Князь Целитель 8

— Молодец, — сказал я Феде, глядя на его добычу и решая, что с ней теперь делать.

Тут как бы воробей воробьём, но горностай сделал всё в точности, как я ему мысленно приказал. Зверёк сел на ступеньку возле меня и пристально смотрел мне в глаза, ожидая моей похвалы или следующей команды.

Я ухмыльнулся своим мыслям и отдал приказ горностаю взять воробья, обойти госпиталь сзади, запрыгнуть в форточку ординаторской, бросить воробья на, скорее всего, задремавшего от усталости Василия Анатольевича, а потом сразу уносить оттуда ноги. Главное, чтобы его никто не заметил.

Не прошло и двух секунд, как горностай схватил бездыханную тушку и стрелой унёсся за поворот. Я быстрым шагом двинулся вглубь приёмного отделения, направляясь к ординаторской. Возле двери остановился и прислушался. Сначала и, правда, слышалось знакомое похрапывание Василия Анатольевича, но вскоре храп резко затих, сменившись непонятными звуками. Потом раздался дикий вскрик Василия, почти переходящий на визг. Одновременно с этим раздался ещё более дикий хохот Герасимова. Чуть тише смеялся Олег Валерьевич.

Внезапно дверь в ординаторскую распахнулась, хорошо, что я не стоял слишком близко. Передо мной застыл взъерошенный Василий Анатольевич с максимально расширенными глазами. Он открыл, было, рот, возможно, сначала намереваясь на меня наорать, но вдруг резко осёкся и сделал небольшой шаг назад. Потом он прокашлялся и обратился ко мне относительно спокойным голосом, насколько он мог это сейчас себе позволить.

— Ваш Федя, Иван Владимирович, пытался засунуть мне в рот мёртвого воробья! — напряженным голосом высказал Василий, усиленно пыхтя через расширенные от гнева ноздри. — Это уже полный беспредел! Зачем вы это делаете?

— Позвольте, Василий Анатольевич, — начал я, изобразив невинное и непонимающее лицо. — Почему вы меня в чём-то обвиняете? Вы же видите, где стою я и где только что были вы. Я только подошёл к ординаторской и никак не мог положить вам в рот никаких воробьёв.

— А я не говорю, что вы, это ваш питомец! — срывающимся голосом и, держась из последних сил, выпалил Василий Анатольевич. — Это вы его заставили!

— Вы сильно преувеличиваете мои способности в дрессировке, — усмехнулся я. — Я цирковое не заканчивал.

Василий что-то ещё пробурчал себе под нос, резко развернулся и пошёл в сторону туалета, а я вошёл в ординаторскую. Олег Валерьевич продолжал тихо беззвучно смеяться, потрясая плечами и вытирая слёзы рукой. Анатолий Фёдорович, который к этому моменту замолчал, снова рассмеялся, встал с дивана, подошёл ко мне и крепко пожал руку.

— Передай спасибо своему зверю за такую необычную фантазию, — пытаясь успокоить смех, произнёс Герасимов. — Это было очень весело. Ну раз ты пока здесь и никуда не торопишься, тогда останься с нами пообедать. Уже скоро привезут. Мне кажется, я слышу где-то вдалеке звон тарелок на тележке.

Оба замолчали и, правда, услышали уже знакомое дребезжание.

— Вот, видишь, я не ошибался, — снова улыбнулся Герасимов, вознеся указующий перст к небесам. — Так как?

— Почему бы и нет, — сказал я. — От блюд такой замечательной кухни ни один порядочный аристократ не устоит.

Герасимов усмехнулся, покачал головой и похлопал меня по спине, по доспехам.

— Иди садись.

Когда я сел за обеденный стол ординаторской, снова где-то в глубине души ёкнула ностальгия. Вроде прошло не так много времени, как я переехал в свой особняк и занялся делами рода, а окажется, что прошло уже так долго.

Василий Анатольевич вернулся в ординаторскую как раз, когда буфетчица уже расставляла на столе тарелки. Хмурясь и насупившись, он молча прошёл к своему месту и сел за стол. Буфетчица уехала, и мы дружно придвинули к себе тарелки с рассольником, не забыв его перед этим посолить, ведь по усмотрению диетолога в больничном рассольнике соли не должно содержаться, ибо это белый яд.

Я заметил, что Василий Анатольевич ест как-то дёрганно и напряжённо. Видимо, всё ещё находится под впечатлением от последнего события.

— Ну что, Вася, — спросил его сочувственным голосом Анатолий Фёдорович, — без воробья не так вкусно?

Тут все не удержались и снова расхохотались. Василий Анатольевич невозмутимо продолжил уплетать рассольник, словно ничего не произошло. Ну и правильно, голод не тётка, особенно после такой нагрузки, которую только что пережили. Можно было бы и воробья съесть.

Когда я уже допивал компот, на телефон пришло сообщение от моих помощников. В воинскую часть приехали представители имперских спецслужб, обязательно нужно моё присутствие.

— Ну что, господа, — сказал я, поднимаясь из-за стола, — с вами, как всегда, хорошо и весело, но мне срочно надо уехать. Приятного пищеварения, как говорится.

— Тебе спасибо, Ваня, что вовремя заглянул к нам на огонёк, — грустно улыбнувшись, сказал Анатолий Фёдорович. — Жаль, что ты теперь бываешь у нас так редко.

Когда я направился к выходу, Анатолий Фёдорович вызвался меня проводить. По пути рассказывал мне в режиме подробного отчёта, что за это время сделано в госпитале. Как изменились отделения, какое приобретено оборудование, как учреждение задышало совсем другой, новой жизнью. Насколько удобнее стало работать, насколько увеличилась пропускная способность приёмного отделения и оперативность оказания экстренной медицинской помощи.

— Главный наш теперь даже в растерянности, не знает, как благодарить за все эти блага, — с улыбкой сказал Анатолий Фёдорович, когда мы с ним остановились на крыльце. — Штурмует словари в поисках достаточно пафосных выражений. Спасибо тебе за это всё, — уже более серьёзно сказал мужчина, кивнув в сторону приёмного отделения. — За сегодняшнюю помощь тоже большое спасибо, без тебя мы провозились бы намного дольше. Ты там не забывай нас.

— Я бы каждый день приходил сюда на работу, так же, как и раньше, Анатолий Фёдорович, — сказал я с грустной улыбкой. — Но, сами понимаете, появилось очень много других дел и я не могу их все поручить кому-то другому.

— Понимаю, — вздохнул Анатолий Фёдорович. — И всё же заходи почаще.

Он хлопнул меня на прощание по плечу, развернулся и ушёл. Мне стало немного грустно. Но времени на сантименты и воспоминания у меня, к сожалению, нет. Я сел в стоявшую чуть в сторонке машину и сказал Андрею ехать с ветерком в сторону нашей воинской части.

Перед зданием штаба я заметил скопление людей. Мы остановились метрах в десяти. Здесь была целая делегация людей в одинаковых чёрных костюмах ‒ все как на подбор. Даже их причёски показались похожими. Один из них, что чуть постарше и с более важным выражением лица, вышел мне навстречу.

— Добрый день, Ваше Сиятельство, — бесстрастным спокойным тоном сказал мужчина, глядя на меня пустыми серыми глазами, не выражающими абсолютно никаких эмоций. — Начальник регионального отдела полковник Протасов. Приехали по вашему заявлению.

— Добрый день, — произнёс я дежурное приветствие, обводя взглядом его коллег. — Рад вас видеть.

В это время ко мне подбежал Михаил Анатольевич и отдал заранее подготовленное обращение на имя императора. То, что мы писали ещё утром.

— Здесь написано всё, что мне известно и мои претензии к виновникам, — сообщил я. — Насколько мы смогли узнать, это люди князя Салтыкова. К самому Салтыкову я пока что не обращался, так как не имею стопроцентной уверенности и других доказательств.

— Правильно сделали, — кивнул полковник, быстро бегая глазами по строчкам депеши. — Мы попросили бы вас передать нам вашего пленного для дальнейшего расследования. Кроме того, предоставьте протокол вашего допроса.

— Конечно, мы на это и рассчитывали, — кивнул я и эксперимента ради решил добавить немного специй к безвкусному разговору. — О ваших специалистах ходят легенды. Очень надеюсь, что скоро это недоразумение разрешится.

— Обязательно, — с лёгкой полуулыбкой сказал полковник, удобрение сработало, мой комплимент ему пришёлся по душе. — Кроме того, нам понадобятся трупы убитых магов из числа нападавших. Я слышал, что их двое.

— Всё так, — кивнул я. — Это тоже предоставим.

— А ещё нам нужно опросить свидетелей с места происшествия, — продолжил полковник и мне уже начало казаться, что он никогда не закончит.

— Михаил Анатольевич, — позвал я своего помощника.

Тот в мгновение ока оказался рядом, словно вырос из-под земли.

— Нужно обеспечить полковнику Протасову беседу со свидетелями, — сказал я, отвернувшись от регионального начальника спецслужб, мягко намекая тем самым, что мой разговор с ним закончен. — Предоставить ему всех, кто был в тот день рядом. А также записи с камер видеонаблюдения.

— Вы же не возражаете, если мы побываем на месте происшествия и непосредственно на территории завода? — осторожно спросил полковник, прекрасно понимая, что если я откажу, то ему придется просто уйти.

— Да, конечно, — кивнул я. — Само собой, разумеется. Михаил Анатольевич вас проводит и обеспечит доступ. А сейчас прошу меня извинить, есть другие неотложные дела.

— Да Ваше Сиятельство, понимаю, — сказал полковник, слегка поклонился и сразу переключился на моего помощника.

«Слава богу, неприятный тип», — подумал я и с облегчением вздохнул.

Моя официальная миссия в этом деле пока что закончена и я могу заняться другим, более важным делом.

Арсений мне за это время как раз отчитался, что задание по изготовлению необходимого количества артефактов выполнено. Поэтому мы заехали за ним и его помощниками, погрузили несколько кейсов в багажник внедорожника и направились в сторону южных ворот. Пока спецслужбы империи занимаются погрузкой трупов и пленного, у нас здесь есть свои дела.

Когда приехали на место, я только сейчас понял, что Арсений здесь ни разу ещё не был. Парень с интересом ходил по территории, осматривал здания завода, подсобных помещений, складов и тот самый усиленно защищённый ангар, в котором скоро будет храниться драгоценная руда.

— В принципе, должно хватить, — сказал Арсений, повернувшись теперь ко мне. — Можем приступать.

— Начинайте, — кивнул я, с интересом наблюдая за действиями его подручных.

Арсений незамедлительно начал раздавать указания, парни в спешном порядке начали доставать артефакты из кейсов, распихивая их по карманам спецовок, и чуть ли не бегом бросились размещать в указанных непосредственным руководителем местах.

Когда в ворота въехали несколько машин с гербом Российской империи, из которых высыпали всё те же люди в чёрных костюмах, процесс установки охранных контуров и блокаторов ментальной атаки был завершён. Поэтому на экскурсию по заводу и на беседу со свидетелями я всё же пошёл вместе с полковником, хотя до этого сказал ему, что сильно занят.

Всё же интересно было понаблюдать, как его люди опрашивают моих работников. Кроме того, те чувствовали поддержку князя и меньше терялись в разговоре.

Тем временем Арсений раздавал работникам завода индивидуальные средства защиты ‒ медальоны, а его подчинённые тут же проводили подробный инструктаж по их использованию.

Глава 3

Первое, что я увидел утром, когда проснулся, это сообщение от брата. Алексей попросил приехать в расположение воинской части с утра, по возможности как можно раньше.

Сразу одолело чувство тревоги, пока что необъяснимой. Лишь предположения, которые и озвучивать-то бессмысленно. Раз он захотел с утра пораньше поговорить лично, значит, это очень важно.

Сразу после завтрака мы с Матвеем и Стасом сели в машину и поехали в сторону восточных ворот. Брат встречал нас в своём временном кабинете в штабе. Увидев меня в дверях, отодвинул в сторону бумаги, сразу встал из-за стола и пошёл навстречу.

— Привет, братишка. Доброе утро, — сказал Алексей, бодро улыбаясь и крепко пожимая мне руку.

Ну, раз улыбается, значит, не было никаких серьёзных происшествий, я позволил себе немного расслабиться и даже попытался улыбнуться.

— Какой-то ты с утра встревоженный, — сказал брат, внимательно глядя на меня.

— Получил от тебя сообщение в шесть утра, что нужно срочно приехать, — пожал я плечами. — Я же не думаю, что ты просто хотел вместе со мной чай попить.

— И чай я тоже хотел попить, но если ты уже попил, то настаивать не буду, — ухмыльнулся Алексей. — А вообще, я хотел сообщить тебе, что сегодня уезжаю. Не делать же это молча, надо попрощаться по-нормальному, пусть мы и всегда на связи.

— Да как же так? — удивился я. — Ты же сказал, что на некоторое время задержишься, пока мы не разберёмся с Салтыковым хотя бы.

— К моему большому сожалению, не могу, — развёл руками Алексей. — Срочно надо ехать. Без меня в концерне начинаются проблемы, вчера позвонили уже поздно вечером. Надо ехать и расставить всех по своим местам, а некоторых и вовсе уволить с волчьим билетом. Пара господ почувствовали свободу и начали своевольничать. Наивные простаки, они думали, что я ничего не узнаю. У меня ведь везде есть свои люди ‒ от инженера до токаря.

— А что насчёт проделок этого неофициального владыки этих земель Салтыкова? — спросил я больше для поддержания разговора.

Уже ежу понятно, что мне теперь грести самому. Ну ничего, разгребём.

— Так это, скорее всего, долгая песня, — сказал Алексей, отворачиваясь к окну и махнув рукой. — В ближайшее время я не думаю, что князь Салтыков будет чинить какие-то козни, так как дело передано имперским службам. И, скорее всего, ему уже начали задавать неудобные вопросы. Возможно, он сейчас даже отвертится ‒ тот ещё жук, уж поверь. Если вдруг возникнут какие-то новые проблемы, обязательно в первую очередь информируй меня. Если я не на связи, тогда стучись к отцу или к деду, они обязательно найдут способ тебе помочь. Так ты ещё не забывай, что у тебя есть два советника с хорошим образованием и неплохим опытом, несмотря на то, что им нет тридцати обоим.

— Понял тебя, — ответил я. — Хорошо, разберёмся сами.

— И ещё одно, не тяни с выходом в Аномалию, — сказал Алексей, снова усаживаясь за стол. — Насколько я знаю, всё оборудование и все специалисты уже на месте. Бойцов тебе хватит, техники тоже. К тому же охотники регулярно зачищали лес. То есть Аномалия, от входа и до самого кратера почти полностью зачищена от монстров. Тебе остаётся только сам кратер, будь там поосторожнее.

— Судя по тому, сколько раненых привозят в госпиталь, — начал я. — Не сказал бы, что монстров на самом деле настолько сильно поубавилось. Или они лезут не туда, куда их просят. Вчера в госпиталь привезли около полусотни, среди них немало тяжёлых. Трое из них просто чудом дотянули до госпиталя, а не скончались по пути, до сих пор удивляюсь, как их всех удалось эвакуировать.

— Всё может быть, может, и полезли не туда, — пожал плечами Алексей. — Мы же на них маячки не ставили, а наверное, зря. Думаю, что поводов для паники точно нет, учитывая новое оружие, оснащённое созданным Евгенией Георгиевной взрывчатым веществом. То, что вы встретите по пути, будет разлетаться на куски.

— Да я по этому поводу сильно не переживаю, — ответил я. — Бойцов и техники и, правда, более чем достаточно, чтобы спокойно пройти этот путь без потерь. Просто мне кажется, раз уж нанимаем охотников для зачистки, нужно ставить перед ними более конкретные задачи и контролировать их траекторию передвижения.

— Как раз этим ты теперь и займёшься, — усмехнулся Алексей. — Ещё одна задача, чтобы было не скучно.

Брат тем временем собрал со стола стопки документов и сложил их в свой портфель. Даже убрал писчие принадлежности. Герб рода Демидовых на ручках и карандашах говорил о том, что это его личное, сделанное на заказ. Мелочь, но жуть как статусно.

— Вот вроде и всё, — сказал Алексей, обводя всё вокруг взглядом, чтобы ничего не забыть. — Тогда проводи меня до выхода. Меня и моих людей сейчас отвезут до вертолёта. Остальные бойцы и часть техники поедут поездом. Как мы и договорились, батальон остаётся в твоём распоряжении. Это все бойцы, что тебе недавно присягнули ‒ так что они твои и только твои.

Мы с братом вышли на улицу. За нами словно тени шли Егор с Иннокентием и Матвей со Стасом. Я увидел, как через открывшиеся ворота выходят последние бойцы отбывающего полка, выезжают броневики.

Потом я с удовлетворением отметил, что в дальнем углу площадки для техники остались две реактивные системы залпового огня. Это очень хорошо. Значит, когда будет новая волна активности Аномалии, сможем разнести толпу атакующих монстров в мелкие клочья за пару минут. Наверняка боекомплект заряжен теми самыми гранулами, что разработала Евгения.

Как же вовремя иногда происходят роковые ошибки! Константин перепутал ингредиенты, начался опасный процесс, Евгения вовремя сориентировалась, внесла несколько изменений и получили это чудо, эту так называемую синюю икру, которая теперь является грозой для монстров и для наших потенциальных врагов.

— Ну что, мы не прощаемся? — сказал Алексей, подойдя ко мне. — Просто говорим пока?

— Пока, — сказал я, пожимая ему руку довольно крепко.

— Не грусти, братишка, — Алексей хлопнул меня по плечу. — Всё срастётся, и всё будет просто замечательно. Не забывай про ежедневные отчёты на сервер рода. А если что будет происходить интересное и не входить в отчёты, пошли не на семейный сервер, а лично мне, мне же теперь всё здесь интересно. И твоя личная жизнь в том числе. Буду читать по утрам за чашечкой кофе.

— Договорились, — сказал я и обнял брата, стараясь не показывать эмоций.

Алексей похлопал меня по спине и мягко отстранился, снова внимательно посмотрев в глаза напоследок. Увидев во взгляде боевой настрой, удовлетворённо кивнул, улыбнулся и обернулся к своим помощникам.

— Идём, — Алексей кивнул Иннокентию и Егору, стоявшим позади него.

Они направились в сторону ожидавшего их броневика. Проводив машину взглядом, я обернулся к командиру части, так же стоявшему рядом. Он провожал моего брата вместе со мной.

— Соберите всех военачальников в своём кабинете, — сказал я офицеру. — Проведём совещание прямо сейчас.

— Так точно, — вытянувшись струной, ответил подполковник, развернулся и пошёл в сторону штаба, раздавая по пути указания подчинённым.

Я решил пока воспользоваться моментом и пройтись по территории, заодно осмотреть адаптированную по моим рекомендациям технику.

На все багги установили крупнокалиберные пулемёты, как я и говорил. Так что огневая мощь значительно возросла. Двадцать автомобилей, двадцать пулемётов. Это не считая того, что у каждого пассажира есть автомат.

Кроме того, есть выбор патронов: стандартные, магические и самые убийственные, снаряжённые синей гранулой. Таким вооружением можно выкосить чуть ли не гектар леса в Аномалии, оставив одни дымящиеся пеньки и мелкие фрагменты тел монстров.

Транспортные платформы выглядели довольно солидно и увесисто. Скорее всего, быстро такие штуковины передвигаться не смогут. Зато на каждой из них спереди и сзади было установлено по пулемётной турели, управляемой из кабины, что тоже делало технику довольно грозной.

Теперь это уже не просто корыта на колёсах. Так что поход в Аномалию, скорее всего, будет просто прогулкой с расстрелом монстров, которые не побоялись выйти навстречу отряду.

Когда мы со Стасом и Матвеем вошли в кабинет командира части, тот стоял рядом со своим столом и жестом предложил мне занять его место.

— Присаживайтесь, — махнул я рукой. — Это ваше кресло, мне и здесь хорошо.

Я сел с противоположного торца вместе с другими военачальниками за стол для совещаний. Все немного удивились, но не стали подавать вида, сосредоточенно смотрели на меня.

— Так, я вас собрал, чтобы объявить начало события, ради которого вы, в принципе, здесь находитесь. Завтра в шесть утра выдвигаемся в Аномалию. Со всей техникой и почти со всеми людьми. Но также надо учитывать, что у нас есть враг здесь на месте и у него уже есть имя. Но пока мы не знаем, что он ещё замышляет или, может быть, на этом успокоится. Несмотря на неопределённость, всё равно надо быть начеку, — обвел я всех внимательным взглядом. — Усиленные патрули на территории завода остаются. Также нужно оставить достаточное количество бойцов для охраны нашей воинской части. Думаю, что надо некоторое количество людей предоставить и для патрулирования города, контроля ворот. Но только в городе нужно вести себя осторожно, ненавязчиво, не ходить с автоматом наперевес и не бросать в придорожную пыль всех, кто не нравится. Всё-таки в Каменске мы пока гости, а не хозяева. И нам необходимо поддерживать с населением максимально хорошие отношения.

— Это мы понимаем, — кивнул полковник. — Всё будет в порядке, не сомневайтесь.

— Взвод майора Федулова остаётся на месте для охраны завода, воинской части и моего особняка, — сказал я, повернувшись к Федулову. Майор едва заметно кивнул, посмотрел на меня с некоторым удивлением. — Вас, Борис Аркадьевич, попросил бы проинструктировать всех бойцов, геологов, рабочих, как вести себя в Аномалии и как бороться с каждой разновидностью монстров, что мы можем встретить по пути.

— Иван Владимирович, — произнёс вдруг командир отряда боевых магов. — Моим бойцам, скорее всего, такой инструктаж не нужен. Мы уже были в Аномалии и не раз…

— Инструктаж нужен всем, — перебил я его. — Ещё раз послушать никому не навредит. К тому же майор Федулов бывал в этой Аномалии гораздо больше и видел гораздо больше. Его опыт в этом плане несоизмерим с вашим. Здесь нет места для возражений.

— Да, Ваше Сиятельство, — покорно кивнул командир отряда боевых магов.

— Ну и отлично, — сказал я. — Уверяю вас, узнаете много нового. В шесть утра вся техника и все участники экспедиции должны находиться перед воротами входа в Аномалию.

— Так точно, — ответили все, находящиеся в кабинете.

— Борис Аркадьевич, — сказал я, поднимаясь из-за стола, — после того, как проведёте инструктаж, заедьте в лабораторию нашего артефактора. Я поручил ему обеспечить вас охранными амулетами, защищающими от ментальной атаки. Чтобы люди князя Салтыкова не смогли вам ничем навредить и не ушли безнаказанно. По возможности старайтесь не убивать, а взять в плен. Чем большую коллекцию пленных мы соберём, тем более весомыми будут наши аргументы, особенно, если они разговорятся. Они дадут нам повод для более активных действий и развяжут руки. Приступать, — сказал я и вышел из кабинета, следом за мной вышли Стас и Матвей, как мои сопровождающие.

— Иван Владимирович, позвольте, — обратился нагнавший меня Михаил Анатольевич.

— Слушаю, — сказал я, не оборачиваясь.

— Уже знаете, все геологи и добытчики на месте, готовы к выезду. Позвольте, я проведу с ними инструктаж, как надо вести себя с военными, — продолжил он. — Потом уже приведу к майору Федулову. Сами понимаете, люди гражданские, неорганизованные, могут возникнуть недопонимания и нежелательные конфликтные ситуации. Нужно сначала ввести их в определённый тонус.

— Правильная мысль, Михаил Анатольевич, — кивнул я. — Займитесь. И ещё, вы оба едете завтра со мной. В броне и полном вооружении.

Я резко остановился и обернулся к своим помощникам. Они замерли передо мной. Я думал, что увижу в их глазах испуг, но, к моему удовлетворению, они оба едва заметно улыбались.

— Замечательно, — сказал я и пошёл дальше.

Выходя из штаба, я констатировал сам для себя, что, несмотря на последний инцидент с диверсией, всю напряжённость ситуации, настроение у меня всё равно приподнятое, как и у подавляющего большинства моих военачальников и бойцов. Завтра предстоит большое дело, которого долго ждали. Ради которого, в итоге, все здесь находятся.

Теперь надо порадовать Женю, сообщу ей лично, что завтра выход в Аномалию. В принципе, необходимости в её присутствии нет, огневая мощь отряда, с которым я выдвигаюсь в сторону кратера, не нуждается в дополнительной поддержке. Всё же я решил предложить поучаствовать.

Дверь лаборатории была, как обычно, закрыта на все замки. Но я всё равно по привычке сначала дёрнул за ручку, дополнительно убедившись в этом. Лишь затем коснулся кнопки звонка.

Открыл один из помощников Евгении. Парень учтиво поприветствовал меня и сразу отошёл в сторону, чтобы дать мне войти. Я неторопливым шагом пошёл вдоль работающей на всех парах лаборатории, высматривая Евгению взглядом. Но нигде так и не увидел.

— А где ваш начальник? — спросил я у парня в белом халате, который шёл за мной по пятам.

— Евгения Георгиевна у себя в кабинете, — пролепетал парень. — Раздала нам задания и ушла.

— И давно? — спросил я.

— Точно не помню, — парень пожал плечами. — Четверть часа или чуть больше.

Я молча кивнул и пошёл в сторону кабинета. Матвея и Стаса попросил подождать у входа в лабораторию. Перед тем, как войти в кабинет, постучал в дверь и подождал ответа. Хоть это и моя территория, но всё же это кабинет девушки в первую очередь.

Получив разрешение, я открыл дверь и удивлённо уставился на Евгению. Девушка стояла перед ростовым зеркалом и разглядывала свою обновлённую броню, которая была надета полным комплектом, словно она собралась идти в Аномалию прямо сейчас. Сразу заметил, что всё та же броня, но выглядит как-то совсем по-другому. Девушка отвернулась от зеркала, посмотрела на меня и улыбнулась.