семье такими хитрыми делами обычно занимаются другие братья. Я больше по части охраны.
– Понятно. – Опаска из её глаз никуда не делась. – А что, охоту на работорговцев тоже кто-то заказал?
– Государство. Наёмники, если желают без проблем продлевать лицензию, обязаны дважды в год выполнять государственные поручения.
– О… Лицензия? А нелицензированные наёмники бывают?
Он удивился.
– Бывают, конечно. Но это практически бандиты. Обычно они объединяются в теневые гильдии и занимаются грязными делами. Лицензированные наёмники никогда не убивают по заказу, грабежи также недопустимы. Да, собственно, за любое преступление, даже если оно не приведёт к казни, отберут лицензию у семьи, навсегда.
– А… – Заметно было, что она успокоилась. – Поняла.
– Ты, пожалуйста, пообедай и оденься на выход. – Он показал на другое платье, более длинное и закрытое, и шарф к нему. – Если удастся договориться, то отправимся сразу.
– Хорошо, – с покорностью ответила она.
Когда Азибул чуть ли не бегом вернулся в трактир, девушка уже сидела на постели, полностью готовая – одетая в то самое платье, которое он ей указал, в хитроумно завязанном платке. На такую плотную закутанность – только лицо было видно да кончики пальцев – он посмотрел с удивлением и даже беспокойством. Наверное, она чего-то боится, раз так сильно закрылась ото всех глаз.
Он решил разбираться с этим чуть позже. Тем более что страхи женщины, которую украли и гнали по пустыне работорговцы, были вполне понятны. Аккуратно сложив остальную одежду и засунув в заплечный мешок, Азибул поднял жену на руки. Та испуганно притихла.
– Зачем же? Я могу идти сама.
– Целитель велел тебе больше отдыхать. А мне не трудно и даже радостно. – Мужчина нёс супругу вниз по лестнице. – Переход будет открыт через полчаса, а пока мы подождём в приёмной градоначальника, на глазах у мага. На случай, если что-нибудь с тобой случится… Как у тебя интересно повязан шарф. У вас на родине так одеваются замужние женщины?
– Ты сказал, надо одеться закрыто. Я подумала, тут в ходу что-то вроде наших хиджабов.
– Что такое «хиджабов»?
– Хиджаб. Стиль одежды. При нём у женщины закрыто всё тело, кроме лица и кистей рук. Ну, линию плеч допустимо показать и носки обуви.
– Как строго! – Он удивлённо посмотрел на притихшую в него в руках супругу. – У нас такого не требуется. Но прилично, когда замужняя женщина накидывает на волосы шарф. Чтоб был под рукой на случай, если она захочет показать: внимание какого-то мужчины ей неприятно.
– И что при этом нужно сделать?
– Краем покрывала закрыть нижнюю часть лица и ещё можно при этом отвернуться. Тогда мужчина обязан оставить женщину в покое.
– Удобно. – Но, кажется, не очень поверила. И даже когда он донёс её до ратуши и в приёмной усадил в удобное кресло, не спешила разматывать платок. Просто затихла на сидении и притворилась, будто её тут и вовсе нет.
__________
Глава в попытках разобраться (1)
Взгляд Вевеи
Наверное, просто слишком сильно испугалась магического телепорта, потому что мне поплохело, и по ту его сторону надо мной хлопотали аж трое. После чего пошёл спор, куда-то бегали консультироваться, в итоге во всеуслышание решили, что меня нужно переправить в Паратт. Потому что первый выплеск будет не прямо сейчас, а когда он случится, мне лучше оказаться под присмотром лучших энергетиков Равнины.
Ни черта не поняла из того, что услышала, но почему-то запомнила. Слабость владела телом, но при этом голова работала на полные сто, даже удивительно. Я больше не пыталась спорить, когда «видите ли муж» поднял меня на руки и снова куда-то понёс. Хочется ему меня таскать на ручках, так пусть таскает. Всё произошедшее и сейчас казалось мне каким-то порождением ночного бреда – уволокли в чужой мир, к тому же магический, сделали вещью, но не успели продать пользователю, потому что меня кто-то ещё спас и взял в жёны просто потому, что «понравилась».
И теперь на руках носит. Нарочно не придумаешь.
– Сейчас мы снова в переход, держись, – бормотал Азибул. – Странная у тебя реакция, но тут никто не знает, как может иномирянка в кризисе реагировать на переходы. По ту сторону уже будут ждать специалисты.
– Дорого, наверное, – пробормотала я.
– Что именно?
– Ну, такие обследования. Лечение.
– Что ты. Нет, конечно. Но даже если бы пришлось платить, поверь, деньги нашлись бы… Готова? Сейчас пойдёт перенос. – Он прижал меня к себе сильнее, и я услышала, как уверенно и сильно бьётся сердце в его груди.
От него пахло здоровым мужским телом, знающим, что такое физический труд и регулярное мытьё с постоянной стиркой. А ещё деревом, нагретым под солнцем, хорошо выделанной грубой кожей и немного – свежим ветром. Его запах был приятным. Я вяло задумалась. Муж, значит. Ну, в общем-то, можно и подпустить его к себе. Не противен же.
А я тут, видимо, застряла. У меня ни знакомых тут, ни родственников, ни представлений о мире, ни нужных навыков. У себя на родине я получила лингвистическое образование, кому оно тут нафиг нужно? Что я умею ещё? Ну, есть кое-какие навыки, но пока я и представления не имею, которые из них тут могут пригодиться. Ни заработать, ни сориентироваться… Я одинока и беззащитна. А тут мужчина прихватил меня замуж и, вроде, не отказывается заботиться. Зачем его отталкивать.
В конце концов, он выдернул меня из рук рабовладельцев. Даже если у него эталонные тараканы в голове, что-то из фирменных загонов можно и потерпеть. А если столкнусь с тем, с чем мириться уже не смогу, тогда и буду думать, как поступить.
Из параттской ратуши он упрямо вынес меня на руках, с беспокойством поглядывая на лицо – наверное, следил, не бухнусь ли в обморок – аккуратно запихнул в повозку и залез следом. Доехали очень быстро до какого-то замка, окружённого парком и множеством дополнительно пристроенных зданий. Между деревьями были проложены уютные дорожки, по которым прогуливались молодые люди. На эту идиллию я посмотрела с интересом. Или это и есть местная лечебница? Выглядит странно.
На проходной нас не задержали, быстро пропустили внутрь, и дальше какое-то время Азибул бодро нёс меня по дорожкам, пока нас не перехватили местные работники, отобрали меня так напористо, что даже упрямец-муж сдался, уложили во что-то похожее на носилки и бодренько поволокли. Как оказалось, в лечебное крыло. В палату.
– Это больница? – спросила я.
– Это Параттская магическая академия, – объяснил один из местных. – Лечебное отделение. Но вы не волнуйтесь, вами будут заниматься только опытные целители и энергетики. Студенты и стажёры самое большее будут осуществлять уход и попробуют выполнить часть работы по диагностике.
– Я к своей жене никаких студентов и стажёров не подпущу! – вспылил Азибул. – Если нужно заплатить – назовите стоимость, деньги будут! Но мне нужно, чтоб ею занимались только знающие и умелые специалисты!
– Прошу вас успокоиться! – вмешалась невысокая, в меру стройная, очень подвижная женщина с седыми волосами и ярко-синими глазами. Держалась она с огромным достоинством, распоряжалась так, что сразу становилось понятно: она здесь правит, и ни единый вторженец, будь он хоть лицензированным наёмником, хоть самим Господом Нашим, в её царстве не смеет и вякнуть! – Вашей супруге будет обеспечен лучший уход и вся необходимая поддержка. Держите себя в руках, иначе я буду настаивать на том, что вы удалились…
– Да я никуда не!..
– Настаивать! – Дама нажала голосом, и я снова почувствовала: плевала она на физические преимущества опытного бойца. Сейчас именно он будет свёрнут в бараний рог и отправится на склад до востребования.
Самое забавное, что и сам Азибул, похоже, чувствовал то же самое. И сразу сдулся, как шарик, отступился, лишь яркими глазами присматривал за тем, как меня заносят за ширму, укладывают на постель в удобной палате на двоих, раздевают и начинают осматривать. Как и водится, студенты лишь замеряли температуру, давление и прочее подобное, пальпировали, а ещё раскладывали у меня на теле странные камушки и неуверенно докладывали даме, что видят.
Даме что-то не понравилось, она рявкнула уже на подопечных, и довольно быстро те на пятерых, видимо, сформулировали годный диагноз: нервное и физическое истощение, энергетический кризис, пару каких-то клинических выводов, которые я не опознала. А резюмировали формулировкой «истекающий процесс обновления» – вот уж что вообще не поняла даже близко.
Покивав, женщина присела возле моей постели.
– Хорошо. Запишите в таблицах и ступайте, вам предстоит оформить всё в виде стандартной истории болезни. Здесь на столике должно быть всё, необходимое при осмотре. Ну? Две минуты на сбор… Готово? Уверены? Хорошо, идите, оценки озвучу завтра. – Она проследила, чтоб последний студент закрыл за собой дверь. – Вы не возражаете, чтоб я осмотрела вас без присутствия вашего мужа?
– Не возражаю.
– Спасибо. Расскажите, как давно вы в нашем мире.
– Простите, я… не знаю. – Она приподняла бровь, и я поспешила пояснить: – Понимаете, первые дни меня тащили за лошадью на верёвке. Было так плохо, что я даже не понимала, что происходит и сколько времени прошло.
Женщина болезненно поморщилась.
– Больше десяти дней?
– Меньше.
– Больше недели?
– Эм… Кажется… Примерно неделя.
– Хорошо. Если всё так, вы останетесь под надзором, наши специалисты в любой момент включатся в процесс, если потребуется. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Просто постарайтесь расслабиться. Лежите, отдыхайте, вас ничего не должно тревожить. Если вдруг что-то понадобится, зовите сиделку, – женщина указала на столик рядом, где лежала красивая бронзовая пластинка, – она сразу придёт, как только вы сбросите басму на пол.
И ушла. Я лишь проводила её взглядом.
А неплохо тут болеют вообще-то! Палата выглядела уютной – кровати были разделены белой ширмой, вместо тумбочек – удобные столики, часть столешницы которых можно было повернуть так, чтоб удобно кушать лёжа, а ещё был шкафчик для личных вещей и подставка со светильником… Мда, видимо, магического происхождения, потому что проводов я не отыскала. Стены и потолок были тщательно выбелены, окно – красивое, арочное, с многосегментной рамой, и выглядело это винтажно, изысканно, словно не в больнице лежишь, а в дворцовых покоях.
Приоткрылась дверь, и в палату заглянул Азибул.
– Позволишь? – Я приподнялась, кивнула. Он вошёл и опустился прямо на пол рядом с моей кроватью. – Мне сказали, у тебя всё хорошо. Ты действительно чувствуешь себя нормально? – Снова кивнула. – Даже не знаю… Сказать по правде, очень о тебе беспокоюсь.
– Почему?
Он пожал плечами.
– Кризис, наверное, может быть опасным. Не знаю точно, я не специалист, но по рассказам невестки догадываюсь, что раз женщина может чувствовать себя очень плохо, значит, это серьёзно. Волнуюсь.
– И что такого страшного произойдёт, если я вдруг умру?
– Шутишь? – Он смотрел сумрачно. – Ты всё-таки моя жена.
– Да ты со мной всего-то вчера познакомился.
– И что? – Мужчина вдруг задышал так тяжело, словно ему пришлось бежать в гору, и не одну сотню метров. – Я боюсь за тебя, и это не шутка!
Он вдруг подался ко мне, обхватил руками, уткнулся лицом в ложбинку между грудей, которая была видна в вырезе больничной рубашки… Ну да, эти рубашки – они такие, пошиты как попало, чтоб на любую обширную даму натянулись, в итоге с более или менее тоненьких пациенток просто сползают под действием силы гравитации.
Хватка у Азибула была впечатляющая. Я рыпнуться даже не пыталась, замерла, как жертва, зачарованная взглядом удава, даже пальцы расслабила. Хотелось ещё и глаза закрыть, но уж это не стала делать. Мне интересно было рассматривать его волосы, оказавшиеся прямо у меня перед глазами.
– Ты такая нежная, – бормотал он, вжимая меня в себя. – Такая красивая… Я таких в жизни никогда не видел. Чудесных, восхитительных… Знаешь, теперь, когда у меня есть хотя бы самый маленький шанс… самый маленький шанс. – Он поднял голову и посмотрел на меня совершенно шальными глазами. – Ты поразительная. Поразительная.
А потом он подгрёб меня под себя и начал задирать рубашку. Я затихла под его руками, не представляя, что делать. Вообще первым побуждением было взбрыкнуть, завопить, начать сопротивляться. Всё-таки он для меня мужчина малознакомый. Но следом в сознание вторгся здравый смысл: он же типа по местным правилам мой муж и всё такое. Стоит ли ссориться так, сходу? Ну что мне, сложно? Да и мужчина, вроде, привлекательный.
Пока я думала, с меня уже содрали одежду и навалились сверху. И тут возмущаться было как бы поздно. Азибул прижал мне плечи к подушке, попытался впиться губами в губы, но я рефлекторно отвернулась, и он принялся обцеловывать мне ухо, волосы, шею, щёку. Его страсть накатывала на меня, как цунами на берег, не давая ни единого шанса воспротивиться. Да и, в общем, физиология есть физиология, она откликалась на ласки. Я даже не задумывалась, хотела ли его прикосновений или нет, просто поддалась. Да и какой смысл теперь думать – всё уже случилось, и происходящее воспринято телом положительно.
Ну и ладно.
Удивительным стало, когда он, рыкнув, завладел мною полностью, и ощущения показались мне странными. Теми же, что были в первые пару раз… Ох ты ж… Я давно не девственница, но чувствовала его в себе так, словно впервые легла в постель с мужчиной. Страшно представить, что ж тут за здоровяк во всех смыслах, раз я так всё ощущаю.
– Прости, – забормотал он, с усилием заставляя себя двигаться медленнее. – Прости! Я не знал, что это у тебя впервые… Прости. Прости… Моя ласковая, родная…
Он целовал меня, и я думала, что, наверное, не стоит сильно злиться. В рамках здешних традиций он, наверное, не так и плох. Извинился даже. Ну, навалился, ну, резковато взял. Ничего такого страшного. Даже местами приятно. А то, что не понравилось, можно и потерпеть, стоит расслабиться и воспринять всё как должное. Ведь действительно, тело-то довольно, мужчина старается ласкать, целовать, гладить. Притихла, дожидаясь, когда он успокоится и оставит меня. И не знала на самом деле, хочу ли, чтоб от меня прямо сейчас отлипли. Может, и лучше, что обнимает… Странное было ощущение: и сладостное, и смутительное.
– Прости, – повторял он, при этом разговаривал, казалось, с моей правой грудью. Именно в неё он уткнулся лицом. – Прости. – Потом вдруг поднял взгляд, посмотрел мне в глаза с отчаянием, подобного которому я не видела ничего. – Прости! Что я могу сделать? Ты злишься?
Я растерянно хлопала ресницами, не вполне понимая, чего он от меня сейчас хочет.
– Н-нет…
– Я тебя… изнасиловал.
– Эм-м… Можно я в душ? Я просто…
Он моментально выпустил меня из своей хватки, и, прихватив простыню, потому что ничего более подходящего под рукой не было, я умчалась в санитарный закуток. Закрыла за собой дверь, вдвинула в скобы задвижку, прижалась спиной и замерла. Что со мной? Что со мной творится?!! Я не девчонка уже. И пора бы спокойнее смотреть на то, что какой-то мужчина потерял от меня голову. Если это действительно так, а не просто минутная вспышка гормонов, которую утолили со мной и успокоились на ближайшие полгода…
Уймись. В конце концов, он формально твой муж, и то, что он утоляет свой физиологический голод с тобой, со всех сторон приемлемо. Даже одобряемо. Зато, наверное, уж других к тебе он точно не подпустит. Чем плох расклад?! Успокойся. Всё хорошо. То есть, может, и не хорошо, но терпимо.
Выбирать ведь особо не из чего.
__________
Глава в попытках разобраться (2)
Взгляд Хиреама Сверада
Сперва от Азибула прилетела просьба подготовить для него супружескую комнату, а потом – прислать денег. Это уже о многом говорило. Разумеется, деньги немедленно отправились на личный счёт брата, домашние работники получили дополнительную плату и принялись собирать большую кровать в просторной комнате, которая годилась под супружескую спальню. А услышав, что брат миновал переход из Сигри, и не дождавшись его домой, Хиреам отправил мальчишку-посыльного поинтересоваться, появлялся ли Азибул у академии.
Выяснив, что да, появлялся, причём вместе с какой-то девушкой, которую нёс на руках, сам поспешил туда же. Ему как главе семьи следовало постоянно держать руку на пульсе. Раз брат то ли женился, то ли готовится вот-вот это сделать, при этом в Паратте спешит доставить избранницу к академистам, а не домой, значит, с девушкой явно что-то не в порядке. Наверняка потребовалась основательная медицинская помощь. Раз так, им обоим наверняка пригодится немедленная поддержка семьи. Хоть деньги принести или какие-нибудь вещи… Может быть, и венценосной невестке стоит сообщить. Она настолько сильный маг, что даже недостаток целительской практики в её случае не имеет значения. Азибул мог и не сообразить сразу.
Его Хиреам нашёл в крыле целителей рядом с одной из палат, и выглядел брат очень нехорошо – весь какой-то поникший, растерянный, бледный. В груди у старшего аж кольнуло – не к добру.
– Что стряслось? Рассказывай! Что с невесткой? – Тот посмотрел потерянно. – Так, давай по порядку!
– Да всё пока в порядке, – нехотя ответил Азибул. – Она под присмотром специалистов. Просто в любой момент может начаться кризис, так что лучше, чтоб ещё несколько дней она полежала здесь.
– Так, стоп: ты женился на иномирянке?
– Да.
– Той самой, которую должны были вызвать по заказу Парды?
– Полагаю, да. – И отвёл взгляд.
– Надо сообщить Агате, она заинтересуется. – Хиреам внимательно изучал брата. Потом опустил взгляд на его руки, отметил отсутствие обручального браслета. – Я должен её увидеть.
– Мне кажется, не стоит…
– Чего мямлишь? В чём дело?
– Ни в чём.
– Тогда покажи, которая из палат. Эта? – Сверад Старший постучал в дверь. Потом осторожно заглянул: – Позволишь?
Его встретил испуганный взгляд красивой рыжеволосой девушки, очень юной, бледненькой, осунувшейся. Её необычная выразительная красота поразила Хиреама в самую душу, да так сильно, что, казалось, сердце пропустило несколько ударов, а потом просто рвануло из груди. И боязливый взгляд, и то, как она поёжилась под его вниманием, воспринялось болезненно. Он осторожно прошёл в палату, но дверь закрывать не стал – не хотел ещё сильнее её испугать.
– Здравствуй. – Подумал и слегка поклонился. – Я Хиреам Сверад, старший брат Азибула и глава семьи Сверад. – Он опустился в кресло. – Мне нужно знать о твоём состоянии. Если тебе нужна помощь хорошего мага, я должен срочно сообщить родственникам, чтоб у них было время собраться и прибыть сюда. Что говорят целители? Как ты себя чувствуешь?
– Я? – удивилась девушка. – Хорошо. У меня ничего не болит.
– Да? Ты выглядишь очень замученной. Что с тобой произошло?
– Ну-у… Меня вели по пустыне, после этого я действительно была несколько… слаба.
– Работорговцы? – уточнил Хиреам, бдительно разглядывая её лицо. – Они с тобой жестоко обращались?
– Ну, не очень мягко. – Она мельком взглянула на дверь, в которую уже просочился Азибул. Выражение, мелькнувшее в чертах лица, старший брат также отметил. – Но лучше, чем могло бы быть.
– Избивали? Брали силой?
– Нет. К счастью.
– Понял. Ты иномирянка, да? Кризис пока не миновал?
– Нет. То есть я вообще не знаю, что это такое, поэтому и не могу ничего сказать.
– Ну да, тут лучше целителей расспросить. Я спрошу. Хм. А как Азибул с тобой обращается?
– Нормально. – Он пожала плечами.
Хиреам сощурился.
– Нормально? Ну, ладно… Подскажи, какие вещи тебе нужны? Если они будут в доме, я отправлю посыльного уже сегодня. А если что-то особенное, то завтра поищу на рынке. Перечисляй, я запомню.
– Ни к чему это, брат, – вмешался Азибул. – Я сам позабочусь обо всём, что нужно жене.
– Жене, значит… Он уже на тебе женился? – Девушка кивнула. – И ты добровольно пошла на церемонию?
– Да я… не то чтобы поняла, что происходит.
– Понятно… Ладно, ты подумай, что тебе может потребоваться, а я пока перекинусь парой слов с братом. Если что, загляну к тебе через несколько минут. – Хиреам развернулся к Азибулу с таким видом, будто собрался бодать его. – Идём-ка. – Он поспешил закрыть за собой дверь, когда вместе с ним вывалился в коридор, и зашипел с яростью: – Какого беса ты себе позволил?! Мы вроде бы когда-то говорили на эту тему, и я предупреждал!
– Чем наш брак так уж плох для неё? – хмуро отозвался Азибул. – Сейчас Вевея оказалась под полным покровительством нашего рода. Мне кажется, это хорошее начало для иномирянки, а дальше она подберёт себе других мужей, каких захочет. А когда сориентируется и поймёт, что может по желанию прогнать меня, то просто сделает это, кто ей помешает? Только прошу – пока не говори ей об этом. Дай мне возможность показать себя.
Хиреам хмурился.
– Я с тебя глаз не спущу. Пока же запрещаю тебе позволять себе лишнее в отношении жены. Вот переедет она в семейный дом, я посмотрю за вашими отношениями и, возможно, сниму запрет. Понял?!
– Понял, – буркнул на удивление покладистый Азибул. Старший брат снова сощурился, критически оглядел его и начал расспрашивать, что с девушкой было, как шла охота на работорговцев и что было потом. Поджимал губы, слушая ответы, но не срывался. И младший рискнул: – Послушай, я смогу о ней позаботиться. Только позволь мне.
