Я переродился директором умирающего интернет-магазина

Александр Гельман

Я переродился директором умирающего интернет-магазина

Название: Я переродился директором умирающего интернет-магазина

Автор(-ы): Александр Гельман

Ссылка: https://author.today/work/618768

Глава 1 Я умер в пятницу вечером.

Я умер в пятницу вечером.

Не героически. Не под колёсами грузовика, как положено нормальному человеку, которого собираются отправить в другой мир с интерфейсом, статусами и сомнительными богинями. Не спасая ребёнка, не закрывая собой коллегу от падающего сервера и даже не произнося перед смертью фразу, которую потом можно поставить на обложку.

Я просто открыл отчёт по рекламным расходам.

В этом, если подумать, тоже был свой грузовик. Только табличный.

Он ехал на меня медленно, в Excel, с включёнными фарами условного форматирования. В первой колонке была дата. Во второй - канал. В третьей - расходы. В четвёртой - созданные заказы. В пятой - стоимость заказа. В шестой, как всегда, не было маржи, потому что маржа в таких отчётах появляется примерно как совесть в отчётах о корпоративной культуре: все согласны, что нужна, но почему-то не сегодня.

Я сидел дома на кухне, в старой футболке с логотипом конференции, которую уже три раза переименовали, пил холодный чай и смотрел, как рекламный бюджет превращается во что-то похожее на благотворительность в пользу неопределённости.

На экране был график.

Он шёл вниз с таким достоинством, будто не падал, а исполнял последнюю волю бизнеса.

Я открыл вкладку с детализацией.

Стоимость привлечения заказа выросла. Конверсия упала. Выкуп был вынесен в отдельный отчёт, потому что, видимо, если спрятать плохую новость в другой файл, она становится менее плохой. Комментарий менеджера к просадке был короткий и прекрасный:

«Сезонность».

Я посмотрел в окно. За окном была обычная пятница. Никакой сезонности видно не было. Сезонность, как обычно, действовала скрытно, через рекламный кабинет, карточку товара, корзину, доставку и чью-то нежелание признать, что клиент не обязан проходить корпоративный квест, чтобы отдать нам деньги.

Я успел подумать:

«Ну всё. Дальше только реинкарнация».

И умер.

Смерть оказалась не чёрной, не белой и даже не торжественной.

Сначала стало пусто.

Потом серо.

Потом очень корпоративно.

Я услышал звук кондиционера.

Это был плохой знак. Если после смерти вы слышите ангельское пение, ещё можно надеяться. Если вы слышите кондиционер в переговорной, значит, высшие силы решили не тратить на вас декорации.

Я открыл глаза.

Передо мной стояла чашка холодного кофе, ноутбук с треснувшим углом и восемь человек в переговорке.

Все смотрели на меня.

Не так, как смотрят на воскресшего.

Так, как смотрят на нового директора, который сейчас должен сказать что-нибудь бодрое, уверенное и достаточно туманное, чтобы никто не понял, кто будет это делать.

На экране висела презентация.

Большими буквами на первом слайде было написано:

ПЛАН РОСТА E-COMMERCE НА 300%

Ниже мелким шрифтом:

Без увеличения бюджета

Я понял, что попал в ад.

Не в метафорический. В обычный управленческий. Самый распространённый.

Тот, где у всех есть должности, презентации, KPI, чаты, дорожные карты, но никто не может ответить на простой вопрос: почему клиент, который уже пришёл с деньгами, ушёл без покупки.

Я медленно вдохнул.

Тело было не совсем моё.

Рука лежала на столе. Часы другие. Рубашка новая, слишком приличная для человека, который умер дома над отчётом. На безымянном пальце был светлый след от кольца, которого я не помнил. В блокноте передо мной аккуратным почерком было написано:

Александр Александрович. Директор e-commerce. Первый день.

Ниже кто-то поставил три восклицательных знака.

Либо меня ждали.

Либо предыдущий владелец тела был человеком, который мотивировал себя канцелярскими боевыми кличами.

На второй странице блокнота была повестка.

09:30-09:40. Приветствие нового директора.

09:40-10:10. Текущие показатели.

10:10-10:40. План роста.

10:40-10:55. Обсуждение инициатив.

10:55-11:00. Решения и следующие шаги.

Я посмотрел на последнюю строку и испытал почти нежность.

Пять минут на решения и следующие шаги.

Вот почему цивилизация проигрывала хаосу. Хаосу обычно давали весь квартал, а решениям - пять минут перед следующей встречей.

В кармане завибрировал телефон.

Я достал его осторожно, как улику. На экране было несколько уведомлений.

Лера Маркетинг: Александр Александрович, презентация открыта на слайде 1, если что.

Глеб ИТ: Доступы к админке пока временные, права ограничены.

Семён Операции: По складам лучше отдельно, там много нюансов.

Ирина Сервис: Если будут спрашивать про отмены, лучше без фамилий менеджеров.

Виктор Сергеевич: Жду конкретный план. Нам нужен рост.

Сообщения пришли до моего пробуждения.

То есть настоящий Александр Александрович, владелец этого тела, уже успел войти в систему, получить доступы, собрать ожидания, а потом исчезнуть куда-то, уступив место мне.

Или это был я.

Или теперь это был я.

Вопрос идентичности в бизнес-исекае, как выяснилось, решается просто: если в календаре стоит встреча, ты идёшь на встречу.

Я быстро пролистал последние заметки в телефоне.

Там было несколько коротких записей:

"Виктор С. хочет быстрый рост. Осторожно: не покупает абстракции."

"Лера сильная, но в обороне. Не давить сразу."

"Глеб знает, где трупы. Спросить про корзину."

"Семён живёт руками. Вытащить из головы в процесс."

"Ирина - ключ к реальным причинам отказов."

"Павел считает после всех. Надо подключать раньше."

"Алина молчит. Возможно, знает про карточки больше всех."

"Максим: дашборды красивые, решений нет."

Я застыл.

Это были мои мысли.

Не дословно. Но мои.

Значит, этот новый Александр Александрович был не пустым телом. Он уже начал аудит, уже увидел первые контуры проблемы, уже собирался на планёрку.

А потом умер я.

И проснулся в нём.

И теперь у нас двоих, похоже, была одна профессия, одна болезнь и один и тот же вкус к неудобным вопросам.

Внутри стало холодно.

Не от мистики.

От ответственности.

Потому что одно дело умереть от отчёта и проснуться в чужом бизнесе. Другое - понять, что тебя сюда, возможно, не случайно занесло. Здесь уже был человек, который начал видеть разрывы. Просто не успел или не смог.

А теперь все смотрели на меня.

И ждали, что я начну говорить.

- Александр Александрович? - осторожно сказала девушка слева. - Вы как?

На бейдже у неё было написано: Лера. Маркетинг.

Она была собранная, быстрая, с ноутбуком, открытым на двадцать вкладок. Волосы убраны так, будто она собралась не на планёрку, а на защиту рекламного бюджета в суде. Перед ней стоял стаканчик кофе, к которому она не притронулась. Такие люди покупают кофе не пить, а обозначить, что день уже начался и теперь никто не имеет права быть медленным.

- Физически да, - сказал я. - Управленчески уточняю.

Лера моргнула.

Она коротко улыбнулась, но сразу спрятала улыбку в презентацию.

У неё была улыбка человека, который умеет оценить хорошую формулировку, но не может позволить себе расслабиться. Маркетинг в таких компаниях часто живёт как пограничная служба: сверху собственник требует рост, снизу воронка протекает, сбоку ИТ говорит "не влезет", операционка говорит "не довезём", а финансы спрашивают "где маржа". В результате маркетинг начинает защищаться ещё до атаки.

Я уже видел таких Лер.

Они приходят в компанию с желанием строить бренд, тестировать гипотезы и понимать клиента, а через два года разговаривают фразами "нам не хватает бюджета" и "рынок просел", потому что это единственные фразы, которые хоть как-то держат оборону.

Лера была не врагом.

Она была симптомом.

И, возможно, будущим союзником, если не сломать её в первой сцене.

Справа от меня парень в худи едва заметно усмехнулся. На его бейдже было: Глеб. ИТ / продукт.

Он сидел с видом человека, который три года просит нормальное техническое задание и теперь не верит ни во что, кроме логов. Ноутбук перед ним был открыт ровно под таким углом, чтобы в любой момент можно было спрятаться за экраном от бизнес-идей.

На другом конце стола сидел мужчина без бейджа.

Бейджи носят сотрудники. Собственники, как правило, считают, что помещение должно узнавать их само.

Он был в дорогом пиджаке, с усталыми глазами и пальцами, которые медленно барабанили по столу. Не нервно. Счётно. Так барабанят люди, которые внутри уже умножают ваши слова на бюджет.

- Виктор Сергеевич, - сказал он. - Собственник.

Я кивнул.

- Рад знакомству. Что у нас умирает?

В комнате стало тише.

Не совсем тишина. Скорее тот особый офисный вакуум, который появляется после вопроса, на который все знают ответ, но никто не знает, можно ли произносить его при собственнике.

Лера первой вернулась в рабочий режим.

- Мы бы не формулировали так. У нас сложный период.

- Хорошо. Что у нас сложно периодит?

Глеб опустил глаза в ноутбук, но улыбку не спрятал.

Виктор Сергеевич перестал барабанить пальцами на две секунды.

- Компания «Астра», - сказал он. - Мультикатегорийный интернет-магазин. Ассортимент большой, бренд узнаваемый в своей нише, база клиентов есть. Трафик есть. Команда есть. Но последние месяцы показатели... мягко говоря, не соответствуют потенциалу.

Слово «потенциал» в бизнесе часто означает: «денег нет, но надежда ещё не списана».

- Какие показатели? - спросил я.

Лера щёлкнула клавишей.

Слайд сменился.

Ключевые метрики

Трафик: +18%

Конверсия: -22%

Средний чек: -7%

Выкуп: -14%

Рекламные расходы: +31%

Прибыль: данные уточняются

Я посмотрел на последнюю строку.

«Прибыль: данные уточняются» - это не строка. Это молитва.

- Прибыль уточняется, - сказал я.

Лера посмотрела на мужчину у стены. Тот сидел с папкой, в которой, кажется, было больше правды, чем во всей презентации.

На бейдже: Павел. Финансы.

Павел был аккуратный, спокойный, с выражением лица «я предупреждал, но меня позвали только сейчас». Такие люди умеют портить праздник не потому, что злые, а потому что считают доставку, скидки, возвраты и закупочную цену.

- Финансы сводят, - сказал он.

- Сводят что с чем?

- Управленческую отчётность с заказами, доставкой, рекламными расходами и возвратами.

- И не сводится?

Павел чуть улыбнулся.

- Сводится. Просто после сведения становится менее приятно.

Мне он сразу понравился.

Павел был из тех людей, которые приносят на корпоратив калькулятор. Непопулярный тип. Полезный.

- А сейчас мы смотрим на что? - спросил я.

Лера ответила быстро:

- На операционные показатели e-commerce. Трафик, конверсия, средний чек, выкуп, расходы. Мы подготовили гипотезы роста.

- На 300%.

- Это целевой ориентир.

- Без увеличения бюджета.

Лера на долю секунды посмотрела на Виктора Сергеевича.

- Это вводное ограничение.

Виктор Сергеевич спокойно выдержал паузу.

- Я считаю, что сначала надо выжать потенциал из того, что уже есть. Бюджет можно обсуждать, когда будет понятно, что текущий используется эффективно.

Сказано было разумно.

И опасно.

Потому что в такой фразе обычно живёт демон «Рост без бюджета». Он выглядит прилично, говорит голосом собственника и требует невозможного так, будто это просто дисциплина.

Я посмотрел на остальных.

Кроме Леры, Глеба и Павла, за столом сидели ещё четверо.

Мужчина с рукавами рубашки, закатанными так, будто он только что разгружал фуру или спорил с ней. Бейдж: Семён. Операции. Перед ним лежал телефон экраном вверх. Телефон периодически вспыхивал, и Семён каждый раз смотрел на него с выражением человека, у которого склад звонит чаще, чем родственники.

Рядом с ним - женщина с гарнитурой на шее. Ирина. Клиентский сервис. Не «поддержка», не «контакт-центр», а именно человек, который, судя по взгляду, уже слышал все версии фразы «я больше никогда у вас ничего не куплю» и мог отличить настоящую злость от усталости.

Чуть дальше сидела девушка с аккуратной таблицей и цветными пометками. Алина. Контент. Она молчала так, как молчат люди, чья работа видна только когда всё плохо. Перед ней лежал распечатанный пример карточки товара, испещрённый пометками.

Последним был мужчина с ноутбуком, где уже был открыт дашборд. Максим. Аналитика. Очки, аккуратные вкладки, тревожный взгляд человека, который знает: данные расходятся, но ещё надеется, что сегодня его не попросят объяснить почему.

Команда была не глупая.

Это стало понятно сразу.

Глупые команды звучат иначе. Они легко соглашаются с очевидной ерундой и бодро повторяют лозунги. Здесь же люди были усталые, защищающиеся, но живые. Каждый держал свой кусок системы, как щит.

Маркетинг держал трафик.

ИТ держало бэклог.

Операционка держала склад.

Сервис держал клиентов.

Контент держал карточки.

Аналитика держала дашборд.

Финансы держали неприятную реальность.

Собственник держал мечту о росте, которая уже начинала пахнуть кредитом.

- Давайте с видения, - сказала Лера, видимо решив вернуть встречу в безопасное русло. - Мы подготовили несколько направлений: усиление performance, оптимизация карточек, работа с CRM, повышение конверсии корзины, развитие новых каналов...

Я поднял руку.

- Простите. До видения один вопрос.

Лера остановилась.

- Да?

- Покажите один реальный заказ.

В комнате стало так тихо, что кондиционер получил право голоса.

Глеб поднял глаза.

- Один заказ?

- Да.

- У нас встреча по стратегии, - осторожно сказала Лера.

- Именно поэтому. Стратегии, которые боятся одного заказа, обычно плохо переносят реальность.

Виктор Сергеевич чуть подался вперёд.

- Александр Александрович, мне нужен план роста.

- Сейчас начнём с самого короткого плана: понять, где у нас деньги превращаются в воздух. Для этого нужен один заказ.

Семён впервые оживился.

- Какой именно?

- Любой вчерашний отменённый.

Ирина тихо усмехнулась.

- Любой - опасное слово.

- Тем лучше.

Глеб подключил админку к экрану. Интерфейс был серый, с мелкими шрифтами и той особой усталостью, которая появляется у систем после трёх поколений разработчиков и нуля владельцев продукта.

Он быстро нашёл вчерашние отмены.

Список был длинный.

Слишком длинный для компании, которая хотела расти на 300%.

- Вот, - сказал Глеб. - Последний отменённый.

На экране появился заказ.

Заказ № 847392

Клиент: Марина К.

Товар: Настольная лампа Luna-7, белая

Сумма: 4 990 руб.

Источник: paid search

Статус: отменён

Причина отмены: Прочее

Я почувствовал знакомое покалывание в затылке.

Не мистическое.

Профессиональное.

Так организм e-commerce-директора реагирует на слово «Прочее», если рядом лежит рекламный бюджет.

- Вот он, - сказал я.

- Кто? - спросила Лера.

- Первый местный житель.

Глеб увеличил экран.

Слово «Прочее» стояло в строке причины отмены спокойно, уверенно и нагло. Оно выглядело как маленькая дверца, за которой можно спрятать всё: плохой срок доставки, отсутствие товара, кривую карточку, дорогую доставку, звонок не вовремя, ошибку оплаты, раздражённого клиента, усталого менеджера и пару миллионов потерянной маржи.

Я смотрел на него, и мне показалось, что буквы шевельнулись.

Понимаю, звучит странно.

Но я только что умер, проснулся директором интернет-магазина и увидел план роста на 300% без бюджета. После такого движущиеся буквы - почти реализм.

В ячейке отчёта что-то свернулось маленькой тенью.

Не огромный монстр. Не рогатая тварь с огнём.

Скорее аккуратный офисный демон с папкой, печатью и лицом человека, который всегда выбирает пункт «другое», потому что так быстрее.

Он посмотрел на меня из таблицы и беззвучно произнёс:

«Неважно, почему клиент ушёл. Главное, что он ушёл красиво».

Я медленно выдохнул.

- Причина отмены «Прочее». Что это значит?

Лера ответила первой:

- Это значит, что причина не попала в основные категории.

- Какие основные?

Глеб открыл справочник.

На экране появилась классификация причин:

- Не дозвонились

- Передумал

- Дорого

- Долго

- Нет в наличии

- Дубль

- Прочее

- Великолепно, - сказал я. - Семь нот управленческой беспомощности.

Ирина усмехнулась уже открыто.

Глеб, наоборот, защищался:

- Справочник старый. Его делали, чтобы менеджерам было быстрее закрывать отмены.

- Кто делал?

- Мы с сервисом. Тогда было много ручной обработки.

Ирина подняла руку.

- Не совсем мы. Нам дали список, мы сказали, что причин больше. Нам ответили, что если причин будет больше, менеджеры будут дольше выбирать.

- И что вы сделали?

- Стали выбирать «Прочее». Быстро.

Она сказала это без гордости. Даже с усталостью. Как человек, который слишком долго знает плохой ответ.

- Сколько у нас «Прочего»? - спросил я.

Максим быстро открыл дашборд, потом другой, потом третий. У него были движения человека, который пытается найти не только цифру, но и надежду.

- За вчера... восемьдесят семь процентов отмен.

Лера повернулась к нему.

- Восемьдесят семь?

- По этой выгрузке.

- А за месяц?

Максим побледнел чуть сильнее.

- Надо уточнить методологию.

- Перевожу, - сказал Павел. - Много.

Виктор Сергеевич посмотрел на экран.

- То есть мы не знаем, почему отменяются заказы?

Ирина ответила:

- Мы знаем. Просто система не знает.

Вот с этой фразы она стала для меня человеком, а не ролью.

У каждого в комнате была защита.

Лера защищала трафик.

Глеб - систему.

Семён - операционный хаос.

Максим - методологию.

Павел - цифры.

Ирина - живую правду, которую никто не записывал.

Алина - карточки, о которых пока никто не спросил.

Виктор Сергеевич - невозможную цель, потому что за ней прятался страх.

Я понял, что если сейчас начать рубить с плеча, они закроются. Система умела защищаться людьми.

Нужно было не победить их.

Нужно было заставить их увидеть один и тот же заказ.

- Откройте историю заказа, - сказал я.

Глеб кликнул.

В заказе было больше жизни, чем в презентации.

Марина К. пришла из платного поиска по запросу «белая настольная лампа для спальни». Открыла карточку Luna-7. Провела на ней две минуты сорок секунд. Добавила товар в корзину. Ввела город. Дошла до доставки. Оформила заказ с оплатой при получении.

Оператор позвонил через два часа двадцать четыре минуты.

Комментарий оператора:

«Клиент уточнял срок доставки. Склад ответит позже».

Через три часа заказ отменён.

Причина: «Прочее».

- Где запись звонка? - спросил я.

Ирина уже открывала свою систему.

- Сейчас.

Глеб тихо сказал:

- У нас звонки не всегда подтягиваются в карточку заказа.

- Почему?

- Интеграция старая.

- В следующий релиз? - спросил я.

Глеб посмотрел на меня подозрительно.

- Вы уже выучили язык.

Ирина включила запись.

Голос оператора был усталый, но вежливый.

- Марина, добрый день, интернет-магазин «Астра», вы оставили заказ на лампу Luna-7...

Марина говорила спокойно. Даже слишком спокойно.

- Я хотела уточнить, когда привезут. На сайте написано «от одного дня», но в корзине было «уточнит оператор».

Оператор:

- Да, по вашему адресу нужно уточнить склад. Я передам запрос, и мы вам перезвоним.

- А сегодня скажете?

- Постараемся.

- Просто мне нужно понять. Если на этой неделе не привезёте, я закажу в другом месте.

- Понимаю. Ожидайте, пожалуйста.

Запись закончилась.

В комнате никто не говорил.

Ирина сняла гарнитуру с шеи и положила на стол.

- Ей никто не перезвонил, - сказала она. - Я уже вижу.

Семён открыл свой телефон.

- Склад ответил в конце дня. Товар был не на центральном, а у поставщика. Срок три-пять дней.

- Почему оператор не знал сразу?

Семён пожал плечами.

- Так устроены остатки.

- Остатки не устроены. Остатки разорвали обещание клиенту.

Он поднял глаза.

В них не было глупости. Была усталость человека, который слышал это не первый раз и всё равно каждое утро заходил в систему, где товар мог быть одновременно «в наличии» и «уточняется».

- Если показывать все ограничения сразу, - сказал Семён, - половина заказов не оформится.

- А если не показывать?

- Часть отменится после звонка.

- То есть мы выбираем, где клиент разочаруется: до заказа или после?

Семён молчал.

- После выглядит лучше в отчёте, - тихо сказал Павел.

Все посмотрели на него.

Он не наслаждался моментом. Просто сказал правду.

- Созданный заказ попадает в маркетинговый отчёт как успех. Потом отмена уходит в сервис, доставка, склад, «Прочее». Канал выглядит лучше, чем экономика.

Лера резко выпрямилась.

- Маркетинг не виноват, что склад не может дать срок.

- Я не сказал, что виноват маркетинг, - ответил Павел.

- Но звучит именно так.

- Потому что отчёт по каналам заканчивается раньше, чем деньги.

Лера открыла рот, закрыла, потом сказала уже тише:

- У нас нет нормальной связки до выкупа по каналам.

Максим поднял руку.

- Технически частично есть.

Глеб усмехнулся:

- Если фаза Луны совпала с UTM.

Максим обиделся, но не сильно. Видимо, потому что это была правда.

Виктор Сергеевич смотрел на них всех, и по его лицу было видно: он не любит, когда рост на 300% превращается в обсуждение одной лампы за 4 990 рублей.

- Коллеги, - сказал он, - я понимаю, что есть частные проблемы. Но нам нужен план. Мы не можем утонуть в каждом заказе.

Демон «Рост без бюджета» тихо сел ему на плечо и погладил презентацию.

Я повернулся к собственнику.

- Виктор Сергеевич, это не частная проблема. Это рентген.

- Один заказ?

- Один настоящий заказ лучше десяти средних графиков. График показывает, что пациент худеет. Заказ показывает, где у него кровотечение.

Павел едва заметно кивнул.

Виктор Сергеевич не ответил сразу.

Он был не глупый. Это было видно по тому, как он молчал. Глупые собственники спорят быстро. Умные сначала считают, сколько будет стоить признать правду.

- Сколько таких заказов? - спросил он наконец.

Максим снова открыл дашборд.

- Если смотреть отмены по причине «Прочее»...

- Не смотрите «Прочее», - сказал я. - Его нет. Это не причина. Это ящик для стыда.