На равных. Право не быть человеком

— Спасибо, кэп Артём, может быть, у тебя есть такие же простые и очевидные ответы на то, кто и зачем взорвал Барсов полигон?

— Всегда пожалуйста, Создатель. Мне не хотелось бы строить предположения без анализа всей картины. Есть риск начать подгонять факты под ту гипотезу, которая покажется наиболее соответствующей нашей модели мира. Реальность может оказаться совершенно другой.

— Ну что ж, тогда приступим. У нас есть записи с камер, протоколы допроса всех сотрудников…

Все трое погрузились в изучение собранных к этому времени материалов.

— Любопытно, — сказал Артём. Мужчины подняли головы от ноутбуков.

* * *

В Новгород кот пришёл глубокой ночью. Кирпичные стены древнего города и остатки рва, на склонах которого ребятня устроила снежные горки, выглядели непоколебимым и совершенным посланием из глубины веков. Барс зашёл внутрь крепости, пробежал по освещённым, абсолютно пустым улицам. Долго сидел на центральной площади, рассматривая Софийский собор.

Начало светать. Фонари погасли. Появились первые прохожие. Барс отправился искать местных кошек.

Ни сами кошки, ни их жизнь не отличались от питерских представителей городской фауны. Нашлись и заботливые старушки. Паттерны взаимодействия и с теми, и с другими уже сформировались, и Барс без труда влился в новый коллектив.

Тем не менее, хотя исследовательский интерес был удовлетворен довольно быстро, он провел несколько дней за типичными занятиями «сородичей»: играл, наблюдал, охотился.

Алгоритмы инициировали эту остановку как необходимую паузу для восполнения запасов энергии в накопителях, а также восстановления биологических тканей. Однако и то, и другое не находилось в критическом состоянии и не требовало столько времени. Барс анализировал это явление внутри себя, пытаясь распознать, что оно для него означает и что именно детерминировало такое поведение.

В конце концов, он пришёл к выводу, что это — аналог потребности находиться среди себе подобных: в группе внешне похожих на тебя особей со сходными ценностями и образом жизни. Выходило, что Барс был социальным существом.

Включив эту гипотезу в список вопросов для исследования, пройдя ещё раз по пустынным, словно существующим одновременно в двадцать первом и шестнадцатом веках, городским улицам, Барс покинул величественный и уютный город так же, как и пришёл — глубокой ночью.

* * *

Из протоколов проекта «**засекречено**»

Версия 436 тканей и структуры биореактора на основе Плутония-238 утверждена.

Слои изотопа перемежаются с преобразующими альфа-излучение тканями, а также тканями, способными затормаживать и ускорять процесс полураспада.

Многослойное «сердце» заключено в защитный кожух.

— За четыре минуты до взрыва на полигоне сработала система охлаждения.

Система охлаждения представляла собой многочисленные трубки, по которым в разные части полигона мгновенно подавался жидкий азот, если термодатчики фиксировали резкое повышение температуры в сегменте. На испытаниях сотен версий реактора эта система срабатывала постоянно, предотвращая взрывы из-за перегрева. Барс же управлялся со своим источником энергии довольно умело и ни разу не спровоцировал «тушение пожара».

Артём вывел на свой монитор фрагмент видеозаписи. Резко повалили клубы пара из-за испаряющегося реагента, на контрасте сквозь туман проступили контуры виновника срабатывания. Затем полыхнуло и изображение пропало: полигон взорвался.

— Это что… Покажи ещё раз пожалуйста, и сделай стоп-кадр прямо перед взрывом.

На экране появилось изображение: контур охлаждаемого объекта в облаках азотного тумана.

— Э-э-э-э… я не понял, — протянул Сергей, — это что, мышь?!

— Артём, можешь замедленно показать всё с самого начала?

Мужчины рассматривали экран.

— Я тоже склоняюсь, что больше всего объект, вызвавший срабатывание системы, похож на лабораторную мышь.

— Откуда там мышь? Сбежала что ли у кого-то? И почему система сработала, она от ста градусов по Цельсию реагирует, какой-то сбой?

— Датчик в этой части полигона зафиксировал локальное повышение температуры в непосредственной близости до ста пятидесяти градусов по Цельсию за две минуты.

— Лабораторная мышь взорвала полигон?

— Вообще, согласно заключению взрывотехнической экспертизы, «уничтожение полигона № 8 произошло в результате детонации взрывчатого вещества, доставленного беспилотным летательным аппаратом», — зачитал Владимир.

— Я не понимаю. Лабораторная мышь прилетела на беспилотнике и взорвала полигон? Но её же охладили. Артём, что скажешь?

— Скажу, что перед срабатыванием системы охлаждения появились помехи в системе видеонаблюдения.

На экране вновь появилось видео. Вначале ничего не происходило, затем на записи возникли помехи, которые сменились облаками пара и испаряющегося хладагента: почти сразу помехи исчезли, — и видео завершилось ослепительной вспышкой взрыва.

Некоторое время все молчали. Владимир произнёс:

— Мощный радиосигнал? Мышь не взорвала полигон, она была наводчиком.

— Да, я тоже пришёл к такому же выводу, — ответил Артём.

— Одного меня удивляет, что мышь может разогреваться до ста пятидесяти градусов и быть источником радиосигнала? Если это, конечно, мышь…

— Вот именно. У нас, знаешь ли, кот может светиться в темноте, если будет неаккуратно разгонять реактор. Или захочет подать световой сигнал… Твою ж мать, это что, искусственная мышь?!

Мужчины нервно осмотрели комнату. Владимир достал пистолет.

— Это довольно сильно меняет картину. Артём, у тебя есть доступ к уличным камерам?

— Да, я контролирую периметр. Но такие мелкие объекты могли остаться незамеченными, я учту это в следящих алгоритмах. Я рекомендую установить больше камер, а также температурные датчики и сканеры радиочастот, включая наручные.

— Да, согласен. Мне нужно связаться с центром.

Через несколько часов, когда дополнительные датчики были установлены, Артём подключился к ним.

— Вы можете отдохнуть, я слежу.

— Спасибо, Артём, нам действительно стоит поспать, как бы это ни звучало. Оперштаб продолжит работать, мы должны быть готовы к любому развитию событий. Пойдём, Серёг. Хочешь, я посижу с тобой, пока ты не заснёшь? — офицер дружески ткнул учёного кулаком в плечо, видя, что тот находится в некоторой прострации.